Одиссея

Песнь вторая

Гомер. Одиссея. М., Гос. изд-во худож. лит-ры, 1953.
Перевод В. В. Вересаева под ред. академика И. И. Толстого.
Примечания С. В. Поляковой.
Греческий текст: Homer. The Odyssey with an English translation by A. T. Murray. London, Heinemann, 1919.
Сканы лёбовского издания 1919 г.
СКРЫТЬ ГРЕЧЕСКИЙ ТЕКСТ

Рано рож­ден­ная вышла из тьмы розо­пер­стая Эос.
Встал с посте­ли сво­ей воз­люб­лен­ный сын Одис­сея,
В пла­тье одел­ся, отто­чен­ный меч чрез пле­чо пере­бро­сил,
К белым ногам при­вя­зал кра­си­во­го вида подош­вы,
Ἦμος δ᾽ ἠριγένεια φάνη ῥοδοδάκτυλος Ἠώς,
ὤρνυτ᾽ ἄρ᾽ ἐξ εὐνῆφιν Ὀδυσσῆος φίλος υἱὸς
εἵματα ἑσσάμενος, περὶ δὲ ξίφος ὀξὺ θέτ᾽ ὤμῳ,
ποσσὶ δ᾽ ὑπὸ λιπαροῖσιν ἐδήσατο καλὰ πέδιλα,
5 Вышел быст­ро из спаль­ни, бес­смерт­но­му богу подоб­ный,
И при­ка­за­ние отдал гла­ша­та­ям звон­ко­го­ло­сым
Длин­но­во­ло­сых ахей­цев тот­час же созвать на собра­нье.
Очень ско­ро на клич их на пло­ща­ди все собра­ли­ся.
После того как сошлись и тол­па собра­ла­ся боль­шая,
βῆ δ᾽ ἴμεν ἐκ θαλάμοιο θεῷ ἐναλίγκιος ἄντην.
αἶψα δὲ κηρύκεσσι λιγυφθόγγοισι κέλευσε
κηρύσσειν ἀγορήνδε κάρη κομόωντας Ἀχαιούς.
οἱ μὲν ἐκήρυσσον, τοὶ δ᾽ ἠγείροντο μάλ᾽ ὦκα.
αὐτὰρ ἐπεί ῥ᾽ ἤγερθεν ὁμηγερέες τ᾽ ἐγένοντο,
10 Вышел на пло­щадь и он, с копьем мед­но­ост­рым в ладо­ни.
Шел не один он. За ним две рез­вых соба­ки бежа­ли.
Вид на него изли­ла неска­зан­но при­ят­ный Афи­на.
Весь изу­мил­ся народ, увидав­ши, каким под­хо­дил он.
Сел он на месте отцов­ском, герон­ты пред ним рас­сту­пи­лись.
βῆ ῥ᾽ ἴμεν εἰς ἀγορήν, παλάμῃ δ᾽ ἔχε χάλκεον ἔγχος,
οὐκ οἶος, ἅμα τῷ γε δύω κύνες ἀργοὶ ἕποντο.
θεσπεσίην δ᾽ ἄρα τῷ γε χάριν κατέχευεν Ἀθήνη.
τὸν δ᾽ ἄρα πάντες λαοὶ ἐπερχόμενον θηεῦντο·
ἕζετο δ᾽ ἐν πατρὸς θώκῳ, εἶξαν δὲ γέροντες.
15 Встал бла­го­род­ный Егип­тий и речь пред собра­ни­ем начал.
Был он лета­ми сог­бен и опыт имел бога­тей­ший;
Сын его милый, Антиф-копье­бо­рец, отплыл с Одис­се­ем
На кораб­лях изо­гну­тых в коня­ми бога­тую Трою.
Был умерщ­влен он в глу­бо­кой пеще­ре сви­ре­пым Цик­ло­пом
Τοῖσι δ᾽ ἔπειθ᾽ ἥρως Αἰγύπτιος ἦρχ᾽ ἀγορεύειν,
ὃς δὴ γήραϊ κυφὸς ἔην καὶ μυρία ᾔδη.
καὶ γὰρ τοῦ φίλος υἱὸς ἅμ᾽ ἀντιθέῳ Ὀδυσῆι
Ἴλιον εἰς ἐύπωλον ἔβη κοίλῃς ἐνὶ νηυσίν,
Ἄντιφος αἰχμητής· τὸν δ᾽ ἄγριος ἔκτανε Κύκλωψ
20 И послу­жил для него послед­ней едою на ужин.
Три еще сына оста­лись; в чис­ле жени­хов нахо­дил­ся
Сын Еври­ном, осталь­ные в отцов­ском работа­ли доме.
Все же о пер­вом все вре­мя он пом­нил, скор­бя и печа­лясь.
Сле­зы о нем про­ли­вая, он стал гово­рить пред собра­ньем:
ἐν σπῆι γλαφυρῷ, πύματον δ᾽ ὡπλίσσατο δόρπον.
τρεῖς δέ οἱ ἄλλοι ἔσαν, καὶ ὁ μὲν μνηστῆρσιν ὁμίλει,
Εὐρύνομος, δύο δ᾽ αἰὲν ἔχον πατρώια ἔργα.
ἀλλ᾽ οὐδ᾽ ὣς τοῦ λήθετ᾽ ὀδυρόμενος καὶ ἀχεύων.
τοῦ ὅ γε δάκρυ χέων ἀγορήσατο καὶ μετέειπε·
25 «Слу­шай­те, что, ита­кий­цы, пред вами сего­дня ска­жу я!
Не созы­ва­лись у нас ни совет, ни собра­нье наро­да
С самой поры, как отплыл Одис­сей на судах изо­гну­тых.
Кто же теперь нас собрал? Кто почув­ст­во­вал надоб­ность в этом, —
Из моло­дых ли людей кто-нибудь иль из тех, кто постар­ше?
«Κέκλυτε δὴ νῦν μευ, Ἰθακήσιοι, ὅττι κεν εἴπω·
οὔτε ποθ᾽ ἡμετέρη ἀγορὴ γένετ᾽ οὔτε θόωκος
ἐξ οὗ Ὀδυσσεὺς δῖος ἔβη κοίλῃς ἐνὶ νηυσί.
νῦν δὲ τίς ὧδ᾽ ἤγειρε; τίνα χρειὼ τόσον ἵκει
ἠὲ νέων ἀνδρῶν ἢ οἳ προγενέστεροί εἰσιν;
30 Что он — услы­шал ли весть о при­бы­тии вой­ска и хочет
Все сооб­щить нам прав­ди­во, раз пер­вый об этом услы­шал?
Или о деле народ­ном дру­гом гово­рить он наме­рен?
Бла­го­сло­вен­ным он кажет­ся мне и отваж­ным. Пус­кай он
Сча­стье полу­чит от Зев­са такое, како­го жела­ет!»
ἠέ τιν᾽ ἀγγελίην στρατοῦ ἔκλυεν ἐρχομένοιο,
ἥν χ᾽ ἡμῖν σάφα εἴποι, ὅτε πρότερός γε πύθοιτο;
ἦέ τι δήμιον ἄλλο πιφαύσκεται ἠδ᾽ ἀγορεύει;
ἐσθλός μοι δοκεῖ εἶναι, ὀνήμενος. εἴθε οἱ αὐτῷ
Ζεὺς ἀγαθὸν τελέσειεν, ὅτι φρεσὶν ᾗσι μενοινᾷ».
35 Кон­чил. С радо­стью речь его выслу­шал сын Одис­се­ев.
Заго­во­рить он рвал­ся, на месте ему не сиде­лось.
Стал в середине собра­нья. И ски­петр вло­жил ему в руки
Вест­ник, разум­ные мыс­ли име­ю­щий в серд­це, Писе­нор.
Преж­де все­го к ста­ри­ку Теле­мах обра­тил­ся и мол­вил:
Ὣς φάτο, χαῖρε δὲ φήμῃ Ὀδυσσῆος φίλος υἱός,
οὐδ᾽ ἄρ᾽ ἔτι δὴν ἧστο, μενοίνησεν δ᾽ ἀγορεύειν,
στῆ δὲ μέσῃ ἀγορῇ· σκῆπτρον δέ οἱ ἔμβαλε χειρὶ
κῆρυξ Πεισήνωρ πεπνυμένα μήδεα εἰδώς.
πρῶτον ἔπειτα γέροντα καθαπτόμενος προσέειπεν·
40 «Ста­рец, тот муж неда­ле­ко, — сей­час его сам ты увидишь, —
Тот, кто собра­нье созвал. Печаль мне вели­кая нын­че.
Вести такой я не слы­шал, чтоб к нам при­бли­жа­ло­ся вой­ско,
Нече­го мне сооб­щить вам, что пер­вый об этом я слы­шал.
Не собрал­ся гово­рить и о деле дру­гом я народ­ном.
«Ὦ γέρον, οὐχ ἑκὰς οὗτος ἀνήρ, τάχα δ᾽ εἴσεαι αὐτός,
ὃς λαὸν ἤγειρα· μάλιστα δέ μ᾽ ἄλγος ἱκάνει.
οὔτε τιν᾽ ἀγγελίην στρατοῦ ἔκλυον ἐρχομένοιο,
ἥν χ᾽ ὑμῖν σάφα εἴπω, ὅτε πρότερός γε πυθοίμην,
οὔτε τι δήμιον ἄλλο πιφαύσκομαι οὐδ᾽ ἀγορεύω,
45 Дело идет обо мне и о бедах, на дом мой упав­ших.
Две их: одна — погиб у меня мой отец бла­го­род­ный,
Быв­ший над вами царем и все­гда, как отец, вас любив­ший.
Мно­го еще тяже­лее вто­рая беда, от кото­рой
Ско­ро погибнет наш дом и я разо­рюсь совер­шен­но.
ἀλλ᾽ ἐμὸν αὐτοῦ χρεῖος, ὅ μοι κακὰ ἔμπεσεν οἴκῳ
δοιά· τὸ μὲν πατέρ᾽ ἐσθλὸν ἀπώλεσα, ὅς ποτ᾽ ἐν ὑμῖν
τοίσδεσσιν βασίλευε, πατὴρ δ᾽ ὣς ἤπιος ἦεν·
νῦν δ᾽ αὖ καὶ πολὺ μεῖζον, ὃ δὴ τάχα οἶκον ἅπαντα
πάγχυ διαρραίσει, βίοτον δ᾽ ἀπὸ πάμπαν ὀλέσσει.
50 К мате­ри про­тив жела­нья ее при­ста­ют неот­ступ­но,
Как жени­хи, сыно­вья оби­та­те­лей наших знат­ней­ших,
Пря­мо к отцу ее в дом обра­тить­ся, к Ика­рию стар­цу,
Сме­ло­сти нет в них, — чтоб сам он за дочь свою выкуп назна­чил,
Выбрав, кого поже­ла­ет и кто ему будет при­ят­ней.
μητέρι μοι μνηστῆρες ἐπέχραον οὐκ ἐθελούσῃ,
τῶν ἀνδρῶν φίλοι υἷες, οἳ ἐνθάδε γ᾽ εἰσὶν ἄριστοι,
οἳ πατρὸς μὲν ἐς οἶκον ἀπερρίγασι νέεσθαι
Ἰκαρίου, ὥς κ᾽ αὐτὸς ἐεδνώσαιτο θύγατρα,
δοίη δ᾽ ᾧ κ᾽ ἐθέλοι καί οἱ κεχαρισμένος ἔλθοι·
55 Вме­сто того, еже­днев­но вры­ва­я­ся в дом наш тол­пою,
Режут без сче­та быков, и жир­ных коз­лов, и бара­нов,
Веч­но пиру­ют и вина искри­стые пьют без­рас­чет­но.
