Птолемей Мавретанский
Бронза. Ок. 5—20 гг. н. э.
Высота 17,8 см.
Инв. № L. 2007.16.Нью-Йорк, Метрополитен-музей.

Птолемей Мавретанский.

Бронза. Ок. 5—20 гг. н. э.
Высота 17,8 см.
Инв. № L. 2007.16.

Нью-Йорк, Метрополитен-музей.

Происхождение:
Аук­ци­он­ный дом Сот­би, Нью-Йорк, аук­ци­он N08035 лот 284, 9 дек. 2004 г. Оце­ноч­ная сто­и­мость: 300,000500,000 USD. Лот про­дан за 960,000 USD (вклю­чая пре­мию про­дав­ца).
Соб­ст­вен­ность из евро­пей­ской част­ной кол­лек­ции.
ПРОИСХОЖДЕНИЕ:
При­об­ре­тен в Упса­ле в 1860-х гг.;
граф Густав Маль­кольм Гамиль­тон (Gustav Malcolm Hamilton, 1826—1914), поме­стье Хеден­сберг (Hedensberg), Упса­ла;
Гил­берт Гамиль­тон (Gilbert Hamilton, род. 1869), Упса­ла;
граф Арран Гамиль­тон (Arran Hamilton, род. 1899), Сток­гольм;
гра­фи­ня Гари­ет­та Гамиль­тон (Harriet Hamilton);
по родо­слов­ной до нынеш­них вла­дель­цев.

ДЕМОНСТРАЦИЯ:
Земель­ный музей, Бонн, 29 нояб­ря 1979—29 фев­ра­ля 1980.

Описание:
БРОНЗОВОЕ ИЗОБРАЖЕНИЕ ГОЛОВЫ ПТОЛЕМЕЯ МАВРЕТАНСКОГО, РИМСКАЯ ИМПЕРИЯ, ПРАВЛЕНИЕ ЮЛИЕВ-КЛАВДИЕВ, ОКОЛО 5—20 г. н. э.

ОПИСАНИЕ

Изо­бра­жен­но­му око­ло пят­на­дца­ти лет, голо­ва повер­ну­та вле­во, лицо со слег­ка приот­кры­тым ртом, вздер­ну­тым носом, широ­ко поса­жен­ны­ми гла­за­ми с тон­ко выре­зан­ной радуж­кой и глу­бо­ки­ми сер­по­вид­ны­ми зрач­ка­ми и высту­паю­щи­ми бро­вя­ми; воло­сы, рас­хо­дя­щи­е­ся во все сто­ро­ны от макуш­ки пере­пле­таю­щи­ми­ся локо­на­ми, падаю­щие тол­сты­ми вол­на­ми на лоб, вис­ки и заты­лок и ранее увен­чан­ные диа­де­мой.

ЗАМЕТКА ИЗ КАТАЛОГА

Внук Анто­ния и Клео­пат­ры, Пто­ле­мей Мав­ре­тан­ский был послед­ним извест­ным потом­ком дина­стии Пто­ле­ме­ев. Он родил­ся меж­ду 19 и 14 гг. до н. э., его мате­рью была Клео­пат­ра Селе­на, а отцом Юба II, урож­ден­ный царь Мав­ре­та­нии. Пто­ле­мей пра­вил вме­сте со сво­им отцом после 21 г. н. э. и стал еди­но­лич­ным пра­ви­те­лем после смер­ти отца око­ло 23/24 г. н. э. Как зави­си­мо­го от Рима царя его сна­ча­ла осуж­да­ли за то, что он не смог ока­зать помо­щи рим­ским пол­ко­во­д­цам в их мно­го­чис­лен­ных попыт­ках пода­вить вос­ста­ние Так­фа­ри­на­та; Тацит сооб­ща­ет о Пто­ле­мее, что по моло­до­сти лет он «ни во что не вни­кал» (incuriosus) в делах государ­ства (Annals, 4. 23), но ока­зан­ная им впо­след­ст­вии актив­ная воен­ная под­держ­ка при­нес­ла ему бла­го­дар­ность Рима: «Узнав об усер­дии Пто­ле­мея в этой войне, сенат вос­ста­но­вил ста­рин­ный обы­чай и пожа­ло­вал его почет­ной наг­ра­дой: к нему был послан один из сена­то­ров, чтобы вру­чить жезл из сло­но­вой кости и рас­ши­тую тогу — при­ня­тые в древ­но­сти подар­ки сена­та — и назвать его царем, союз­ни­ком, дру­гом (Annals 4.26)». Это про­изо­шло в 24 г. н. э. вско­ре после пора­же­ния и само­убий­ства Так­фа­ри­на­та.

