О заговоре Катилины

Текст приведен по изданию: Записки Юлия Цезаря. Гай Саллюстий Крисп. Сочинения.
М.: Ладомир; ООО «Фирма “Издательство АСТ”», 1999.
© 1981 г. Перевод с лат., статья и комментарии В. О. Горенштейна.

Перевод с латинского сделан по изданию: Collection des Universités de France publiée sous le patronage de l’Association Guillaume Budé: SALLUSTE. Catilina, Iugurtha, Fragments des Histoires / Texte établ. et trad. par Alfred Ernout. Paris, 1971; PSEUDO-SALLUSTE. Lettres à César, Invectives / Texte établ., trad. et comm. par Alfred Ernout. Paris, 1962.
Кроме того, были использованы следующие издания: С. Sallustius Crispus. De Catilinae coniuratione / Ed., introd. et comm. de Joseph Hellegouarc’h / Collection «Erasme». Paris, 1972; C. Sallusti Crispi. De Catilinae Coniuratione / A cura di Enrica Malcovati. Torino, 1969; Sallustio. Bellum Iugurthinum / A cura di Enrica Malcovati. Torino, 1971; Bibliotheca Teubneriana: C. Sallusti Crispi Catilina, Iugurtha, Fragmenta ampliora / Post A.W. Ahlberg ed. A. Kurfess. Lipsiae, MCMLVIII; Appendix Sallustiana / Ed. A. Kurfess. Fasc. prior: C Sallusti Crispi Epistulae ad Caesarem senem de re publica. Lipsiae; MCMLIX; Fasc. posterior: [Sallusti] In Ciceronem et invicem invescivae. Lipsiae, MCMLVIII; C. Sallustius Crispus. Invektive und Episteln / Hrsg., übers. und komm. von Karl Vretska. Heidelberg, 1961, Bd. 1, 2; Oratorum Romanorum Fragmenta liberae rei publicae / Tertiis curis ed. Henrica Malcovati. Torino, 1967 (ORF3); Maurenbrecher B. Historiarum Sallusti reliquiae. Leipzig, 1891—1893.

Хронологические даты — до нашей эры. При ссылках на письма Цицерона указан, помимо общепринятых сведений, номер письма по изданию: Цицерон Марк Туллий. Письма к Аттику, близким, брату Квинту, М. Бруту / Пер. и коммент. В. О. Горенштейна: В 3—х т. М.; Л., 1949—1951.

В примечаниях приняты следующие сокращения: К — О заговоре Катилины; Ю — Югуртинская война; История; рЛ — речь Лепида, рФ — речь Филиппа, рК — речь Котты, рМ — речь Макра, пП — письмо Помпея, пМ — письмо Митридата; П I — письмо I к Цезарю, П II — письмо II к Цезарю; И I — инвектива против Цицерона; И II — инвектива [Цицерона] против Саллюстия.

Заго­во­ром Кати­ли­ны древ­ние и позд­ней­шие исто­ри­ки назы­ва­ют поли­ти­че­ское дви­же­ние в Риме, про­ис­хо­див­шее в 63 г. до н. э. и воз­глав­ляв­ше­е­ся Луци­ем Сер­ги­ем Кати­ли­ной (108—62 гг.), разо­рив­шим­ся пат­ри­ци­ем. Во вре­мя граж­дан­ской вой­ны меж­ду Сул­лой и Мари­ем Кати­ли­на был на сто­роне пер­во­го и в 82—81 гг. лич­но участ­во­вал в каз­нях. В 68 г. он был пре­то­ром, в 67 г. про­пре­то­ром про­вин­ции Афри­ки; в 66 г. доби­вал­ся избра­ния в кон­су­лы на 65 г., но, при­вле­чен­ный насе­ле­ни­ем этой про­вин­ции к суду за вымо­га­тель­ство, не был допу­щен к соис­ка­нию по тре­бо­ва­нию кон­су­ла 66 г. Луция Воль­ка­ция Тул­ла. Это побу­ди­ло его вме­сте с Пуб­ли­ем Автро­ни­ем Петом и род­ствен­ни­ком умер­ше­го дик­та­то­ра Пуб­ли­ем Кор­не­ли­ем Сул­лой (избра­ние кото­рых в кон­су­лы было кас­си­ро­ва­но сена­том, так как было уста­нов­ле­но, что они под­ку­па­ли изби­ра­те­лей) участ­во­вать в заго­во­ре с целью захва­та вла­сти. Этот так назы­ва­е­мый пер­вый заго­вор Кати­ли­ны, вдох­но­ви­те­лем кото­ро­го был ско­рее все­го Марк Лици­ний Красс, кото­рый яко­бы дол­жен был стать дик­та­то­ром при том, что его помощ­ни­ком, т. е. началь­ни­ком кон­ни­цы, будет Гай Юлий Цезарь, не нашел сво­е­го выра­же­ния в актив­ных выступ­ле­ни­ях; хотя он и не был сек­ре­том, его участ­ни­ков к ответ­ствен­но­сти не при­влек­ли.

Суд по обви­не­нию в вымо­га­тель­стве закон­чил­ся оправ­да­ни­ем Кати­ли­ны, но само при­вле­че­ние к суду не поз­во­ли­ло ему доби­вать­ся кон­суль­ской долж­но­сти на 64 г. Его такая же попыт­ка в 64 г. тоже потер­пе­ла неуда­чу — кон­су­ла­ми избра­ли Цице­ро­на и Гая Анто­ния Гибри­ду.

Тогда-то Кати­ли­на и всту­пил на путь насиль­ствен­ных дей­ствий. Его поли­ти­че­ская про­грам­ма име­ла в виду огра­ни­че­ние вла­сти сена­та, кас­са­цию дол­гов, предо­став­ле­ние зем­ли город­ско­му плеб­су. Он имел успех сре­ди низ­ших сло­ев насе­ле­ния, разо­рив­ших­ся вете­ра­нов Сул­лы и обед­нев­ших ноби­лей. Идео­ло­ги­че­ски дви­же­ние Кати­ли­ны оправ­ды­ва­лось и тем обсто­я­тель­ством, что в нача­ле 63 г. был отверг­нут преду­смат­ри­вав­ший широ­кую раз­да­чу зем­ли город­ским низам земель­ный закон Пуб­лия Сер­ви­лия Рул­ла, дей­стви­тель­ным авто­ром кото­ро­го, по-види­мо­му, был Цезарь.

В Фезу­лах (Этру­рия) цен­ту­ри­он Гай Ман­лий (или Мал­лий) соби­рал воору­жен­ные силы. Поло­же­ние обост­ри­лось летом 63 г. Слу­хи о пред­по­ла­га­ю­щем­ся под­жо­ге Рима и о гото­вя­щей­ся резне уси­ли­лись. В ночь с 21 на 22 октяб­ря Марк Красс, Марк Мар­целл и Метелл Сци­пи­он пере­да­ли Цице­ро­ну полу­чен­ные ими ано­ним­ные пись­ма, где содер­жа­лись сове­ты уехать из Рима, чтобы спа­стись от смер­ти. Цице­рон рас­по­ла­гал све­де­ни­я­ми от под­куп­лен­но­го им Квин­та Курия, разо­рив­ше­го­ся сена­то­ра, участ­ни­ка заго­во­ра. На спеш­но созван­ном засе­да­нии сена­та Квинт Аррий доло­жил о воен­ных при­го­тов­ле­ни­ях Ман­лия в Этру­рии; это допол­ни­ло све­де­ния Цице­ро­на о назна­чен­ном на 27 октяб­ря вос­ста­нии в Этру­рии и об убий­ствах в Риме, наме­чен­ных на 28 октяб­ря. Впо­след­ствии Пуб­лий Кор­не­лий Лен­тул, один из руко­во­ди­те­лей заго­во­ра, оста­вав­ший­ся в Риме после отъ­ез­да Кати­ли­ны, отло­жил выступ­ле­ния в Риме и пере­нес их на 17 декаб­ря, на Сатур­на­лии, празд­ник, сопро­вож­дав­ший­ся раз­гу­лом и весе­льем. 21 и 22 октяб­ря сенат облек кон­су­лов чрез­вы­чай­ны­ми пол­но­мо­чи­я­ми (senatus consultum ultimum — см. при­меч. 137) и объ­явил Ман­лия государ­ствен­ным пре­ступ­ни­ком (hostis publicus); было так­же реше­но при­влечь Кати­ли­ну к суду по обви­не­нию в насиль­ствен­ных дей­стви­ях (de vi publica) на осно­ва­нии Плав­ци­е­ва зако­на.

Кати­ли­на пред­ло­жил ряду лиц взять его на пору­ки у себя в доме (custodia libera), но встре­тил отказ. В ночь с 6 на 7 нояб­ря в доме у Мар­ка Пор­ция Леки состо­я­лось тай­ное сове­ща­ние, на кото­ром были даны окон­ча­тель­ные рас­по­ря­же­ния об убий­стве Цице­ро­на и вид­ных сена­то­ров и под­жо­ге Рима в две­на­дца­ти участ­ках. Поку­ше­ние на жизнь Цице­ро­на сорва­лось, так как его успе­ли пре­ду­пре­дить.

8 нояб­ря Цице­рон созвал сенат в хра­ме Юпи­те­ра Ста­то­ра и про­из­нес свою первую обви­ни­тель­ную речь про­тив Кати­ли­ны, где он, не имея пря­мых улик, пред­ло­жил ему поки­нуть сто­ли­цу. Сенат не при­нял оправ­да­ний Кати­ли­ны, и тот ночью выехал в Этру­рию, в лагерь Ман­лия. 9 нояб­ря Цице­рон в речи на фору­ме (вто­рая речь про­тив Кати­ли­ны) сооб­щил наро­ду о про­ис­шед­ших собы­ти­ях и высту­пил про­тив сообщ­ни­ков Кати­ли­ны, оста­вав­ших­ся в Риме. 15 нояб­ря Кати­ли­на и его при­вер­жен­цы в Этру­рии были объ­яв­ле­ны государ­ствен­ны­ми пре­ступ­ни­ка­ми. Воен­ные дей­ствия про­тив Кати­ли­ны сенат пору­чил кон­су­лу Гаю Анто­нию и пре­то­ру Квин­ту Метел­лу Целе­ру. Пря­мые ули­ки про­тив заго­вор­щи­ков были добы­ты в ночь со 2 на 3 декаб­ря, при аре­сте послов галль­ско­го пле­ме­ни алло­бро­гов, послы вез­ли с собой соб­ствен­но­руч­ные пись­ма заго­вор­щи­ков к Кати­лине. Рано утром 3 декаб­ря кон­сул аре­сто­вал Кор­не­лия Лен­ту­ла, Цете­га, Габи­ния и Ста­ти­лия. 3 декаб­ря Цице­рон доло­жил сена­ту о полу­чен­ных им ули­ках; заго­вор­щи­ки, при­ве­ден­ные в сенат, при­зна­ли под­лин­ность сво­их писем и печа­тей; Лен­тул сло­жил с себя пре­ту­ру; Цице­рон был про­воз­гла­шен «отцом оте­че­ства», и от его име­ни было назна­че­но бла­годар­ствен­ное молеб­ствие богам. 3 декаб­ря под вечер Цице­рон про­из­нес еще одну речь на фору­ме (тре­тья речь про­тив Кати­ли­ны). 4 декаб­ря сенат объ­явил заго­вор­щи­ков государ­ствен­ны­ми пре­ступ­ни­ка­ми.