Все рас­хи­ща­ют они. И нет уже мужа тако­го
В доме, как был Одис­сей, чтобы дом защи­тить от про­кля­тья.
οἱ δ᾽ εἰς ἡμέτερον πωλεύμενοι ἤματα πάντα,
βοῦς ἱερεύοντες καὶ ὄις καὶ πίονας αἶγας
εἰλαπινάζουσιν πίνουσί τε αἴθοπα οἶνον
μαψιδίως· τὰ δὲ πολλὰ κατάνεται. οὐ γὰρ ἔπ᾽ ἀνήρ,
οἷος Ὀδυσσεὺς ἔσκεν, ἀρὴν ἀπὸ οἴκου ἀμῦναι.
60 Мы ж не такие, чтоб спра­вить­ся с этим, и даже позд­нее
Жал­ки­ми будем мужа­ми, спо­соб­ны­ми мало к отпо­ру.
О, защи­тил бы и я, когда бы лишь силу имел я!
Дело тво­рит­ся, како­го тер­петь уж нель­зя! Без­образ­но
Гибнет мой дом. Неуже­ли самих это вас не при­во­дит
ἡμεῖς δ᾽ οὔ νύ τι τοῖοι ἀμυνέμεν· ἦ καὶ ἔπειτα
λευγαλέοι τ᾽ ἐσόμεσθα καὶ οὐ δεδαηκότες ἀλκήν.
ἦ τ᾽ ἂν ἀμυναίμην, εἴ μοι δύναμίς γε παρείη.
οὐ γὰρ ἔτ᾽ ἀνσχετὰ ἔργα τετεύχαται, οὐδ᾽ ἔτι καλῶς
οἶκος ἐμὸς διόλωλε. νεμεσσήθητε καὶ αὐτοί,
65 В него­до­ва­нье! Тогда посты­ди­тесь хотя бы соседей,
Окрест живу­щих! Побой­тесь хотя бы богов, чтобы в гне­ве
Не обра­ти­ли на вас же они этих дел недо­стой­ных!
Зев­сом, вла­ды­кой Олим­па, я вас закли­наю, Феми­дой,
Что рас­пус­ка­ет собра­нья наро­да и их соби­ра­ет, —
ἄλλους τ᾽ αἰδέσθητε περικτίονας ἀνθρώπους,
οἳ περιναιετάουσι· θεῶν δ᾽ ὑποδείσατε μῆνιν,
μή τι μεταστρέψωσιν ἀγασσάμενοι κακὰ ἔργα.
λίσσομαι ἠμὲν Ζηνὸς Ὀλυμπίου ἠδὲ Θέμιστος,
ἥ τ᾽ ἀνδρῶν ἀγορὰς ἠμὲν λύει ἠδὲ καθίζει·
70 Милые, вас я молю: пере­стань­те! И дай­те мне горем
В уеди­не­ньи тер­зать­ся! Кра­си­во­по­нож­ным ахей­цам
Не при­чи­нил ли, враж­дуя, обиды какой мой роди­тель,
И за нее вы, враж­дуя, обиды теперь мне тво­ри­те,
Этих людей поощ­ряя? Мне было бы луч­ше, когда бы
σχέσθε, φίλοι, καί μ᾽ οἶον ἐάσατε πένθεϊ λυγρῷ
τείρεσθ᾽, εἰ μή πού τι πατὴρ ἐμὸς ἐσθλὸς Ὀδυσσεὺς
δυσμενέων κάκ᾽ ἔρεξεν ἐυκνήμιδας Ἀχαιούς,
τῶν μ᾽ ἀποτινύμενοι κακὰ ῥέζετε δυσμενέοντες,
τούτους ὀτρύνοντες. ἐμοὶ δέ κε κέρδιον εἴη
75 Сами поели вы все, что лежит у меня и пасет­ся.
Если бы вы все поели, то ско­ро при­шла б и рас­пла­та.
Мы бы по горо­ду ста­ли ходить, при­ста­вая к вам с прось­бой
Вещи назад воз­вра­тить, пока б вы все­го не отда­ли.
Нын­че же серд­це вы мне без­на­деж­ным тер­за­е­те горем!»
ὑμέας ἐσθέμεναι κειμήλιά τε πρόβασίν τε.
εἴ χ᾽ ὑμεῖς γε φάγοιτε, τάχ᾽ ἄν ποτε καὶ τίσις εἴη·
τόφρα γὰρ ἂν κατὰ ἄστυ ποτιπτυσσοίμεθα μύθῳ
χρήματ᾽ ἀπαιτίζοντες, ἕως κ᾽ ἀπὸ πάντα δοθείη·
νῦν δέ μοι ἀπρήκτους ὀδύνας ἐμβάλλετε θυμῷ».
80 В бешен­стве так он вос­клик­нул и ски­петр бро­сил на зем­лю.
Хлы­ну­ли сле­зы из глаз. И жалость народ охва­ти­ла.
Все осталь­ные без­молв­но сиде­ли, никто не решал­ся
Дерз­ко-обид­ное сло­во в ответ Теле­ма­ху про­мол­вить.
Толь­ко один Анти­ной, ему воз­ра­жая, вос­клик­нул:
Ὣς φάτο χωόμενος, ποτὶ δὲ σκῆπτρον βάλε γαίῃ
δάκρυ᾽ ἀναπρήσας· οἶκτος δ᾽ ἕλε λαὸν ἅπαντα.
ἔνθ᾽ ἄλλοι μὲν πάντες ἀκὴν ἔσαν, οὐδέ τις ἔτλη
Τηλέμαχον μύθοισιν ἀμείψασθαι χαλεποῖσιν·
Ἀντίνοος δέ μιν οἶος ἀμειβόμενος προσέειπε·
85 «Что гово­ришь ты, наду­тый бол­тун необуздан­но буй­ный,
Что нас поро­чишь? Жела­ешь пят­ном зама­рать нас позор­ным.
Не жени­хи пред тобою ахей­ские здесь вино­ва­ты, —
Мать вино­ва­та твоя, без­мер­но ковар­ная серд­цем!
Тре­тий кон­ча­ет­ся год и уж ско­ро насту­пит чет­вер­тый,
«Τηλέμαχ᾽ ὑψαγόρη, μένος ἄσχετε, ποῖον ἔειπες
ἡμέας αἰσχύνων· ἐθέλοις δέ κε μῶμον ἀνάψαι.
σοὶ δ᾽ οὔ τι μνηστῆρες Ἀχαιῶν αἴτιοί εἰσιν,
ἀλλὰ φίλη μήτηρ, ἥ τοι πέρι κέρδεα οἶδεν.
ἤδη γὰρ τρίτον ἐστὶν ἔτος, τάχα δ᾽ εἶσι τέταρτον,
90 Как у ахей­цев в груди она дух бес­ко­неч­но моро­чит.
Всем надеж­ду дает, обе­ща­ет­ся каж­до­му порознь,
Вести ему посы­ла­ет, в уме же жела­ет иное.
Кро­ме того, про­тив нас и дру­гую при­ду­ма­ла хит­рость:
Ткань нача­ла она ткать, ста­нок у себя поме­стив­ши, —
ἐξ οὗ ἀτέμβει θυμὸν ἐνὶ στήθεσσιν Ἀχαιῶν.
πάντας μέν ῥ᾽ ἔλπει καὶ ὑπίσχεται ἀνδρὶ ἑκάστῳ
ἀγγελίας προϊεῖσα, νόος δέ οἱ ἄλλα μενοινᾷ.
ἡ δὲ δόλον τόνδ᾽ ἄλλον ἐνὶ φρεσὶ μερμήριξε·
στησαμένη μέγαν ἱστὸν ἐνὶ μεγάροισιν ὕφαινε,
95 Тон­кую, очень боль­шую и нам объ­яви­ла при этом:
— Вот что, мои жени­хи моло­дые (ведь умер супруг мой),
Не торо­пи­те со свадь­бой меня, подо­жди­те, пока­мест
Сава­на я не сотку — про­па­дет моя ина­че пря­жа! —
Знат­но­му стар­цу Лаэр­ту на слу­чай, коль гибель­ный жре­бий
λεπτὸν καὶ περίμετρον· ἄφαρ δ᾽ ἡμῖν μετέειπε·
“Κοῦροι ἐμοὶ μνηστῆρες, ἐπεὶ θάνε δῖος Ὀδυσσεύς,
μίμνετ᾽ ἐπειγόμενοι τὸν ἐμὸν γάμον, εἰς ὅ κε φᾶρος
ἐκτελέσω, μή μοι μεταμώνια νήματ᾽ ὄληται,
Λαέρτῃ ἥρωι ταφήιον, εἰς ὅτε κέν μιν
100 Скорбь достав­ля­ю­щей смер­ти неждан­но его здесь постигнет, —
Чтобы в окру­ге меня не кори­ли ахей­ские жены,
Что похо­ро­нен без сава­на муж, при­об­рет­ший так мно­го. —
Так гово­ри­ла и дух нам отваж­ный в груди убеди­ла.
Что ж ока­за­лось? В тече­ние дня она ткань свою пря­ла,
μοῖρ᾽ ὀλοὴ καθέλῃσι τανηλεγέος θανάτοιο,
μή τίς μοι κατὰ δῆμον Ἀχαιϊάδων νεμεσήσῃ.
αἴ κεν ἄτερ σπείρου κεῖται πολλὰ κτεατίσσας”.
Ὣς ἔφαθ᾽, ἡμῖν δ᾽ αὖτ᾽ ἐπεπείθετο θυμὸς ἀγήνωρ.
ἔνθα καὶ ἠματίη μὲν ὑφαίνεσκεν μέγαν ἱστόν,
105 Ночью же, факе­лы воз­ле поста­вив, опять рас­пус­ка­ла.
Длил­ся три года обман, и ей дове­ря­ли ахей­цы.
Но как чет­вер­тый при­бли­зил­ся год и часы насту­пи­ли,
Жен­щи­на нам сооб­щи­ла, кото­рая все это зна­ла.
За рас­пус­ка­ни­ем тка­ни пре­крас­ной ее мы заста­ли.
νύκτας δ᾽ ἀλλύεσκεν, ἐπεὶ δαΐδας παραθεῖτο.
ὣς τρίετες μὲν ἔληθε δόλῳ καὶ ἔπειθεν Ἀχαιούς·
ἀλλ᾽ ὅτε τέτρατον ἦλθεν ἔτος καὶ ἐπήλυθον ὧραι,
καὶ τότε δή τις ἔειπε γυναικῶν, ἣ σάφα ᾔδη,
καὶ τήν γ᾽ ἀλλύουσαν ἐφεύρομεν ἀγλαὸν ἱστόν.
110 Волей-нево­лей тогда ей работу при­ш­ло­ся окон­чить.
Слу­шай же! Вот что тебе, Теле­мах, жени­хи отве­ча­ют,
Чтобы и ты это знал и все осталь­ные ахей­цы:
Мать ото­шли и вели, чтобы шла за того, за кого ей
Вый­ти при­ка­жет отец и самой ей при­ят­нее вый­ти.
