Система Orphus: Выделите орфографическую ошибку мышью и нажмите Ctrl+Enter. Сделаем язык чище!
КНИГА РУТ
[Перевод с древнееврейского и комментарии Э.Г. Юнца]

Используется греческий шрифт


LIBER RUTH (латинский текст)

Перевод Книги Руфь, выполненный Э. Г. Юнцем, впервые издан в журнале: Мир Библии. Иллюстрированный альманах Библейско-Богословского Института св. апостола Андрея. Вып. 5. М. 1998. Размещенный на сайте текст является исправленной и уточненной авторской версией. Использовать перевод разрешается только со ссылкой на источник, без права вносить изменения в текст.


О времени написания Книги Рут (или Книги Руфь, как она известна читателю по Синодальному переводу1) и ее авторе практически ничего неизвестно. Раввинистическая традиция приписывает ее авторство последнему из Судей, пророку-жрецу Шемуэлу, но всерьез принимать это свидетельство невозможно. Ряд косвенных признаков, в частности, зрелое литературное мастерство, указывает на то, что Рут — одна из позднейших в библейском каноне книг, и создана уже в послепленный период, приблизительно во III—II вв. до н. э.

Сюжет книги вкратце таков: моавитка Рут, из привязанности к покойному мужу-еврею и из преданности новой семье, не пожелала расстаться со свекровью своей, Наоми, когда та решила вернуться к себе на родину, в город Бет-Лехем. Там, найдя богатого и знатного покровителя в лице Боаза, родственника покойного мужа, она вступает с ним в брак, чтобы продлить покойному род и обеспечить ему наследников. Завершает книгу краткое родословие, из которого явствует, что Овед, родившийся от Боаза и Рут, был дедом основателя Израильского царства, Давида.

По формальным признакам (действие происходит в глубокой древности, в легендарную и героическую эпоху Судей, а главный персонаж связан родством с таким важным историческим лицом, как Давид), Книга Рут относится к числу исторических, и уже в древних переводах, греческом и латинском, примыкает непосредственно к Книге Судей2. Но, согласно масоретской традиции, которой следуют печатные издания еврейской Библии, Книга Рут помещается в последнем ее разделе3, где собраны не законодательные и исторические, а беллетристические, чисто литературные произведения. И действительно, сходство Книги Рут с историческими чисто формально: если не считать родословия в ее конце, которое многими рассматривается как позднейшая вставка, в книге нет ничего исторического. Персонажи ее в большинстве носят вымышленные имена, нигде больше в еврейской Библии не встречаемые. Их судьбы не имеют общественной значимости, и не связаны с важными событиями древнееврейской истории. Повествование носит чисто приватный характер, и замкнуто на узкосемейных проблемах. Его невозможно отнести и к родовым сагам, так как, в отличие от них, рассказ представляет собой умелую литературную вырезку, за рамками которой оставлены корни героев, вплетающие повествование в общий контекст истории, связывая их с предшествущими и последующими временами.

Итак, о ценности Книги Рут, как исторического источника, явно не приходится говорить. Зато на ее литературных достоинствах стоит остановиться подробнее. Стройная композиция, с лаконичной завязкой, умелым развитием сюжетной интриги, и благополучным финалом; ясный и прозрачный язык, не оставляющий места недоговоркам и умолчаниям; тонкая и умелая разработка характеров, обрисованных точными и скупыми штрихами — вот лишь некоторые из них. Во всем библейском каноне едва ли найдется лучший образец повествовательной техники и мастерства изложения. Несмотря на миниатюрные размеры — всего четыре странички небольшого формата — это произведение заключает в себе настоящий роман, ярко рисующий семейные отношения и систему нравственных ценностей тогдашнего общества.