5 декаб­ря сенат собрал­ся в хра­ме Согла­сия для суда над заго­вор­щи­ка­ми, хотя он и не обла­дал судеб­ной вла­стью. Избран­ный на сле­ду­ю­щий год кон­сул Децим Юний Силан пред­ло­жил осу­дить мятеж­ни­ков на смерт­ную казнь. Десиг­но­ван­ный пре­тор Гай Юлий Цезарь выска­зал­ся за пожиз­нен­ное тюрем­ное заклю­че­ние и за кон­фис­ка­цию их иму­ще­ства. Его пред­ло­же­ние и коле­ба­ния сре­ди сена­то­ров побу­ди­ли Цице­ро­на высту­пить про­тив пред­ло­же­ния Цеза­ря и под­дер­жать тре­бо­ва­ние о смерт­ной каз­ни (чет­вер­тая речь про­тив Кати­ли­ны). Речь Мар­ка Пор­ция Като­на скло­ни­ла сенат к реше­нию о немед­лен­ной смерт­ной каз­ни, кото­рая и была совер­ше­на 5 декаб­ря вече­ром в под­зе­ме­лье Мамер­тин­ской тюрь­мы.

5 янва­ря 62 г. под Писто­ри­ей в сра­же­нии с вой­ска­ми Гая Анто­ния, кото­ры­ми коман­до­вал его легат Марк Пет­рей, отря­ды Кати­ли­ны были раз­би­ты, а сам он погиб.


1. (1) Всем людям, стре­мя­щим­ся отли­чать­ся от осталь­ных, сле­ду­ет вся­че­ски ста­рать­ся не про­жить жизнь без­вест­но, подоб­но ско­тине, кото­рую при­ро­да созда­ла скло­нен­ной к зем­ле и покор­ной чре­ву1. (2) Вся наша сила ведь — в духе и теле: дух боль­шей частью пове­ли­тель, тело — раб2; пер­вый у нас — общий с бога­ми, вто­рое — с живот­ны­ми. (3) Поэто­му мне кажет­ся более разум­ным искать сла­вы с помо­щью ума, а не тела, и, так как сама жизнь, кото­рой мы раду­ем­ся, корот­ка, остав­лять по себе как мож­но более дол­гую память3. (4) Пото­му что сла­ва, какую дают богат­ство и кра­со­та, ско­ро­теч­на и непроч­на, доб­лесть же — досто­я­ние бли­ста­тель­ное и веч­ное.

(5) Люди издав­на ведут ярост­ный спор о том, чему боль­ше обя­за­но сво­и­ми успе­ха­ми воен­ное дело: физи­че­ской ли силе или доб­ле­сти духа? (6) Ибо, преж­де чем начи­нать, надо поду­мать, а поду­мав — дей­ство­вать быст­ро4. (7) Так и то и дру­гое, недо­ста­точ­ное само по себе, нуж­да­ет­ся во вза­им­ной помо­щи.

2. (1) И вот вна­ча­ле цари (а на зем­ле власть спер­ва обо­зна­ча­ли так)5, сле­дуя сво­им про­ти­во­по­лож­ным склон­но­стям, раз­ви­ва­ли одни — при­род­ный ум, дру­гие — тело. Тогда люди еще жили не зная често­лю­бия, каж­дый был дово­лен сво­ей судь­бой. (2) Но когда в Азии Кир6, в Гре­ции лаке­де­мо­няне и афи­няне нача­ли захва­ты­вать горо­да и поко­рять наро­ды7, когда пово­дом к войне ста­ла жаж­да гос­под­ства, когда вели­чай­шую сла­ву усмат­ри­ва­ли в вели­чай­шей вла­сти, толь­ко тогда люди на осно­ва­нии соб­ствен­но­го опы­та и дея­тель­но­сти поня­ли, что на войне важ­нее все­го ум. (3) И если бы у царей и вла­сти­те­лей8 доб­лесть духа была в мир­ное вре­мя столь же силь­на, как и в воен­ное, то дела чело­ве­че­ские про­те­ка­ли бы более раз­ме­рен­но и глад­ко и мы бы не виде­ли, как одно увле­ка­ет­ся в одну, дру­гое в дру­гую сто­ро­ну, как все сме­ня­ет­ся и сме­ши­ва­ет­ся. (4) Ведь власть лег­ко сохра­нить теми же сред­ства­ми, каки­ми она была достиг­ну­та. (5) Но когда на сме­ну тру­ду при­шла леность, на сме­ну сдер­жан­но­сти и спра­вед­ли­во­сти — необуз­дан­ность и гор­ды­ня, их судь­ба изме­ни­лась одновре­мен­но с их нра­ва­ми. (6) Так власть все­гда пере­да­ет­ся к луч­ше­му чело­ве­ку от худ­ше­го.

(7) То, чего люди дости­га­ют, воз­де­лы­вая зем­лю, пла­вая по морям, воз­во­дя стро­е­ния, зави­сит от доб­ле­сти. (8) И вот мно­гие, рабы сво­е­го чре­ва и люби­те­ли поспать, неве­же­ствен­ные и неоте­сан­ные, про­ве­ли жизнь подоб­но путе­ше­ствен­ни­кам; для них, конеч­но, напе­ре­кор при­ро­де9, тело слу­жит для насла­жде­ния, а душа — бре­мя. Их жизнь и их смерть я оце­ни­ваю оди­на­ко­во, так как об обе­их хра­нит­ся мол­ча­ние. (9) Но дей­стви­тель­но живу­щим и насла­жда­ю­щим­ся жиз­нью я счи­таю толь­ко того, кто, рев­ност­но отда­ва­ясь како­му-либо делу, ищет доб­рой мол­вы о сво­их досто­слав­ных дея­ни­ях или пре­крас­ных каче­ствах.

3. (1) Но вви­ду мно­же­ства дел при­род­ные наклон­но­сти одно­му ука­зы­ва­ют один путь, дру­го­му — дру­гой. Пре­крас­но — достой­но слу­жить госу­дар­ству, не менее важ­но достой­но гово­рить о нем. И в мир­ное и в воен­ное вре­мя про­сла­вить­ся мож­но, и вос­хва­ля­ют мно­гих из тех, кто совер­шил дея­ния сам и кто чужие дея­ния опи­сал. (2) При этом мне само­му (хотя писа­те­ля и дея­те­ля вен­ча­ет дале­ко не оди­на­ко­вая сла­ва) опи­са­ние подви­гов все же кажет­ся весь­ма труд­ным делом: во-пер­вых, пото­му, что дея­ния надо опи­сы­вать под­хо­дя­щи­ми сло­ва­ми, затем, так как боль­шин­ство людей, если ты что-нибудь осу­дишь, сочтет, что это ска­за­но по недоб­ро­же­ла­тель­но­сти и из зави­сти; если же ты упо­мя­нешь о вели­кой доб­ле­сти и сла­ве чест­ных людей, то каж­дый рав­но­душ­но при­мет то, что он, по его мне­нию, и сам может лег­ко совер­шить; но то, что пре­вы­ше это­го, при­зна­ет вымыш­лен­ным и лож­ным.

(3) Меня само­го, подоб­но мно­гим, еще совсем юнцом охва­ти­ло стрем­ле­ние к государ­ствен­ной дея­тель­но­сти, и у меня здесь было мно­го огор­че­ний. Ибо вме­сто совест­ли­во­сти, воз­держ­но­сти, доб­ле­сти про­цве­та­ли наг­лость, под­ку­пы, алч­ность. (4) Хотя в душе я и пре­зи­рал все это, не склон­ный к дур­но­му пове­де­нию, одна­ко в окру­же­нии столь тяж­ких поро­ков моя неокреп­шая моло­дость, испор­чен­ная често­лю­би­ем, им не была чуж­да. (5) И меня, осуж­дав­ше­го дур­ные нра­вы дру­гих, тем не менее мучи­ла такая же жаж­да поче­стей11, какая застав­ля­ла их стра­дать от зло­ре­чия и нена­ви­сти.

4. (1) И вот, когда мой дух успо­ко­ил­ся после мно­гих несча­стий и испы­та­ний12 и я решил про­жить оста­ток жиз­ни вда­ли от государ­ствен­ных дел, у меня не было наме­ре­ния ни тра­тить свой доб­рый досуг13, пре­да­ва­ясь лено­сти и празд­но­сти, ни про­во­дить жизнь, уси­лен­но зани­ма­ясь зем­ле­де­ли­ем и охо­той — обя­зан­но­стя­ми рабов14; (2) нет, вер­нув­шись к тому же начи­на­нию и склон­но­сти сво­ей моло­до­сти, от кото­рых меня когда-то отвлек­ло дур­ное често­лю­бие, я решил опи­сать по частям дея­ния рим­ско­го наро­да, насколь­ко те или дру­гие из них каза­лись мне достой­ны­ми упо­ми­на­ния, тем более что духом я был сво­бо­ден от надежд, стра­хов и не при­над­ле­жал ни к одной из сто­рон, суще­ство­вав­ших в госу­дар­стве15. (3) Итак, с прав­ди­во­стью, с какой толь­ко смо­гу, корот­ко пове­даю о заго­во­ре Кати­ли­ны; (4) ведь имен­но это зло­де­я­ние сам я счи­таю наи­бо­лее памят­ным из всех по бес­при­мер­но­сти пре­ступ­ле­ния и его опас­но­сти для госу­дар­ства16. (5) Преж­де чем начи­нать повест­во­ва­ние, счи­таю нуж­ным вкрат­це рас­ска­зать о нра­вах это­го чело­ве­ка.

5. (1) Луций Кати­ли­на, чело­век знат­но­го про­ис­хож­де­ния17, отли­чал­ся боль­шой силой духа и тела, но злым и дур­ным нра­вом. (2) С юных лет ему были по серд­цу меж­до­усоб­ные вой­ны, убий­ства, гра­бе­жи, граж­дан­ские сму­ты, и в них он и про­вел свою моло­дость18. (3) Телом он был неве­ро­ят­но вынос­лив в отно­ше­нии голо­да, холо­да, бодр­ство­ва­ния19. (4) Духом был дер­зок, кова­рен, пере­мен­чив, мастер при­тво­рять­ся и скры­вать что угод­но, жаден до чужо­го, рас­то­чи­тель сво­е­го, необуз­дан в стра­стях; крас­но­ре­чия было доста­точ­но, разум­но­сти мало. (5) Его неуем­ный дух все­гда стре­мил­ся к чему-то чрез­мер­но­му, неве­ро­ят­но­му, исклю­чи­тель­но­му. (6) После еди­но­вла­стия Луция Сул­лы20 его охва­ти­ло неисто­вое жела­ние встать во гла­ве госу­дар­ства, но как достичь это­го — лишь бы толь­ко запо­лу­чить цар­скую власть21, — ему было без­раз­лич­но. (7) С каж­дым днем все силь­нее воз­буж­дал­ся его необуз­дан­ный дух, под­стре­ка­е­мый недо­стат­ком средств22 и созна­ни­ем совер­шен­ных пре­ступ­ле­ний; и то и дру­гое уси­ли­ва­лось из-за его наклон­но­стей, о кото­рых я уже гово­рил. (8) Побуж­да­ли его, кро­ме того, и испор­чен­ные нра­вы граж­дан­ской общи­ны, стра­дав­шие от двух наи­худ­ших про­ти­во­по­лож­ных зол: рос­ко­ши и алч­но­сти23.