При­езд Пто­ле­мея в Рим при­мер­но 16 лет спу­стя, по при­ка­зу импе­ра­то­ра Кали­гу­лы, тоже был свя­зан с пла­щом. В 40 г. н. э., «Пто­ле­мея, о кото­ром я уже гово­рил, он [Кали­гу­ла] и при­гла­сил из его цар­ства и при­нял в Риме с боль­шим поче­том, а умерт­вил толь­ко пото­му, что тот, явив­шись одна­жды к нему на бой гла­ди­а­то­ров, при­влек к себе все взгляды блес­ком сво­его пур­пур­но­го пла­ща» (Suetonius, Caligula, 35; недав­нее обсуж­де­ние пер­во­ис­точ­ни­ков см. у S. J. V. Malloch, “The death of Ptolemy of Mauretania”, Historia, том 53/1, 2004, стр. 38—45).

Иден­ти­фи­ка­ция чело­ве­ка, изо­бра­жен­но­го на насто­я­щем бюсте, с Пто­ле­ме­ем Мав­ре­тан­ским сде­ла­на на осно­ва­нии его монет (см. Richter, Portraits of the Greeks, том III, № 2013). С рез­ким пово­ротом голо­вы, направ­лен­ным вверх взглядом, под­черк­ну­тым поло­же­ни­ем радуж­ных обо­ло­чек, цар­ской диа­де­мой и обна­жен­ны­ми пле­ча­ми, един­ст­вен­ный брон­зо­вый порт­рет Пто­ле­мея изо­бра­жа­ет его в тра­ди­ции элли­ни­сти­че­ских пра­ви­те­лей, послед­ним пред­ста­ви­те­лем кото­рых он был. Три дру­гие голо­вы, мра­мор­ные, най­ден­ные в Шар­ша­ле на терри­то­рии совре­мен­но­го Алжи­ра, вос­про­из­во­дят тот же юно­ше­ский порт­рет: бюст мень­ше нату­раль­ной вели­чи­ны в Лув­ре, прак­ти­че­ски иден­тич­ный насто­я­ще­му образ­цу (MA 1888: de Kersauson, указ. цит., № 57), голо­ва мень­ше нату­раль­ной вели­чи­ны, прак­ти­че­ски неузна­ва­е­мая из-за сво­его состо­я­ния, так­же нахо­дит­ся в Лув­ре (MA 3183: Louvre, Portraits romains, № 59), и одна голо­ва нахо­дит­ся в Музее Шар­ша­ла (инв. № 52: Chamoux, указ. цит., изобр. 1—3).

Все четы­ре голо­вы, вклю­чая насто­я­щую брон­зо­вую, осно­ва­ны на порт­рет­ном типе наслед­ни­ка пре­сто­ла, кото­рый, соглас­но Клау­су Фит­ше­ну (Klaus Fittschen), был создан око­ло 5 г. н. э., когда Пто­ле­мею было око­ло пят­на­дца­ти лет и его порт­рет впер­вые появил­ся на брон­зо­вых моне­тах Мав­ре­та­нии вме­сте с порт­ре­том его отца Юбы II (Horn и Rüger, указ.цит., с. 21). Фит­шен утвер­жда­ет, что этот тип был создан вско­ре после типа, раз­ра­ботан­но­го для сына Авгу­ста Гая Цеза­ря в 4 г. н. э., и в под­ра­жа­ние ему (ср., напри­мер, с порт­рет­ным бюстом Гая Цеза­ря в Музее Искус­ства и Исто­рии в Жене­ве, при­веден­ным у Кри­са Скар­ра (Chris Scarre), Chronicle of the Roman Emperors, London, 1995, с. 25). Сход­ство меж­ду порт­ре­та­ми Гая и Пто­ле­мея зак­лю­ча­ет­ся в при­чес­ке и чер­тах лица, кото­рые не толь­ко харак­тер­ны для всех Юли­ев-Клав­ди­ев в целом, но и осо­бен­но напо­ми­на­ют пря­мо­го наслед­ни­ка импе­ра­тор­ско­го тро­на. Пер­вое порт­рет­ное изо­бра­же­ние Пто­ле­мея само по себе — живая иллю­ст­ра­ция излюб­лен­ной внеш­ней поли­ти­ки Рима: пра­вить опо­сре­до­ван­но через зави­си­мых царей, а не через пря­мое втор­же­ние и аннек­сию, что все­гда намно­го доро­же.

