Выступления рабов и угнетенных народов римских провинций (по данным Цицерона)

с.77 Дол­гое вре­мя бур­жу­аз­ная исто­рио­гра­фия избе­га­ла изу­че­ния клас­со­вой борь­бы и борь­бы угне­тен­ных наро­дов про­тив рим­ско­го гос­под­ства. Если и упо­ми­на­лись вос­ста­ния рабов, то толь­ко как эпи­зо­ди­че­ские, слу­чай­ные явле­ния для рим­ской жиз­ни. Про­вин­ции пред­став­ля­лись цве­ту­щи­ми и доволь­ны­ми рим­ской опе­кой, а при­со­еди­не­ние их к Риму — бла­гом для про­вин­ци­аль­ных наро­дов, так как Рим выпол­нял циви­ли­за­тор­скую мис­сию по отно­ше­нию к заво­е­ван­ным стра­нам.

За послед­ние годы, одна­ко, в бур­жу­аз­ной исто­рио­гра­фии воз­рос инте­рес к про­бле­мам клас­со­вой борь­бы и дви­же­ни­ям поко­рен­ных наро­дов. Про­грес­сив­ные запад­ные уче­ные с.78 стре­мят­ся пока­зать роль клас­со­вой борь­бы в антич­ной исто­рии¹. Даже реак­ци­он­ная бур­жу­аз­ная исто­рио­гра­фия, кото­рая стре­мит­ся опро­верг­нуть марк­сизм, вынуж­де­на при­ни­мать во вни­ма­ние суще­ст­во­ва­ние клас­со­вой борь­бы в антич­но­сти². Про­бле­ма клас­со­вой борь­бы и борь­бы угне­тен­ных наро­дов ста­но­вит­ся, таким обра­зом, одной из основ­ных про­блем, на кото­рых наи­бо­лее отчет­ли­во выяв­ля­ют­ся раз­лич­ные точ­ки зре­ния и раз­вер­ты­ва­ет­ся ост­рая идео­ло­ги­че­ская борь­ба.

Источ­ни­ки очень ску­по осве­ща­ют дви­же­ния рабов и выступ­ле­ния про­вин­ци­аль­ных наро­дов в 50—40 гг. I в. до н. э. Вни­ма­ние антич­ных авто­ров при­ко­вы­ва­ют дра­ма­ти­че­ские собы­тия граж­дан­ской вой­ны в Риме, на пер­вое место высту­па­ет борь­ба Цеза­ря и Пом­пея. Тем важ­нее для нас каж­дое свиде­тель­ство антич­ных писа­те­лей о борь­бе угне­тен­ных наро­дов про­тив Рима. Таким источ­ни­ком, кото­рый помо­га­ет в неко­то­рой сте­пе­ни осве­тить инте­ре­су­ю­щий нас вопрос, явля­ет­ся лите­ра­тур­ное наслед­ство Цице­ро­на. Сведе­ния Цице­ро­на отры­воч­ны, скуд­ны, но, несмот­ря на это, дают доволь­но инте­рес­ный мате­ри­ал для изу­че­ния дан­ной про­бле­мы. Неко­то­рые свиде­тель­ства под­твер­жда­ют­ся дру­ги­ми авто­ра­ми, а ино­гда ока­зы­ва­ют­ся един­ст­вен­ным источ­ни­ком.

Дан­ные Цице­ро­на о раб­стве исполь­зу­ют­ся во мно­гих работах. Одна­ко спе­ци­аль­но изу­че­нию раб­ства по этим дан­ным посвя­ще­на толь­ко одна работа Б. Боль­ца³. В ней с.79 затра­ги­ва­ет­ся ряд про­блем (взгляды на раб­ство до Цице­ро­на и тео­рия раб­ства в век Цице­ро­на, Цице­рон о юриди­че­ском поло­же­нии рабов и др.). В нача­ле сво­его труда автор гово­рит, что будет смот­реть на раб­ство гла­за­ми Цице­ро­на, избе­гая взглядов и оце­нок совре­мен­но­сти⁴. Разу­ме­ет­ся, он не смог остать­ся на этих пози­ци­ях и дал оцен­ку взглядов Цице­ро­на по тому или ино­му вопро­су, но в отдель­ных слу­ча­ях, дей­ст­ви­тель­но, огра­ни­чил­ся кон­ста­та­ци­ей фак­тов. Работа бога­та фак­ти­че­ским мате­ри­а­лом, исчер­пы­ваю­ще пол­но подо­бра­ны свиде­тель­ства Цице­ро­на по раз­би­рае­мым вопро­сам. Наи­боль­ший инте­рес для изу­че­ния дви­же­ний рабов пред­став­ля­ет гла­ва «Рабы как поли­ти­че­ский фак­тор», в кото­рой Б. Больц раз­би­ра­ет сици­лий­ские вос­ста­ния рабов.