ὣς τὸ μὲν ἐξετέλεσσε καὶ οὐκ ἐθέλουσ᾽ ὑπ᾽ ἀνάγκης·
σοὶ δ᾽ ὧδε μνηστῆρες ὑποκρίνονται, ἵν᾽ εἰδῇς
αὐτὸς σῷ θυμῷ, εἰδῶσι δὲ πάντες Ἀχαιοί·
μητέρα σὴν ἀπόπεμψον, ἄνωχθι δέ μιν γαμέεσθαι
τῷ ὅτεῴ τε πατὴρ κέλεται καὶ ἁνδάνει αὐτῇ.
115 Если ж ахей­ских сынов и впредь раз­дра­жать она будет,
Гор­дая теми дара­ми, какие Пал­ла­да Афи­на
Ей в изоби­льи дала, — искус­ст­вом в пре­крас­ных работах,
Разу­мом свет­лым и хит­рой сме­кал­кой, — такою, кото­рой
Мы и у древ­них не зна­ем ахе­я­нок пыш­но­во­ло­сых,
εἰ δ᾽ ἔτ᾽ ἀνιήσει γε πολὺν χρόνον υἷας Ἀχαιῶν,
τὰ φρονέουσ᾽ ἀνὰ θυμόν, ὅ οἱ πέρι δῶκεν Ἀθήνη
ἔργα τ᾽ ἐπίστασθαι περικαλλέα καὶ φρένας ἐσθλὰς
κέρδεά θ᾽, οἷ᾽ οὔ πώ τιν᾽ ἀκούομεν οὐδὲ παλαιῶν,
τάων αἳ πάρος ἦσαν ἐυπλοκαμῖδες Ἀχαιαί,
120 Будь это Тиро, Мике­на в пре­крас­ном вен­це иль Алк­ме­на.
Нет, ни одна не смог­ла б меж­ду них с Пене­ло­пой срав­нять­ся
Хит­ро­стью! Нын­че, одна­ко, ей хит­рость ее не помо­жет.
Будут они поедать и запа­сы и скот твой, покуда
Станет упор­ст­во­вать в тех она мыс­лях, кото­рые в грудь ей
Τυρώ τ᾽ Ἀλκμήνη τε ἐυστέφανός τε Μυκήνη·
τάων οὔ τις ὁμοῖα νοήματα Πηνελοπείῃ
ᾔδη· ἀτὰρ μὲν τοῦτό γ᾽ ἐναίσιμον οὐκ ἐνόησε.
τόφρα γὰρ οὖν βίοτόν τε τεὸν καὶ κτήματ᾽ ἔδονται,
ὄφρα κε κείνη τοῦτον ἔχῃ νόον, ὅν τινά οἱ νῦν
125 Боги вла­га­ют. Себе она этим вели­кую сла­ву
Может добыть, но тебе лишь поте­ри боль­шие доста­вит.
Мы ж не вер­нем­ся к делам и к неве­стам дру­гим не поедем
Рань­ше, чем по серд­цу мужа она не возь­мет средь ахей­цев».
И, воз­ра­жая ему, Теле­мах рас­суди­тель­ный мол­вил:
ἐν στήθεσσι τιθεῖσι θεοί. μέγα μὲν κλέος αὐτῇ
ποιεῖτ᾽, αὐτὰρ σοί γε ποθὴν πολέος βιότοιο.
ἡμεῖς δ᾽ οὔτ᾽ ἐπὶ ἔργα πάρος γ᾽ ἴμεν οὔτε πῃ ἄλλῃ,
πρίν γ᾽ αὐτὴν γήμασθαι Ἀχαιῶν ᾧ κ᾽ ἐθέλῃσι».
Τὸν δ᾽ αὖ Τηλέμαχος πεπνυμένος ἀντίον ηὔδα·
130 «Как же бы из дому выгнать я мог, Анти­ной, про­тив воли
Ту, что меня роди­ла и вскор­ми­ла! Отец мой дале­ко,
Жив или умер, — не знаю. При­дет­ся нема­ло пла­тить мне
Стар­цу Ика­рию, если к нему мою мать ото­шлю я.
И от отца постра­дать мне при­дет­ся. И гроз­но отпла­тит
«Ἀντίνο᾽, οὔ πως ἔστι δόμων ἀέκουσαν ἀπῶσαι
ἥ μ᾽ ἔτεχ᾽, ἥ μ᾽ ἔθρεψε· πατὴρ δ᾽ ἐμὸς ἄλλοθι γαίης,
ζώει ὅ γ᾽ ἦ τέθνηκε· κακὸν δέ με πόλλ᾽ ἀποτίνειν
Ἰκαρίῳ, αἴ κ᾽ αὐτὸς ἑκὼν ἀπὸ μητέρα πέμψω.
ἐκ γὰρ τοῦ πατρὸς κακὰ πείσομαι, ἄλλα δὲ δαίμων
135 Мне боже­ство, если вызо­вет мать моя страш­ных эрин­ний,
Дом покидая. К тому ж я и сла­вой покро­юсь худою.
Нет, нико­гда не отва­жусь ска­зать ей подоб­но­го сло­ва!
Если же это не нра­вит­ся вам и в гнев вас ввер­га­ет, —
Что же! Очи­сти­те дом мой! С пира­ми ж устрой­тесь ина­че:
δώσει, ἐπεὶ μήτηρ στυγερὰς ἀρήσετ᾽ ἐρινῦς
οἴκου ἀπερχομένη· νέμεσις δέ μοι ἐξ ἀνθρώπων
ἔσσεται· ὣς οὐ τοῦτον ἐγώ ποτε μῦθον ἐνίψω.
ὑμέτερος δ᾽ εἰ μὲν θυμὸς νεμεσίζεται αὐτῶν,
ἔξιτέ μοι μεγάρων, ἄλλας δ᾽ ἀλεγύνετε δαῖτας
140 Сред­ства свои про­едай­те на них, череду­ясь дома­ми.
Если ж нахо­ди­те вы, что для вас и при­ят­ней и луч­ше
У одно­го чело­ве­ка богат­ство губить без­воз­мезд­но, —
Жри­те! А я воз­зо­ву за под­держ­кой к богам веч­но­су­щим.
Может быть, делу воз­мездия даст совер­шить­ся Кро­ни­он!
ὑμὰ κτήματ᾽ ἔδοντες ἀμειβόμενοι κατὰ οἴκους.
εἰ δ᾽ ὑμῖν δοκέει τόδε λωίτερον καὶ ἄμεινον
ἔμμεναι, ἀνδρὸς ἑνὸς βίοτον νήποινον ὀλέσθαι,
κείρετ᾽· ἐγὼ δὲ θεοὺς ἐπιβώσομαι αἰὲν ἐόντας,
αἴ κέ ποθι Ζεὺς δῷσι παλίντιτα ἔργα γενέσθαι.
145 Все вы погиб­не­те здесь же, и пени за это не будет!»
Так гово­рил Теле­мах. Вдруг Зевс про­тя­жен­но гре­мя­щий
Двух орлов нис­по­слал с высоты, со ска­ли­стой вер­ши­ны.
Мир­но сна­ча­ла лете­ли они по дыха­нию вет­ра,
Близ­ко один от дру­го­го про­стер­ши широ­кие кры­лья.
νήποινοί κεν ἔπειτα δόμων ἔντοσθεν ὄλοισθε».
Ὣς φάτο Τηλέμαχος, τῷ δ᾽ αἰετὼ εὐρύοπα Ζεὺς
ὑψόθεν ἐκ κορυφῆς ὄρεος προέηκε πέτεσθαι.
τὼ δ᾽ ἕως μέν ῥ᾽ ἐπέτοντο μετὰ πνοιῇς ἀνέμοιο
πλησίω ἀλλήλοισι τιταινομένω πτερύγεσσιν·
150 Но, очу­тив­шись как раз над собра­ни­ем мно­го­го­ло­сым,
Кры­лья­ми вдруг зама­ха­ли и ста­ли кру­жить над собра­ньем,
Голо­вы всех огляде­ли, увиде­ли общую гибель
И, рас­ца­ра­пав друг дру­гу ког­тя­ми и щеки и шеи,
Повер­ху впра­во умча­лись — над горо­дом их, над дома­ми.
ἀλλ᾽ ὅτε δὴ μέσσην ἀγορὴν πολύφημον ἱκέσθην,
ἔνθ᾽ ἐπιδινηθέντε τιναξάσθην πτερὰ πυκνά,
ἐς δ᾽ ἰδέτην πάντων κεφαλάς, ὄσσοντο δ᾽ ὄλεθρον·
δρυψαμένω δ᾽ ὀνύχεσσι παρειὰς ἀμφί τε δειρὰς
δεξιὼ ἤιξαν διά τ᾽ οἰκία καὶ πόλιν αὐτῶν.
155 Все в изум­ле­нье при­шли, увидев­ши птиц над собою,
И про себя раз­мыш­ля­ли, — чем все это кон­чить­ся может?
Вдруг обра­тил­ся к ним с речью ста­рик Али­ферс бла­го­род­ный,
Масто­ров сын. Средь ровес­ни­ков он лишь один выда­вал­ся
Зна­ни­ем вся­че­ских птиц и вещею речью сво­ею.
θάμβησαν δ᾽ ὄρνιθας, ἐπεὶ ἴδον ὀφθαλμοῖσιν·
ὥρμηναν δ᾽ ἀνὰ θυμὸν ἅ περ τελέεσθαι ἔμελλον.
τοῖσι δὲ καὶ μετέειπε γέρων ἥρως Ἁλιθέρσης
Μαστορίδης· ὁ γὰρ οἶος ὁμηλικίην ἐκέκαστο
ὄρνιθας γνῶναι καὶ ἐναίσιμα μυθήσασθαι·
160 Он, бла­го­мыс­лия пол­ный, ска­зал пред собра­ньем ахей­цев:
«Слу­шай­те, что, ита­кий­цы, пред вами сего­дня ска­жу я!
Боль­ше все­го к жени­хам обра­ща­юсь я с речью моею.
Беды вели­кие мчат­ся на них. Одис­сей уж недол­го
Будет вда­ли от дру­зей. Он где-то совсем неда­ле­ко!
ὅ σφιν ἐὺ φρονέων ἀγορήσατο καὶ μετέειπε·
«Κέκλυτε δὴ νῦν μευ, Ἰθακήσιοι, ὅττι κεν εἴπω·
μνηστῆρσιν δὲ μάλιστα πιφαυσκόμενος τάδε εἴρω·
τοῖσιν γὰρ μέγα πῆμα κυλίνδεται· οὐ γὰρ Ὀδυσσεὺς
δὴν ἀπάνευθε φίλων ὧν ἔσσεται, ἀλλά που ἤδη
165 Смерть и убий­ство рас­тит он для всех жени­хов Пене­ло­пы!
Пло­хо так­же при­дет­ся и мно­гим из нас, кто живет здесь,
На изда­ле­ка замет­ной Ита­ке. Поду­ма­ем луч­ше,
Как жени­хов поско­рей обуздать нам. Пус­кай пере­ста­ли б
Луч­ше уж сами, — гораздо для них это было б полез­ней.
