ХРАМ БОЖЕСТВЕННОГО ЮЛИЯ (aedes Di­vi Iulii) (рис. 48, 49): храм обо­жест­влён­но­го Юлия Цеза­ря, стро­и­тель­ство кото­ро­го нача­ли три­ум­ви­ры в 42 г. до н. э. (Cass. Dio 47. 18. 4) на месте, где его тело было кре­ми­ро­ва­но наро­дом, а завер­шил Окта­виан, посвя­тив­ший храм 18 авгу­ста 29 г. до н. э. (Cass. Dio 51. 22. 2; Aug., RG 19; Deg­ras­si 497). На месте сожже­ния тела, в восточ­ном кон­це фору­ма перед Реги­ей, вско­ре после собы­тий были воз­веде­ны алтарь и колон­на из жёл­то­го мра­мо­ра с над­пи­сью Pa­ren­ti Pat­riae (Отцу Оте­че­ства) (Suet., Iul. 85; App., Bell. Civ. 2. 148), но затем Дола­бел­ла раз­ру­шил их и уни­что­жил все их следы (Cic., Att. 14. 15. 1; Phil. 1. 5). Посвя­ще­ние хра­ма сопро­вож­да­лось вели­ко­леп­ны­ми игра­ми (Cass. Dio 51. 22. 3—9); храм имел пра­во убе­жи­ща (Cass. Dio 47. 19. 2); в нём соби­ра­лись арваль­ские бра­тья (CIL 6. 2051. 55). Позд­нее он был вос­ста­нов­лен Адри­а­ном, о чём свиде­тель­ст­ву­ют моне­ты, но без изме­не­ний архи­тек­тур­но­го сти­ля.

Архи­тек­тур­ная фор­ма до неко­то­рой сте­пе­ни была про­дик­то­ва­на доступ­ным про­стран­ст­вом. Впе­ре­ди высо­кая плат­фор­ма высотой 3,50 м слу­жи­ла рост­ра­ми и была укра­ше­на носа­ми кораб­лей, захва­чен­ных при Акции (Cass. Dio с.214 51. 19. 2); она была извест­на как рост­ры хра­ма Боже­ст­вен­но­го Юлия или рост­ры Юлия (Front., Aq. 2. 129; Cass. Dio 56. 34. 4). С неё Тибе­рий про­из­нес похваль­ную речь на похо­ро­нах Авгу­ста (Suet., Augus­tus 100. 3), и импе­ра­то­ры часто исполь­зо­ва­ли её для пуб­лич­ных выступ­ле­ний. Под­нять­ся на неё мож­но было сза­ди по боко­вым пан­ду­сам с каж­дой сто­ро­ны, а в цен­тре пере­д­ней части глу­бо­кая полу­круг­лая ниша, ого­ро­жен­ная спе­ре­ди, содер­жит бетон­ную серд­це­ви­ну малень­кой круг­лой трех­сту­пен­ча­той струк­ту­ры, кото­рая была интер­пре­ти­ро­ва­на как рестав­ра­ция алта­ря, пер­во­на­чаль­но уста­нов­лен­но­го на месте погре­баль­но­го кост­ра, но более веро­ят­но, что это путе­ал Либо­на (q. v.). На уровне зем­ли пан­ду­сы, пред­на­зна­чен­ные для вхо­да, тяну­лись вдоль боко­вых сто­рон плат­фор­мы, поза­ди хра­ма соеди­ня­лись скры­тым крип­то­пор­ти­ком и про­дол­жа­лись вдоль севе­ро-восточ­ной сто­ро­ны Регии. Эти кры­тые про­хо­ды были иден­ти­фи­ци­ро­ва­ны как пор­тик Юлия (q. v.).

Таким обра­зом, сам храм был со всех сто­рон окру­жён одно­этаж­ны­ми при­строй­ка­ми и воз­вы­шал­ся на вто­рой плат­фор­ме высотой 2,36 м, под­нять­ся на кото­рую мож­но было спе­ре­ди по корот­кой лест­ни­це, про­хо­дя­щей меж­ду колон­на­ми фаса­да. Храм был шести­ко­лон­ным про­сти­лем, про­на­ос и цел­ла — широ­ки­ми и неглу­бо­ки­ми пря­мо­уголь­ни­ка­ми рав­ной глу­би­ны. От колонн и верх­не­го зда­ния мало что оста­лось, за исклю­че­ни­ем несколь­ких фраг­мен­тов антаб­ле­мен­та, пиляст­ров, укра­шав­ших внут­рен­нюю часть хра­ма, и мра­мор­ных балок кры­ши, но Вит­ру­вий (3. 3. 2) сооб­ща­ет, что храм был пик­но­сти­лем, с колон­на­ми, разде­лён­ны­ми узки­ми про­ме­жут­ка­ми в пол­то­ра диа­мет­ра, что долж­но было под­чёр­ки­вать вер­ти­каль­ное изме­ре­ние зда­ния и с выра­зи­тель­ным акцен­том повто­рять эсте­ти­ку фору­ма Юлия и хра­ма Вене­ры Пра­ро­ди­тель­ни­цы. По фраг­мен­там извест­но, что ордер был коринф­ским (?), фриз укра­шен рас­ти­тель­ным орна­мен­том в виде завит­ков и сти­ли­зо­ван­ны­ми под ста­ри­ну кры­ла­ты­ми фигу­ра­ми.

В цел­ле сто­я­ла колос­саль­ная ста­туя Юлия Цеза­ря, воз­мож­но, со звездой, вен­чаю­щей голо­ву (Suet., Iul. 83; Plin., HN 2. 93—94, но ср. Cass. Dio 45. 7. 1). На моне­тах Авгу­ста (Crawford 540/1; Lug­li 1946, 201 и рис. 45) куль­то­вая ста­туя изо­бра­же­на ca­pi­te ve­la­to (с покры­той голо­вой), с литу­усом в руке, а звезда — на фрон­тоне хра­ма. Посколь­ку извест­но, что Цезарь был авгу­ром (как и вер­хов­ным пон­ти­фи­ком), это, веро­ят­но, пра­виль­но. Сюда Август посвя­тил под­но­ше­ния из воен­ной добы­чи, в чис­ле кото­рых мог­ли быть кар­ти­ны Апел­ле­са, изо­бра­жаю­щие Дио­с­ку­ров с Вик­то­ри­ей и Вене­ру Ана­дио­ме­ну, упо­мя­ну­тые Пли­ни­ем (HN 35. 27, 91, 93). Когда послед­няя испор­ти­лась и не под­да­ва­лась вос­ста­нов­ле­нию, Нерон заме­нил её на дру­гую кар­ти­ну работы Доро­тея.

Lug­li 1946, 198—201; Nash 1. 512—514; S. Weinstock, Di­vus Iuli­us (Ox­ford, 1971), 385—401; Mo­nAnt 48 (1973): 257—283 (M. Mon­tag­na Pas­qui­nuc­ci); Athe­nae­um 52 (1974): 144—155 (M. Mon­tag­na-Pas­qui­nuc­ci); Ro­ma, ar­chaeo­lo­gia nel centro [1985], 1. 67—72 [M. E. Cec­chi­ni); Arctos 21 (1967): 147—156 (E. M. Stein­by).