После смер­ти Юбы II и вступ­ле­ния Пто­ле­мея на трон Мав­ре­та­нии, был, веро­ят­но, создан вто­рой порт­рет­ный тип послед­не­го, изо­бра­жаю­щий его боро­да­тым моло­дым чело­ве­ком в диа­де­ме с более пол­ны­ми чер­та­ми лица и более густы­ми непо­слуш­ны­ми воло­са­ми (см. Smith, указ. цит., кат. № 180, pl. 69,3—4, и Sotheby’s, New York, 10 дек. 1999 г., № 284).

Пер­во­на­чаль­ное про­ис­хож­де­ние насто­я­ще­го бюста оку­та­но тай­ной. Как сооб­ща­ет­ся, он был выко­пан в середине XIX века на Сто­ра Тор­гет (Stora Torget), цен­траль­ной пло­ща­ди Упса­лы, и ока­зал­ся в мага­зине куз­не­ца, так­же про­да­вав­ше­го метал­ло­лом и ста­рые инстру­мен­ты. Имен­но здесь, как сооб­ща­ет­ся, граф Густав Гамиль­тон при­об­рел бюст в 1860-х гг. Кол­лек­ция Гамиль­то­на, пер­во­на­чаль­но нахо­див­ша­я­ся в его зам­ке в Геден­сбер­ге, состо­я­ла из нор­ди­че­ских камен­ных топо­ров нео­ли­ти­че­ско­го века и раз­лич­ных метал­ли­че­ских изде­лий брон­зо­во­го века, таких как фибу­лы, все мест­но­го про­ис­хож­де­ния (кол­лек­ция упо­ми­на­ет­ся в Nordisk familjebok. Uggleupplagan, том 11, Stockholm, 1909, с. 190). Сде­лан­ная в 1911 г. за три года до смер­ти фото­гра­фия гра­фа Гамиль­то­на, лежа­ще­го на кро­ва­ти и дер­жа­ще­го брон­зо­вый бюст моло­до­го Пто­ле­мея на при­став­ном сто­ли­ке, дает воз­мож­ность понять, как он чтил его. Две вет­ви швед­ской семьи из рода Гамиль­тон про­ис­хо­дят от Маль­коль­ма Гамиль­то­на из Дал­сер­фа (Dalserf), архи­епи­ско­па Кашель­ско­го (Cashell, Ирлан­дия), сыно­вья кото­ро­го Хью­го и Людвиг посту­пи­ли на швед­скую служ­бу во вре­мя Трид­ца­ти­лет­ней вой­ны; в 1654 г. им было пожа­ло­ва­но барон­ство.

