Детский саркофаг со сценами мифа о сотворении человека Прометеем (фронтальная панель)
Мрамор. III в. н. э.
Инв. № MC 329.
Рим, Капитолийские музеи, Новый дворец, Зал голубей. Фото: И. А. Шурыгин

Детский саркофаг со сценами мифа о сотворении человека Прометеем (фронтальная панель).

Мрамор. III в. н. э.
Инв. № MC 329.

Рим, Капитолийские музеи, Новый дворец, Зал голубей.

Происхождение:
Рим, вил­ла Дориа-Пам­фи­ли, кол­лек­ция Аль­ба­ни.

Описание:
Совре­мен­но­му зри­те­лю (а воз­мож­но, и совре­мен­ни­кам сар­ко­фа­гов) доволь­но труд­но «читать» релье­фы, на кото­рых отсут­ст­ву­ют разде­ли­те­ли меж­ду раз­ны­ми сце­на­ми глав­ной пане­ли, и где царит сво­его рода horror vacui, под вли­я­ни­ем кото­ро­го все сво­бод­ные места на релье­фе заня­ты допол­ни­тель­ны­ми обра­за­ми. Тра­ди­ция плот­но­го запол­не­ния все­го про­стран­ства релье­фа воз­ник­ла в кон­це вто­ро­го века; при­ме­ром может слу­жить базель­ский сар­ко­фаг с мифом о Медее. Фигу­ры и пред­ме­ты на более позд­них сар­ко­фа­гах и вовсе обра­зу­ют струк­ту­ру, кото­рая нетре­ни­ро­ван­но­му взгляду совре­мен­но­го зри­те­ля может пока­зать­ся непро­ни­ца­е­мой. Хоро­шим при­ме­ром явля­ет­ся извест­ный дет­ский сар­ко­фаг из Капи­то­лий­ских музеев с мифом о Про­ме­тее. Судя по необыч­но­му сти­лю испол­не­ния, он выглядит как буд­то выре­зан­ным из дере­ва, что поз­во­ля­ет дати­ро­вать его кон­цом третье­го или даже нача­лом чет­вер­то­го века нашей эры. Это один из позд­ней­ших извест­ных «мифо­ло­ги­че­ских» сар­ко­фа­гов. Ниже мы вкрат­це рас­смот­рим его, чтобы полу­чить пред­став­ле­ние о подоб­ном хит­ро­спле­те­нии мно­же­ства фигур, а так­же о кру­ге ассо­ци­а­ций и про­блем, воз­ни­каю­щих при интер­пре­та­ции релье­фа.

В цен­тре мы видим тита­на Про­ме­тея — созда­те­ля чело­ве­ка, лепя­ще­го из гли­ны малень­ко­го маль­чи­ка. Его раз­ме­ры замет­но боль­ше, чем у окру­жаю­щих фигур. Сто­я­щая спра­ва от него Афи­на, боги­ня муд­ро­сти и куль­ту­ры, все­ля­ет душу (Psychos) в виде бабоч­ки в толь­ко что создан­ное тело, сто­я­щее на пьеде­ста­ле слов­но про­из­веде­ние искус­ства. Это та самая Афи­на, кото­рую мы еще не раз встре­тим как пок­ро­ви­тель­ни­цу зна­ния и искус­ства. Поза­ди Про­ме­тея Лахе­сис, одна из Парк (богинь судь­бы) в момент «рож­де­ния» ребен­ка опре­де­ля­ет по небес­ной сфе­ре его горо­скоп, в кото­ром окон­ча­тель­но и бес­по­во­рот­но опре­де­ле­на его ско­рая смерть. Рядом сто­ит ее сест­ра, Кло­то, вра­щаю­щая вере­те­но с нитью жиз­ни. Спра­ва к цен­траль­ной сцене при­ле­га­ет непо­сред­ст­вен­но свя­зан­ная с ней сце­на опла­ки­ва­ния. Маль­чик, к это­му вре­ме­ни немно­го под­рос­ший, умер и лежит на зем­ле. Его опла­ки­ва­ет Купидон с факе­лом, обра­щен­ным вниз. Рядом с Купидо­ном сто­ит одна из Парк, читаю­щая сви­ток судь­бы, в то вре­мя как Гер­мес уно­сит прочь душу ребен­ка, осво­бо­див­шу­ю­ся из тела, но соп­ро­тив­ля­ю­щу­ю­ся из стра­ха. Здесь Psyche изо­бра­же­на в виде девоч­ки с кры­лья­ми бабоч­ки. Фигу­ра меж­ду Афи­ной и Купидо­ном, веро­ят­но, при­над­ле­жит мате­ри умер­ше­го маль­чи­ка. Ее лицо, обра­щен­ное к зри­те­лю, ско­рее все­го, явля­ет­ся порт­рет­ным.