ἐγγὺς ἐὼν τοῖσδεσσι φόνον καὶ κῆρα φυτεύει
πάντεσσιν· πολέσιν δὲ καὶ ἄλλοισιν κακὸν ἔσται,
οἳ νεμόμεσθ᾽ Ἰθάκην ἐυδείελον. ἀλλὰ πολὺ πρὶν
φραζώμεσθ᾽, ὥς κεν καταπαύσομεν· οἱ δὲ καὶ αὐτοὶ
παυέσθων· καὶ γάρ σφιν ἄφαρ τόδε λώιόν ἐστιν.
170 Не нови­чок я в гада­ньях и дело свое пони­маю.
И с Одис­се­ем, смот­ри­те, вполне все свер­ша­ет­ся точ­но,
Как пред­ска­зал я в то вре­мя, когда соби­ра­лись ахей­цы
Высту­пить в Трою и с ними пошел Одис­сей мно­го­хит­рый.
Вынес­ши мно­же­ство бед­ст­вий, това­ри­щей всех поте­ряв­ши,
οὐ γὰρ ἀπείρητος μαντεύομαι, ἀλλ᾽ ἐὺ εἰδώς·
καὶ γὰρ κείνῳ φημὶ τελευτηθῆναι ἅπαντα,
ὥς οἱ ἐμυθεόμην, ὅτε Ἴλιον εἰσανέβαινον
Ἀργεῖοι, μετὰ δέ σφιν ἔβη πολύμητις Ὀδυσσεύς.
φῆν κακὰ πολλὰ παθόντ᾽, ὀλέσαντ᾽ ἄπο πάντας ἑταίρους,
175 Всем незна­ко­мый, домой на два­дца­том году он вер­нет­ся, —
Так гово­рил я, и все это точ­но свер­ша­ет­ся нын­че!»
Сын Поли­ба ему, Еври­мах, воз­ра­жая, отве­тил:
«Было бы луч­ше, ста­рик, когда б ты домой воро­тил­ся
И для ребят пога­дал, чтобы с ними чего не слу­чи­лось!
ἄγνωστον πάντεσσιν ἐεικοστῷ ἐνιαυτῷ
οἴκαδ᾽ ἐλεύσεσθαι· τὰ δὲ δὴ νῦν πάντα τελεῖται».
Τὸν δ᾽ αὖτ᾽ Εὐρύμαχος Πολύβου πάϊς ἀντίον ηὔδα·
«Ὦ γέρον, εἰ δ᾽ ἄγε νῦν μαντεύεο σοῖσι τέκεσσιν
οἴκαδ᾽ ἰών, μή πού τι κακὸν πάσχωσιν ὀπίσσω·
180 В этом же деле получ­ше тебя пога­дать я сумею.
Мало ли видим мы птиц, под ярким летаю­щих солн­цем.
Вовсе не все пред­ве­ща­ют из них что-нибудь. Одис­сей же
В крае дале­ком погиб. Хоро­шо бы, когда бы с ним вме­сте
Гибель взя­ла и тебя! Пре­кра­тил бы свои ты веща­нья,
ταῦτα δ᾽ ἐγὼ σέο πολλὸν ἀμείνων μαντεύεσθαι.
ὄρνιθες δέ τε πολλοὶ ὑπ᾽ αὐγὰς ἠελίοιο
φοιτῶσ᾽, οὐδέ τε πάντες ἐναίσιμοι· αὐτὰρ Ὀδυσσεὺς
ὤλετο τῆλ᾽, ὡς καὶ σὺ καταφθίσθαι σὺν ἐκείνῳ
ὤφελες. οὐκ ἂν τόσσα θεοπροπέων ἀγόρευες,
185 Не под­стре­кал бы и так раз­дра­жен­но­го всем Теле­ма­ха.
Вер­но, пода­рок в свой дом полу­чить от него ты жела­ешь!
Но гово­рю я тебе, и сло­ва мои сбу­дут­ся точ­но:
Если ты, с опы­том дол­гим сво­им и бога­тым, враж­деб­ность
Глу­пой сво­ей бол­тов­нею под­дер­жи­вать в юно­ше ста­нешь,
οὐδέ κε Τηλέμαχον κεχολωμένον ὧδ᾽ ἀνιείης,
σῷ οἴκῳ δῶρον ποτιδέγμενος, αἴ κε πόρῃσιν.
ἀλλ᾽ ἔκ τοι ἐρέω, τὸ δὲ καὶ τετελεσμένον ἔσται·
αἴ κε νεώτερον ἄνδρα παλαιά τε πολλά τε εἰδὼς
παρφάμενος ἐπέεσσιν ἐποτρύνῃς χαλεπαίνειν,
190 Преж­де все­го и ему от это­го будет лишь хуже,
Ибо совсем ниче­го про­тив нас он поде­лать не смо­жет.
А на тебя мы, ста­рик, жесто­чай­шую пеню нало­жим.
Выпла­тить будет ее нелег­ко и для серд­ца печаль­но.
А Теле­ма­ху пред все­ми, кто здесь, пред­ло­жил бы я вот что:
αὐτῷ μέν οἱ πρῶτον ἀνιηρέστερον ἔσται,
πρῆξαι δ᾽ ἔμπης οὔ τι δυνήσεται εἵνεκα τῶνδε·
σοὶ δέ, γέρον, θωὴν ἐπιθήσομεν, ἥν κ᾽ ἐνὶ θυμῷ
τίνων ἀσχάλλῃς· χαλεπὸν δέ τοι ἔσσεται ἄλγος.
Τηλεμάχῳ δ᾽ ἐν πᾶσιν ἐγὼν ὑποθήσομαι αὐτός·
195 Мате­ри пусть он при­ка­жет к отцу сво­е­му воз­вра­тить­ся;
Тот же пусть свадь­бу гото­вит, при­да­ное дав­ши боль­шое,
Сколь­ко его полу­чить пола­га­ет­ся доче­ри милой.
Рань­ше, вполне убеж­ден я, ахей­цев сыны не отста­нут
С тяж­ким сво­им сва­тов­ст­вом. Нико­го мы из вас не боим­ся, —
μητέρα ἣν ἐς πατρὸς ἀνωγέτω ἀπονέεσθαι·
οἱ δὲ γάμον τεύξουσι καὶ ἀρτυνέουσιν ἔεδνα
πολλὰ μάλ᾽, ὅσσα ἔοικε φίλης ἐπὶ παιδὸς ἕπεσθαι.
οὐ γὰρ πρὶν παύσεσθαι ὀίομαι υἷας Ἀχαιῶν
μνηστύος ἀργαλέης, ἐπεὶ οὔ τινα δείδιμεν ἔμπης,
200 Ни само­го Теле­ма­ха, как мно­го бы слов он ни сыпал, —
Ни о веща­ньях тво­их не печа­лим­ся. Все они вздор­ны!
Ими, ста­рик, толь­ко боль­ше враж­ду ты к себе воз­буж­да­ешь.
Будет по-преж­не­му здесь все доб­ро поедать­ся, и пла­ты
Им не дождать­ся, пока­мест ахей­цам согла­сье на свадь­бу
οὔτ᾽ οὖν Τηλέμαχον μάλα περ πολύμυθον ἐόντα,
οὔτε θεοπροπίης ἐμπαζόμεθ᾽, ἣν σύ, γεραιέ,
μυθέαι ἀκράαντον, ἀπεχθάνεαι δ᾽ ἔτι μᾶλλον.
χρήματα δ᾽ αὖτε κακῶς βεβρώσεται, οὐδέ ποτ᾽ ἶσα
ἔσσεται, ὄφρα κεν ἥ γε διατρίβῃσιν Ἀχαιοὺς
205 Ею не будет дано. Ведь сколь­ко уж вре­ме­ни здесь мы
Ждем, за нее сорев­ну­ясь друг с дру­гом. А вре­мя про­хо­дит,
Новых себе мы не ищем невест для при­лич­но­го бра­ка».
И сыну Поли­ба в ответ Теле­мах рас­суди­тель­ный мол­вил:
«Я, Еври­мах, ни тебя, ни дру­гих жени­хов бла­го­род­ных
ὃν γάμον· ἡμεῖς δ᾽ αὖ ποτιδέγμενοι ἤματα πάντα
εἵνεκα τῆς ἀρετῆς ἐριδαίνομεν, οὐδὲ μετ᾽ ἄλλας
ἐρχόμεθ᾽, ἃς ἐπιεικὲς ὀπυιέμεν ἐστὶν ἑκάστῳ».
Τὸν δ᾽ αὖ Τηλέμαχος πεπνυμένος ἀντίον ηὔδα·
«Εὐρύμαχ᾽ ἠδὲ καὶ ἄλλοι, ὅσοι μνηστῆρες ἀγαυοί,
210 Ни уго­ва­ри­вать, ни умо­лять уже боль­ше не ста­ну.
Все ведь извест­но богам, а так­же извест­но ахей­цам.
Дай­те лишь быст­рый корабль мне и два­дцать това­ри­щей, с кем бы
Всю доро­гу про­де­лать я мог и туда и обрат­но.
Я соби­ра­ю­ся в Спар­ту поехать и в Пилос пес­ча­ный,
ταῦτα μὲν οὐχ ὑμέας ἔτι λίσσομαι οὐδ᾽ ἀγορεύω·
ἤδη γὰρ τὰ ἴσασι θεοὶ καὶ πάντες Ἀχαιοί.
ἀλλ᾽ ἄγε μοι δότε νῆα θοὴν καὶ εἴκοσ᾽ ἑταίρους,
οἵ κέ μοι ἔνθα καὶ ἔνθα διαπρήσσωσι κέλευθον.
εἶμι γὰρ ἐς Σπάρτην τε καὶ ἐς Πύλον ἠμαθόεντα
215 Там об отце пораз­ведать исчез­нув­шем. Вер­но, из смерт­ных
Кто-либо смо­жет о нем мне ска­зать иль Мол­ва сооб­щит мне
Зев­со­ва — боль­ше все­го она людям изве­стий при­но­сит.
Если услы­шу, что жив мой отец, что домой он вер­нет­ся,
Буду я ждать его год, тер­пе­ли­во сно­ся при­тес­не­нья.
νόστον πευσόμενος πατρὸς δὴν οἰχομένοιο,
ἤν τίς μοι εἴπῃσι βροτῶν ἢ ὄσσαν ἀκούσω
ἐκ Διός, ἥ τε μάλιστα φέρει κλέος ἀνθρώποισιν·
εἰ μέν κεν πατρὸς βίοτον καὶ νόστον ἀκούσω,
ἦ τ᾽ ἄν, τρυχόμενός περ, ἔτι τλαίην ἐνιαυτόν·
220 Если ж услы­шу, что мертв он, что нет его боль­ше на све­те,
То, воз­вра­тив­шись обрат­но в отцов­скую милую зем­лю,
В честь его холм я насып­лю могиль­ный, как следу­ет спра­вив
Чин похо­рон­ный по нем, и в заму­же­ство мать мою выдам».
Так про­из­нес он и сел. И встал пред собра­ньем ахей­цев
εἰ δέ κε τεθνηῶτος ἀκούσω μηδ᾽ ἔτ᾽ ἐόντος,
νοστήσας δὴ ἔπειτα φίλην ἐς πατρίδα γαῖαν
σῆμά τέ οἱ χεύω καὶ ἐπὶ κτέρεα κτερεΐξω
πολλὰ μάλ᾽, ὅσσα ἔοικε, καὶ ἀνέρι μητέρα δώσω».
