4. Периэки
В современном антиковедении существует несколько различных мнений относительно того, какое место в социальной стратификации спартанского общества занимало сословие периэков. Остановимся на наиболее важных точках зрения.
У. Карштедт, исходя из взгляда о едином этническом происхождении спартиатов и периэков, пытается определить характер подчинения последних с помощью концепции «личной унии». Согласно этой концепции периэки были подчинены не общине спартиатов, а царям. В царских теменах, находившихся на периэкской земле, Карштедт видит своеобразный домен, раздававшийся в аренду периэкам и являвшийся экономической основой «личной унии»1. Позднее эту точку зрения развил Х. Рудольф. По его мнению, в ранней Спарте существовало нечто вроде двоевластия — власть общины и власть царей, опиравшихся на «личную унию» с периэками. Позднее, когда господство царской власти было подорвано, периэки перешли в подчинение к общине2.
Дж. Ларсен, высказывая вслед за В. Эренбергом более осторожную позицию относительно этнического происхождения периэков (несмотря на то, что дорийский элемент среди периэков преобладал, имелся также и значительный додорийский элемент), характеризовал положение этого сословия как нечто среднее между порабощенным населением и союзниками. По его мнению, первоначально связи Спарты с периэкскими общинами ничем не отличались от связей с соседями за пределами Лаконики и Мессении. Позднее, в конце VI в., после создания Пелопоннесского союза, периэки вошли в ее состав как члены с меньшими правами. Спартанское государство Ларсен рассматривает как симмахию и симполитию одновременно3.
с.69 Ф. Хампль рассматривал периэков как потомков той части дорийского этноса, которая должна была удовольствоваться в Лаконике более худшей землей. Он не отрицает наличия и ахейского элемента в среде периэков. С течением времени данная часть населения была лишена многих прав и превратилась в демос по отношению к спартиатам-аристократам4. Одним из элементов его теории является положение о том, что периэки эксплуатировали на своих клерах илотов5.
Взгляд П. Оливы на эту проблему отличается двойственностью. С одной стороны, глава, посвященная периэкам в его книге «Спарта и ее социальные проблемы», начинается с тезиса о том, что данное сословие, уже в эпоху архаики принадлежавшее вместе с илотами к неполноправному населению, «находилось между свободными спартиатами и порабощенными илотами не только по своему общественному положению, но и по количеству»6. Заканчивает же он эту главу утверждением, что с точки зрения спартанского государства периэки представляли собой нечто среднее «между гражданами и чужеземцами, или, скорее, между гражданами и союзниками»7.
К этому мнению присоединяется и П. Картледж. Он приводит свои доводы в пользу того, что статус периэков должен рассматриваться как промежуточный между спартиатами-гражданами и союзниками. Одним из основных признаков статуса периэков Картледж считает обязанность последних «следовать за спартиатами, куда бы те ни повели», безоговорочное подчинение спартиатскому руководству во внешней политике8.
Уже этот выборочный обзор ясно показывает наличие различных, иногда диаметрально противоположных подходов к проблеме сословного статуса периэков. Амплитуду мнений можно наметить следующими главными пунктами:
1) периэки — это некая группа населения, по своему общественному положению стоящая между гражданами-спартиатами и илотами;
2) периэки — это группа населения, находящаяся в особой, по сути — феодальной связи со спартанскими царями и противостоящая общине спартиатов;
с.70 3) периэки — это чужаки или союзники Спарты;
4) периэки — это дорийский демос в спартанском полисе, противостоящий дорийской аристократии — спартиатам.
Такая разница в оценках неудивительна. Фрагментарный, иногда противоречивый характер свидетельств не способствует формированию единого, всех убеждающего взгляда на проблему социального положения периэков. Неудачными, на наш взгляд, являются и те основные критерии, на основе которых чаще всего происходит определение политико-правового статуса исследуемой категории населения, а именно критерий этнического происхождения и критерий характера отношений господства-подчинения между спартиатами и периэками. Почти все попытки сформулировать общее определение данной социальной категории осуществляются в контексте анализа этнического состава населения Лаконики и в контексте ответа на вопрос: «В чем заключается… подчиненность периэков?»9. Хотя этнический фактор, безусловно, имеет большое значение в процессе становления социальной структуры, его нельзя рассматривать в качестве определяющего уже потому, что для периэков, вероятно, был характерен разнородный этнический состав10. Что касается характера отношений господства-подчинения, то такая постановка вопроса уже заранее предполагает определенный ответ, а потому она не вполне корректна. Возможно, к более надежным результатам можно прийти посредством анализа, нацеленного на фиксацию лица или целого сословия в системе прав, обязанностей и общественных функций по отношению к полису. Критериями могут быть место и роль в органах управления, характер участия в вооруженных формированиях полиса, экономические функции и статус.
Необходимо сделать еще одно весьма важное замечание. Объединение спартиатов и периэков под одним именем «лакедемоняне» повсеместно в античных источниках (некоторые примеры: Геродот, VI. 58; VII. 234; IX. 11, 28—
Носителями государственного суверенитета, распространявшегося на территорию Лаконики и Мессении (на территорию последней — до 371 г.), выступали апелла, собиравшаяся в городе Спарте, герусия, комплектовавшаяся из представителей наиболее почтенных спартиатских семей, и коллегия эфоров, избиравшаяся из спартиатов. Основные политические функции спартиатов были связаны с возможностью и необходимостью участия в работе и избр