Словарь античности

ГРЕЧЕСКОЕ ИСКУССТВО, мате­ри­аль­но-худо­же­ст­вен­ное наследие гре­че­ских пле­мен­ных сою­зов, поли­сов, терри­то­ри­аль­ных государств и феде­ра­ций. Пред­став­ле­но бо́льшей частью ком­плек­са­ми архи­тек­тур­но-изо­бра­зи­тель­но­го искус­ства. Ста­нов­ле­ние гре­че­ско­го искус­ства после паде­ния микен­ских государств сов­па­да­ет со сме­ной брон­зо­во­го века желез­ным (12—11 вв. до н. э.). Пере­дви­же­ния наро­дов, вызван­ные, оче­вид­но, экс­пан­си­ей «наро­дов моря» (дви­же­ние носи­те­лей куль­ту­ры полей погре­бе­ний, дорий­ское втор­же­ние), при­ве­ли к гибе­ли микен­ской куль­ту­ры на рубе­же 2—1-го тыс. до н. э. Гре­че­ская куль­ту­ра раз­ви­ва­лась преж­де все­го на базе при­не­сен­ных при­шель­ца­ми пле­мен­ных обы­ча­ев, а так­же на осно­ве нату­раль­но­го и домаш­не­го хозяй­ства. Для древ­ней­ше­го, т. н. прото­гео­мет­ри­че­ско­го пери­о­да (11—10 вв. до н. э.), харак­тер­ны кера­ми­че­ские изде­лия и мел­кая пла­сти­ка из брон­зы, обо­жжен­ной гли­ны и т. д. Воз­веден­ные из кир­пи­ча-сыр­ца и дере­ва куль­то­вые соору­же­ния мало отли­ча­лись от обыч­ных жилых стро­е­ний, о чем свиде­тель­ст­ву­ют остат­ки фун­да­мен­тов и вотив­ных пред­ме­тов (пред­ме­тов, при­но­си­мых в древ­но­сти в свя­ти­ли­ща и посвя­ща­е­мых боже­ству). Такие спо­со­бы стро­и­тель­ства сохра­ни­лись до гео­мет­ри­че­ско­го пери­о­да (9—8 вв. до н. э.), когда появи­лось худо­же­ст­вен­ное твор­че­ство — вазо­вая рос­пись, — давав­шее пред­став­ле­ние о жиз­ни людей того вре­ме­ни (глав­ны­ми сюже­та­ми были куль­то­вые шест­вия, бит­вы, море­пла­ва­ние, сце­ны погре­бе­ний). В это же вре­мя появ­ля­ют­ся пер­вые поли­сы — круп­ные посе­ле­ния, поли­ти­че­ские и хозяй­ст­вен­ные цен­тры. Мало­ази­ат­ские посе­ле­ния опе­ре­жа­ли в сво­ем раз­ви­тии мате­ри­ко­вые поли­сы при­бли­зи­тель­но на сто­ле­тие. Одно­вре­мен­но раз­ви­ва­лась Вели­кая гре­че­ская коло­ни­за­ция (с сер. 8 в. до н. э. до сер. 6 в. до н. э.), кото­рая при­ве­ла к осно­ва­нию горо­дов на побе­ре­жье Южной Ита­лии, Сици­лии и При­чер­но­мо­рья. С раз­ви­ти­ем тор­гов­ли, воз­ник­но­ве­ни­ем реме­сел, обу­сло­вив­ших нача­ло денеж­но­го обра­ще­ния и рабо­тор­гов­ли, уси­ли­лась соци­аль­ная борь­ба меж­ду тор­го­во-ремес­лен­ной и ста­рой родо­вой зна­тью; при этом уста­нов­ле­ние тира­нии спо­соб­ст­во­ва­ло упад­ку вла­сти послед­ней. В этот пери­од круп­ных обще­ст­вен­ных пере­мен (7 в. до н. э.) гре­че­ское искус­ство