Лите­ра­тур­ное наследие Цице­ро­на дает воз­мож­ность рас­смот­реть ряд вопро­сов про­вин­ци­аль­но­го рабо­вла­де­ния. Преж­де все­го мож­но гово­рить, что в про­вин­ци­ях, как и в Ита­лии, труд рабов исполь­зо­вал­ся во всех отрас­лях хозяй­ства. Боль­шей частью рабов в про­вин­ции исполь­зо­ва­ли в сель­ском хозяй­стве. В про­вин­ци­ях скла­ды­ва­лось круп­ное земле­вла­де­ние, осно­ван­ное на экс­плуа­та­ции раб­ско­го труда. В нашем рас­по­ря­же­нии очень мало дан­ных для опре­де­ле­ния раз­ме­ров земель­ной соб­ст­вен­но­сти, коли­че­ства рабов у отдель­ных рабо­вла­дель­цев в про­вин­ци­ях. Дио­дор гово­рит об исполь­зо­ва­нии труда рабов в круп­ных зем­ледель­че­ских хозяй­ствах во II в. до н. э.⁵ Цице­рон неод­но­крат­но упо­ми­на­ет об исполь­зо­ва­нии рабов в хозяй­стве круп­ных земле­вла­дель­цев в Сици­лии⁶, Гал­лии⁷, в Азии⁸. При­ме­ня­ли труд рабов в ремес­ле⁹, соля­ных про­мыс­лах¹⁰, гава­нях¹¹, в доме рабо­вла­дель­ца¹², обра­зо­ван­ные рабы ста­но­ви­лись пис­ца­ми¹³, чте­ца­ми, музы­кан­та­ми¹⁴.

Из пере­пис­ки Цице­ро­на мы узна­ем, что неболь­шая груп­па рабов нахо­ди­лась в при­ви­ле­ги­ро­ван­ном поло­же­нии и поль­зо­ва­лась дове­ри­ем сво­их гос­под¹⁵. Ино­гда им дава­лись не с.80 толь­ко част­ные пору­че­ния гос­под, но и дове­ря­лось выпол­не­ние государ­ст­вен­ных функ­ций. Одна­ко Цице­рон высту­па­ет про­тив исполь­зо­ва­ния рабов на государ­ст­вен­ной служ­бе, и бра­ту, нахо­див­ше­му­ся в про­вин­ции Азии, он пишет: «Но если кто-нибудь из тво­их рабов исклю­чи­тель­но пре­дан тебе, то исполь­зуй его в домаш­них и част­ных делах, а к тем делам, кото­рые каса­ют­ся тво­их слу­жеб­ных обя­зан­но­стей и хотя бы в малой доле — государ­ства, пусть он не име­ет ника­ко­го отно­ше­ния»¹⁶.