(9) Так как слу­чай напом­нил мне о нра­вах граж­дан­ской общи­ны, то самый пред­мет, мне кажет­ся, застав­ля­ет вер­нуть­ся назад и вкрат­це рас­смот­реть уста­нов­ле­ния наших пред­ков во вре­ме­на мира и вой­ны: как они пра­ви­ли госу­дар­ством и сколь вели­ким оста­ви­ли его нам; как оно, посте­пен­но изме­ня­ясь, из пре­крас­ней­ше­го <и наи­луч­ше­го> ста­ло сквер­ней­шим и опо­зо­рив­шим­ся.

6. (1) Город Рим, насколь­ко мне извест­но, осно­ва­ли и вна­ча­ле насе­ля­ли тро­ян­цы, кото­рые, бежав под води­тель­ством Энея из сво­ей стра­ны, ски­та­лись с места на место, а с ними и або­ри­ге­ны, дикие пле­ме­на, не знав­шие ни зако­нов, ни государ­ствен­ной вла­сти, сво­бод­ные и никем не управ­ля­е­мые24. (2) Когда они объ­еди­ни­лись в пре­де­лах город­ских стен25, то они, хотя и были неоди­на­ко­во­го про­ис­хож­де­ния, гово­ри­ли на раз­ных язы­ках, жили каж­дый по сво­им обы­ча­ям, все же сли­лись воеди­но с лег­ко­стью, какую труд­но себе пред­ста­вить: <так в корот­кое вре­мя раз­но­род­ная, и при­том бро­дя­чая, тол­па бла­го­да­ря согла­сию ста­ла граж­дан­ской общи­ной>.

(3) Но когда их госу­дар­ство, в кото­ром умно­жи­лось чис­ло граж­дан, улуч­ши­лись нра­вы, появи­лись новые зем­ли, ста­ло казать­ся доста­точ­но про­цве­та­ю­щим и доста­точ­но могу­ще­ствен­ным, то, как очень часто слу­ча­ет­ся, бла­го­ден­ствие поро­ди­ло зависть. (4) И вот сосед­ние цари и наро­ды26 ста­ли вой­на­ми испы­ты­вать их мощь; из их дру­зей помощь им ока­зы­ва­ли немно­гие; осталь­ные, охва­чен­ные стра­хом, дер­жа­лись вда­ли от опас­но­стей. (5) Но рим­ляне и у себя дома, и на войне были насто­ро­же: спе­ши­ли, гото­ви­лись, обод­ря­ли друг дру­га, высту­па­ли навстре­чу вра­гам, ору­жи­ем защи­ща­ли сво­бо­ду, роди­ну и роди­те­лей. Впо­след­ствии, доб­ле­стью сво­ей отвра­тив опас­но­сти, они при­хо­ди­ли на помощь союз­ни­кам и дру­зьям и, не столь­ко полу­чая, сколь­ко ока­зы­вая услу­ги, завя­зы­ва­ли дру­же­ские отно­ше­ния. (6) Власть у них была осно­ва­на на зако­нах27, образ прав­ле­ния назы­вал­ся цар­ским. Избран­ные мужи, с года­ми осла­бев­шие телом, но бла­го­да­ря сво­ей муд­ро­сти силь­ные умом, забо­ти­лись о бла­го­по­лу­чии госу­дар­ства. Их вви­ду их воз­рас­та или сход­ства обя­зан­но­стей име­но­ва­ли отца­ми. (7) Позд­нее, когда цар­ская власть, спер­ва слу­жив­шая охране сво­бо­ды и рас­ши­ре­нию госу­дар­ства, пре­вра­ти­лась в высо­ко­мер­ный про­из­вол28, то после изме­не­ния обра­за прав­ле­ния был уста­нов­лен годич­ный срок вла­сти и избра­ли двух пра­ви­те­лей29; пред­ки наши дума­ли, что бла­го­да­ря это­му чело­век никак не может воз­гор­дить­ся вви­ду сво­ей непо­мер­ной вла­сти.

7. (1) С тех пор каж­дый начал пре­уве­ли­чи­вать свои досто­ин­ства и все более и более кичить­ся сво­и­ми спо­соб­но­стя­ми. (2) Ибо царям чест­ные люди подо­зри­тель­нее, чем дур­ные, и чужая доб­лесть все­гда их стра­шит. (3) Но труд­но пове­рить, в сколь крат­кий срок граж­дан­ская общи­на уси­ли­лась, достиг­нув сво­бо­ды, и сколь вели­кая жаж­да сла­вы овла­де­ла людь­ми. (4) Вна­ча­ле юно­ше­ство30, как толь­ко ста­но­ви­лось спо­соб­но пере­но­сить тяго­ты вой­ны, обу­ча­лось в тру­дах воен­но­му делу в лаге­рях, и к пре­крас­но­му ору­жию и бое­вым коням его влек­ло боль­ше, чем к рас­пут­ству и пируш­кам. (5) Поэто­му для таких мужей не суще­ство­ва­ло ни непри­выч­но­го тру­да, ни недо­ступ­ной и непро­хо­ди­мой мест­но­сти, ни вну­ша­ю­ще­го страх воору­жен­но­го вра­га; их доб­лесть пре­воз­мо­га­ла все. (6) Но меж­ду собой они энер­гич­но сопер­ни­ча­ли из-за сла­вы; каж­дый спе­шил пора­зить вра­га31, взой­ти на город­скую сте­ну32, совер­шить такой подвиг на гла­зах у дру­гих; это счи­та­ли они богат­ством, доб­рым име­нем и вели­кой знат­но­стью33. До похвал они были жад­ны, день­ги дава­ли щед­ро, сла­вы жела­ли вели­кой, богатств — чест­ных. (7) Я мог бы напом­нить, в каких местах рим­ский народ малы­ми сила­ми раз­бил мно­го­чис­лен­ные пол­чи­ща вра­гов, какие при­ро­дой укреп­лен­ные горо­да взял с боя, если бы это не отвлек­ло нас слиш­ком дале­ко от наше­го замыс­ла.

8. (1) Но Фор­ту­на34 власт­ву­ет, конеч­но, во вся­ком деле; она не столь­ко по спра­вед­ли­во­сти, сколь­ко по сво­е­му про­из­во­лу все воз­вы­ша­ет или остав­ля­ет в тени. (2) Подви­ги афи­нян, по мое­му мне­нию, были доста­точ­но бли­ста­тель­ны и вели­ко­леп­ны, но гораз­до менее зна­чи­тель­ны, чем о них гово­рит мол­ва. (3) Но так как в Афи­нах появи­лись писа­те­ли чрез­вы­чай­но­го даро­ва­ния35, то дея­ния афи­нян и про­слав­ля­ют­ся во всем мире как вели­чай­шие. (4) Поэто­му доб­лесть тех, кто совер­шил дея­ния, оце­ни­ва­ет­ся так высо­ко, как ее толь­ко смог­ли пре­воз­не­сти выда­ю­щи­е­ся умы.

(5) Но у рим­ско­го наро­да нико­гда не было таких людей36, так как все самые даль­но­вид­ные были и самы­ми заня­ты­ми; умствен­ный труд все­гда сопро­вож­дал­ся упраж­не­ни­я­ми для тела; все луч­шие люди пред­по­чи­та­ли дей­ство­вать, а не гово­рить, — чтобы дру­гие про­слав­ля­ли их подви­ги, а не сами они рас­ска­зы­ва­ли о чужих.

9. (1) Итак, и во вре­ме­на мира, и во вре­ме­на вой­ны доб­рые нра­вы почи­та­лись, согла­сие было вели­чай­шим, алч­ность — наи­мень­шей. Пра­во и спра­вед­ли­вость зижди­лись на веле­нии при­ро­ды в такой же мере, в какой и на зако­нах37. (2) Ссо­ры, раз­до­ры, непри­язнь — это было у вра­гов; граж­дане сопер­ни­ча­ли меж­ду собой в доб­ле­сти. Во вре­мя молеб­ствий они люби­ли пыш­ность, в част­ной жиз­ни были береж­ли­вы38, дру­зьям — вер­ны. (3) Дву­мя каче­ства­ми — храб­ро­стью на войне и спра­вед­ли­во­стью после заклю­че­ния мира — они руко­вод­ство­ва­лись, управ­ляя госу­дар­ством. (4) Вот каки­ми весь­ма вес­ки­ми дока­за­тель­ства­ми это­го я рас­по­ла­гаю: во вре­мя вой­ны тех, кто вопре­ки при­ка­за­нию всту­пил в бой с вра­гом и, несмот­ря на при­каз об отхо­де, задер­жал­ся на поле бит­вы, кара­ли чаще39, чем тех, кто осме­лил­ся поки­нуть зна­ме­на40 и, будучи опро­ки­нут, вынуж­ден был отсту­пить; (5) но во вре­ме­на мира они пра­ви­ли не столь­ко стра­хом, сколь­ко мило­стя­ми41, и, испы­тав оби­ду, пред­по­чи­та­ли про­щать, а не пре­сле­до­вать за нее.

10. (1) Но когда госу­дар­ство бла­го­да­ря тру­ду и спра­вед­ли­во­сти уве­ли­чи­лось, когда могу­ще­ствен­ные цари были побеж­де­ны в вой­нах42, дикие пле­ме­на и мно­го­чис­лен­ные наро­ды поко­ре­ны силой, Кар­фа­ген, сопер­ник Рим­ской дер­жа­вы, раз­ру­шен до осно­ва­ния43 и все моря и стра­ны откры­лись для побе­ди­те­лей, то Фор­ту­на нача­ла сви­реп­ство­вать и все нис­про­вер­гать. (2) Кто ранее лег­ко пере­но­сил тру­ды, опас­но­сти, сомни­тель­ные и даже труд­ные обсто­я­тель­ства, для тех досуг и богат­ства, желан­ные в иных слу­ча­ях, ста­но­ви­лись бре­ме­нем и несча­стьем. (3) И вот, сна­ча­ла уси­ли­лась жаж­да денег, затем — вла­сти; все это было как бы глав­ной пищей для вся­че­ских зол. (4) Ибо алч­ность уни­что­жи­ла вер­ность сло­ву, поря­доч­ность и дру­гие доб­рые каче­ства; вме­сто них она научи­ла людей быть гор­ды­ми, жесто­ки­ми, про­даж­ны­ми во всем и пре­не­бре­гать бога­ми. (5) Често­лю­бие побу­ди­ло мно­гих быть лжи­вы­ми, дер­жать одно зата­ен­ным в серд­це, дру­гое — на язы­ке гото­вым к услу­гам44, оце­ни­вать друж­бу и враж­ду не по их сути, а по их выго­де и быть доб­ры­ми не столь­ко в мыс­лях, сколь­ко при­твор­но45. (6) Вна­ча­ле это уси­ли­ва­лось посте­пен­но, ино­гда кара­лось; впо­след­ствии, когда людей пора­зи­ла зара­за, подоб­ная мору, граж­дан­ская общи­на изме­ни­лась; прав­ле­ние из спра­вед­ли­вей­ше­го и наи­луч­ше­го ста­ло жесто­ким и нестер­пи­мым.

11. (1) Но вна­ча­ле често­лю­бие мучи­ло людей боль­ше, чем алч­ность, и все-таки оно, хотя это и порок, было бли­же к доб­ле­сти. (2) Ибо сла­вы, поче­стей, вла­сти жаж­дут в рав­ной мере и доб­лест­ный, и мало­душ­ный чело­век; но пер­вый доби­ва­ет­ся их по пра­виль­но­му пути; вто­рой, не имея бла­гих качеств, дей­ству­ет хит­ро­стью и ложью. (3) Алч­но­сти свой­ствен­на любовь к день­гам, кото­рых не поже­лал бы ни один муд­рый; они, слов­но про­пи­тан­ные злы­ми яда­ми, изне­жи­ва­ют тело и душу мужа; алч­ность все­гда без­гра­нич­на, нена­сыт­на и не умень­ша­ет­ся ни при изоби­лии, ни при ску­до­сти46.