сде­ла­ло решаю­щий шаг к мону­мен­таль­но­сти в стро­и­тель­стве (храм Геры в Олим­пии), скульп­ту­ре (Никандр, Нью-йорк­ский курос), архи­тек­ту­ре (фриз При­ния), живо­пи­си (мето­пы из Фер­ма). В вазо­вой живо­пи­си восточ­ные ска­зоч­ные сюже­ты и орна­мен­ты соче­та­лись с мно­го­го­ло­си­ем мест­ных сти­лей, сре­ди кото­рых доми­ни­ро­вал коринф­ский (кув­шин киджи). За пер­вой фазой арха­и­че­ско­го пери­о­да, т. н. «ори­ен­та­ли­зи­ру­ю­ще­го» сти­ля сле­до­ва­ла вто­рая сту­пень — арха­и­ка 6 в. до н. э., кото­рая в соот­вет­ст­вии с соци­аль­но-исто­ри­че­ски­ми пре­об­ра­зо­ва­ни­я­ми (рефор­мы Соло­на, тира­ния Писи­стра­та, обра­зо­ва­ние Пело­пон­нес­ско­го сою­за) отка­за­лась от мону­мен­таль­но­го наследия 7 в. до н. э. и вве­ла в искус­ство фигу­ры и обра­зы из мифо­ло­ги­че­ских сюже­тов и повсе­днев­ных сцен жиз­ни. Про­буж­де­ние само­со­зна­ния лич­но­сти отра­зи­лось в автор­ских над­пи­сях (Гене­лея, Кли­тия, Эксе­кия) и в над­пи­сях почи­та­те­лей искус­ства (Сте­зий, Оне­то­рид, Леагр). Наряду со стро­и­тель­ст­вом в дори­че­ском орде­ре (храм Апол­ло­на в Корин­фе) нача­лось соору­же­ние зда­ний в иони­че­ском орде­ре (храм Арте­ми­ды в Эфе­се, Диди­мей­он, храм Геры на Само­се). На при­ме­ре архи­тек­тур­но­го релье­фа, фрон­то­нов (Кер­ки­ра, Дель­фы, Афи­ны), фри­зов (сиф­ний­ский фриз), метоп (сокро­вищ­ни­цы сики­он­цев и афи­нян в Дель­фах) мож­но про­следить сту­пе­ни раз­ви­тия древ­них плос­ких укра­ше­ний на мно­гих над­гро­би­ях (сте­ла Ари­сти­о­на) и посвя­ти­тель­ных релье­фах. Сре­ди скульп­тур­ных тво­ре­ний выде­ля­ют­ся мно­го­чис­лен­ные куро­сы (скульп­ту­ры сто­я­щих обна­жен­ных юно­шей), а так­же выра­зи­тель­ная груп­па най­ден­ных на афин­ском акро­по­ле жен­ских ста­туй (коры), на кото­рых замет­ны следы нане­сен­ной когда-то крас­ки. В вазо­вой живо­пи­си веду­щую роль с сер. 6 в. до н. э. заня­ли Афи­ны. Пере­ход к клас­си­ке в 5 в. до н. э. свя­зан со зна­чи­тель­ны­ми исто­ри­че­ски­ми собы­ти­я­ми (свер­же­ние тира­нии, гре­ко-пер­сид­ские вой­ны) и обще­ст­вен­ны­ми пере­ме­на­ми в Афи­нах, кото­рые при­ве­ли к созда­нию рабо­вла­дель­че­ской демо­кра­тии при Перик­ле. Клас­си­че­ским про­из­веде­ни­ям искус­ства была при­су­ща урав­но­ве­шен­ность всех частей (пон­де­ра­ция) рас­ти­тель­ных моти­вов, фигур живот­ных и обра­зов людей, ком­по­зи­ци­он­ных допол­не­ний и т. д.) и их син­тез в еди­ном орга­ни­че­ском целом. Эти про­из­веде­ния в худо­же­ст­вен­ной