Ф. Любкер. Реальный словарь классических древностей

ДЕМОСФЕ́Н

De­mosthĕnes, Δη­μοσ­θέ­νης,


1) сын Алки­сфе­на, афин­ский пол­ко­во­дец, отли­чав­ший­ся в пело­пон­нес­скую вой­ну. Летом 426 г. он с 30 кораб­ля­ми объ­е­хал Пело­пон­нес, чтобы защи­тить союз­ни­ков на запа­де. Опу­сто­шив лев­кад­скую область, он заду­мал напасть на это­лян, овла­деть Доридой и Фокидой и вторг­нуть­ся в Бео­тию, но план его не удал­ся, пото­му что он не знал ни стра­ны это­лян, ни спо­со­ба их вести вой­ну. После этой неуда­чи Демо­сфен ото­слал свои кораб­ли в Афи­ны, а сам, опа­са­ясь гне­ва афи­нян, остал­ся в Нав­пак­те. Thuc. 3, 91—98. Здесь он ока­зал сво­е­му государ­ству важ­ную услу­гу, когда спар­та­нец Еври­лох напал на Нав­пакт с 3000 гопли­тов. Он раз­бил наго­ло­ву Еври­ло­ха при амфи­лох­ском Арго­се и про­из­вел несо­гла­сие меж­ду пело­пон­нес­ца­ми и их союз­ни­ка­ми, доз­во­лив толь­ко пер­вым отсту­пить с ору­жи­ем; вой­ско, собран­ное затем амбра­киота­ми, он победил без труда. Thuc. 3. 102. 107. Воз­вра­тив­шись после это­го в Афи­ны, он озна­ме­но­вал себя новы­ми подви­га­ми: летом сле­дую­ще­го (425) года он взял мес­сен­ский город Пилос, заклю­чил выса­див­ших­ся на ост­ров Сфак­те­рии спар­тан­ских гопли­тов и при­нудил их сдать­ся в плен, хотя дема­гог Кле­он при­пи­сы­вал себе сла­ву это­го подви­га. Thuc. 4, 21—39. В после­дую­щее за тем вре­мя пред­при­я­тие Демо­сфе­на про­тив Мегар не име­ло желан­но­го успе­ха; пор­то­вый город Нисея все-таки был удер­жан афи­ня­на­ми. Thuc. 4, 66 слл. Когда вслед­ст­вие мер, при­ня­тых спар­тан­цем Гилип­пом, поло­же­ние афи­нян в Сици­лии сде­ла­лось опас­ным и Никий тре­бо­вал быст­рой помо­щи, афи­няне в кон­це 414 г. пред­ва­ри­тель­но посла­ли туда с несколь­ки­ми кораб­ля­ми Еври­медон­та, а за ним вес­ною 413 г. после­до­вал Демо­сфен с целым фло­том. Напа­де­ние афи­нян на Епи­по­лы (часть Сира­куз, см. Sy­ra­cu­sae), без вины Демо­сфе­на, было неудач­но; Демо­сфен, не видя более воз­мож­но­сти успе­ха, пред­ло­жил Никию отсту­пить или, по край­ней мере, занять дру­гие пози­ции сухо­пут­ным вой­ском, а с фло­том уехать в откры­тое море. Никий, одна­ко, не согла­сил­ся на это пред­ло­же­ние, упу­стил бла­го­при­ят­ное для отступ­ле­ния вре­мя и когда, нако­нец, при­знал его необ­хо­ди­мым, то опять сво­ею нере­ши­тель­но­стью (его сму­ти­ло лун­ное затме­ние) сде­лал­ся винов­ни­ком и поги­бе­ли флота, и пора­же­ний сухо­пут­но­го вой­ска. Он сам и Демо­сфен попа­ли в плен, а раз­дра­жен­ные сира­куз­цы при­го­во­ри­ли их к смерт­ной каз­ни в сен­тяб­ре 413 г. Thuc. 7, 42 слл. Демо­сфен отли­чал­ся пред­при­им­чи­во­стью, но вме­сте с тем пред­у­смот­ри­тель­ной осто­рож­но­стью. Он умел не толь­ко стра­те­ги­че­ски состав­лять план воен­ных дей­ст­вий, но и выпол­нять его так­ти­че­ски, захва­ты­вая удоб­ный слу­чай, умел руко­во­дить оди­на­ко­во хоро­шо гопли­та­ми и лег­ки­ми вой­ска­ми и осо­бен­но был мастер заста­вать врас­плох непри­я­те­ля. Харак­тер его был без­уко­риз­нен. Не будучи государ­ст­вен­ным дея­те­лем и поль­зу­ясь вли­я­ни­ем в народ­ном собра­нии, он не мог добить­ся объ­еди­нен­но­го, после­до­ва­тель­но­го веде­ния вой­ны. Наме­ки на Демо­сфе­на в комедии Ари­сто­фа­на «Всад­ни­ки» при вер­ном тол­ко­ва­нии не про­ти­во­ре­чат этой харак­те­ри­сти­ке;