(4) Когда Луций Сул­ла, силой ору­жия захва­тив власть в госу­дар­стве, после хоро­ше­го нача­ла закон­чил дур­но, все нача­ли хва­тать, тащить; один желал иметь дом, зем­ли — дру­гой, при­чем побе­ди­те­ли не зна­ли ни меры, ни сдер­жан­но­сти, совер­ша­ли про­тив граж­дан отвра­ти­тель­ные и жесто­кие пре­ступ­ле­ния47. (5) К тому же Луций Сул­ла, дабы сохра­нить вер­ность вой­ска, во гла­ве кото­ро­го он сто­ял в Азии49, вопре­ки обы­чаю пред­ков содер­жал его в рос­ко­ши и черес­чур воль­но. В при­ят­ной мест­но­сти, достав­ляв­шей насла­жде­ния, суро­вые вои­ны, жив­шие в празд­но­сти, быст­ро раз­вра­ти­лись. (6) Там впер­вые вой­ско рим­ско­го наро­да при­вык­ло пре­да­вать­ся люб­ви, пьян­ство­вать, вос­тор­гать­ся ста­ту­я­ми, кар­ти­на­ми, чекан­ны­ми сосу­да­ми, похи­щать их в част­ных домах и обще­ствен­ных местах, гра­бить свя­ти­ли­ща, осквер­нять все посвя­щен­ное и не посвя­щен­ное богам50. (7) Таким обра­зом, эти сол­да­ты, одер­жав побе­ду, ниче­го не оста­ви­ли побеж­ден­ным. (8) Ибо уда­чи ослаб­ля­ют дух даже муд­рых. Как же люди с испор­чен­ны­ми нра­ва­ми мог­ли сохра­нить само­об­ла­да­ние, будучи побе­ди­те­ля­ми?

12. (1) Когда богат­ства ста­ли при­но­сить почет и сопро­вож­дать­ся сла­вой, вла­стью и могу­ще­ством, то сла­беть нача­ла доб­лесть, бед­ность — вызы­вать пре­зре­ние к себе, бес­ко­ры­стие — счи­тать­ся недоб­ро­же­ла­тель­но­стью. (2) И вот из-за богат­ства раз­вра­щен­ность и алч­ность наря­ду с гор­ды­ней охва­ти­ли юно­ше­ство, и оно бро­си­лось гра­бить, тра­тить, ни во что не ста­вить свое, желать чужо­го, пре­не­бре­гать совест­ли­во­стью, стыд­ли­во­стью, боже­ски­ми и чело­ве­че­ски­ми зако­на­ми, ни с чем не счи­тать­ся и ни в чем не знать меры. (3) Сто­ит, осмот­рев дома и усадь­бы, воз­ве­ден­ные напо­до­бие горо­дов51, взгля­нуть на хра­мы богов, постро­ен­ные наши­ми пред­ка­ми, бла­го­че­сти­вей­ши­ми из смерт­ных. (4) Ведь они укра­ша­ли свя­ти­ли­ща набож­но­стью, дома свои — сла­вой и побеж­ден­ных лиша­ли одной толь­ко сво­бо­ды совер­шать про­ти­во­за­ко­ния. (5) А наши совре­мен­ни­ки, трус­ли­вей­шие люди, пре­ступ­ней­шим обра­зом отби­ра­ют у союз­ни­ков все, что храб­рей­шие мужи как побе­ди­те­ли им когда-то оста­ви­ли; как буд­то совер­шать про­ти­во­за­ко­ния и зна­чит осу­ществ­лять власть.

13. (1) Надо ли упо­ми­нать о том, чему может пове­рить толь­ко оче­ви­дец, — что мно­гие част­ные лица срав­ни­ва­ли с зем­лей горы, моря мости­ли?52 (2) Для них, мне кажет­ся, заба­вой были богат­ства; ведь они мог­ли бы с честью ими вла­деть, а торо­пи­лись рас­тра­тить их позор­но. (3) Далее, их охва­ти­ла не мень­шая страсть к рас­пут­ству, обжор­ству и иным удо­воль­стви­ям: муж­чи­ны ста­ли вести себя как жен­щи­ны, жен­щи­ны — откры­то тор­го­вать сво­им цело­муд­ри­ем. Чтобы раз­но­об­ра­зить свой стол, они обша­ри­ва­ли зем­лю и море53; ложи­лись спать до того, как их начи­на­ло кло­нить ко сну; не ожи­да­ли ни чув­ства голо­да или жаж­ды, ни холо­да, ни уста­ло­сти, но в раз­вра­щен­но­сти сво­ей пре­ду­пре­жда­ли их появ­ле­ние. (4) Все это, когда соб­ствен­ных средств уже не хва­та­ло, тол­ка­ло моло­дежь на пре­ступ­ле­ния. (5) Чело­ве­ку, пре­ис­пол­нен­но­му дур­ных качеств, нелег­ко было отка­зать­ся от сво­их при­хо­тей; тем без­удерж­нее пре­да­вал­ся он стя­жа­нию и вся­че­ским тра­там.

14. (1) В столь боль­шой и столь раз­вра­щен­ной граж­дан­ской общине Кати­ли­на (сде­лать это было совсем лег­ко) окру­жил себя гнус­но­стя­ми и пре­ступ­ле­ни­я­ми, слов­но отря­да­ми тело­хра­ни­те­лей54. (2) Ибо любой раз­врат­ник, пре­лю­бо­дей, завсе­гда­тай хар­че­вен, кото­рый игрой в кости, чре­во­уго­ди­ем, рас­пут­ством рас­тра­тил отцов­ское иму­ще­ство и погряз в дол­гах, дабы отку­пить­ся от позо­ра или от суда, (3) кро­ме того, все пар­ри­ци­ды55 любо­го про­ис­хож­де­ния, свя­то­тат­цы56, все осуж­ден­ные по суду или опа­са­ю­щи­е­ся суда за свои дея­ния, как и те, кого кор­ми­ли руки и язык лже­сви­де­тель­ства­ми или убий­ства­ми граж­дан, нако­нец, все те, кому позор, нище­та, дур­ная совесть не дава­ли покоя, были близ­ки­ми Кати­лине и сво­и­ми людь­ми для него57. (4) А если чело­век, еще не винов­ный ни в чем, ока­зы­вал­ся в чис­ле дру­зей Кати­ли­ны, то он от еже­днев­но­го обще­ния с ними и из-за соблаз­нов лег­ко ста­но­вил­ся равен и подо­бен дру­гим. (5) Но более все­го Кати­ли­на ста­рал­ся завя­зы­вать дру­же­ские свя­зи с моло­ды­ми людь­ми; их, еще подат­ли­вых и нестой­ких, лег­ко было опу­тать ковар­ством. (6) Ибо в соот­вет­ствии с наклон­но­стя­ми каж­до­го, в зави­си­мо­сти от его воз­рас­та, Кати­ли­на одно­му предо­став­лял раз­врат­ных жен­щин и юно­шей, дру­го­му поку­пал собак и лоша­дей58 — сло­вом, не жалел денег и не знал меры, толь­ко бы сде­лать их обя­зан­ны­ми и пре­дан­ны­ми ему. (7) Кое-кто, знаю я, даже думал, что юно­ши, посе­щав­шие дом Кати­ли­ны, бес­чест­но тор­го­ва­ли сво­им цело­муд­ри­ем; но мол­ва эта была осно­ва­на не столь­ко на кем-то собран­ных све­де­ни­ях59, сколь­ко на чем-то дру­гом.

15. (1) Уже в ран­ней моло­до­сти Кати­ли­на совер­шил мно­го гнус­ных пре­лю­бо­де­я­ний — со знат­ной девуш­кой, со жри­цей Весты60 и дру­гие подоб­ные про­ступ­ки, нару­шив зако­ны боже­ские и чело­ве­че­ские. (2) Впо­след­ствии его охва­ти­ла любовь к Авре­лии Оре­стил­ле61, в кото­рой, кро­ме ее кра­со­ты, чело­век поря­доч­ный похва­лить не мог бы ниче­го; но так как она, боясь иметь взрос­ло­го пасын­ка, не реша­лась всту­пать с ним в брак, Кати­ли­на (в этом не сомне­ва­ет­ся никто), убив сына, осво­бо­дил дом для пре­ступ­но­го бра­ка62. (3) Имен­но это обсто­я­тель­ство, по мое­му мне­нию, и послу­жи­ло глав­ной при­чи­ной, заста­вив­шей его торо­пить­ся со сво­им зло­де­я­ни­ем. (4) Ведь его мерз­кая душа, враж­деб­ная богам и людям, не мог­ла успо­ко­ить­ся ни бодр­ствуя, ни отды­хая; до такой сте­пе­ни угры­зе­ния сове­сти изну­ря­ли его смя­тен­ный ум. (5) Вот поче­му лицо его было без кро­вин­ки, блуж­дал его взор, то быст­рой, то мед­лен­ной была поход­ка63. Сло­вом, в выра­же­нии его лица скво­зи­ло безу­мие.

16. (1) Итак, юно­шей, кото­рых Кати­ли­на, как мы уже гово­ри­ли, к себе при­влек, он мно­ги­ми спо­со­ба­ми обу­чал пре­ступ­ле­ни­ям. (2) Из их чис­ла он постав­лял лже­сви­де­те­лей и под­де­лы­ва­те­лей заве­ща­ний, учил их не ста­вить ни во что свое чест­ное сло­во, бла­го­по­лу­чие, опас­но­сти; впо­след­ствии, лишив их доб­ро­го име­ни и чув­ства чести, он тре­бо­вал от них иных, более тяж­ких пре­ступ­ле­ний. (3) Если в насто­я­щее вре­мя воз­мож­но­сти совер­шать пре­ступ­ле­ния не было, он все же под­сте­ре­гал и уби­вал людей, ни в чем не вино­ва­тых, слов­но они были вино­ва­ты; види­мо, для того чтобы от празд­но­сти не зате­ка­ли руки или не сла­бел дух, Кати­ли­на без вся­ко­го рас­че­та пред­по­чи­тал быть злым и жесто­ким.

(4) Поло­жив­шись на таких дру­зей и сообщ­ни­ков, а так­же и пото­му, что дол­ги повсе­мест­но были огром­ны и боль­шин­ство сол­дат Сул­лы64, про­жив свое иму­ще­ство и вспо­ми­ная гра­бе­жи и былые побе­ды, жаж­да­ли граж­дан­ской вой­ны, Кати­ли­на и решил захва­тить власть в госу­дар­стве. (5) В Ита­лии вой­ска не было; Гней Пом­пей вел вой­ну на краю све­та65; у само­го Кати­ли­ны, доби­вав­ше­го­ся кон­су­ла­та, была твер­дая надеж­да на избра­ние66; сенат не подо­зре­вал ниче­го; все было без­опас­но и спо­кой­но; но имен­но это и было на руку Кати­лине.