Ἦ τοι ὅ γ᾽ ὣς εἰπὼν κατ᾽ ἄρ᾽ ἕζετο, τοῖσι δ᾽ ἀνέστη
225 Мен­тор. Това­ри­щем был без­упреч­но­го он Одис­сея.
Тот, на судах уез­жая, весь дом ему вве­рил, велев­ши
Слу­шать во всем ста­ри­ка и дом охра­нять поусерд­ней.
Доб­рых наме­ре­ний пол­ный, к собра­нью он так обра­тил­ся:
«Слу­шай­те, что, ита­кий­цы, пред вами сего­дня ска­жу я!
Μέντωρ, ὅς ῥ᾽ Ὀδυσῆος ἀμύμονος ἦεν ἑταῖρος,
καὶ οἱ ἰὼν ἐν νηυσὶν ἐπέτρεπεν οἶκον ἅπαντα,
πείθεσθαί τε γέροντι καὶ ἔμπεδα πάντα φυλάσσειν·
ὅ σφιν ἐὺ φρονέων ἀγορήσατο καὶ μετέειπεν·
«Κέκλυτε δὴ νῦν μευ, Ἰθακήσιοι, ὅττι κεν εἴπω·
230 Мяг­ким, бла­гим и при­вет­ли­вым быть уж впе­ред ни еди­ный
Царь скип­т­ро­нос­ный не дол­жен, но, прав­ду из серд­ца изгнав­ши,
Каж­дый пус­кай при­тес­ня­ет людей и тво­рит без­за­ко­нья,
Если никто Одис­сея не пом­нит в наро­де, кото­рым
Он управ­лял и с кото­рым был добр, как отец с сыно­вья­ми.
μή τις ἔτι πρόφρων ἀγανὸς καὶ ἤπιος ἔστω
σκηπτοῦχος βασιλεύς, μηδὲ φρεσὶν αἴσιμα εἰδώς,
ἀλλ᾽ αἰεὶ χαλεπός τ᾽ εἴη καὶ αἴσυλα ῥέζοι·
ὡς οὔ τις μέμνηται Ὀδυσσῆος θείοιο
λαῶν οἷσιν ἄνασσε, πατὴρ δ᾽ ὣς ἤπιος ἦεν.
235 Я не хочу упре­кать жени­хов необуздан­но дерз­ких
В том, что, ковар­ст­вуя серд­цем, они совер­ша­ют наси­лья:
Сами сво­ей голо­вою игра­ют они, разо­ряя
Дом Одис­сея, решив­ши, что он уж назад не вер­нет­ся.
Но вот на вас, осталь­ных, от все­го него­дую я серд­ца:
ἀλλ᾽ ἦ τοι μνηστῆρας ἀγήνορας οὔ τι μεγαίρω
ἔρδειν ἔργα βίαια κακορραφίῃσι νόοιο·
σφὰς γὰρ παρθέμενοι κεφαλὰς κατέδουσι βιαίως
οἶκον Ὀδυσσῆος, τὸν δ᾽ οὐκέτι φασὶ νέεσθαι.
νῦν δ᾽ ἄλλῳ δήμῳ νεμεσίζομαι, οἷον ἅπαντες
240 Все вы сиди­те, мол­чи­те и твер­дым не сме­е­те сло­вом
Их обуздать. А вас ведь так мно­го, а их так немно­го!»
Еве­но­рид Лео­крит, ему воз­ра­жая, вос­клик­нул:
«Мен­тор, упря­мый безу­мец! Так вот к чему дело ты кло­нишь!
Хочешь наро­дом сми­рить нас! Но было бы труд­но и мно­гим
ἧσθ᾽ ἄνεῳ, ἀτὰρ οὔ τι καθαπτόμενοι ἐπέεσσι
παύρους μνηστῆρας καταπαύετε πολλοὶ ἐόντες».
Τὸν δ᾽ Εὐηνορίδης Λειώκριτος ἀντίον ηὔδα·
«Μέντορ ἀταρτηρέ, φρένας ἠλεέ, ποῖον ἔειπες
ἡμέας ὀτρύνων καταπαυέμεν. ἀργαλέον δὲ
245 Всех нас заста­вить насиль­но от наших пиров отка­зать­ся!
Если бы даже и сам Одис­сей-ита­ки­ец вер­нул­ся
И поже­лал бы отсюда изгнать жени­хов бла­го­род­ных,
В доме про­стран­ном его за пир­ше­ст­вом пыш­ным сидя­щих,
Было б его воз­вра­ще­нье супру­ге его не на радость,
ἀνδράσι καὶ πλεόνεσσι μαχήσασθαι περὶ δαιτί.
εἴ περ γάρ κ᾽ Ὀδυσεὺς Ἰθακήσιος αὐτὸς ἐπελθὼν
δαινυμένους κατὰ δῶμα ἑὸν μνηστῆρας ἀγαυοὺς
ἐξελάσαι μεγάροιο μενοινήσει᾽ ἐνὶ θυμῷ,
οὔ κέν οἱ κεχάροιτο γυνή, μάλα περ χατέουσα,
250 Как бы по нем ни томи­лась. Погиб бы он смер­тью позор­ной,
Если б со мно­ги­ми взду­мал поме­рять­ся. Вздор гово­ришь ты!
Ты же, народ, рас­хо­дись! К сво­им воз­вра­щай­ся работам!
Это­го в путь сна­рядить пус­кай пото­ро­пят­ся Мен­тор
И Али­ферс — Одис­сею това­ри­щи дав­ние оба.
ἐλθόντ᾽, ἀλλά κεν αὐτοῦ ἀεικέα πότμον ἐπίσποι,
εἰ πλεόνεσσι μάχοιτο· σὺ δ᾽ οὐ κατὰ μοῖραν ἔειπες.
ἀλλ᾽ ἄγε, λαοὶ μὲν σκίδνασθ᾽ ἐπὶ ἔργα ἕκαστος,
τούτῳ δ᾽ ὀτρυνέει Μέντωρ ὁδὸν ἠδ᾽ Ἁλιθέρσης,
οἵ τέ οἱ ἐξ ἀρχῆς πατρώιοί εἰσιν ἑταῖροι.
255 Думаю, дол­го, одна­ко, он вести выслу­ши­вать будет,
Сидя в Ита­ке. Пути сво­е­го нико­гда не свер­шит он!»
Так ска­зав, рас­пу­стил он собра­ние быст­ро ахей­цев,
И по жили­щам сво­им разо­шел­ся народ из собра­нья.
А жени­хи воз­вра­ти­лись обрат­но в дом Одис­сея.
ἀλλ᾽ ὀίω, καὶ δηθὰ καθήμενος ἀγγελιάων
πεύσεται εἰν Ἰθάκῃ, τελέει δ᾽ ὁδὸν οὔ ποτε ταύτην».
Ὣς ἄρ᾽ ἐφώνησεν, λῦσεν δ᾽ ἀγορὴν αἰψηρήν.
οἱ μὲν ἄρ᾽ ἐσκίδναντο ἑὰ πρὸς δώμαθ᾽ ἕκαστος,
μνηστῆρες δ᾽ ἐς δώματ᾽ ἴσαν θείου Ὀδυσῆος.
260 Вдаль ушел Теле­мах по пес­ча­но­му бере­гу моря,
Руки седою водою омыл и взмо­лил­ся к Афине:
«Ты, посе­тив­шая дом наш вче­ра и в туман­ное море
Мне в кораб­ле быст­ро­ход­ном велев­шая плыть, чтоб раз­ведать,
Нет ли вестей о дав­но уж ушед­шем отце моем милом
Τηλέμαχος δ᾽ ἀπάνευθε κιὼν ἐπὶ θῖνα θαλάσσης,
χεῖρας νιψάμενος πολιῆς ἁλὸς εὔχετ᾽ Ἀθήνῃ·
«Κλῦθί μευ, ὃ χθιζὸς θεὸς ἤλυθες ἡμέτερον δῶ
καὶ μ᾽ ἐν νηὶ κέλευσας ἐπ᾽ ἠεροειδέα πόντον
νόστον πευσόμενον πατρὸς δὴν οἰχομένοιο
265 И об его воз­вра­ще­ньи! Меша­ют мне в этом ахей­цы,
Боле ж все­го — жени­хи в нахаль­стве сво­ем бес­пре­дель­ном».
Так гово­рил он молясь. Вдруг пред ним появи­лась Афи­на,
Мен­то­ра образ при­няв, с ним схо­жая видом и речью,
И со сло­ва­ми к нему окры­лен­ны­ми так обра­ти­лась:
ἔρχεσθαι· τὰ δὲ πάντα διατρίβουσιν Ἀχαιοί,
μνηστῆρες δὲ μάλιστα κακῶς ὑπερηνορέοντες».
Ὣς ἔφατ᾽ εὐχόμενος, σχεδόθεν δέ οἱ ἦλθεν Ἀθήνη,
Μέντορι εἰδομένη ἠμὲν δέμας ἠδὲ καὶ αὐδήν,
καί μιν φωνήσασ᾽ ἔπεα πτερόεντα προσηύδα·
270 «Так­же и впредь, Теле­мах, не будь нера­зум­ным и сла­бым,
Раз бла­го­род­ная сила отца изли­та тебе в серд­це —
Сила, с какой он все­го доби­вал­ся и сло­вом и делом.
Станет тогда и тебе твой отъ­езд испол­ним и воз­мо­жен.
Если же ты Одис­сею не сын и не сын Пене­ло­пе,
«Τηλέμαχ᾽, οὐδ᾽ ὄπιθεν κακὸς ἔσσεαι οὐδ᾽ ἀνοήμων,
εἰ δή τοι σοῦ πατρὸς ἐνέστακται μένος ἠύ,
οἷος κεῖνος ἔην τελέσαι ἔργον τε ἔπος τε·
οὔ τοι ἔπειθ᾽ ἁλίη ὁδὸς ἔσσεται οὐδ᾽ ἀτέλεστος.
εἰ δ᾽ οὐ κείνου γ᾽ ἐσσὶ γόνος καὶ Πηνελοπείης,
275 Думаю, вряд ли удаст­ся тебе совер­шить, что жела­ешь.
Ред­ко быва­ет с детьми, чтоб они на отца похо­ди­ли, —
Боль­шею частию хуже отца, лишь немно­гие луч­ше.
Если ж и впредь не оста­нешь­ся ты нера­зум­ным и сла­бым,
Если тебя не совсем Одис­се­е­ва кину­ла смет­ка,
οὐ σέ γ᾽ ἔπειτα ἔολπα τελευτήσειν, ἃ μενοινᾷς.
παῦροι γάρ τοι παῖδες ὁμοῖοι πατρὶ πέλονται,
οἱ πλέονες κακίους, παῦροι δέ τε πατρὸς ἀρείους.
ἀλλ᾽ ἐπεὶ οὐδ᾽ ὄπιθεν κακὸς ἔσσεαι οὐδ᾽ ἀνοήμων,
οὐδέ σε πάγχυ γε μῆτις Ὀδυσσῆος προλέλοιπεν,
280 Дело испол­нить свое вполне ты наде­ять­ся можешь.
О жени­хах нера­зум­ных, об их замыш­ле­ньях и коз­нях
Брось теперь думать: ни разу­ма нет в этих людях, ни прав­ды.