Главный персонаж повести, застенчивая и скромная Рут, несмотря на кажущуюся пассивность ее поведения, соответствующую социальному положению овдовевшей молодой женщины, обнаруживает одно, но очень важное качество, ставящее ее в один ряд с самыми героическими образами античных трагиков. Это качество, обозначаемое еврейским термином «хесед», заключает в себе доброту, милосердие, и одновременно, любовь, преданность, верность семье покойного мужа, доходящую до полного самоотречения, когда юная Рут, оставив отца и мать, отеческих богов и родную землю, отправляется со свекровью к чужому народу, где до конца дней ее ждет участь беглянки, не имеющей ни гражданских прав, ни собственности, ни крова над головой. Чтобы оценить по достоинству этот шаг, следует помнить, что отношение израильтян к моавитам всегда отличалось особой враждебностью: сближение с ними осуждалось как измена своему Богу, а смешанные браки с моавитскими женщинами рассматривались как блуд.

С безупречной выдержкой и терпением она продолжает жить на чужбине, ухаживая за престарелой свекровью и не имея никаких перспектив на устройство собственной личной жизни. А когда свекровь предлагает ей практичный, но далеко не романтический брак с престарелым Боазом, Рут и здесь проявляет смиренное послушание, сознавая что брак с богатым и влиятельным покровителем будет лучшим залогом благополучия ее будущего ребенка. И хотя этот ребенок в глазах окружающих воспринимается скорее как сын Наоми и продолжатель рода покойного Элимелеха, моральные качества Рут удостаиваются в общественном мнении самой высокой оценки, когда жительницы Бет-Лехема говорят Наоми, что ее невестка для нее лучше семерых сыновей.

Действие повести не случайно отнесено в далекую, почти легендарную эпоху Судей: необычный для Библии мягкий лиризм и сентиментально-чувствительный тон этой книги придают ей характер своеобразной утопии, проецированной в прошлое мечты о жизни без войн, без племенных распрей, где люди живут по-настоящему дружно и свято чтут семейные узы. Некоторые даже усматривают в повести своего рода памфлет, направленный на смягчение межплеменной розни, и проповедующий идеи межэтнической дружбы. Другие рассматривают ее как гуманный призыв к заботе о бездетной вдове и поощрение ближайших родичей брать на себя ответственность за одинокую женщину. Третьи считают, что цель книги — пролить свет на происхождение Давида, величайшего царя в древнееврейской истории, поскольку в Книгах Шемуэла отсутствует его родословие. Четвертые полагают, что цель повести — показать непреодолимую силу судьбы, подчас делающей возможным немыслимое. Не вдаваясь в опровержение перечисленных взглядов, заметим лишь, что всякое истинно художественное произведение несводимо к тем или иным примитивным идейным тезисам. Книга Рут — кусочек подлинной жизни, нашедший в литературе свое отражение, и именно этим она привлекала и будет привлекать внимание и любовь читателей.


Перевод.


I. Давным-давно, когда еще правили Судьи, случился голод в стране, и один человек из Бет-Ле’хема Иудейского, со своей женой и двумя сыновьями, переселился на равнину Моава. 2 Звали его Элиме’лех, его жену — Наоми, двоих сыновей его — Махлон и Кильон, и были они эфратийцами из Бет-Лехема Иудейского. Они пришли на равнину Моава и устроились там. 3 Потом Элимелех, муж Наоми, умер, оставив ее с двумя сыновьями. 4 Те взяли себе в жены моавиток, одну из которых звали Орпа, а другую — Рут, и прожили там около десяти лет. 5 Затем умерли и Махлон с Кильоном, так что осталась Наоми и без мужа и без детей. 6 И решила она со своими невестками вернуться домой, ибо слышала, пока они еще жили в Моаве, что Господь сжалился над своим народом и послал ему, наконец, урожай.