фор­ме отра­жа­ли обще­ст­вен­ную струк­ту­ру демо­кра­тии, где все пол­но­прав­ные граж­дане (имми­гран­ты и рабы исклю­ча­лись) высту­па­ли носи­те­ля­ми еди­ной государ­ст­вен­но­сти. Дори­че­ский стиль дости­га­ет в хра­ме Зев­са в Олим­пии ран­не­клас­си­че­ской, а в т. н. Тесей­оне в Афи­нах — зре­лок­лас­си­че­ской сту­пе­ни. В Пар­фе­ноне дори­че­ский ордер соче­та­ет­ся с эле­мен­та­ми иони­че­ско­го орде­ра. Этот син­тез, замет­ный так­же в Про­пи­ле­ях, демон­стри­ру­ет вли­я­ние локаль­ных сти­лей в атти­че­ской клас­си­ке. Храм Ники на Акро­по­ле пред­став­ля­ет обра­зец атти­ко-иони­че­ско­го худо­же­ст­вен­но­го сти­ля, кото­рый дости­га­ет в Эрех­тей­оне наи­бо­лее пол­но­го деко­ра­тив­но­го насы­ще­ния. Релье­фы фрон­то­нов, фри­за и метоп Пар­фе­но­на, явля­ю­щих­ся дости­же­ни­я­ми зре­лой клас­си­ки, спро­ек­ти­ро­ва­ны, и отча­сти выпол­не­ны Фиди­ем. Дори­че­ско-иони­че­ские скульп­ту­ры Олим­пии зна­ко­мят с объ­ем­ной атти­че­ской пла­сти­кой раз­ви­то­го клас­си­че­ско­го сти­ля, кото­рая созда­ва­лась в послед­нюю чет­верть это­го сто­ле­тия (фриз хра­ма Апол­ло­на в Бас­сах — Фига­лии). «Дори­фор» (копье­но­сец) работы Поли­кле­та — вопло­ще­ние клас­си­че­ской пла­сти­ки и для того вре­ме­ни нагляд­ный канон (обра­зец) иде­аль­но­го тело­сло­же­ния. Он при­над­ле­жит к ряду ста­туй, в кото­рых образ­но выра­жен атле­ти­че­ский и воен­ный иде­ал клас­си­че­ско­го поли­са, (так же как «Дис­ко­бол» Миро­на, «Диа­ду­мен» Поли­кле­та, «Идо­ли­но»). Обра­зы богов (Афи­на Лем­ния, Ve­nus Ge­net­rix) уси­ли­ва­ют­ся хри­со­эле­фан­тин­ной (соче­та­ние золота и сло­но­вой кости) тех­ни­кой в ста­ту­ях Зев­са в Олим­пии и Афи­ны Пар­фе­нос работы Фидия. Пред­став­ле­ние об этих ста­ту­ях дают под­ра­жа­ния (ста­ту­эт­ки var­va­kion, пер­гам­ские про­из­веде­ния, гем­ма Аспа­зии). Изо­бра­зи­тель­ное искус­ство созда­ло порт­ре­ты поэтов (Гомер, Софокл), фило­со­фов и стра­те­гов (Перикл работы Кре­си­лая). Люди изо­бра­жа­лись в их обще­ст­вен­ном ран­ге, сле­до­ва­тель­но, вопло­щал­ся образ чело­ве­ка как чле­на опре­де­лен­но­го кол­лек­ти­ва. Мел­кая пла­сти­ка из брон­зы и терра­ко­ты, так же как и вазо­вая живо­пись, ими­ти­ро­ва­ла круп­ные про­из­веде­ния, варьи­ро­ва­ла и часто вопло­ща­ла окру­жав­шую дей­ст­ви­тель­ность, дея­тель­ность про­сто­го чело­ве­ка (выпеч­ка, при­готов­ле­ние пищи, стриж­ка и т. д.). Нов­ше­ства мону­мен­таль­ной живо­пи­си, свя­зан­ные с име­на­ми