17. (1) И вот при­бли­зи­тель­но в июнь­ские кален­ды, когда кон­су­ла­ми были Луций Цезарь и Гай Фигул67, он сна­ча­ла стал при­зы­вать сообщ­ни­ков одно­го за дру­гим, — одних уго­ва­ри­вать, испы­ты­вать дру­гих, ука­зы­вать им на свою мощь, на бес­по­мощ­ность государ­ствен­ной вла­сти, на боль­шие выго­ды от уча­стия в заго­во­ре. (2) Доста­точ­но выяс­нив то, что он хотел знать, он соби­ра­ет к себе тех, у кого были наи­боль­шие тре­бо­ва­ния и кто был наи­бо­лее нагл. (3) К нему собра­лись68: из сена­тор­ско­го сосло­вия69 — Пуб­лий Лен­тул Сура70, Пуб­лий Автро­ний71, Луций Кас­сий Лон­гин72, Гай Цетег73, Пуб­лий и Сер­вий, сыно­вья Сер­вия Сул­лы74, Луций Вар­гун­тей75, Квинт Анний76, Марк Пор­ций Лека77, Луций Бес­тия78, Квинт Курий79; (4) кро­ме того, из всад­ни­че­ско­го сосло­вия80 — Марк Фуль­вий Ноби­ли­ор81, Луций Ста­ти­лий82, Пуб­лий Габи­ний Капи­тон83, Гай Кор­не­лий и мно­гие люди из коло­ний и муни­ци­пи­ев84, знат­ные у себя на родине.

(5) Кро­ме того, в заго­во­ре участ­во­ва­ли, хоть и менее явно, мно­гие знат­ные люди, кото­рых надеж­ды на власть побуж­да­ли боль­ше, чем отсут­ствие средств или какая-нибудь дру­гая нуж­да. (6) Впро­чем, боль­шин­ство юно­шей, осо­бен­но знат­ных, сочув­ство­ва­ли замыс­лам Кати­ли­ны; те из них, у кого была воз­мож­ность жить празд­но, или рос­кош­но, или раз­врат­но, пред­по­чи­та­ли неопре­де­лен­ное опре­де­лен­но­му, вой­ну миру. (7) В те вре­ме­на кое-кто был скло­нен верить, что замы­сел этот был небезыз­ве­стен Мар­ку Лици­нию Крас­су85; так как Гней Пом­пей, кото­ро­му он зави­до­вал, сто­ял во гла­ве боль­шо­го вой­ска, то Красс буд­то бы и хотел, чтобы могу­ще­ству Пом­пея про­ти­во­сто­я­ла какая-то сила, в то же вре­мя уве­рен­ный в том, что в слу­чае побе­ды заго­во­ра он без тру­да станет его гла­ва­рем.

18. (1) Впро­чем, уже и ранее куч­ка людей устра­и­ва­ла заго­вор про­тив госу­дар­ства; сре­ди них был и Кати­ли­на; об этом заго­во­ре я рас­ска­жу воз­мож­но прав­ди­вее. (2) В год кон­су­ла­та Луция Тул­ла и Мания Лепи­да86 избран­ные кон­су­лы87 Пуб­лий Автро­ний и Пуб­лий Сул­ла88, при­вле­чен­ные к суду на осно­ва­нии зако­нов о домо­га­тель­стве89, понес­ли нака­за­ние. (3) Вско­ре после это­го Кати­ли­ну, обви­нен­но­го в лихо­им­стве, лиши­ли воз­мож­но­сти доби­вать­ся кон­су­ла­та, так как он не смог заявить об этом в закон­ный срок90. (4) В это же вре­мя в Риме жил некий Гней Писон, знат­ный моло­дой чело­век необы­чай­ной наг­ло­сти, обни­щав­ший, вла­сто­лю­би­вый; бед­ность и дур­ные нра­вы побуж­да­ли его вызы­вать бес­по­ряд­ки в госу­дар­стве91. (5) Посвя­тив его в свой замы­сел при­бли­зи­тель­но в декабрь­ские ноны92, Кати­ли­на и Автро­ний наме­ре­ва­лись убить на Капи­то­лии в январ­ские кален­ды93 кон­су­лов Луция Кот­ту и Луция Торк­ва­та и, захва­тив фас­цы94, послать Писо­на во гла­ве вой­ска, чтобы он занял обе Испа­нии95. (6) Когда замы­сел этот был рас­крыт, они пере­нес­ли убий­ство на фев­раль­ские ноны. (7) На этот раз они заду­ма­ли умерт­вить не толь­ко кон­су­лов, но и боль­шин­ство сена­то­ров. (8) И вот, не пото­ро­пись Кати­ли­на подать перед кури­ей знак сво­им сообщ­ни­кам96, в тот день про­изо­шло бы пре­ступ­ле­ние, тяже­лей­шее со вре­ме­ни осно­ва­ния горо­да Рима. Но воору­жен­ные люди еще не собра­лись в нуж­ном чис­ле, что и рас­стро­и­ло их пла­ны.

19. (1) После это­го Писон, быв­ший кве­сто­ром, по насто­я­нию Крас­са, знав­ше­го его как зло­го недру­га Гнея Пом­пея, был послан в Ближ­нюю Испа­нию как про­пре­тор97. (2) Сенат, одна­ко, весь­ма охот­но предо­ста­вил Писо­ну эту про­вин­цию, так как хотел, чтобы этот мерз­кий чело­век нахо­дил­ся вда­ли от дел госу­дар­ства, а так­же и пото­му, что очень мно­гие чест­ные люди виде­ли в нем опо­ру, а могу­ще­ство Гнея Пом­пея уже тогда вну­ша­ло страх. Но Писон этот был в про­вин­ции убит в пути испан­ски­ми всад­ни­ка­ми, быв­ши­ми в его вой­ске. (4) Неко­то­рые утвер­жда­ют, что вар­ва­ры98 не стер­пе­ли неспра­вед­ли­во­сти, занос­чи­во­сти, жесто­ко­сти его вла­сти; (5) дру­гие же гово­рят, что эти всад­ни­ки, дав­ниш­ние и вер­ные кли­ен­ты Гнея Пом­пея99, напа­ли на Писо­на с его согла­сия, что до сего вре­ме­ни испан­цы нико­гда не совер­ша­ли тако­го пре­ступ­ле­ния, а меж­ду тем они в про­шлом испы­та­ли жесто­кое гос­под­ство мно­гих намест­ни­ков. Мы оста­вим этот вопрос откры­тым. (6) О пер­вом заго­во­ре ска­за­но доста­точ­но.

20. (1) Уви­дев, что те, кого я назвал выше100, собра­лись, Кати­ли­на, хотя он и не раз подол­гу бесе­до­вал с каж­дым из них в отдель­но­сти, все-таки, нахо­дя полез­ным для себя обра­тить­ся к ним ко всем сооб­ща и обод­рить их, увел их в отда­лен­ную часть дома и там, изба­вив­шись от всех воз­мож­ных сви­де­те­лей, про­из­нес перед ними речь при­бли­зи­тель­но тако­го содер­жа­ния101:

(2) «Не будь доб­лесть и вер­ность ваши доста­точ­но извест­ны мне, от бла­го­при­ят­но­го слу­чая нам было бы мало про­ку; вели­кие надеж­ды и та власть, что у нас в руках, были бы тщет­ны, а сам я с трус­ли­вы­ми и ничтож­ны­ми людь­ми не стал бы гонять­ся за невер­ным вме­сто вер­но­го. (3) Но так как я во мно­гих, и при­том труд­ных, слу­ча­ях оце­нил вас как храб­рых и пре­дан­ных людей, то я пото­му и решил­ся при­сту­пить к вели­чай­ше­му и пре­крас­ней­ше­му делу, как и пото­му, что доб­ро и зло, как я понял, для вас и для меня одни и те же. (4) Ведь имен­но в том, чтобы хотеть и не хотеть одно­го и того же, и состо­ит проч­ная друж­ба102.

(5) О том, что я заду­мал, все вы, каж­дый порознь, уже слы­ха­ли ранее. (6) Впро­чем, с каж­дым днем меня охва­ты­ва­ет все боль­шее него­до­ва­ние вся­кий раз, как поду­маю, в каком поло­же­нии мы ока­жем­ся, если сами не защи­тим сво­ей сво­бо­ды. (7) Ибо с того вре­ме­ни, как куч­ка могу­ще­ствен­ных людей цели­ком захва­ти­ла власть в госу­дар­стве, цари и тет­рар­хи103 — их посто­ян­ные дан­ни­ки, наро­ды и пле­ме­на пла­тят им пода­ти104, мы, все осталь­ные, дея­тель­ные, чест­ные, знат­ные и незнат­ные, были чер­нью, лишен­ной вли­я­ния, лишен­ной авто­ри­те­та, зави­сев­шей от тех, кому мы, будь госу­дар­ство силь­ным, вну­ша­ли бы страх. (8) Поэто­му вся­кое вли­я­ние, могу­ще­ство, маги­стра­ту­ры, богат­ства нахо­дят­ся у них в руках там, где они хотят; нам оста­ви­ли они неуда­чи на выбо­рах, судеб­ные пре­сле­до­ва­ния, при­го­во­ры, нище­ту. (9) Доко­ле же буде­те вы тер­петь это105, о храб­рей­шие мужи? Не луч­ше ли муже­ствен­но уме­реть, чем позор­но лишить­ся жал­кой и бес­чест­ной жиз­ни, когда ты был посме­ши­щем для высо­ко­ме­рия дру­гих? (10) Но поис­ти­не — богов и людей при­во­жу в сви­де­те­ли! — побе­да в наших руках. Силь­на наша моло­дость, дух могуч. Напро­тив, у них с года­ми и вслед­ствие их богат­ства все силы осла­бе­ли. Надо толь­ко начать, осталь­ное при­дет само собой.

(11) И пра­во, кто, обла­дая духом мужа, может стер­петь, чтобы у тех людей были в избыт­ке богат­ства, дабы они про­ма­ты­ва­ли их, строя дома на море и срав­ни­вая с зем­лей горы106, а у нас не было средств даже на необ­хо­ди­мое; чтобы они соеди­ня­ли по два дома и боль­ше, а у нас нигде не было семей­но­го оча­га?107 (12) Поку­пая кар­ти­ны, ста­туи, чекан­ную утварь, раз­ру­шая новые зда­ния, воз­во­дя дру­гие — сло­вом, все­ми спо­со­ба­ми тра­тя и на ветер бро­сая день­ги, они, одна­ко, при всех сво­их при­хо­тях, про­мо­тать богат­ства свои не могут. (13) А вот у нас в доме нуж­да, вне стен его — дол­ги, сквер­ное насто­я­щее, гораз­до худ­шее буду­щее. Сло­вом, что нам оста­ет­ся, кро­ме жал­кой жиз­ни?

(14) Так про­бу­ди­тесь! Вот она, вот она, столь вожде­лен­ная сво­бо­да! Кро­ме того, перед вами богат­ства, почет, сла­ва. Фор­ту­на назна­чи­ла все это в награ­ду побе­ди­те­лям. (13) Поло­же­ние, вре­мя, судеб­ные пре­сле­до­ва­ния, нище­та, вели­ко­леп­ная воен­ная добы­ча108 крас­но­ре­чи­вее, чем мои сло­ва, побуж­да­ют вас дей­ство­вать. (16) Рас­по­ла­гай­те мною либо как вое­на­чаль­ни­ком, либо как про­стым сол­да­том; я буду с вами и духом и телом. (17) Имен­но так наде­юсь я посту­пать, сде­лав­шись кон­су­лом109, если толь­ко меня не обма­ны­ва­ет пред­чув­ствие и вы пред­по­чи­та­е­те быть раба­ми, а не повеле­вать».