2) ора­тор Демо­сфен, сын Демо­сфе­на из пеа­ний­ско­го дема (Παιανιεύς), родил­ся, веро­ят­но, ол. 98, 4 или в 385/384 г. до Р. Х. в знат­ной семье, семи лет лишил­ся отца и поте­рял боль­шую часть наслед­ства через нечест­ность сво­их опе­ку­нов. Учил его крас­но­ре­чию сна­ча­ла Исей, полу­чив­ший за это 10000 драхм, но Демо­сфе­ну при­шлось бороть­ся со все­ми пре­пят­ст­ви­я­ми, кото­рые пред­став­ля­ли ему сла­бое его тело­сло­же­ние и при­род­ные недо­стат­ки в про­из­но­ше­нии; одна­ко он вос­тор­же­ст­во­вал над ними бла­го­да­ря упор­ной энер­гии. Plut. De­mosth. 4, 6 слл. Изве­стие о том, что он буд­то бы был так­же усерд­ным уче­ни­ком Пла­то­на, рас­про­стра­не­но было осо­бен­но рим­ля­на­ми. (Cic. de or. 1. 20. off. 1, 1. or. 4), но не име­ет мно­го веро­ят­но­сти. На ора­тор­ское попри­ще он высту­пил с обви­не­ни­ем про­тив опе­ку­на сво­его Афо­ба и зятя его Оне­то­ра, но даже осуж­де­ние одно­го из опе­ку­нов, а имен­но Афо­ба, не воз­вра­ти­ло ему наслед­ства, и в кон­це кон­цов он дол­жен был доволь­ст­во­вать­ся скуд­ным воз­на­граж­де­ни­ем за боль­шую свою поте­рю. Это несча­стье выве­ло его на ора­тор­ское попри­ще. Тяж­бою с Афо­бом Демо­сфен навлек на себя враж­ду вли­я­тель­но­го Мей­дия, кото­рый насиль­ст­вен­но ворвал­ся в его дом и в про­дол­же­ние 8 лет умел укло­нять­ся от испол­не­ния состо­яв­ше­го­ся над ним по это­му делу судеб­но­го при­го­во­ра; дер­зость его дошла даже до того, что он под­нял руку на Демо­сфе­на, при­няв­ше­го в 345 г. на себя хоре­гию на боль­ших Дио­ни­си­ях. И на этот раз Мей­дий сумел затя­нуть воз­буж­ден­ное про­тив него дело до тех пор, пока сво­и­ми прось­ба­ми не скло­нил Демо­сфе­на пре­кра­тить судеб­ное пре­сле­до­ва­ние. Демо­сфен усту­пил не пото­му, что полу­чил 30 мин, как пере­да­ет смер­тель­ный враг его Эсхин, а пото­му, что чув­ст­во­вал себя в дан­ное вре­мя бес­силь­ным про­тив средств сво­их вра­гов. Око­ло того же вре­ме­ни (355 г.) Демо­сфен высту­пил с пуб­лич­ны­ми реча­ми в народ­ном собра­нии про­тив Леп­ти­на и Анд­ро­ти­о­на; эти­ми и дру­ги­ми реча­ми он при­гото­вил себя к вели­кой сво­ей поли­ти­че­ской дея­тель­но­сти. Со вре­ме­ни появ­ле­ния Филип­па Македон­ско­го исто­рия его жиз­ни сов­па­да­ет с исто­ри­ей Афин. Филипп, начи­ная с 358 г., испод­воль захва­ты­вал вла­де­ния афи­нян на севе­ре Гре­ции, горо­да Амфи­поль, Пид­ну, Поти­дею и Мефо­ну и раз­ны­ми улов­ка­ми умел задер­жи­вать и обма­ны­вать афи­нян. Демо­сфен видел ясно, что эти дей­ст­вия Филип­па пове­дут к уни­что­же­нию сво­бо­ды гре­ков и, начи­ная с 351 г., реши­тель­но выска­зы­вал это убеж­де­ние в сво­их «Филип­пи­ках» и олин­фий­ских речах. Тогдаш­нее поло­же­ние Афин, рав­но­ду­шие наро­да и недо­ста­ток в пол­ко­вод­це, рав­ном Филип­пу, лиша­ли его пред­ло­же­ния успе­ха, тем более что Эсхин (см. Ae­schi­nes) во всех отно­ше­ни­ях дей­ст­во­вал сто­рон­ни­ком македон­ской поли­ти­ки и вра­гом Демо­сфе­на. Несо­мнен­ная заслу­га Демо­сфе­на состо­ит в том, что он не толь­ко ясно понял угро­жаю­щую опас­ность, но и сумел скло­нить к сво­е­му убеж­де­нию спер­ва бла­го­мыс­ля­щих граж­дан, а потом и боль­шин­ство наро­да. Тщет­но Демо­сфен обви­нял Эсхи­на в государ­ст­вен­ной измене, дока­зы­вая, что он ста­ра­ет­ся замед­лить заклю­че­ние мира с Филип­пом во вред Афи­нам (345 г.); два года спу­стя он повто­рил свое обви­не­ние. Когда в 341 г. Филипп все более и более стал угро­жать сво­бо­де Гре­ции, Демо­сфен ста­рал­ся обра­зо­вать общий союз про­тив македон­ско­го царя. По его сове­ту Фоки­он был послан в Евбею и