Полиг­нота, Мико­на, Парра­сия, Апол­ло­до­ра, отра­жа­лись в вазо­вых рос­пи­сях (кра­тер арго­нав­тов), а так­же копи­ях мра­мор­ных изо­бра­же­ний («Жен­щи­ны, играю­щие в кости» Алек­сандра). К это­му вре­ме­ни появи­лись масте­ра и в искус­стве резь­бы по кам­ню (Декса­мен). Борь­ба за власть в гре­че­ских поли­сах (Спар­та, Афи­ны, Фивы) в 1-й пол. 4 в. до н. э., уси­ле­ние македон­ско­го цар­ства при Филип­пе II во 2-й пол. 4 в. до н. э. и под­чи­не­ние Македо­нии гре­че­ских горо­дов-государств, обра­зо­ва­ние импе­рии Алек­сандра Македон­ско­го и ее рас­пад на элли­ни­сти­че­ские монар­хии, осу­ще­ст­вив­ши­е­ся в сле­дую­щем сто­ле­тии, вызва­ли изме­не­ния в искус­стве. В 1-й пол. 4 в. до н. э. гре­че­ское искус­ство обо­зна­ча­ет­ся как пост­клас­си­че­ское, во 2-пол. 4 в. до н. э. — как пред­эл­ли­ни­сти­че­ское, а в 3—1 вв. до н. э. — как элли­ни­сти­че­ское искус­ство. В хра­мо­вой архи­тек­ту­ре акцент пере­но­сит­ся на раз­ра­бот­ку фаса­да и внут­рен­них поме­ще­ний (храм Афи­ны Алеи в Тегее). Это отра­зи­лось так­же в рацио­наль­ном пла­ни­ро­ва­нии город­ских квар­та­лов (При­е­на) и стро­и­тель­стве домов, где осо­бое зна­че­ние при­об­ре­ли цен­траль­ные поме­ще­ния (дома в При­ене). Выпол­нен­ный в 6 в. до н. э. из дере­ва с пере­де­лан­ной в 5 в. до н. э. камен­ной сце­ной театр Дио­ни­са в Афи­нах начал пере­стра­и­вать­ся цели­ком из кам­ня. Теат­раль­ные стро­е­ния были соору­же­ны в При­ене и Эпидав­ре. В них кон­струк­тив­но были вза­и­мо­увя­за­ны зда­ния сце­ны и зри­тель­но­го зала. Уси­ли­вал­ся дина­мизм, и совер­шен­ст­во­ва­лась пере­да­ча объ­е­ма от округ­ле­ния кон­ту­ров и обра­зо­ва­ния совер­шен­ной обзор­но­сти в 1-й пол. 5 в. до н. э. (Гер­мес Анд­рос—Фар­не­зе, «Сав­р­ок­тон» к сво­бод­ной пла­сти­ке 2-й пол. 5 в. до н. э. («Апол­лон Бель­ведер­ский», «Афро­ди­та Книд­ская», «Гер­мес» Пра­к­си­те­ля), к порт­рет­но­му искус­ству (бюсты Пла­то­на, Ари­сто­те­ля). Это замет­но так­же в ком­по­зи­ци­ях фигур на релье­фах (фриз Гали­кар­насско­го мав­зо­лея, сар­ко­фаг Алек­сандра, осно­ва­ние памят­ни­ка музам из Ман­ти­неи, над­гро­бие из Или­со­са, рельеф Аскле­пия) и на вазо­вых изо­бра­же­ни­ях (вазы из Кер­чи). Наряду с атти­че­ской крас­но­фи­гур­ной вазо­вой живо­пи­сью, гос­под­ст­во­вав­шей в 5 в. до н. э., в кон. 5 и осо­бен­но в 4 в. до н. э. раз­ви­ва­лось ран­не­ита­лий­ское, в част­но­сти апу­лий­ское кера­ми­че­ское искус­ство, в кото­ром выде­ля­ют­ся ори­ги­наль­но