21. (1) Услы­шав это, люди, стра­дав­шие от мно­же­ства вся­че­ских зол, но ниче­го не имев­шие и ни на что хоро­шее не наде­яв­ши­е­ся — хотя им и каза­лась боль­шой пла­той уже самая воз­мож­ность нару­шить спо­кой­ствие, — все-таки в боль­шин­стве сво­ем поже­ла­ли узнать, каким обра­зом будет он вести вой­ну, каких наград добьют­ся они ору­жи­ем, на какие выго­ды и где могут они рас­счи­ты­вать теперь или в буду­щем. (2) Тогда Кати­ли­на посу­лил им отме­ну дол­гов110, про­скрип­цию111 состо­я­тель­ных людей, маги­стра­ту­ры, жре­че­ские долж­но­сти112, воз­мож­ность гра­бить и все про­чее, что несут с собой вой­на и про­из­вол побе­ди­те­лей. (3) Кро­ме того, по его сло­вам, в Ближ­ней Испа­нии нахо­дит­ся Писон113, в Мавре­та­нии — во гла­ве вой­ска Пуб­лий Сит­тий из Нуце­рии114 — оба его сообщ­ни­ки; кон­су­ла­та доби­ва­ет­ся Гай Анто­ний115, кото­рый, как он наде­ет­ся, станет его кол­ле­гой, — его близ­кий друг и чело­век, стра­да­ю­щий от вся­че­ских затруд­не­ний; вме­сте с ним он, сде­лав­шись кон­су­лом, начнет дей­ство­вать. (4) Кро­ме того, он гром­ко упре­кал всех чест­ных людей, а каж­до­го из сво­их вос­хва­лял, назы­вая его по име­ни; одно­му напо­ми­нал о его нище­те, дру­го­му — о его вожде­ле­ни­ях, боль­шин­ству — о судеб­ных пре­сле­до­ва­ни­ях или о гро­зя­щем им позо­ре, мно­гим — о побе­де Сул­лы, кото­рая при­нес­ла им добы­чу. (5) Уви­дев, что все воз­буж­де­ны, Кати­ли­на, пред­ло­жив им под­дер­жи­вать его кан­ди­да­ту­ру, рас­пу­стил собра­ние.

22. (1) В те вре­ме­на гово­ри­ли, что Кати­ли­на, после сво­ей речи заста­вив сообщ­ни­ков при­сяг­нуть в вер­но­сти его пре­ступ­ным замыс­лам, обнес их чаша­ми с чело­ве­че­ской кро­вью, сме­шан­ной с вином; (2) затем, когда все после закля­тия отве­да­ли вина, как по обы­чаю дела­ет­ся при тор­же­ствен­ных свя­щен­но­дей­стви­ях116, он открыл им свой замы­сел и повто­рил, что он так посту­пил, дабы они боль­ше дове­ря­ли друг дру­гу как соучаст­ни­ки в столь тяж­ком пре­ступ­ле­нии. (3) Кое-кто пола­гал, что это и мно­гое дру­гое при­ду­ма­но людь­ми, рас­счи­ты­вав­ши­ми смяг­чить воз­ник­шую впо­след­ствии нена­висть к Цице­ро­ну117 ука­за­ни­я­ми на тяжесть пре­ступ­ле­ния каз­нен­ных. (4) Нам дело это, несмот­ря на его важ­ность, кажет­ся недо­ста­точ­но ясным.

23. (1) Сре­ди этих заго­вор­щи­ков был Квинт Курий, чело­век весь­ма знат­но­го про­ис­хож­де­ния, запят­нан­ный постыд­ны­ми и позор­ны­ми поступ­ка­ми; цен­зо­ры исклю­чи­ли его из сена­та за рас­пут­ство118. Тще­сла­вие это­го чело­ве­ка не усту­па­ло его наг­ло­сти; он не мог ни умол­чать о том, что слы­хал, ни скрыть свои соб­ствен­ные пре­ступ­ле­ния; корот­ко гово­ря, ни слов, ни поступ­ков сво­их не взве­ши­вал. (3) Он уже дав­но состо­ял в любов­ной свя­зи с Фуль­ви­ей, знат­ной жен­щи­ной119. Он не все­гда был ей по серд­цу, так как, лишен­ный средств, не мог делать ей подар­ки; но, неожи­дан­но рас­хва­став­шись, начал сулить ей золо­тые горы, а ино­гда угро­жал ей кин­жа­лом, если она не будет покор­на; под конец он стал вести себя наг­лее обыч­но­го. (4) Фуль­вия, одна­ко, узнав при­чи­ну занос­чи­во­сти Курия, не ста­ла скры­вать опас­ность, угро­жав­шую госу­дар­ству; умол­чав об источ­ни­ке, она рас­ска­за­ла мно­гим о заго­во­ре Кати­ли­ны: что она узна­ла и каким обра­зом. (5) Это обсто­я­тель­ство более все­го и вну­ши­ло людям жела­ние вве­рить кон­су­лат Мар­ку Тул­лию Цице­ро­ну. (6) Ибо ранее боль­шая часть зна­ти горе­ла нена­ви­стью, и счи­та­лось как бы осквер­не­ни­ем кон­суль­ской долж­но­сти, если бы ее достиг новый чело­век120, каким бы выда­ю­щим­ся он ни был. Но перед опас­но­стью нена­висть и гор­дость отсту­пи­ли.

24. (1) И вот после коми­ций кон­су­ла­ми объ­яви­ли Мар­ка Тул­лия и Гая Анто­ния121; это вна­ча­ле потряс­ло заго­вор­щи­ков. (2) Но все же бешен­ство Кати­ли­ны не осла­бе­ва­ло; наобо­рот, с каж­дым днем замыс­лы его шири­лись; он соби­рал ору­жие в удоб­ных для это­го мест­но­стях Ита­лии; день­ги, взя­тые в долг им самим или по пору­чи­тель­ству дру­зей, отправ­лял в Фезу­лы к неко­е­му Ман­лию122, кото­рый впо­след­ствии был зачин­щи­ком вой­ны. (3) В это вре­мя он, гово­рят, завер­бо­вал мно­же­ство раз­ных людей, а так­же и несколь­ких жен­щин, кото­рые вна­ча­ле мог­ли давать огром­ные сред­ства, тор­гуя собой; впо­след­ствии, когда с года­ми умень­ши­лись толь­ко их дохо­ды, но не их рос­кошь, они наде­ла­ли боль­ших дол­гов. (4) С их помо­щью Кати­ли­на счи­тал воз­мож­ным под­нять город­ских рабов, под­жечь Город, а мужей их либо при­влечь на свою сто­ро­ну, либо убить.

25. (1) Сре­ди них была и Сем­про­ния, с муж­ской реши­тель­но­стью совер­шив­шая уже не одно пре­ступ­ле­ние. (2) Вви­ду сво­е­го про­ис­хож­де­ния и внеш­но­сти, как и бла­го­да­ря сво­е­му мужу и детям, эта жен­щи­на была доста­точ­но воз­не­се­на судь­бой123; зна­ла гре­че­скую и латин­скую лите­ра­ту­ру, игра­ла на кифа­ре и пля­са­ла изящ­нее, чем подо­ба­ет при­лич­ной жен­щине124; она зна­ла еще мно­гое из того, что свя­за­но с рас­пу­щен­но­стью. (3) Ей все­гда было доро­го все, что угод­но, но толь­ко не при­стой­ность и стыд­ли­вость; что берег­ла она мень­ше — день­ги ли или свое доб­рое имя, было труд­но решить. Ее сжи­га­ла такая похоть, что она иска­ла встре­чи с муж­чи­на­ми чаще, чем они с ней. (4) Она и в про­шлом не раз нару­ша­ла сло­во, клят­вен­но отри­ца­ла долг, была сообщ­ни­цей в убий­стве; рос­кошь и отсут­ствие средств уско­ри­ли ее паде­ние. (5) Одна­ко умом она отли­ча­лась тон­ким: уме­ла сочи­нять сти­хи, шутить, гово­рить то скром­но, то неж­но, то лука­во; сло­вом, в ней было мно­го ост­ро­умия и мно­го при­вле­ка­тель­но­сти.

26. (1) Закон­чив эти при­го­тов­ле­ния, Кати­ли­на тем не менее доби­вал­ся кон­су­ла­та на сле­ду­ю­щий год125, наде­ясь, что ему, если он будет избран, лег­ко будет пол­но­стью под­чи­нить себе Анто­ния. И даже в это вре­мя126 он не был спо­ко­ен, но стро­ил вся­че­ские коз­ни про­тив Цице­ро­на127. (2) А у того не было недо­стат­ка ни в хит­ро­сти, ни в изво­рот­ли­во­сти, и он при­ни­мал меры предо­сто­рож­но­сти. (3) Ведь еще в нача­ле сво­е­го кон­су­ла­та он мно­ги­ми обе­ща­ни­я­ми добил­ся через Фуль­вию, чтобы Квинт Курий, о кото­ром я уже гово­рил, выда­вал ему замыс­лы Кати­ли­ны. (4) Кро­ме того, согла­ше­ни­ем о про­вин­ци­ях128 он поме­шал сво­е­му кол­ле­ге Анто­нию вно­сить пред­ло­же­ния во вред госу­дар­ству; сам он был окру­жен тай­ной охра­ной из дру­зей и кли­ен­тов. (5) Когда настал день выбо­ров и Кати­ли­на потер­пел неуда­чу и в соис­ка­нии долж­но­сти129, и в поку­ше­нии на кон­су­лов, под­го­тов­лен­ном им на Мар­со­вом поле130, он решил начать вой­ну и при­бег­нуть к край­ним мерам, так как его тай­ные попыт­ки окон­чи­лись позор­ным про­ва­лом.

27. (1) И вот он послал Гая Ман­лия в Фезу­лы и в бли­жай­шую к ним часть Этру­рии, неко­е­го каме­рин­ца Сеп­ти­мия — в Пицен­скую область, Гая Юлия — в Апу­лию131; кро­ме того, дру­гих — в раз­ные мест­но­сти, где каж­дый из них, как он ожи­дал, мог бы быть ему поле­зен. (2) В то же вре­мя он уси­лен­но дей­ство­вал в самом Риме — замыш­лял поку­ше­ния на кон­су­лов, гото­вил под­жо­ги, зани­мал с воору­жен­ны­ми людь­ми удоб­ные места, сам ходил с мечом и то же дру­гим при­ка­зы­вал, велел им быть все­гда насто­ро­же и наго­то­ве, днем и ночью торо­пил­ся, бодр­ство­вал, но ни от недо­сы­па­ния, ни от тру­дов не уста­вал. (3) Нако­нец, так как его мно­го­чис­лен­ные уси­лия ни к чему не при­во­ди­ли, он через Мар­ка Пор­ция Леку позд­ней ночью сно­ва созы­ва­ет гла­ва­рей заго­во­ра (4) и там132 после дол­гих сето­ва­ний на их без­дей­ствие сооб­ща­ет им, что послал Ман­лия к мно­же­ству людей, кото­рых он собрал, дабы они взя­лись за ору­жие; что он отпра­вил одних людей в одни, а дру­гих в дру­гие под­хо­дя­щие мест­но­сти, где было бы удоб­но начать вой­ну, и сам хочет выехать к вой­ску, но спер­ва дол­жен устра­нить Цице­ро­на, посколь­ку он вся­че­ски меша­ет осу­ществ­ле­нию его пла­нов.