про­гнал оттуда постав­лен­ных Филип­пом тира­нов. Золо­той венец, даро­ван­ный Демо­сфе­ну при слу­чае празд­ни­ка Дио­ни­сий в 340 г., был его награ­дой. Его же уси­ли­ям сле­ду­ет при­пи­сать успеш­ные воен­ные дей­ст­вия про­тив Перин­фа и Визан­тии. Но труды и заботы Демо­сфе­на не огра­ни­чи­ва­лись одной внеш­ней поли­ти­кой, а направ­ле­ны были и на внут­рен­ние дела: он пре­кра­тил безум­ную тра­ту казен­ных денег и забо­тил­ся о пре­об­ра­зо­ва­нии обя­за­тель­ных поста­вок для флота. Но вско­ре ста­ла угро­жать бо́льшая опас­ность. Эсхин, в каче­стве пила­го­ра в Дель­фах (в 340 г.), подал повод ко вто­рой свя­щен­ной войне, в кото­рую Филипп дви­нул­ся даже на Афи­ны. При общем стра­хе и смя­те­нии Демо­сфен один сохра­нил муже­ство, уве­ще­вал с ора­тор­ской кафед­ры не терять при­сут­ст­вия духа, добил­ся заклю­че­ния сою­за меж­ду Афи­на­ми и Фива­ми, и в двух после­до­вав­ших за тем неболь­ших стыч­ках гре­ки оста­лись победи­те­ля­ми. Но пора­же­ние при Херо­нее (в этой кро­ва­вой бит­ве и сам Демо­сфен при­ни­мал уча­стие в каче­стве гопли­та) в авгу­сте 338 г. раз­ру­ши­ло все надеж­ды. Одна­ко, вопре­ки уси­ли­ям македон­ской пар­тии, на Демо­сфе­на воз­ло­же­но было почет­ное пору­че­ние ска­зать над­гроб­ную речь в честь пав­ших в бит­ве вои­нов; Кте­си­фонт сде­лал даже пред­ло­же­ние награ­дить Демо­сфе­на золотым вен­ком за ока­зан­ное им самоот­вер­же­ние и усер­дие и тор­же­ст­вен­но объ­явить об этой награ­де на празд­ни­ке боль­ших Дио­ни­сий. Про­тив это­го пред­ло­же­ния высту­пил Эсхин, вождь македон­ской пар­тии. Воз­ник­шее по это­му пово­ду дело тяну­лось 8 лет, пока нако­нец Демо­сфен не вос­тор­же­ст­во­вал над Эсхи­ном вслед­ст­вие сво­ей речи о вен­ке (περὶ στε­φάνου), кото­рой он отве­тил на речь сво­его про­тив­ни­ка κα­τὰ Κ­τη­σιφῶν­τος. Эсхин под­верг­ся изгна­нию. Дове­рие граж­дан к Демо­сфе­ну выра­зи­лось тем, что ему пору­че­но было заве­до­ва­ние вновь учреж­ден­ной обще­ст­вен­ной кас­сой для закуп­ки хле­ба. По смер­ти Филип­па Демо­сфен тот­час устро­ил новый союз про­тив македо­нян, но жесто­кая месть Алек­сандра, постиг­шая Фивы, раз­ру­ши­ла этот союз, и лишь при посред­стве про­даж­но­го Дема­да уда­лось пред­у­предить выда­чу Алек­сан­дру Демо­сфе­на и Ликур­га. Но ско­ро враж­деб­ная пар­тия нашла слу­чай воз­об­но­вить свои дей­ст­вия про­тив Демо­сфе­на. Когда Гар­пал с похи­щен­ны­ми у Алек­сандра сокро­ви­ща­ми явил­ся в Афи­ны и посред­ст­вом под­ку­па ста­рал­ся воз­будить афи­нян к войне про­тив македон­ско­го вла­ды­че­ства, то без вся­ко­го осно­ва­ния ста­ли подо­зре­вать и Демо­сфе­на в том, что он под­дал­ся на под­куп. Неупла­та нало­жен­ной на него денеж­ной пени при­ве­ла его в тем­ни­цу, из кото­рой он бежал. Со сле­за­ми он обра­щал гла­за свои из Эги­ны и Трой­зе­на на Атти­ку. Вдруг раз­нес­ся слух о смер­ти Алек­сандра (323 г.); вся Гре­ция при­шла в дви­же­ние; Демо­сфен под­нял свой могу­чий голос и воз­будил всех гре­ков к вос­ста­нию про­тив Македо­нии. На три­ре­ме при­вез­ли его в Афи­ны и встре­ти­ли его тор­же­ст­вом. (Plut. De­mosth. 27), как защит­ни­ка сво­бо­ды. Но когда вско­ре Кра­тер и Анти­патр одер­жа­ли победу, Демо­сфен и его дру­зья были отда­ны под суд и по пред­ло­же­нию Дема­да при­го­во­ре­ны к смер­ти, Демо­сфен бежал на ост­ров Калаврию в храм Посей­до­на и здесь при­нял яд (Plut. De­mosth. 29) 16 дня меся­ца Пиа­неп­си­о­на ол. 114, 3 (12 октяб­ря 322 г.). Афи­няне почти­ли его память соору­же­ни­ем мед­ной ста­туи на ост­ро­ве Калав­рии. Бюсты его сохра­ни­лись досе­ле в боль­шом чис­ле.