Веррес широ­ко исполь­зо­вал для выпол­не­ния раз­лич­ных пору­че­ний в Сици­лии рабов хра­ма Вене­ры¹⁷. Они были посыль­ны­ми, выпол­ня­ли поли­цей­ские функ­ции (при­во­ди­ли на суд неявив­ших­ся, сте­рег­ли их во вре­мя раз­би­ра­тель­ства) и даже высту­па­ли в роли откуп­щи­ков¹⁸. Цице­рон осо­бен­но воз­му­щен послед­ним. Отку­па состав­ля­ли при­ви­ле­гию рим­ских всад­ни­ков, и ора­тор него­ду­ет, что эта при­ви­ле­гия нару­ша­ет­ся Верре­сом, да еще пере­да­ет­ся не сво­бод­но­му, а рабу. Прав­да, из речи явст­ву­ет, что раб Вене­ры Дио­гнет был под­став­ным лицом, так как у него не было сво­его иму­ще­ства и взять на свои сред­ства откуп он не мог. Цице­рон обви­ня­ет Верре­са в том, что через рабов Вене­ры он полу­чил боль­шие при­бы­ли. Тем не менее у этих рабов была извест­ная само­сто­я­тель­ность и, веро­ят­но, боль­шие воз­мож­но­сти для выку­па. Они сами ста­но­ви­лись рабо­вла­дель­ца­ми, и ино­гда доволь­но бога­ты­ми, как напри­мер, Аго­нида, отпу­щен­ни­ца хра­ма Вене­ры¹⁹. В ряде слу­ча­ев рабо­вла­дель­цы раз­ре­ша­ли и рабам иметь рабов. Цице­рон упо­ми­на­ет неод­но­крат­но вика­ри­ев — рабов, при­над­ле­жав­ших рабам²⁰.

с.81 Исхо­дя из дан­ных Цице­ро­на, мож­но утвер­ждать, что рабы в про­вин­ци­ях сто­и­ли дешев­ле, чем в Ита­лии. В речи за Квинк­ция Цице­рон гово­рит о Невии, имев­шем рабов в Гал­лии и в Риме²¹. Один из дове­рен­ных Невия «вел из Гал­лии назна­чен­ных в про­да­жу рабов»²². Сле­до­ва­тель­но, в Риме ему было выгод­нее про­дать их, чем в Гал­лии, если он пред­по­чи­тал достав­лять их в Ита­лию. Катулл гово­рит, что вошло в обы­чай при­во­зить из про­вин­ции рабов²³. Один из рим­ских дель­цов Мал­ле­ол почти все свое состо­я­ние вывез в про­вин­цию, при­об­ре­тая там сре­ди про­чих богатств и боль­шое коли­че­ство рабов²⁴.

Рим­ские зако­ны, запре­щав­шие долж­ност­ным лицам при­об­ре­тать соб­ст­вен­ность в про­вин­ции во вре­мя маги­ст­ра­ту­ры, вме­сте с тем раз­ре­ша­ли поку­пать там рабов, прав­да, толь­ко вза­мен умер­ших в про­вин­ции²⁵. Намест­ни­ки, одна­ко, игно­ри­ро­ва­ли огра­ни­че­ния и широ­ко исполь­зо­ва­ли толь­ко раз­ре­ше­ние.

В про­вин­ци­ях рабы были дешев­ле, види­мо, пото­му, что кро­ме всех обыч­ных для Ита­лии источ­ни­ков раб­ства (вой­на²⁶, пират­ство²⁷, рож­де­ние детей у рабынь²⁸), здесь име­лась широ­кая воз­мож­ность пора­бо­ще­ния сво­бод­но­го насе­ле­ния, что зако­но­да­тель­ным путем было запре­ще­но по отно­ше­нию к рим­ским граж­да­нам. О про­да­же сво­бод­ных про­вин­ци­а­лов в раб­ство гово­рят Цице­рон²⁹, Плу­тарх³⁰.

Цице­рон нигде не ука­зы­ва­ет коли­че­ства рабов, нахо­див­ших­ся у рабо­вла­дель­цев в про­вин­ци­ях, но очень часто гово­рит, что их было мно­го. «Этот Ведий встре­тил­ся мне со сво­и­ми дву­мя коляс­ка­ми… и мно­го­чис­лен­ны­ми раба­ми»³¹. Г. Мал­ле­ол «оста­вил после себя мно­же­ство искус­ных масте­ров и нема­ло кра­сав­цев-рабов»³². Мно­го­чис­лен­ных рабов име­ли откуп­щи­ки³³. Вряд ли это про­сто рито­ри­че­ский обо­рот ора­то­ра.