7 И вот, оттуда, где жила, она отправилась в путь с обеими своими невестками, и пошли они обратно, в край Иудейский. 8 И сказала Наоми невесткам своим: «Возвращайтесь каждая в свой родительский дом. Пусть Господь будет так же милостив к вам, как вы были добры ко мне и к покойным. 9 И пусть Господь даст вам обеим устроить жизнь в доме нового мужа». Она поцеловала их, а они навзрыд заплакали 10 и сказали: «Нет, мы пойдем с тобой, к твоему народу». 11 Но Наоми сказала: «Ступайте домой, дочери мои. Стоит ли вам идти со мной? Разве смогу я родить еще сыновей, которые стали бы вам мужьями? 12 Возвращайтесь, дочери мои, ступайте. Для второго замужества я слишком стара. А если бы и могла я надеяться этой же ночью сойтись с мужчиной и родить сыновей, 13 неужели вам ждать, пока они вырастут, неужели так долго томиться без мужа? Нет, дочери мои. И без того мне горько за вас, ибо гнев Господа надо мной тяготеет». 14 И они опять зарыдали. Затем Орпа поцеловала свекровь и ушла домой, а Рут с нею осталась. 15 И Наоми сказала: «Видишь, твоя родственница вернулась к своему народу и к своим богам. Возвращайся и ты». 16 Но Рут ответила: «Не гони меня прочь, не настаивай, чтобы я повернула обратно. Куда бы ты ни шла, я пойду за тобой, и где ты заночуешь, там и я заночую. Твой народ стал моим народом, и твой Бог — моим Богом. 17 Где ты умрешь, там и я умру, и там же пусть меня похоронят. Клянусь Господом, теперь только смерть разлучит нас». 18 Видя, что Рут твердо решила идти с ней, Наоми перестала ее отговаривать.

19 Они вместе отправились в путь, и достигли Бет-Лехема. Как только они пришли туда, взволновался весь город, и женщины спрашивали: «Да это, никак Наоми?» 20 А она отвечала: «Не называйте меня Наоми, а называйте Мара, ибо горькой сделал мою участь Всесильный». 21 Я уходила богатой, а он вернул меня бедной. Зачем же называть меня Наоми, когда Господь унизил меня, и Всесильный меня покарал?» 22 Так вернулась домой Наоми, со своей невесткой Рут из Моава, и попали они в Бет-Лехем как раз в ту пору, когда с полей начали убирать ячмень.

II. У Наоми был родственник по мужу, из клана Элимелеха, человек влиятельный и богатый, по имени Боаз. 2 И Рут Моавитка спросила у Наоми: «Можно мне пойти в поле подбирать колоски за кем-нибудь, кто сжалится надо мной?» Та разрешила: «Иди, дочь моя». 3 Она отправилась в поле, и стала подбирать за жнецами колосья, и случилось так, что этот надел как раз принадлежал Боазу, родичу Элимелеха.

4 И вот, Боаз пришел из Бет-Лехема и поздоровался со жнецами: «Бог в помощь!» Те ответили: «Благослови тебя Бог!» 5 Боаз спросил у старшего над жнецами: «Откуда эта работница?» 6 Тот объяснил: «Это — уроженка Моава, которая с Наоми вернулась оттуда. 7 Она просила позволить ей подбирать вслед за жнецами колосья. С самого утра она на ногах, и почти что не отдыхала». 8 Тогда Боаз ей сказал: «Внимательно меня выслушай, дочь моя. Не ходи на другое поле. Оставайся здесь, и держись возле моих работниц. 9 Смотри, где они жнут, и следуй за ними. Работникам своим я велел не трогать тебя. А если захочешь пить, то подходи к жбанам, из которых пьют работники, и оттуда пей». 10 Она поклонилась ему до земли и сказала: «За что господин мой так добр ко мне, и удостоил меня внимания, хоть я чужеземка?» 11 Боаз ответил: «Я знаю, как много ты сделала для свекрови своей после смерти мужа; как ты, оставив отца и мать, покинула землю своих предков и ушла к чужому народу. 12 Да воздаст тебе за это Господь, и да будет щедрой награда твоя от Господа, Бога Израилева, под покровом которого ты искала убежища». 13 Она сказала: «Я надеюсь, господин мой, заслужить твою благосклонность. Ты пожалел меня и был ласков к служанке своей, хотя я даже служанкой твоей назваться не смею». 14 За обедом Боаз ей сказал: «Присаживайся, бери хлеб и обмакивай в уксус». Когда она подсела к жнецам, он насыпал ей жареных зерен, и она не только наелась, но даже отложила остаток. 15 Затем она встала, чтобы продолжить работу, а Боаз своим работникам приказал: «Если она захочет подбирать колосья между снопами, не препятствуйте ей. 16 Больше того, часть колосьев роняйте и оставляйте, чтобы она подбирала их, и не попрекайте ее».