Нет и пред­чув­ст­вия в серд­це, что близ­ко сто­ят перед ними
Чер­ная Кера и смерть, что в один они день все погиб­нут.
ἐλπωρή τοι ἔπειτα τελευτῆσαι τάδε ἔργα.
τῶ νῦν μνηστήρων μὲν ἔα βουλήν τε νόον τε
ἀφραδέων, ἐπεὶ οὔ τι νοήμονες οὐδὲ δίκαιοι·
οὐδέ τι ἴσασιν θάνατον καὶ κῆρα μέλαιναν,
ὃς δή σφι σχεδόν ἐστιν, ἐπ᾽ ἤματι πάντας ὀλέσθαι.
285 Путь же совсем неда­лек, кото­ро­го так ты жела­ешь.
Вот какой я това­рищ тебе по отцу: раздо­бу­ду
Быст­рый корабль для тебя и последую сам за тобою.
Ты же теперь воро­тись к жени­хам. А тебе на доро­гу
Пусть загото­вят при­па­сы, пусть ими напол­нят сосуды.
σοὶ δ᾽ ὁδὸς οὐκέτι δηρὸν ἀπέσσεται ἣν σὺ μενοινᾷς·
τοῖος γάρ τοι ἑταῖρος ἐγὼ πατρώιός εἰμι,
ὅς τοι νῆα θοὴν στελέω καὶ ἅμ᾽ ἕψομαι αὐτός.
ἀλλὰ σὺ μὲν πρὸς δώματ᾽ ἰὼν μνηστῆρσιν ὁμίλει,
ὅπλισσόν τ᾽ ἤια καὶ ἄγγεσιν ἄρσον ἅπαντα,
290 В амфо­ры слад­ко­го ска­жешь вина нацедить вам, муку же
Ячную — мозг чело­ве­ка — в меш­ки пусть поло­жат из кожи.
Я доб­ро­воль­цев пока набе­ру средь наро­да. Судов же
В морем объ­ятой Ита­ке нема­ло и новых и ста­рых.
Я меж­ду ними корабль при­гля­жу, кото­рый получ­ше,
οἶνον ἐν ἀμφιφορεῦσι, καὶ ἄλφιτα, μυελὸν ἀνδρῶν,
δέρμασιν ἐν πυκινοῖσιν· ἐγὼ δ᾽ ἀνὰ δῆμον ἑταίρους
αἶψ᾽ ἐθελοντῆρας συλλέξομαι. εἰσὶ δὲ νῆες
πολλαὶ ἐν ἀμφιάλῳ Ἰθάκῃ, νέαι ἠδὲ παλαιαί·
τάων μέν τοι ἐγὼν ἐπιόψομαι ἥ τις ἀρίστη,
295 Быст­ро его сна­рядим и вый­дем в широ­кое море».
Так ска­за­ла Афи­на, Зеве­со­ва дочь. И недол­го
Ждать Теле­мах оста­вал­ся, услы­шав­ши голос боги­ни.
Милым печа­лу­ясь серд­цем, поспеш­но напра­вил­ся к дому.
Там жени­хов он застал гор­де­ли­вых: в зале сто­ло­вой
ὦκα δ᾽ ἐφοπλίσσαντες ἐνήσομεν εὐρέι πόντῳ».
Ὣς φάτ᾽ Ἀθηναίη κούρη Διός· οὐδ᾽ ἄρ᾽ ἔτι δὴν
Τηλέμαχος παρέμιμνεν, ἐπεὶ θεοῦ ἔκλυεν αὐδήν.
βῆ δ᾽ ἰέναι πρὸς δῶμα, φίλον τετιημένος ἦτορ,
εὗρε δ᾽ ἄρα μνηστῆρας ἀγήνορας ἐν μεγάροισιν,
300 Коз обди­ра­ли одни, боро­вов во дво­ре обжи­га­ли дру­гие.
Встал Анти­ной, засме­ял­ся, навстре­чу пошел Теле­ма­ху,
Взял его за руку, сло­во ска­зал и по име­ни назвал:
«Эх, Теле­мах, необуздан­но буй­ный и гор­до­ре­чи­вый!
Брось ты заботу о том, чтоб вредить нам и делом и сло­вом!
αἶγας ἀνιεμένους σιάλους θ᾽ εὕοντας ἐν αὐλῇ.
Ἀντίνοος δ᾽ ἰθὺς γελάσας κίε Τηλεμάχοιο,
ἔν τ᾽ ἄρα οἱ φῦ χειρί, ἔπος τ᾽ ἔφατ᾽ ἔκ τ᾽ ὀνόμαζε·
«Τηλέμαχ᾽ ὑψαγόρη, μένος ἄσχετε, μή τί τοι ἄλλο
ἐν στήθεσσι κακὸν μελέτω ἔργον τε ἔπος τε,
305 Луч­ше садись-ка ты есть к нам и пить, как быва­ло когда-то.
Все же, что нуж­но тебе, при­гото­вят охот­но ахей­цы —
Быст­рый корабль и отбор­ных греб­цов, чтоб ско­рей ты при­е­хал
В Пилос свя­щен­ный и слу­хи собрал об отце мно­го­слав­ном».
Сыну Евпей­та в ответ Теле­мах рас­суди­тель­ный мол­вил:
ἀλλά μοι ἐσθιέμεν καὶ πινέμεν, ὡς τὸ πάρος περ.
ταῦτα δέ τοι μάλα πάντα τελευτήσουσιν Ἀχαιοί,
νῆα καὶ ἐξαίτους ἐρέτας, ἵνα θᾶσσον ἵκηαι
ἐς Πύλον ἠγαθέην μετ᾽ ἀγαυοῦ πατρὸς ἀκουήν».
Τὸν δ᾽ αὖ Τηλέμαχος πεπνυμένος ἀντίον ηὔδα·
310 «Нет, Анти­ной, никак не могу я при наг­ло­сти вашей
В пире уча­стье при­нять со спо­кой­ным и радост­ным духом.
Иль не доволь­но, что рань­ше, когда еще маль­чи­ком был я,
Вы, жени­хи, богат­ства цен­ней­шие наши пожра­ли?
Нын­че, как стал я боль­шим и, совет­ни­ков слу­шая умных,
«Ἀντίνο᾽, οὔ πως ἔστιν ὑπερφιάλοισι μεθ᾽ ὑμῖν
δαίνυσθαί τ᾽ ἀκέοντα καὶ εὐφραίνεσθαι ἕκηλον.
ἦ οὐχ ἅλις ὡς τὸ πάροιθεν ἐκείρετε πολλὰ καὶ ἐσθλὰ
κτήματ᾽ ἐμά, μνηστῆρες, ἐγὼ δ᾽ ἔτι νήπιος ἦα;
νῦν δ᾽ ὅτε δὴ μέγας εἰμὶ καὶ ἄλλων μῦθον ἀκούων
315 Мно­го узнал, и в груди моей муже­ства ста­ло поболь­ше,
Кер поста­ра­юсь зло­ве­щих на голо­вы ваши наслать я, —
Или, отпра­вив­шись в Пилос, иль здесь же, на ост­ро­ве этом.
Еду — и сде­лаю путь, о кото­ром я здесь гово­рю вам;
Еду в чужом кораб­ле, ибо сам ни греб­цов не имею,
πυνθάνομαι, καὶ δή μοι ἀέξεται ἔνδοθι θυμός,
πειρήσω, ὥς κ᾽ ὔμμι κακὰς ἐπὶ κῆρας ἰήλω,
ἠὲ Πύλονδ᾽ ἐλθών, ἢ αὐτοῦ τῷδ᾽ ἐνὶ δήμῳ.
εἶμι μέν, οὐδ᾽ ἁλίη ὁδὸς ἔσσεται ἣν ἀγορεύω,
ἔμπορος· οὐ γὰρ νηὸς ἐπήβολος οὐδ᾽ ἐρετάων
320 Ни кораб­ля сво­е­го: вам выгод­ней так пока­за­лось!»
Мол­вил и руку свою из руки Анти­но­е­вой вырвал
Очень лег­ко. Жени­хи меж­ду тем пиро­вать про­дол­жа­ли.
Над Теле­ма­хом глу­ми­лись они и шути­ли сло­ва­ми.
Так гово­рил не один из юно­шей этих над­мен­ных:
γίγνομαι· ὥς νύ που ὔμμιν ἐείσατο κέρδιον εἶναι».
Ἦ ῥα, καὶ ἐκ χειρὸς χεῖρα σπάσατ᾽ Ἀντινόοιο
ῥεῖα· μνηστῆρες δὲ δόμον κάτα δαῖτα πένοντο.
οἱ δ᾽ ἐπελώβευον καὶ ἐκερτόμεον ἐπέεσσιν.
ὧδε δέ τις εἴπεσκε νέων ὑπερηνορεόντων·
325 «Эй, бере­ги­тесь! На нас Теле­мах замыш­ля­ет убий­ство!
Иль он кого при­ве­зет из пес­ча­но­го Пило­са в помощь,
Или, быть может, из Спар­ты. Ведь рвет­ся туда он ужас­но!
Или в Эфи­ру поехать сби­ра­ет­ся, в край пло­до­род­ный,
Чтобы оттуда при­везть для жиз­ни смер­тель­но­го яду,
«Ἦ μάλα Τηλέμαχος φόνον ἡμῖν μερμηρίζει.
ἤ τινας ἐκ Πύλου ἄξει ἀμύντορας ἠμαθόεντος
ἢ ὅ γε καὶ Σπάρτηθεν, ἐπεί νύ περ ἵεται αἰνῶς·
ἠὲ καὶ εἰς Ἐφύρην ἐθέλει, πίειραν ἄρουραν,
ἐλθεῖν, ὄφρ᾽ ἔνθεν θυμοφθόρα φάρμακ᾽ ἐνείκῃ,
330 Бро­сить в кра­те­ры его и разом нас всех уни­что­жить».
Так и дру­гой гово­рил из юно­шей этих над­мен­ных:
«Зна­ет ли кто? Ведь воз­мож­но, и он в кораб­ле изо­гну­том,
Как Одис­сей, вда­ле­ке от домаш­них погибнет, блуж­дая!
Этим нема­ло и нам он доста­вит хло­пот. Ведь при­дет­ся
ἐν δὲ βάλῃ κρητῆρι καὶ ἡμέας πάντας ὀλέσσῃ».
Ἄλλος δ᾽ αὖτ᾽ εἴπεσκε νέων ὑπερηνορεόντων·
«Τίς δ᾽ οἶδ᾽, εἴ κε καὶ αὐτὸς ἰὼν κοίλης ἐπὶ νηὸς
τῆλε φίλων ἀπόληται ἀλώμενος ὥς περ Ὀδυσσεύς;
οὕτω κεν καὶ μᾶλλον ὀφέλλειεν πόνον ἄμμιν·
335 Все досто­я­нье его тогда разде­лить меж­ду нами,
Мате­ри ж с буду­щим мужем вла­деть предо­ста­вим мы домом».
Так гово­ри­ли. Меж тем Теле­мах в кла­до­вую спу­стил­ся
С кров­лей высо­кой, боль­шую, в кото­рой хра­ни­ли­ся кучи
Золота, меду, одеж­да в ларях, бла­го­вон­ное мас­ло.
κτήματα γάρ κεν πάντα δασαίμεθα, οἰκία δ᾽ αὖτε
τούτου μητέρι δοῖμεν ἔχειν ἠδ᾽ ὅς τις ὀπυίοι».