рас­пи­сан­ные вазы фли­а­ков (мастер Астей), с теат­раль­но-исто­ри­че­ски­ми сце­на­ми. Искус­ство 4 в. до н. э. раз­ви­ва­лось под вли­я­ни­ем твор­че­ства вели­ких масте­ров, сре­ди кото­рых осо­бую сла­ву заслу­жи­ли Пра­к­си­тель, Ско­пас и Лисипп. Тво­ре­ния вели­ких живо­пис­цев это­го сто­ле­тия, от кото­рых пись­мен­ные источ­ни­ки сохра­ни­ли лишь име­на (Апел­лес, Никий, Евфра­нор) и назва­ние про­из­веде­ний («Афро­ди­та» Ана­дио­ме­на, порт­ре­ты Алек­сандра), лишь в отдель­ных слу­ча­ях пред­по­ло­жи­тель­но могут быть свя­за­ны с сохра­нив­ши­ми­ся про­из­веде­ни­я­ми (напри­мер, моза­и­ка «Бит­ва Алек­сандра с Дари­ем» с кар­ти­ной Филок­се­на из Эре­трии). Три послед­них сто­ле­тия раз­ви­тия гре­че­ско­го искус­ства (с 3 по 1 в. до н. э.), кото­рые отно­сят­ся к пери­о­ду элли­низ­ма, рас­па­да­ют­ся на ран­нюю фазу закры­то­го сти­ля (300—240/230 до н. э.), раз­ви­тую фазу откры­то­го сти­ля (240/230—150 до н. э.) и позд­нюю фазу (150—50 до н. э.). В послед­ней, кро­ме вли­я­ния ори­ги­наль­ной позд­не­эл­ли­ни­сти­че­ской сту­пе­ни клас­си­циз­ма, наблюда­ют­ся про­яв­ле­ния ново­ат­ти­че­ско­го эклек­тиз­ма и арха­из­ма. К пер­вой фазе при­над­ле­жат ста­туи Демо­сфе­на, работы Поли­евк­та, «Афро­ди­та» Дой­дал­са, «Девуш­ка» Антия; ко вто­рой — «Фавн» Бар­бе­ри­ни, «Гал­лы» (боль­шой и малый) из Пер­га­ма, «Нике Само­фра­кий­ская»; к третьей — «Клео­пат­ра» из Дело­са, «Боец» Бор­ге­зе, груп­па Лао­ко­о­на. Отра­жая соци­аль­ное рас­сло­е­ние и рас­ту­щую обособ­лен­ность групп и инди­виду­у­мов в элли­ни­сти­че­ском обще­стве, искус­ство этой эпо­хи обра­ти­лось к изо­бра­же­нию пред­ста­ви­те­лей раз­ных обще­ст­вен­ных сло­ев и групп, а так­же людей раз­ных воз­рас­тов («Сидя­щие» в Капи­то­лий­ском музее, «Пья­ная ста­ру­ха»). Это отра­зи­лось так­же в искус­стве инди­виду­аль­но­го порт­ре­та (порт­ре­ты Алек­сандра, Эпи­ку­ра, Псев­до-Сене­ки, Бостон­ско­го Гоме­ра). Сре­ди рельеф­ных про­из­веде­ний сво­им тща­тель­ным оформ­ле­ни­ем выде­ля­ют­ся Боль­шой фриз (гиган­тов) и Малый фриз (фриз Теле­фа) алта­ря Зев­са в Пер­га­ме. В жан­ре релье­фа (релье­фы Ика­рия, Доло­на) отра­зил­ся повы­шен­ный инте­рес гре­ков к жан­ро­вым и пей­заж­ным изо­бра­же­ни­ям, что харак­тер­но так­же для живо­пи­си и про­из­вод­но­го от нее искус­ства моза­и­ки (моза­и­ки Дио­с­ку­рида). Общедо­ступ­ны­ми для широ­ких сло­ев были изготов­ляв­ши­е­ся в мас­со­вом коли­че­стве терра­ко­ты, осо­бен­но из