28. (1) И вот, когда все осталь­ные были напу­га­ны и рас­те­рян­ны, рим­ский всад­ник Гней Кор­не­лий, обе­щав­ший Кати­лине свое содей­ствие, а вме­сте с ним сена­тор Луций Вар­гун­тей реши­ли той же ночью, но позд­нее с воору­жен­ны­ми людь­ми вой­ти в дом Цице­ро­на буд­то бы для утрен­не­го при­вет­ствия133, застиг­нуть его врас­плох и зако­лоть в его же доме. (2) Как толь­ко Курий понял, какая опас­ность угро­жа­ет кон­су­лу, он поспе­шил через Фуль­вию изве­стить Цице­ро­на о гото­вя­щем­ся поку­ше­нии. (3) Поэто­му их не пусти­ли на порог, и попыт­ка совер­шить столь тяж­кое зло­де­я­ние134 не уда­лась.

(4) Тем вре­ме­нем Ман­лий воз­му­щал в Этру­рии народ, кото­рый вви­ду нище­ты и неспра­вед­ли­во­стей жаж­дал пере­во­ро­та, так как он при гос­под­стве Сул­лы лишил­ся земель и все­го сво­е­го досто­я­ния135, а кро­ме того, всех раз­бой­ни­ков (в этой обла­сти их было вели­кое мно­же­ство) и кое-кого из жите­лей сул­лан­ских коло­ний — тех, кто из-за рас­пут­ства и рос­ко­ши из огром­ной добы­чи не сохра­нил ниче­го.

29. (1) Когда Цице­ро­ну сооб­щи­ли об этом, он, силь­но встре­во­жен­ный двой­ной опас­но­стью, так как он и не мог боль­ше в силу сво­их лич­ных пол­но­мо­чий136 охра­нять Город от поку­ше­ний и не собрал доста­точ­ных све­де­ний ни о чис­лен­но­сти, ни о наме­ре­ни­ях вой­ска Ман­лия, доло­жил сена­ту о поло­же­нии, уже став­шем пред­ме­том все­об­щих тол­ков. (2) И вот, как боль­шей частью и быва­ет в угро­жа­ю­щих обсто­я­тель­ствах, сенат поста­но­вил: «Да поза­бо­тят­ся кон­су­лы, чтобы госу­дар­ство не понес­ло ущер­ба»137. (3) Это наи­боль­шая власть, какую сенат, по рим­ско­му обы­чаю, предо­став­ля­ет маги­стра­ту — пра­во наби­рать вой­ско, вести вой­ну, при­ме­нять к союз­ни­кам и граж­да­нам вся­че­ские меры при­нуж­де­ния в Горо­де и за его пре­де­ла­ми и в похо­дах обла­дать не толь­ко выс­шим импе­ри­ем, но и выс­шей судеб­ной вла­стью; в иных обсто­я­тель­ствах, без пове­ле­ния наро­да138, кон­сул не впра­ве осу­ществ­лять ни одно­го из этих пол­но­мо­чий.

30. (1) Спу­стя несколь­ко дней сена­тор Луций Сений огла­сил в сена­те пись­мо, по его сло­вам при­слан­ное ему из Фезул; в нем сооб­ща­лось, что Гай Ман­лий, имея круп­ные силы, под­нял мятеж за пять дней до ноябрь­ских календ139. (2) Одновре­мен­но, как быва­ет в подоб­ных слу­ча­ях, одни сооб­ща­ли о зна­ме­ни­ях и чуде­сах140, дру­гие — об устра­и­ва­е­мых сбо­ри­щах, о достав­ке ору­жия, о начи­на­ю­щих­ся в Капуе и Апу­лии вос­ста­ни­ях рабов141. (3) Тогда по поста­нов­ле­нию сена­та Квинт Мар­ций Рекс142 был послан в Фезу­лы, Квинт Метелл Крит­ский143 — в Апу­лию и сосед­ние обла­сти. (4) Они оба как импе­ра­то­ры нахо­ди­лись под Горо­дом, лишен­ные воз­мож­но­сти спра­вить три­умф144 из-за про­ис­ков куч­ки людей, при­вык­ших про­да­вать все чест­ное и бес­чест­ное145. (5) Пре­тор Квинт Пом­пей Руф146 был послан в Капую, пре­тор Квинт Метелл Целер147 — в Пицен­скую область, и им было пору­че­но наби­рать вой­ска в зави­си­мо­сти от обсто­я­тельств и сте­пе­ни опас­но­сти; (6) кро­ме того, было реше­но, что если кто-нибудь доне­сет о заго­во­ре, устро­ен­ном про­тив госу­дар­ства, то награ­дой будет: рабу — отпуск на волю и сто тысяч сестер­ци­ев, сво­бод­но­му — без­на­ка­зан­ность и две­сти тысяч сестер­ци­ев; (7) рав­ным обра­зом поста­но­ви­ли, чтобы отря­ды гла­ди­а­то­ров были раз­ме­ще­ны в Капуе и дру­гих муни­ци­пи­ях сооб­раз­но со сред­ства­ми каж­до­го из них, чтобы в Риме охра­ну все­го горо­да нес­ла ноч­ная стра­жа под началь­ством млад­ших маги­стра­тов148.

31. (1) Собы­тия эти потряс­ли граж­дан­скую общи­ну и даже изме­ни­ли внеш­ний вид Горо­да. После необы­чай­но­го весе­лья и рас­пу­щен­но­сти, порож­ден­ных дол­гим спо­кой­стви­ем149, всех неожи­дан­но охва­ти­ла печаль: (2) люди торо­пи­лись, суе­ти­лись, не дове­ря­ли доста­точ­но ни месту, ни чело­ве­ку, не вели вой­ны и не зна­ли мира; каж­дый изме­рял опас­но­сти сте­пе­нью сво­ей бояз­ни. (3) В довер­ше­ние все­го жен­щи­ны, охва­чен­ные стра­хом перед вой­ной — от чего они отвык­ли вви­ду могу­ще­ства госу­дар­ства — уби­ва­лись, с моль­бой воз­ды­ма­ли руки к небу, сокру­ша­лись о сво­их малень­ких детях, всех рас­спра­ши­ва­ли и, забыв свою занос­чи­вость и отка­зав­шись от раз­вле­че­ний, не рас­счи­ты­ва­ли ни на себя, ни на оте­че­ство.

(4) Но Кати­ли­на жесто­ко­серд­но про­дол­жал свое, хотя меры для защи­ты при­ни­ма­лись, а само­го его Луций Павел150 при­влек к суду на осно­ва­нии Плав­ци­е­ва зако­на151. (5) Нако­нец, — для того ли, чтобы скрыть истин­ные наме­ре­ния или чтобы оправ­дать­ся, если с ним где-либо зате­ют ссо­ру, — он явил­ся в сенат. (6) Тогда кон­сул Марк Тул­лий, либо опа­са­ясь его при­сут­ствия, либо охва­чен­ный гне­вом, про­из­нес бле­стя­щую и полез­ную для госу­дар­ства речь, кото­рую затем запи­сал и издал152. (7) Но как толь­ко он сел на место, Кати­ли­на, по обык­но­ве­нию гото­вый на любое при­твор­ство, начал, опу­стив гла­за, жалоб­ным голо­сом про­сить отцов сена­то­ров не верить опро­мет­чи­во ниче­му из того, что гово­рят о нем: он-де вышел из такой вет­ви рода, смо­ло­ду избрал для себя такой путь в жиз­ни, что от него мож­но ожи­дать толь­ко добра; пусть они не дума­ют, что ему, пат­ри­цию, подоб­но сво­им пред­кам ока­зав­ше­му мно­го услуг рим­ско­му плеб­су, нуж­но губить госу­дар­ство, когда его спа­са­ет какой-то Марк Тул­лий, граж­да­нин, не име­ю­щий соб­ствен­но­го дома в Риме153. (8) Когда он стал при­бав­лять к это­му и дру­гие оскорб­ле­ния, все при­сут­ство­вав­шие зашу­ме­ли и закри­ча­ли, что он враг и пар­ри­ци­да. (9) Тогда он, взбе­шен­ный, бро­сил: «Так как недру­ги, окру­жив, пре­сле­ду­ют меня и хотят столк­нуть в про­пасть, то пожар, гро­зя­щий мне, я поту­шу под раз­ва­ли­на­ми»154.

32. (1) Затем он из курии155 помчал­ся домой. Обду­мав там мно­гое — так как и поку­ше­ния на кон­су­ла сры­ва­лись, и Город, как он пони­мал, ноч­ны­ми дозо­ра­ми ограж­ден от под­жо­га, — он, счи­тая более полез­ным уси­лить свое вой­ско и, преж­де чем будут набра­ны леги­о­ны, своевре­мен­но запа­стись мно­гим, необ­хо­ди­мым для вой­ны, позд­ней ночью в сопро­вож­де­нии несколь­ких чело­век выехал в лагерь Ман­лия156. (2) Цете­гу, Лен­ту­лу и дру­гим, в чьей неиз­мен­ной отва­ге он убе­дил­ся, он пору­ча­ет любы­ми сред­ства­ми укреп­лять глав­ные силы заго­во­ра, пото­ро­пить­ся с поку­ше­ни­ем на кон­су­ла, гото­вить­ся к резне, под­жо­гам и дру­гим пре­ступ­ле­ни­ям, свя­зан­ным с вой­ной; сам же он в бли­жай­шие дни с мно­го­чис­лен­ным вой­ском под­сту­пит к Горо­ду.

(3) Пока все это про­ис­хо­ди­ло в Риме, Гай Ман­лий посы­ла­ет сво­их сообщ­ни­ков к Мар­цию Рек­су с пись­мом при­бли­зи­тель­но тако­го содер­жа­ния:

33. (1) «Богов и людей при­зы­ва­ем мы в сви­де­те­ли, импе­ра­тор, — мы взя­лись за ору­жие не про­тив оте­че­ства и не затем, чтобы под­верг­нуть опас­но­сти дру­гих людей, но дабы огра­дить себя от про­ти­во­за­ко­ния; из-за про­из­во­ла и жесто­ко­сти ростов­щи­ков боль­шин­ство из нас, несчаст­ных, обни­щав­ших, лише­но оте­че­ства, все — доб­ро­го име­ни и иму­ще­ства, и ни одно­му из нас не доз­во­ли­ли ни при­бег­нуть, по обы­чаю пред­ков, к закон­ной защи­те, ни, утра­тив иму­ще­ство, сохра­нить лич­ную сво­бо­ду: так вели­ка была жесто­кость ростов­щи­ков и пре­то­ра157. (2) Пред­ки наши, сжа­лив­шись над рим­ским плеб­сом, поста­нов­ле­ни­я­ми сво­и­ми часто ока­зы­ва­ли ему помощь в его бес­по­мощ­но­сти, а совсем недав­но на нашей памя­ти вви­ду огром­ных дол­гов с согла­сия всех чест­ных людей была раз­ре­ше­на упла­та дол­гов вме­сто сереб­ра медью158. (3) Часто сам плебс, либо из стрем­ле­ния к вла­сти, либо воз­му­щен­ный высо­ко­ме­ри­ем маги­стра­тов, с ору­жи­ем в руках ухо­дил от пат­ри­ци­ев159. (4) Но мы не стре­мим­ся ни к вла­сти, ни к богат­ствам, из-за кото­рых меж­ду людь­ми воз­ни­ка­ют вой­ны и вся­че­ское сопер­ни­че­ство, но к сво­бо­де, рас­стать­ся с кото­рой чест­ный чело­век может толь­ко вме­сте с послед­ним вздо­хом. (5) Закли­на­ем тебя и сенат — поза­боть­тесь о несчаст­ных граж­да­нах, воз­вра­ти­те нам защи­ту зако­на160, кото­рой нас лиши­ла неспра­вед­ли­вость пре­то­ра161, и не застав­ляй­те нас искать спо­соб воз­мож­но доро­же про­дать свою жизнь».