Ὣς φάν, ὁ δ᾽ ὑψόροφον θάλαμον κατεβήσετο πατρὸς
εὐρύν, ὅθι νητὸς χρυσὸς καὶ χαλκὸς ἔκειτο
ἐσθής τ᾽ ἐν χηλοῖσιν ἅλις τ᾽ ἐυῶδες ἔλαιον·
340 Там же в поряд­ке вдоль стен одна за дру­гою сто­я­ли
Боч­ки из гли­ны со слад­ким вином мно­го­лет­ним — напит­ком
Чистым, боже­ст­вен­ным; он сохра­нял­ся на слу­чай, когда бы
Все же вер­нул­ся домой Одис­сей, хоть и мно­го стра­дав­ши.
Две­рью дву­ст­вор­ча­той, проч­но при­ла­жен­ной, вход запи­рал­ся.
ἐν δὲ πίθοι οἴνοιο παλαιοῦ ἡδυπότοιο
ἕστασαν, ἄκρητον θεῖον ποτὸν ἐντὸς ἔχοντες,
ἑξείης ποτὶ τοῖχον ἀρηρότες, εἴ ποτ᾽ Ὀδυσσεὺς
οἴκαδε νοστήσειε καὶ ἄλγεα πολλὰ μογήσας.
κληισταὶ δ᾽ ἔπεσαν σανίδες πυκινῶς ἀραρυῖαι,
345 Ключ­ни­ца в той кла­до­вой и ночи и дни нахо­ди­лась,
Все охра­няя запа­сы с вели­ким усер­дьем и зна­ньем, —
Опа, сына Пен­се­но­ра дочь, Еври­клея ста­руш­ка.
К ней Теле­мах обра­тил­ся, позвав­ши ее в кла­до­вую:
«Амфо­ры слад­ким вином напол­ни мне, няня, — вкус­ней­шим
δικλίδες· ἐν δὲ γυνὴ ταμίη νύκτας τε καὶ ἦμαρ
ἔσχ᾽, ἣ πάντ᾽ ἐφύλασσε νόου πολυϊδρείῃσιν,
Εὐρύκλει᾽, Ὦπος θυγάτηρ Πεισηνορίδαο.
τὴν τότε Τηλέμαχος προσέφη θαλαμόνδε καλέσσας·
«Μαῖ᾽, ἄγε δή μοι οἶνον ἐν ἀμφιφορεῦσιν ἄφυσσον
350 После того доро­го­го, кото­рое здесь бере­жешь ты,
Пом­ня о нем, о бес­счаст­ном, в надеж­де, что, может быть, в дом свой
Сно­ва вер­нет­ся отец, ускольз­нув­ши от Кер и от смер­ти.
Амфор напол­ни две­на­дцать и крыш­ка­ми свер­ху покрой их.
Кожа­ных плот­ных меш­ков при­гото­вив­ши, ты их напол­нишь,
ἡδύν, ὅτις μετὰ τὸν λαρώτατος ὃν σὺ φυλάσσεις
κεῖνον ὀιομένη τὸν κάμμορον, εἴ ποθεν ἔλθοι
διογενὴς Ὀδυσεὺς θάνατον καὶ κῆρας ἀλύξας.
δώδεκα δ᾽ ἔμπλησον καὶ πώμασιν ἄρσον ἅπαντας.
ἐν δέ μοι ἄλφιτα χεῦον ἐϋρραφέεσσι δοροῖσιν·
355 Два­дцать отме­рив­ши мер, раз­мо­ло­той ячной мукою.
Знай об этом одна! Загото­вишь при­па­сы и в кучу
Все их поста­вишь, а вече­ром я забе­ру их, когда уж
Мать под­ни­мет­ся в верх­ний покой свой, о сне помыш­ляя.
В Спар­ту я ехать сби­ра­юсь и в Пилос пес­ча­ный — раз­ведать,
εἴκοσι δ᾽ ἔστω μέτρα μυληφάτου ἀλφίτου ἀκτῆς.
αὐτὴ δ᾽ οἴη ἴσθι· τὰ δ᾽ ἁθρόα πάντα τετύχθω·
ἑσπέριος γὰρ ἐγὼν αἱρήσομαι, ὁππότε κεν δὴ
μήτηρ εἰς ὑπερῷ᾽ ἀναβῇ κοίτου τε μέδηται.
εἶμι γὰρ ἐς Σπάρτην τε καὶ ἐς Πύλον ἠμαθόεντα
360 Нет ли там слу­хов о милом отце и его воз­вра­ще­ньи».
Так он ска­зал. Еври­клея кор­ми­ли­ца гром­ко завы­ла
И огор­чен­но к нему обра­ти­лась со сло­вом кры­ла­тым:
«Как мог­ла у тебя в голо­ве эта мысль появить­ся,
Милый сынок мой! Ну как ты — люби­мый, един­ст­вен­ный — как ты
νόστον πευσόμενος πατρὸς φίλου, ἤν που ἀκούσω».
Ὣς φάτο, κώκυσεν δὲ φίλη τροφὸς Εὐρύκλεια,
καί ῥ᾽ ὀλοφυρομένη ἔπεα πτερόεντα προσηύδα·
«Τίπτε δέ τοι, φίλε τέκνον, ἐνὶ φρεσὶ τοῦτο νόημα
ἔπλετο; πῇ δ᾽ ἐθέλεις ἰέναι πολλὴν ἐπὶ γαῖαν
365 Пустишь­ся в даль­ние зем­ли? Погиб уж вда­ли от отчиз­ны
Бого­рож­ден­ный отец твой, в краю, для него незна­ко­мом.
Эти ж, едва ты уедешь, ковар­ное дело замыс­лят,
Хит­ро­стью сгу­бят тебя и все меж собой здесь поде­лят.
Милый, остань­ся же здесь, со сво­и­ми! Зачем тебе надо
μοῦνος ἐὼν ἀγαπητός; ὁ δ᾽ ὤλετο τηλόθι πάτρης
διογενὴς Ὀδυσεὺς ἀλλογνώτῳ ἐνὶ δήμῳ.
οἱ δέ τοι αὐτίκ᾽ ἰόντι κακὰ φράσσονται ὀπίσσω,
ὥς κε δόλῳ φθίῃς, τάδε δ᾽ αὐτοὶ πάντα δάσονται.
ἀλλὰ μέν᾽ αὖθ᾽ ἐπὶ σοῖσι καθήμενος· οὐδέ τί σε χρὴ
370 Вся­кие беды тер­петь, бес­по­кой­ным ски­та­я­ся морем?»
Так, Еври­клее в ответ, Теле­мах рас­суди­тель­ный мол­вил:
«Няня, не бой­ся! Реше­нье такое мое не без бога.
Но покля­нись мне, что мате­ри ты ниче­го не рас­ска­жешь
Рань­ше, чем минет один­на­дцать дней иль две­на­дцать с отъ­ездом,
πόντον ἐπ᾽ ἀτρύγετον κακὰ πάσχειν οὐδ᾽ ἀλάλησθαι».
Τὴν δ᾽ αὖ Τηλέμαχος πεπνυμένος ἀντίον ηὔδα·
«Θάρσει, μαῖ᾽, ἐπεὶ οὔ τοι ἄνευ θεοῦ ἥδε γε βουλή.
ἀλλ᾽ ὄμοσον μὴ μητρὶ φίλῃ τάδε μυθήσασθαι,
πρίν γ᾽ ὅτ᾽ ἂν ἑνδεκάτη τε δυωδεκάτη τε γένηται,
375 Или не спро­сит сама, иль дру­гие об этом не ска­жут.
Как бы, боюсь я, от слез кра­сота у нее не поблек­ла».
Клят­вой вели­кой богов ста­ру­ха тогда покля­ла­ся.
После того как она покля­лась и окон­чи­ла клят­ву,
В амфо­ры слад­ко­го тот­час вина нали­ла и в меш­ках им
ἢ αὐτὴν ποθέσαι καὶ ἀφορμηθέντος ἀκοῦσαι,
ὡς ἂν μὴ κλαίουσα κατὰ χρόα καλὸν ἰάπτῃ».
Ὣς ἄρ᾽ ἔφη, γρῆυς δὲ θεῶν μέγαν ὅρκον ἀπώμνυ.
αὐτὰρ ἐπεί ῥ᾽ ὄμοσέν τε τελεύτησέν τε τὸν ὅρκον,
αὐτίκ᾽ ἔπειτά οἱ οἶνον ἐν ἀμφιφορεῦσιν ἄφυσσεν,
380 Кожа­ных, сши­тых надеж­но, муки загото­ви­ла ячной.
А Теле­мах к жени­хам пиро­вав­шим вер­нул­ся обрат­но.
Новая мысль тут при­шла сово­окой Афине богине.
Образ при­няв Теле­ма­ха, пошла обхо­дить она город;
Оста­но­вив­шись пред мужем, к нему обра­ща­ла­ся с прось­бой,
ἐν δέ οἱ ἄλφιτα χεῦεν ἐϋρραφέεσσι δοροῖσι.
Τηλέμαχος δ᾽ ἐς δώματ᾽ ἰὼν μνηστῆρσιν ὁμίλει.
Ἔνθ᾽ αὖτ᾽ ἄλλ᾽ ἐνόησε θεά, γλαυκῶπις Ἀθήνη.
Τηλεμάχῳ ἐικυῖα κατὰ πτόλιν ᾤχετο πάντῃ,
καί ῥα ἑκάστῳ φωτὶ παρισταμένη φάτο μῦθον,
385 Чтобы на быст­рый корабль они вече­ром все собра­ли­ся.
С прось­бой потом к Ное­мо­ну, бле­стя­ще­му Фро­ния сыну,
О кораб­ле обра­ти­лась. Охот­но он ей предо­ста­вил.
Солн­це меж тем опу­сти­лось, и тенью покры­лись доро­ги.
На море быст­рый корабль спу­сти­ла боги­ня и сна­сти
ἑσπερίους δ᾽ ἐπὶ νῆα θοὴν ἀγέρεσθαι ἀνώγει.
ἡ δ᾽ αὖτε Φρονίοιο Νοήμονα φαίδιμον υἱὸν
ᾔτεε νῆα θοήν· ὁ δέ οἱ πρόφρων ὑπέδεκτο.
Δύσετό τ᾽ ἠέλιος σκιόωντό τε πᾶσαι ἀγυιαί,
καὶ τότε νῆα θοὴν ἅλαδ᾽ εἴρυσε, πάντα δ᾽ ἐν αὐτῇ
390 Все уло­жи­ла в него, какие для пла­ва­нья нуж­ны.
После поста­ви­ла суд­но при выхо­де самом из бух­ты.
Все уж това­ри­щи к суд­ну сошлись, при­гла­шен­ные ею.
Новая мысль тут при­шла сово­окой Афине богине:
Быст­ро напра­ви­лась в дом Одис­сея, подоб­но­го богу,
ὅπλ᾽ ἐτίθει, τά τε νῆες ἐύσσελμοι φορέουσι.
στῆσε δ᾽ ἐπ᾽ ἐσχατιῇ λιμένος, περὶ δ᾽ ἐσθλοὶ ἑταῖροι
ἁθρόοι ἠγερέθοντο· θεὰ δ᾽ ὤτρυνεν ἕκαστον.