Тана­г­ры и Мири­ны, рос­пись кото­рых отча­сти сохра­ни­лась. Наряду с хра­мо­вой архи­тек­ту­рой в дори­че­ском (храм Афи­ны в Пер­га­ме) и пре­иму­ще­ст­вен­но в иони­че­ском орде­ре (храм Арте­ми­ды в Маг­не­сии на Меандре, храм Афи­ны в При­ене) на пере­д­ний план выдви­га­ет­ся граж­дан­ская архи­тек­ту­ра (дома собра­ний, сове­тов, гим­на­сии и т. д.). Для элли­ни­сти­че­ских постро­ек свой­ст­вен­но при­ме­не­ние коринф­ских капи­те­лей (впер­вые в наруж­ных построй­ках на памят­ни­ке Лиси­кра­та в Афи­нах, 334 до н. э.), сме­ше­ние эле­мен­тов раз­лич­ных орде­ров для уси­ле­ния деко­ра­тив­но-пред­ста­ви­тель­ских функ­ций. Харак­тер­ны так­же ком­плекс­ные стро­е­ния (дом сове­та в Миле­те, гим­на­сии в При­ене и Пер­га­ме) и кон­струк­тив­ное оформ­ле­ние пло­ща­дей (храм Арте­ми­ды в Маг­не­сии, Аскле­пий­он в Косе). Искус­ство малых форм пред­став­ле­но мно­же­ст­вом видов ваз, укра­шен­ных бога­тым орна­мен­том, под­чер­ки­ваю­щим наряд­ные фор­мы (Гна­фия, вазы «Запад­но­го скло­на», вазы Гад­ра). Излюб­лен­ной была рельеф­ная кера­ми­ка (мегар­ские куб­ки, кален­ские сосуды). Крас­но­гли­ня­ная пер­гам­ская кера­ми­ка зало­жи­ла осно­вы рим­ской Ter­ra si­gil­la­ta. Чрез­вы­чай­но важ­ное место зани­ма­ло юве­лир­ное искус­ство, кото­рое в этот пери­од достиг­ло выс­шей сту­пе­ни оформ­ле­ния укра­ше­ния в антич­но­сти. Раз­ви­тие элли­ни­сти­че­ско­го искус­ства, обра­зо­ва­ние отдель­ных веду­щих цен­тров куль­ту­ры (Пер­гам, Родос, Алек­сан­дрия), а так­же замет­ное сли­я­ние отдель­ных мест­ных сти­лей свя­за­ны с обра­зо­ва­ни­ем элли­ни­сти­че­ских государ­ст­вен­ных систем и феде­ра­ций. В рам­ках гре­че­ско­го искус­ства раз­ви­ва­лось так­же искус­ство гре­че­ских коло­ний в Сици­лии и Южной Ита­лии, т. н. Mag­na Grae­cia (Вели­кая Гре­ция). В целом менее изыс­кан­ное, оно име­ло, одна­ко, ори­ги­наль­ные дости­же­ния, напри­мер в архи­тек­ту­ре, в зна­чи­тель­ной части сохра­нив­шей­ся (Сеге­ста, Акра­гант, Сели­нунт, Пестум), а так­же в боль­шой живо­пи­си (недав­но обна­ру­же­ны пестум­ские кар­ти­ны). Мно­гие худо­же­ст­вен­ные обра­зы и моти­вы гре­че­ско­го искус­ства ока­за­ли силь­ное воздей­ст­вие на рим­ское искус­ство, на древ­нее хри­сти­ан­ское искус­ство визан­тий­ской эпо­хи, на евро­пей­ское искус­ство всех после­дую­щих пери­о­дов.

Сло­варь антич­но­сти. Пер. с нем. — Москва, «Про­гресс», 1989.
См. по теме: ДАКТИЛИОТЕКА • КРУСТЫ • ЛЕМНИЯ • ДРЕЗДЕН •
ИСТОРИЯ ДРЕВНЕГО РИМА