17 И она работала в поле до самого вечера, а когда обмолотила собранное, то ячменя у нее вышла почти целая мера. 18 Она отнесла это в город, и свекровь увидела, как много удалось ей собрать. А она, больше того, достала из сумки и отдала ей остаток от обеда, которым ее досыта накормили. 19 Свекровь у нее спросила: «Где ты собирала колосья сегодня, и где ты работала — благословен будь твой благодетель?» Она рассказала, у кого довелось ей работать, и прибавила: «Зовут этого человека Боаз». 20 Наоми сказала невестке: «Благослови его Господь за то, что он не оставляет заботами ни живых, ни умерших». И прибавила: «Человек этот — нам особенно близкий родственник. Он — из заступников наших». 21 А Рут Моавитка сказала: «Он даже велел мне держаться возле своих работников, пока не закончат они собирать урожай». 22 Наоми сказала Рут, невестке своей: «Прекрасно, дочь моя, что ты ходишь с его работницами, а значит, на чужом поле не обидят тебя». 23 И Рут держалась возле работниц Боаза, подбирая колосья, пока не закончилась уборка ячменя и уборка пшеницы. А жила она вместе со своею свекровью.

III. Однажды свекровь ее, Наоми, ей сказала: «Дочь моя, я хочу, чтобы ты, наконец, устроила свою жизнь. 2 Вот, к примеру, Боаз, с чьими жницами ты работала, разве он не самый близкий нам родственник? Этим вечером он будет веять ячмень на гумне. 3 Так вот, искупайся, умастись благовониями, принарядись и ступай на гумно. Но не показывайся ему на глаза прежде, чем он поужинает. 4 Когда он устроится спать, заприметь это место. Затем подойдешь к нему, отвернешь у него в ногах покрывало и ляжешь. А что делать дальше, он сам тебе скажет». 5 Она ответила: «Я все сделаю, как ты велишь мне».

6 И вот, отправившись на гумно, она все сделала, как ее наставляла свекровь. 7 Поужинав, и прийдя в доброе расположение духа, Боаз улегся спать за большой грудой зерна. Тогда она подошла потихоньку, приподняла покрывало у него в ногах и легла. 8 Глубокой ночью он в страхе проснулся и обнаружил у ног своих женщину. 9 Он спросил: «Кто ты?» Та ответила: «Рут, служанка твоя. Возьми меня под защиту, как мой заступник и родственник». 10 Он сказал: «Благослови тебя Господь, дочь моя. Ты еще больше доказала свою порядочность тем, что не стала искать себе юношу, ни бедного, ни богатого. 11 Не волнуйся, дочь моя, я выполню твою просьбу, ибо весь город знает, что ты безупречная женщина. 12 Но, хотя и правда, что за мной право выкупа, имеется родственник более близкий, чем я. 13 Переночуй здесь, а утром, если он захочет тебя выкупить, пусть выкупает. Если же он откажется тебя выкупать, то — Господь свидетель — я это сделаю. Так что спи до утра». 14 Она проспала у его ног всю ночь, но встала затемно, еще до того, как человек может различить соседа. Боаз сказал: «Пусть никто не знает, что на гумно приходила женщина». 15 И прибавил: «Сними накидку, которая на тебе, и держи ее крепче». Она так и сделала, а он ей отсыпал шесть мер ячменя и помог взвалить ношу на плечи. И он возвратился в город.