Ἔνθ᾽ αὖτ᾽ ἄλλ᾽ ἐνόησε θεά, γλαυκῶπις Ἀθήνη.
βῆ ῤ᾽ ἰέναι πρὸς δώματ᾽ Ὀδυσσῆος θείοιο·
395 Сла­дост­ный сон изли­ла на гла­за жени­хам пиро­вав­шим,
Ум пому­ти­ла у них, из рук у них выби­ла куб­ки.
В город отпра­ви­лись все они спать и в посте­лях лежа­ли
Очень недол­го, как слад­кий им сон уже пал на рес­ни­цы.
Вызва­ла после того Теле­ма­ха из ком­нат пре­крас­ных
ἔνθα μνηστήρεσσιν ἐπὶ γλυκὺν ὕπνον ἔχευε,
πλάζε δὲ πίνοντας, χειρῶν δ᾽ ἔκβαλλε κύπελλα.
οἱ δ᾽ εὕδειν ὤρνυντο κατὰ πτόλιν, οὐδ᾽ ἄρ᾽ ἔτι δὴν
ἥατ᾽, ἐπεί σφισιν ὕπνος ἐπὶ βλεφάροισιν ἔπιπτεν.
αὐτὰρ Τηλέμαχον προσέφη γλαυκῶπις Ἀθήνη
400 Дочь сово­окая Зев­са и с речью к нему обра­ти­лась,
Мен­то­ра образ при­няв, с ним сход­ствуя видом и речью:
«Друг, уж това­ри­щи проч­но­по­нож­ные сели за вес­ла
И дожида­ют­ся, ско­ро ль ты дви­нуть­ся в путь собе­решь­ся.
Живо идем и не будем задер­жи­вать дол­го отъ­езда!»
ἐκπροκαλεσσαμένη μεγάρων ἐὺ ναιεταόντων,
Μέντορι εἰδομένη ἠμὲν δέμας ἠδὲ καὶ αὐδήν·
«Τηλέμαχ᾽, ἤδη μέν τοι ἐυκνήμιδες ἑταῖροι
ἥατ᾽ ἐπήρετμοι τὴν σὴν ποτιδέγμενοι ὁρμήν·
ἀλλ᾽ ἴομεν, μὴ δηθὰ διατρίβωμεν ὁδοῖο».
405 Кон­чив, пошла впе­реди Теле­ма­ха Пал­ла­да Афи­на,
Быст­ро шагая. А сле­дом за нею и сын Одис­се­ев.
К морю и к ждав­ше­му их кораб­лю подо­шли они вско­ре.
На бере­гу там нашли уж това­ри­щей длин­но­во­ло­сых.
И обра­ти­ла­ся к ним Теле­ма­ха свя­щен­ная сила:
Ὣς ἄρα φωνήσασ᾽ ἡγήσατο Παλλὰς Ἀθήνη
καρπαλίμως· ὁ δ᾽ ἔπειτα μετ᾽ ἴχνια βαῖνε θεοῖο.
αὐτὰρ ἐπεί ῥ᾽ ἐπὶ νῆα κατήλυθον ἠδὲ θάλασσαν,
εὗρον ἔπειτ᾽ ἐπὶ θινὶ κάρη κομόωντας ἑταίρους.
τοῖσι δὲ καὶ μετέειφ᾽ ἱερὴ ἲς Τηλεμάχοιο·
410 «Ну-ка, дру­зья, при­не­сем­те при­па­сы! Они уже дома
Все заготов­ле­ны. Мать ниче­го об отъ­езде не зна­ет,
Так же дру­гие слу­жан­ки; одна толь­ко слы­ша­ла тай­ну».
Так он ска­зал и пошел, а сле­дом за ним и дру­гие.
В доме забрав­ши при­па­сы, в корабль проч­но­па­луб­ный быст­ро
«Δεῦτε, φίλοι, ἤια φερώμεθα· πάντα γὰρ ἤδη
ἁθρό᾽ ἐνὶ μεγάρῳ. μήτηρ δ᾽ ἐμὴ οὔ τι πέπυσται,
οὐδ᾽ ἄλλαι δμωαί, μία δ᾽ οἴη μῦθον ἄκουσεν».
Ὣς ἄρα φωνήσας ἡγήσατο, τοὶ δ᾽ ἅμ᾽ ἕποντο.
οἱ δ᾽ ἄρα πάντα φέροντες ἐυσσέλμῳ ἐπὶ νηὶ
415 Все их они уло­жи­ли, как сын Одис­се­ев велел им.
Сам Теле­мах под­нял­ся на корабль за Афи­ною сле­дом;
На кора­бель­ной кор­ме она села, а воз­ле боги­ни
Сел Теле­мах. Отвя­за­ли при­ча­лы това­ри­щи, быст­ро
Сами взо­шли на корабль чер­но­бо­кий и сели за вес­ла.
κάτθεσαν, ὡς ἐκέλευσεν Ὀδυσσῆος φίλος υἱός.
ἂν δ᾽ ἄρα Τηλέμαχος νηὸς βαῖν᾽, ἦρχε δ᾽ Ἀθήνη,
νηὶ δ᾽ ἐνὶ πρυμνῇ κατ᾽ ἄρ᾽ ἕζετο· ἄγχι δ᾽ ἄρ᾽ αὐτῆς
ἕζετο Τηλέμαχος. τοὶ δὲ πρυμνήσι᾽ ἔλυσαν,
ἂν δὲ καὶ αὐτοὶ βάντες ἐπὶ κληῖσι καθῖζον.
420 Бла­го­при­ят­ный им ветер посла­ла Пал­ла­да Афи­на:
По вин­но-черм­но­му морю Зефир зашу­мел быст­ро­вей­ный.
Тут Теле­мах, обо­д­ряя това­ри­щей, им при­спо­со­бить
Сна­сти велел, и они при­ка­за­нью его под­чи­ни­лись.
Мач­ту ело­вую разом под­ня­ли, внут­ри утвер­ди­ли
τοῖσιν δ᾽ ἴκμενον οὖρον ἵει γλαυκῶπις Ἀθήνη,
ἀκραῆ Ζέφυρον, κελάδοντ᾽ ἐπὶ οἴνοπα πόντον.
Τηλέμαχος δ᾽ ἑτάροισιν ἐποτρύνας ἐκέλευσεν
ὅπλων ἅπτεσθαι· τοὶ δ᾽ ὀτρύνοντος ἄκουσαν.
ἱστὸν δ᾽ εἰλάτινον κοίλης ἔντοσθε μεσόδμης
425 В проч­ном гнезде и ее при­вя­за­ли кана­та­ми к носу.
Белый потом натя­ну­ли рем­ня­ми пле­те­ны­ми парус.
Парус в средине надул­ся от вет­ра, и яро вски­пе­ли
Воды пур­пур­но­го моря под носом иду­ще­го суд­на;
С волн высо­ких оно засколь­зи­ло, свой путь совер­шая.
στῆσαν ἀείραντες, κατὰ δὲ προτόνοισιν ἔδησαν,
ἕλκον δ᾽ ἱστία λευκὰ ἐυστρέπτοισι βοεῦσιν.
ἔπρησεν δ᾽ ἄνεμος μέσον ἱστίον, ἀμφὶ δὲ κῦμα
στείρῃ πορφύρεον μεγάλ᾽ ἴαχε νηὸς ἰούσης·
ἡ δ᾽ ἔθεεν κατὰ κῦμα διαπρήσσουσα κέλευθον.
430 На кораб­ле чер­но­бо­ком они пару­са закре­пи­ли,
После нали­ли вином кра­те­ры до само­го края
И совер­шать воз­ли­я­ния ста­ли богам веч­но­су­щим,
Боль­ше же всех осталь­ных — сово­окой Афине богине.
Быст­ро всю ночь и все утро бежал их корабль чер­но­бо­кий.
δησάμενοι δ᾽ ἄρα ὅπλα θοὴν ἀνὰ νῆα μέλαιναν
στήσαντο κρητῆρας ἐπιστεφέας οἴνοιο,
λεῖβον δ᾽ ἀθανάτοισι θεοῖς αἰειγενέτῃσιν,
ἐκ πάντων δὲ μάλιστα Διὸς γλαυκώπιδι κούρῃ.
παννυχίη μέν ῥ᾽ ἥ γε καὶ ἠῶ πεῖρε κέλευθον.

ПРИМЕЧАНИЯ


  • Ст. 14. Герон­ты — ста­рей­ши­ны.
  • Ст. 22.в отцов­ском работа­ли доме — т. е., как обыч­но пони­ма­ют это место, обра­ба­ты­ва­ли отцов­ские поля. Свиде­тель­ства ува­же­ния к физи­че­ско­му тру­ду и гор­дость уме­ни­ем хоро­шо работать неод­но­крат­но встре­ча­ют­ся в «Одис­сее».
  • Ст. 37. Ски­петр отли­чал жре­цов, вождей (баси­ле­ев), лиц, испол­няв­ших обще­ст­вен­ные обя­зан­но­сти. В народ­ных собра­ни­ях ски­петр вру­чал­ся тому, кому предо­став­ля­лось сло­во.
  • Ст. 53 и сл. Эти сти­хи как буд­то наме­ка­ют на обы­чай куп­ли жены. В ряде дру­гих мест гово­рит­ся об иных типах заклю­че­ния брач­ной сдел­ки (ср. II, 196).
  • Ст. 71. Кра­си­во­по­нож­ный — т. е. с кра­си­вы­ми «поно­жа­ми», или наго­лен­ни­ка­ми, защи­щав­ши­ми голень вои­на от ране­ний.
  • Ст. 132 и сл. Име­ет­ся в виду штраф, кото­рый пола­га­ет­ся выпла­тить в тех слу­ча­ях, когда муж (или совер­шен­но­лет­ний сын за отсут­ст­ви­ем отца) без ува­жи­тель­ных при­чин воз­вра­ща­ет жену (или мать) в дом ее отца.
  • Ст. 145.и пени за это не будет! — Теле­мах по обы­чаю (если отец погиб или про­пал без вести) дол­жен ото­мстить жени­хам за урон, нане­сен­ный его хозяй­ству.
  • Ст. 159. Под зна­ни­ем вся­че­ских птиц следу­ет пони­мать спе­ци­аль­ные позна­ния пти­це­га­да­те­ля.
  • Ст. 290. Амфо­ра — вме­сти­тель­ный сосуд для хра­не­ния раз­лич­ных про­дук­тов, глав­ным обра­зом вина.
  • Ст. 290 и сл. Муку же ячную, мозг чело­ве­ка… — ячне­вая мука — пита­тель­ная, укреп­ля­ю­щая пища.
  • Ст. 336. В слу­чае гибе­ли Теле­ма­ха все его досто­я­ние долж­но быть разде­ле­но меж­ду жени­ха­ми.
  • Ст. 366. Пред­ста­ви­те­ли ари­сто­кра­ти­че­ских родов обыч­но созда­ва­ли себе гене­а­ло­гию, ста­вив­шую их в кров­ное род­ство с боже­ства­ми или геро­я­ми.
  • ИСТОРИЯ ДРЕВНЕГО РИМА
    1327008055 1327008056 1327008057 1344030003 1344030004 1344030005

    Вы можете отметить интересные вам фрагменты текста, которые будут доступны по уникальной ссылке в адресной строке браузера.