Пока чест­ность убеж­де­ния и твер­дая после­до­ва­тель­ность в нрав­ст­вен­ных стрем­ле­ни­ях, а не внеш­ние успе­хи оста­нут­ся мери­лом при оцен­ке харак­те­ра, до тех пор Демо­сфен, как чело­век и государ­ст­вен­ный дея­тель, будет при­чис­лять­ся к свет­лей­шим и бла­го­род­ней­шим лич­но­стям всех вре­мен. В его речах ясно выра­жа­ет­ся его харак­тер. Как ора­тор, он пре­не­бре­гал все­ми излиш­ни­ми укра­ше­ни­я­ми; имея в виду одно дело, он был не искус­ный ритор, но истый ора­тор. Исти­на убеж­де­ния увле­ка­ет его и дает ему про­слав­лен­ную его δει­νό­της[1]. Ясное рас­по­ло­же­ние содер­жа­ния, стро­гая после­до­ва­тель­ность в раз­ви­тии мыс­лей, реши­тель­ность убеж­де­ния выра­жа­ют­ся сло­гом вели­че­ст­вен­ным, но про­стым, стро­гим, но при­ят­ным, сжа­тым, но плав­ным, милым, но вну­ши­тель­ным. Ср. харак­те­ри­сти­ку его у Цице­ро­на Brut. 7—13 (особ. 8 и 9).