16 Когда Рут вернулась к свекрови, та спросила ее: «Ну как, дочь моя?» Она рассказала обо всем, что для нее сделал Боаз. 17 И прибавила: «Он дал мне эти шесть мер ячменя, сказав: Не возвращайся к свекрови с пустыми руками». 18 Та сказала: «Теперь, дочь моя, жди терпеливо, пока не выяснится, чем закончилось дело. А он непременно все уладит сегодня же».

IV. Между тем, Боаз отправился к городским воротам и сел там. И как раз в это время там проходил родственник, о котором он говорил. Боаз окликнул его: «Подходи сюда и присаживайся, такой-то». Тот подошел и уселся. 2 Тогда Боаз позвал десятерых мужей из числа городских старейшин, и сказал им: «Присаживайтесь». Те сели. 3 А Боаз обратился к родственнику: «Земельный надел брата нашего Элимелеха выставляет к продаже Наоми, вернувшаяся с равнины Моава. 4 Я извещаю тебя об этом перед сидящими здесь и перед городскими старейшинами. Если ты хочешь выкупить, то выкупай, а если не выкупишь, то заяви об отказе, чтобы я это знал. Ведь кроме тебя больше некому выкупить, а следующая очередь будет за мной». Тот сказал: «Да, выкупаю». 5 Тогда Боаз сказал: «Если ты покупаешь землю от Наоми и жены покойного, Рут из Моава, то должен приобрести и ее, чтобы продлить ему род и обеспечить наследников». 6 Родич сказал: «Тогда я отказываюсь от выкупа, чтобы не ставить под угрозу свое собственное наследие. Используй это мое право сам, потому как я не могу им воспользоваться». 7 А было тогда в Израиле принято делать так: чтобы скрепить сделку, касающуюся выкупа и обмена, один из ее участников снимал башмак и вручал другому. Так заключались сделки в Израиле. 8 Поэтому родственник, уступая Боазу право выкупа, снял башмак.

9 А Боаз обратился к старейшинам и ко всему народу: «Вы сегодня свидетели, что всю собственность Элимелеха, а также всю собственность Кильона и Махлона я выкупаю из рук Наоми. 10 А еще я беру в жены Рут из Моава, жену Махлона, чтобы продлить ему род и обеспечить наследников, чтобы имя его жило среди его родных и сограждан. Вы сегодня свидетели». 11 И весь народ, включая старейшин, ответил: «Да, мы свидетели. Пусть жену, входящую в дом твой, Господь уподобит Рахели и Лее, прародительницам народа Израилева, а ты процветай в Эфрате, и будь славен в Бет-Лехеме. 12 Пусть потомство, которое твоя юная жена тебе принесет, будет столь же обильным, как потомство Па’реца, которого Тамар родила Йехуде».

13 Итак, Боаз взял себе Рут, и она стала ему женой, и он вошел к ней, и Господь дал ей зачать, и она родила сына. 14 И сказали женщины Наоми: «Благословен Господь, который сегодня не оставил тебя без заступника, и да прославится его имя в Израиле. 15 Он обновит твою жизнь, и будет тебе опорою в старости, ибо родила его невестка твоя, которая любит тебя, которая для тебя лучше семерых сыновей». 16 А Наоми взяла ребенка, положила к себе на колени, и стала его выхаживать. 17 Соседки поздравляли ее, и говоря: «У Наоми теперь сын», назвали его Оведом. Это он был отцом Йишая, и дедом Давида.

18 Вот перечень потомков Па’реца: Парец родил Хецрона, 19 Хецрон родил Рама, Рам родил Амминадава, 20 Амминадав родил Нахшона, Нахшон родил Салму, 21 Салмон родил Боаза, Боаз родил Оведа, 22 Овед родил Йишая, Йишай родил Давида.


КНИГА РУТ.