На дру­гой сто­роне релье­фа мы видим боги­ню зем­ли и бога морей, а свер­ху Гелиоса и Селе­ну. Как и на дру­гих сар­ко­фа­гах третье­го века, в сотво­ре­ние и смерть маль­чи­ка вовле­че­на вся Все­лен­ная. В цен­тре труд­но­ин­тер­пре­ти­ру­е­мо­го клуб­ка фигур вид­на неболь­ших раз­ме­ров любов­ная пара — Купидон и Пси­хея, кото­рая встре­ча­ет­ся и на дру­гих сар­ко­фа­гах и слу­жит услов­ным обо­зна­че­ни­ем поня­тия «любовь». Подоб­ные услов­ные обра­зы не име­ют пря­мо­го отно­ше­ния к сюже­ту релье­фа, явля­ясь, ско­рее, допол­ни­тель­ны­ми эпи­те­та­ми в эвло­гии.

Рельеф фрон­таль­ной пане­ли слит­но пере­хо­дит на боко­вые, корот­кие стен­ки сар­ко­фа­га, где изо­бра­же­ны два эпи­зо­да из мифа о Про­ме­тее, не име­ю­щие пря­мо­го отно­ше­ния к основ­но­му сюже­ту с созда­ни­ем и смер­тью ребен­ка. Это осво­бож­де­ние Герак­лом тита­на, при­ко­ван­но­го к ска­ле на Кав­ка­зе, и куз­ня Гефе­ста, откуда Про­ме­тей похи­тил огонь, чтобы пере­дать его людям. Эти релье­фы — типич­ные при­ме­ры того, что мы ранее обо­зна­чи­ли как «повест­во­ва­тель­ные изли­ше­ства».

Осо­бый инте­рес это­му сар­ко­фа­гу при­да­ют изо­бра­же­ния Ада­ма и Евы на краю релье­фа с куз­ней Гефе­ста. По ним мы зак­лю­ча­ем, что перед нами сар­ко­фаг, зака­зан­ный и, веро­ят­но, исполь­зо­ван­ный евре­я­ми или хри­сти­а­на­ми. Оче­вид­но, они хоте­ли про­ти­во­по­ста­вить гре­че­ско­му мифу о сотво­ре­нии чело­ве­ка исто­рию из Бытия о пер­вой супру­же­ской паре. Они дей­ст­во­ва­ли роб­ко (если не скрыт­но), буд­то хоте­ли выра­зить то, что долж­ны были ска­зать, однов­ре­мен­но сох­ра­нив это в тайне. Перед нами один из инте­рес­ней­ших при­ме­ров пере­хо­да от язы­че­ских сар­ко­фа­гов к хри­сти­ан­ским.

Paul Zanker, Bjorn C. Ewald

Источники:
© 2012 г. Фото: И. А. Шурыгин.
Информация: музейная аннотация.
© 2012 г. Описание: Paul Zanker, Bjorn C. Ewald. Living with Myths: The Imagery of Roman Sarcophagi. Oxford, 2012. P. 52—54.
© 2016 г. Перевод с англ.: И. А. Шурыгин
Ключевые слова: мрамор рельеф саркофаг миф о прометее прометей сотворение человека прометеем эрот амур парка парки мойры атропа клото лахесис психея минерва афина нептун посейдон океан гея меркурий гермес солнце луна гефест гера зевс рог изобилия коллекция альбани албани Инв № MC329 MC 329