Скоп­ле­ние рабов в про­вин­ци­ях рим­ские рабо­вла­дель­цы с.82 счи­та­ли опас­ным для себя и стре­ми­лись уси­лить свою власть над ними. В пись­ме к бра­ту Цице­рон пишет о необ­хо­ди­мо­сти суро­во­го обра­ще­ния с раба­ми преж­де все­го в про­вин­ци­ях. «Над ними мы долж­ны власт­во­вать всюду, а осо­бен­но в про­вин­ци­ях»³⁴. В речи о Мани­ли­е­вом законе, высту­пая за пре­до­став­ле­ние чрез­вы­чай­ных пол­но­мо­чий Пом­пею, Цице­рон в каче­стве дово­да ссы­ла­ет­ся на страх рабо­вла­дель­цев Рима перед воз­мож­ным выступ­ле­ни­ем рабов, вызван­ным бли­зо­стью враж­деб­ных войск ази­ат­ских царей³⁵. Чрез­вы­чай­ны­ми пол­но­мо­чи­я­ми наде­ля­ли рим­ских маги­ст­ра­тов не толь­ко для борь­бы с внеш­ним вра­гом, но и для подав­ле­ния выступ­ле­ний рабов и поко­рен­ных Римом наро­дов.

Преж­де все­го рим­ляне забо­ти­лись о том, чтобы рабы не мог­ли иметь ору­жия. Напри­мер, в Сици­лии после подав­ле­ния вто­ро­го сици­лий­ско­го вос­ста­ния рабов все пре­то­ры, управ­ляв­шие Сици­ли­ей, неиз­мен­но вклю­ча­ли в свой эдикт пункт — «ни один раб не име­ет пра­ва носить ору­жие»³⁶. Цице­рон при­во­дит при­мер при­ме­не­ния это­го зако­на намест­ни­ком Сици­лии Доми­ци­ем. «Луцию Доми­цию, во вре­мя его пре­ту­ры в Сици­лии, одна­жды при­нес­ли уби­то­го огром­но­го веп­ря; он с удив­ле­ни­ем спро­сил, кто его убил; узнав, что это был чей-то пас­тух, он велел позвать его; тот немед­лен­но при­бе­жал в надеж­де на похва­лу и награ­ду; Доми­ций спро­сил его, как убил он тако­го огром­но­го зве­ря; тот отве­тил — рога­ти­ной. Пре­тор тут же при­ка­зал его рас­пять»³⁷. Цице­рон воз­дер­жи­ва­ет­ся от оцен­ки дан­но­го поступ­ка, одна­ко из заклю­чи­тель­ной фра­зы совер­шен­но оче­вид­но его отно­ше­ние к нему. «Я толь­ко вижу, что Доми­ций пред­по­чел про­слыть жесто­ким, карая ослуш­ни­ка, а не, попу­сти­тель­ст­вуя ему, — бес­печ­ным»³⁸.

Цице­рон заме­ча­ет, что посту­пок Доми­ция был хоро­шо с.83 изве­стен каж­до­му рим­ля­ни­ну. Види­мо, его счи­та­ли достой­ным под­ра­жа­ния и поза­бо­ти­лись о том, чтобы в Риме о нем узна­ли. Даже рога­ти­на в руках раба, исполь­зо­ван­ная для борь­бы со зве­рем, была опас­на для рим­лян и рас­смат­ри­ва­лась как воз­мож­ное ору­жие про­тив них.

Наи­бо­лее рас­про­стра­нен­ной фор­мой клас­со­вой борь­бы рабов было бег­ство³⁹. Бежав­шие рабы иска­ли убе­жи­ща в хра­мах. Одна­ко рим­ляне очень мало счи­та­лись с пра­вом хра­мо­во­го убе­жи­ща. Кве­стор М. Авре­лий Скавр хотел уве­сти бежав­ше­го от него раба из хра­ма Диа­ны Эфес­ской. Ему пытал­ся поме­шать знат­ный эфе­сец Перикл, кото­ро­го Скавр вызвал в Рим на суд⁴⁰. Вме­ша­тель­ство знат­но­го эфес­ца Е. М. Шта­ер­ман счи­та­ет про­яв­ле­ни­ем посто­ян­но тлев­шей оппо­зи­ции про­вин­ци­а­лов про­тив рим­лян⁴¹.