В древ­но­сти извест­ны были 65 речей Демо­сфе­на; в чис­ле 61, сохра­нив­шей­ся до наше­го вре­ме­ни, неко­то­рые явно под­лож­ны.

Глав­ное сочи­не­ние о нем: A. Schae­fer, De­mos­the­nes und sei­ne Zeit, (в 3 т., 1856—1858). Ср. кро­ме того: Becker, De­mos­the­nes als Staatsmann und Red­ner (в 2 т., 1815). O. Haupt, das Le­ben und staatsmän­ni­sche Wir­ken des De­mos­the­nes (1861). Blass, die at­ti­sche Be­red­sam­keit, 3 отд., 1 ст. (1876).

Пол­ные изда­ния в сбор­ни­ках Ora­to­res at­ti­ci Reis­ke, I. Bek­ker, Dob­son, Bai­ter и Saup­pe; кро­ме того, W. Din­dorf (1825; 1846—1851; 1855), Vö­mel (1843—1845), I. Bek­ker (1854—1855). Избран­ные речи: Do­be­renz (1848—1851), Wes­ter­mann (1852 и чаще) и т. д. Изда­ния «Филип­пик»: Fr. Fran­ke (3-е изд., 1875), Reh­dantz (1861 и чаще), H. Weil (1873), отдель­ных речей: Buttmann, Dis­sen, Funkhä­nel, E. W. Weber, F. A. Wolf, M. H. E. Meier, Rü­di­ger, Vö­mel.

См. также:
ДЕМОСФЕН (Античные писатели)
ДЕМОСФЕН (Словарь античности)

  • ПРИМЕЧАНИЯ РЕДАКЦИИ САЙТА

  • [1]Мощь, сила.

  • «Реаль­ный сло­варь клас­си­че­ских древ­но­стей по Люб­ке­ру». Изда­ние Обще­ства клас­си­че­ской фило­ло­гии и педа­го­ги­ки. СПб, 1885, с. 387—389.
    См. по теме: ЭРИННА, ЕРИННА • ЭКФАНТИД • ДИИЛЛ • ДИОНИСИАД •
    ИЛЛЮСТРАЦИИ
    (если картинка не соотв. статье, пожалуйста, выделите ее название и нажмите Ctrl+Enter)
    1. СКУЛЬПТУРА. Рим.
    Статуя Демосфена.
    Мрамор.
    Римская копия греческого оригинала 280 г. до н. э.
    Копенгаген, Новая Карлсбергская глиптотека.
    2. СКУЛЬПТУРА. Рим.
    Статуя Демосфена.
    Мрамор.
    Римская копия с греческого оригинала ок. 280 г. до н. э.
    Копенгаген, Новая Карлсбергская глиптотека.
    3. СКУЛЬПТУРА. Рим.
    Статуя Демосфена.
    Мрамор.
    Римская копия греческого оригинала Полиевкта 280 г. до н. э.
    Рим, Ватиканские музеи, Музей Кьярамонти, Новое крыло, 64.
    4. СКУЛЬПТУРА. Рим.
    Статуя Демосфена.
    Мрамор.
    Римская копия греческого оригинала 280 г. до н. э.
    Копенгаген, Новая Карлсбергская глиптотека.
    5. СКУЛЬПТУРА. Рим.
    Статуя Демосфена.
    Мрамор.
    Римская копия греческого оригинала 280 г. до н. э.
    Копенгаген, Новая Карлсбергская глиптотека.
    6. СКУЛЬПТУРА. Рим.
    Статуя Демосфена.
    Мрамор.
    Римская копия греческого оригинала 280 г. до н. э.
    Копенгаген, Новая Карлсбергская глиптотека.
    7. СКУЛЬПТУРА. Рим.
    Статуя Демосфена.
    Мрамор.
    Римская копия греческого оригинала 280 г. до н. э.
    Копенгаген, Новая Карлсбергская глиптотека.
    8. СКУЛЬПТУРА. Рим.
    Статуя Демосфена.
    Мрамор.
    Римская копия греческого оригинала 280 г. до н. э.
    Копенгаген, Новая Карлсбергская глиптотека.
    9. СКУЛЬПТУРА. Рим.
    Герма Демосфена?
    Мрамор. Римская копия с греческого оригинала IV в. до н. э.
    Неаполь, Национальный археологический музей.
    10. СКУЛЬПТУРА. Рим.
    Герма Демосфена?
    Мрамор. Римская копия с греческого оригинала IV в. до н. э.
    Неаполь, Национальный археологический музей.
    ИСТОРИЯ ДРЕВНЕГО РИМА