Вопрос о том, каким обра­зом рим­ский бюст, сде­лан­ный в I в. н. э. и изо­бра­жаю­щий царя Север­ной Афри­ки, попал в Шве­цию, оста­ет­ся откры­тым. Не похо­же, что его при­вез­ли рим­ские леги­о­не­ры, посколь­ку втор­же­ния Рима в эту часть Скан­ди­на­вии были очень огра­ни­че­ны. Дру­гая воз­мож­ность зак­лю­ча­ет­ся в том, что этот бюст был ранее добы­чей викин­гов из Гал­лии или Бри­та­нии, посколь­ку золотая или сереб­ря­ная диа­де­ма, укра­шав­шая голо­ву, долж­на была выглядеть при­вле­ка­тель­но в каче­стве тро­фея. Олаф Весс­берг (Olof Vessberg, указ. цит., с. 131) пред­по­ла­га­ет, что «бюст, воз­мож­но, при­был в Шве­цию вме­сте с неким швед­ским путе­ше­ст­вен­ни­ком по Ита­лии в XVIII веке», в ходе боль­шо­го путе­ше­ст­вия коро­ля Густа­ва III (1746—1792) по Ита­лии и состав­ле­ния его обшир­ной кол­лек­ции рим­ской скульп­ту­ры, кото­рая теперь рас­по­ло­же­на в Антич­ном музее Густа­ва III в Сток­голь­ме (см. Anne-Marie Leander Touati, Ancient Sculptures in the Royal Museum: the Eighteenth-century Collection, Stockholm, 1998). Но швед­ская тра­ди­ция кол­лек­ци­о­ни­ро­ва­ния антич­ных скульп­тур воз­ник­ла даже рань­ше, в кон­це XVII века, когда коро­ле­ва Кри­сти­на после отре­че­ния пере­еха­ла в Рим и ста­ла соби­рать круп­ную кол­лек­цию мра­мо­ра. Сре­ди наи­бо­лее цен­ных при­об­ре­те­ний Кри­сти­ны была рим­ская брон­зо­вая голо­ва атле­та, кото­рый она счи­та­ла порт­ре­том Алек­санд­ра Вели­ко­го в моло­до­сти (см. Veronica Buckley, Christina Queen of Sweden: The Restless Life of a European eccentric, New York, 2004, гла­ва «Glory Days»). Она сей­час нахо­дит­ся в Музее Пра­до в Мад­риде, вме­сте с боль­шей частью ее кол­лек­ции антич­ной скульп­ту­ры.


Литература:
August Hahr, Beskrivning av Hedensberg I Svenska slott och herresäten, Västmanland, 1901, с. 11.
Olof Vessberg, “Ett furstpoträtt från julisk-claudisk tid”, Konsthistorisk Tidskrift, том 16, 1947, стр. 126—132, 6 figs.
E. Boucher-Colozier, Libyca (Arch.-Epigr.), том 1, 1953, с. 30, ном. 22.
J. Mazard and M. Leglay, Les portraits antiques du Musée St. Gsell d’après les sculptures et les monnaies, Algiers, 1958, с. 22, ном. 35.
F. Chamoux, Mélanges d’archéologie et d’histoire offerts à André Piganiol, том. I, Paris, 1966, с. 399, ном. 2.
J. Boube, Bulletin d’archéologie marocaine, том 6, 1966, с. 98, ном. 17.
Klaus Fittschen, “Die Bildnisse der mauretanischen Könige und ihre stadtrömischen Vorbilder”, Madrider Mitteilungen, том 15, 1974, с. 158, CI, pl. 23, b-d.
Heinz Günter Horn and Christoph B. Rüger, Die Numider. Reiter und Könige nördlich der Sahara, ката­лог выстав­ки в Земель­ном музее Бон­на, с 29 нояб­ря 1979 по 29 фев­ра­ля 1980, Кельн и Бонн, 1979, стр. 20—21, 216 и далее., pl. 65.
Kate de Kersauson, Musée du Louvre. Catalogue des portraits romains, Том I: Portraits de la république et d’époque julio-claudienne, Paris, 1986, стр. 126 и 130

R. R. R. Smith, Hellenistic Royal Portraits, Oxford, 1988, с. 179, ном. 129(I).
Wolf-R. Megow, “Zwei frühkaiserzeitliche Kameen mit Diademträgern: Überlegungen zum Kameenschnitt am Übergang vom Hellenismus zur römischen Zeit”, Antike Kunst, том 42, 1999, стр. 84—85.

Источники:
© 2004 г. Фото, текст: Sotheby’s Auction House (Sale N08035 Lot 284)
Ключевые слова: скульптура скульптурный sculptura римский римская римские бронза из бронзы бронзовый бронзовая бронзовое бронзовые портрет портреты портретный портретная римский бронза портрет голова птолемей мавретанский аукционный дом сотби инв № l. 2007.16