Рабы, бежав­шие от сво­их хозя­ев в Риме, стре­ми­лись поско­рее выбрать­ся за пре­де­лы Ита­лии и устрем­ля­лись в про­вин­ции, рас­счи­ты­вая, что там лег­че будет скрыть­ся. Дио­ни­сий, раб Цице­ро­на, бежал в Илли­рию, где «гово­рил, что он отпу­щен… на сво­бо­ду»⁴². В Кили­кию бежал раб Атти­ка⁴³. Лицин, раб тра­ги­ка Эзопа, бежал в Афи­ны, затем в Азию и выда­вал себя там за сво­бод­но­го. Когда из пись­ма его гос­по­ди­на ста­ло извест­но, что он бежал, его схва­ти­ли и пере­да­ли под стра­жу в Эфе­се. Цице­рон про­сит бра­та Квин­та, намест­ни­ка Азии, при­вез­ти бежав­ше­го раба в Рим «со всей пре­до­сто­рож­но­стью, хотя бы при себе»⁴⁴. Види­мо, Цице­рон и хозя­ин раба боя­лись, как бы Лицин не бежал вто­рич­но. Счи­тая бег­ство раба «пре­ступ­ле­ни­ем и дер­зо­стью»⁴⁵, Эзоп, по всей види­мо­сти, соби­рал­ся каз­нить раба, так как Цице­рон пишет о Лицине «ведь мало сто­ит тот, кто уже ничто»⁴⁶.

с.84 Дол­гое вре­мя убе­жи­щем для бег­лых рабов явля­лась Сици­лия — самая близ­кая к Ита­лии про­вин­ция. О мас­со­вом бег­стве рабов в Сици­лию свиде­тель­ст­ву­ет над­пись⁴⁷ пре­то­ра (отно­ся­ща­я­ся к середине II в. до н. э.), разыс­кав­ше­го и воз­вра­тив­ше­го ита­лий­ским рабо­вла­дель­цам 917 рабов.

Рабы не толь­ко бежа­ли от сво­их гос­под, но и уби­ва­ли их. У Цице­ро­на нет пря­мых ука­за­ний на убий­ство раба­ми рабо­вла­дель­цев, но в слу­чае невы­яс­нен­ных убийств подо­зре­ние сра­зу пада­ло на бег­лых рабов⁴⁸. В одном из писем Цице­рон гово­рит, что после убий­ства в Гре­ции быв­ше­го кон­су­ла Мар­ка Мар­цел­ла, рабы его «бежа­ли, пора­жен­ные стра­хом, отто­го, что их гос­по­дин был убит»⁴⁹. Страх рас­пла­ты за убий­ство рабо­вла­дель­ца у рабов вполне есте­ствен. Кро­ме того, убий­ство гос­по­ди­на созда­ва­ло бла­го­при­ят­ные усло­вия для бег­ства рабов и рабы Мар­цел­ла мог­ли вос­поль­зо­вать­ся этим обсто­я­тель­ст­вом.

Ино­гда сами рабо­вла­дель­цы при­вле­ка­ли рабов для уча­стия в борь­бе сре­ди сво­бод­ных. В речи за Клу­ен­ция Цице­рон с воз­му­ще­ни­ем отме­ча­ет, что Нений, ком­па­ньон Клу­ен­ция, выгнал Клу­ен­ция из его галль­ско­го име­ния при помо­щи его же соб­ст­вен­ных рабов. «По тво­е­му при­ка­за­нию, рабы под­ня­ли руку на сво­его гос­по­ди­на», — него­ду­ет Цице­рон⁵⁰. Рабо­вла­де­лец Цице­рон до глу­би­ны души воз­му­щен поведе­ни­ем Невия, при­звав­ше­го рабов высту­пить про­тив гос­по­ди­на.

Для раз­боя и наси­лия в про­вин­ции воору­жа­ет сво­их рабов став­лен­ник Верре­са Руб­рий, исполь­зуя еще и рабов лик­то­ра Верре­са Кор­не­лия. Бога­тый ламп­са­кец Фило­дам, защи­ща­ясь от при­тя­за­ний Верре­са, «клик­нул сво­их рабов… рабы Руб­рия и хозя­и­на всту­пи­ли в дра­ку»⁵¹. Такое исполь­зо­ва­ние рабов в каче­стве лич­ной охра­ны ста­но­вит­ся уже обыч­ным в Рим­ской рес­пуб­ли­ке I в. до н. э. В. И. Ленин ука­зы­ва­ет, что «в усло­ви­ях рабо­вла­дель­че­ско­го обще­ства рабы, как мы зна­ем, вос­ста­ва­ли, устра­и­ва­ли бун­ты, откры­ва­ли граж­дан­ские вой­ны, но ино­гда не мог­ли создать созна­тель­но­го боль­шин­ства, руко­во­дя­щих борь­бой пар­тий, не мог­ли ясно понять, к какой цели идут, и даже в наи­бо­лее рево­лю­ци­он­ные момен­ты исто­рии все­гда ока­зы­ва­лись пеш­ка­ми в руках гос­под­ст­ву­ю­щих клас­сов»⁵².

с.85 Самым опас­ным для рим­ских рабо­вла­дель­цев были, конеч­но, вос­ста­ния рабов.

Дол­гие годы они не мог­ли забыть сици­лий­ских вос­ста­ний и вос­ста­ния Спар­та­ка. Неод­но­крат­но Цице­рон воз­вра­ща­ет­ся к этим собы­ти­ям⁵³. Изу­че­ние сици­лий­ских вос­ста­ний по дан­ным Цице­ро­на невоз­мож­но. Чаще все­го он упо­ми­на­ет о них для срав­не­ния сво­их поли­ти­че­ских про­тив­ни­ков — Кло­дия, Анто­ния и Верре­са — с вождем вос­ста­ния Афи­ни­о­ном. Дру­гие вожди вос­ста­ния в Сици­лии им не упо­ми­на­ют­ся. Из опи­са­ния I сици­лий­ско­го вос­ста­ния у Цице­ро­на мож­но почерп­нуть толь­ко сведе­ния о захва­те раба­ми г. Энны⁵⁴.

Зна­чи­тель­но чаще Цице­рон упо­ми­на­ет II сици­лий­ское вос­ста­ние рабов. В 75 г. Цице­рон был кве­сто­ром в Лили­бее. От II вос­ста­ния рабов в Сици­лии его отде­ля­ло все­го 25 лет. Больц пред­по­ла­га­ет, что инфор­ма­цию об этом вос­ста­нии Цице­рон полу­чил во вре­мя сво­ей кве­сту­ры, так как он ниче­го не гово­рит о восточ­ной части Сици­лии, а огра­ни­чи­ва­ет­ся опе­ра­ци­я­ми Афи­ни­о­на с 104 по 101 гг., кото­рые были свя­за­ны с горо­да­ми Сеге­стой и Лили­бе­ем⁵⁵.

Мне­ние Б. Боль­ца убеди­тель­но. Дей­ст­ви­тель­но, у Цице­ро­на фигу­ри­ру­ет Афи­ни­он — вождь II сици­лий­ско­го вос­ста­ния рабов, дей­ст­во­вав­ший в запад­ной части ост­ро­ва. Цице­рон назы­ва­ет его царем бег­лых рабов⁵⁶, совер­шен­но не упо­ми­ная Саль­вия (Три­фо­на).

Цице­рон пред­став­ля­ет себе вос­ста­ние про­дол­жи­тель­ным по вре­ме­ни и широ­ким по раз­ма­ху. К вос­ста­нию Цице­рон отно­сит­ся явно отри­ца­тель­но. Вос­став­ших он ина­че не назы­ва­ет как «бег­лые вар­ва­ры», кото­рые «по всем сво­им каче­ствам, были склон­ны ско­рее к зло­дей­ству, чем к бла­го­че­стию»⁵⁷, «гро­мад­ные шай­ки бег­лых рабов»⁵⁸ и т. д. Прав­да, помощ­ни­ки Верре­са выглядят у Цице­ро­на в срав­не­нии с раба­ми еще хуже⁵⁹. Б. Больц