34. (1) На это Квинт Мар­ций отве­тил, что они, если хотят о чем-либо про­сить сенат, долж­ны сло­жить ору­жие и явить­ся в Рим с моль­бой о про­ще­нии; сенат рим­ско­го наро­да все­гда был столь мягок и снис­хо­ди­те­лен, что никто нико­гда не про­сил его о помо­щи пона­прас­ну. (2) Кати­ли­на же с доро­ги напи­сал боль­шин­ству кон­су­ля­ров162 и всем знат­ным людям, что он, хотя на него и воз­ве­ли лож­ные обви­не­ния, скло­ня­ет­ся перед Фор­ту­ной, не будучи в силах дать отпор сво­ре недру­гов, и уда­ля­ет­ся в изгна­ние в Мас­си­лию163 — не пото­му, что при­зна­ет­ся в столь тяж­ком пре­ступ­ле­нии, но дабы в госу­дар­стве насту­пи­ло успо­ко­е­ние и его борь­ба не при­ве­ла к мяте­жу. (3) Одна­ко Квинт Катул164 огла­сил в сена­те пись­мо совер­шен­но про­ти­во­по­лож­но­го содер­жа­ния, ска­зав, что оно достав­ле­но ему от Кати­ли­ны. Спи­сок с него сле­ду­ет ниже165.

35. (1) «Луций Кати­ли­на Квин­ту Кату­лу. Твоя ред­кост­ная вер­ность сло­ву, кото­рую я узнал на деле и оце­нил, нахо­дясь в боль­шой опас­но­сти166, при­да­ет мне уве­рен­ность, когда я обра­ща­юсь к тебе. (2) Поэто­му я решил не оправ­ды­вать перед тобой сво­е­го ново­го замыс­ла167, но, созна­вая свою неви­нов­ность, нашел нуж­ным пред­ста­вить тебе разъ­яс­не­ние, кото­рое ты — да помо­жет мне в этом бог вер­но­сти!168 — смо­жешь при­знать искрен­ним. (3) Гони­мый оби­да­ми и оскорб­ле­ни­я­ми, так как я, лишен­ный пло­дов сво­е­го тру­да и настой­чи­во­сти, не дости­гал заслу­жен­но­го мной высо­ко­го поло­же­ния169, я по сво­е­му обык­но­ве­нию офи­ци­аль­но взял на себя защи­ту несчаст­ных людей — не пото­му, чтобы не смог, про­дав иму­ще­ство, упла­тить лич­ные дол­ги (Оре­стил­ла по сво­ей щед­ро­сти из средств соб­ствен­ных и доче­ри упла­ти­ла бы даже и чужие дол­ги), но так как видел, что поче­та были удо­сто­е­ны люди, недо­стой­ные его170, и чув­ство­вал себя отверг­ну­тым из-за лож­но­го подо­зре­ния. (4) Вви­ду это­го, сооб­раз­но со сво­им досто­ин­ством, я чест­но наде­ял­ся, что смо­гу сохра­нить остат­ки сво­е­го высо­ко­го поло­же­ния. (5) Хотел я про­дол­жать пись­мо, но мне сооб­щи­ли, что на меня гото­вит­ся поку­ше­ние171. (6) Итак, пору­чаю тебе и отдаю под твое покро­ви­тель­ство Оре­стил­лу; защи­щай ее от обид, про­шу тебя име­нем тво­их детей. Про­щай».

36. (1) Сам Кати­ли­на, про­быв несколь­ко дней у Гая Фла­ми­ния172 в Арре­тин­ской обла­сти, где снаб­жал ору­жи­ем всю окру­гу, уже ранее под­ня­тую им на ноги, с фас­ца­ми и дру­ги­ми зна­ка­ми вла­сти173 напра­вил­ся в лагерь Ман­лия. (2) Как толь­ко в Риме узна­ли об этом, сенат объ­явил Кати­ли­ну и Ман­лия вра­га­ми174; всем про­чим заго­вор­щи­кам он назна­чил срок, до кото­ро­го им, за исклю­че­ни­ем осуж­ден­ных за уго­лов­ные дея­ния, доз­во­ля­лось без­на­ка­зан­но175 сло­жить ору­жие. (3) Кро­ме того, сенат пору­чил кон­су­лам про­из­ве­сти набор, Анто­нию с вой­ском спеш­но высту­пить про­тив Кати­ли­ны, а Цице­ро­ну защи­щать Город176.

(4) В это вре­мя дер­жа­ва рим­ско­го наро­да, как мне кажет­ся, была в чрез­вы­чай­но жал­ком состо­я­нии. Хотя с восто­ка до запа­да все пови­но­ва­лось ей, поко­рен­ное ору­жи­ем, внут­ри стра­ны цари­ло спо­кой­ствие, и в нее тек­ли богат­ства, кото­рые ценят­ся пре­вы­ше все­го, все же нахо­ди­лись граж­дане, упор­но стре­мив­ши­е­ся погу­бить себя и госу­дар­ство. (5) Ведь, несмот­ря на два поста­нов­ле­ния сена­та177, ни один из мно­же­ства сообщ­ни­ков не выдал заго­во­ра, соблаз­нив­шись награ­дой, и ни один не поки­нул лаге­ря Кати­ли­ны: столь силь­на была болезнь, слов­но зара­за, про­ник­шая в души боль­шин­ства граж­дан.

37. (1) Безу­мие охва­ти­ло не одних толь­ко заго­вор­щи­ков; вооб­ще весь про­стой народ в сво­ем стрем­ле­нии к пере­ме­нам178 одоб­рял наме­ре­ния Кати­ли­ны. (2) Имен­но они, мне кажет­ся, и соот­вет­ство­ва­ли его нра­вам. (3) Ведь в госу­дар­стве те, у кого ниче­го нет, все­гда зави­ду­ют состо­я­тель­ным людям, пре­воз­но­сят дур­ных, нена­ви­дят ста­рый поря­док, жаж­дут ново­го, недо­воль­ные сво­им поло­же­ни­ем, доби­ва­ют­ся общей пере­ме­ны, без забот кор­мят­ся вол­не­ни­я­ми и мяте­жа­ми, так как нище­та лег­ко пере­но­сит­ся, когда терять нече­го. (4) Но у рим­ско­го плеб­са было мно­го осно­ва­ний посту­пать столь отча­ян­но. (5) Преж­де все­го, те, кто всю­ду намно­го пре­вос­хо­дил дру­гих постыд­ной жиз­нью и необуз­дан­но­стью, а так­же и дру­гие, позор­но рас­тра­тив­шие отцов­ское иму­ще­ство, — вооб­ще все те, кого их гнус­но­сти и пре­ступ­ле­ния выгна­ли из дома, сте­ка­лись в Рим, слов­но в сточ­ную яму179. (6) Далее, мно­гие вспо­ми­на­ли побе­ду Сул­лы, видя, как одни рядо­вые сол­да­ты ста­ли сена­то­ра­ми180, дру­гие — столь бога­ты­ми, что вели цар­ский образ жиз­ни; каж­дый наде­ял­ся, что он, взяв­шись за ору­жие, извле­чет из побе­ды такую же выго­ду. (7) Кро­ме того, юно­ше­ство, скуд­но жив­шее в деревне тру­дом сво­их рук и при­вле­чен­ное в Рим подач­ка­ми от част­ных лиц и госу­дар­ства181, уже дав­но небла­го­дар­но­му тру­ду сво­е­му пред­по­чло празд­ность в Горо­де. Вот таких людей и всех про­чих и кор­ми­ло несча­стье, постиг­шее госу­дар­ство. (8) Тем менее сле­ду­ет удив­лять­ся тому, что неиму­щие люди с дур­ны­ми нра­ва­ми, но вели­чай­ши­ми при­тя­за­ни­я­ми забо­ти­лись об инте­ре­сах госу­дар­ства так же мало, как и о сво­их соб­ствен­ных. (9) Кро­ме того, те, у кого вслед­ствие побе­ды Сул­лы под­верг­лись про­скрип­ци­ям роди­те­ли, было раз­граб­ле­но иму­ще­ство, огра­ни­че­ны граж­дан­ские пра­ва182, ожи­да­ли исхо­да борь­бы точ­но с таки­ми же чая­ни­я­ми. (10) Более того, все про­тив­ни­ки сена­та были гото­вы к потря­се­ни­ям в госу­дар­стве, лишь бы не ума­ля­лось их лич­ное вли­я­ние. (11) Вот какое зло по про­ше­ствии мно­гих лет сно­ва пора­зи­ло граж­дан­скую общи­ну.

38. (1) Ибо, когда при кон­су­лах Гнее Пом­пее и Мар­ке Крас­се была вос­ста­нов­ле­на власть три­бу­нов183, моло­дые люди184, дерз­кие вви­ду сво­е­го воз­рас­та и по скла­ду ума, нача­ли, достиг­нув выс­шей вла­сти185, сво­и­ми обви­не­ни­я­ми про­тив сена­та вол­но­вать плебс, затем еще боль­ше раз­жи­гать его подач­ка­ми и посу­ла­ми; таким обра­зом они при­об­ре­та­ли извест­ность и силу. (2) С ними оже­сто­чен­но боро­лась боль­шая часть зна­ти — под видом защи­ты сена­та, на деле ради соб­ствен­но­го воз­вы­ше­ния. (3) Ибо — ска­жу корот­ко прав­ду — из всех тех, кто с это­го вре­ме­ни пра­вил госу­дар­ством, под бла­го­вид­ным пред­ло­гом одни, буд­то бы отста­и­вая пра­ва наро­да, дру­гие — наи­боль­шую власть сена­та, каж­дый, при­тво­ря­ясь защит­ни­ком обще­ствен­но­го бла­га, борол­ся за соб­ствен­ное вли­я­ние. (4) И в сво­ем сопер­ни­че­стве они не зна­ли ни уме­рен­но­сти, ни меры: и те и дру­гие были жесто­ки, став побе­ди­те­ля­ми.

39. (1) Но после того как Гнея Пом­пея посла­ли сра­жать­ся на море и с Мит­ри­да­том186, силы плеб­са умень­ши­лись, могу­ще­ство куч­ки людей воз­рос­ло. (2) В их руках были маги­стра­ту­ры, про­вин­ции и все про­чее; сами они, не тер­пя ущер­ба, про­цве­тая, жили без стра­ха и запу­ги­ва­ли про­тив­ни­ков судеб­ны­ми кара­ми187 за то, что те, будучи маги­стра­та­ми, обра­ща­лись с плеб­сом черес­чур мяг­ко. (3) Но как толь­ко при запу­тан­ном поло­же­нии дел появи­лась надеж­да на пере­во­рот, пле­бе­ев охва­ти­ло дав­ниш­нее стрем­ле­ние бороть­ся. (4) И если бы Кати­ли­на в пер­вом бою взял верх или хотя бы сохра­нил равен­ство сил, то для госу­дар­ства это, конеч­но, было бы тяж­ким пора­же­ни­ем, вер­нее, бед­стви­ем, и тем, кто достиг бы побе­ды, нель­зя было бы долее поль­зо­вать­ся ее пло­да­ми и более силь­ный188 отнял бы у них, уста­лых и изне­мог­ших, власть и даже сво­бо­ду. (5) Все-таки было мно­го людей, к заго­во­ру не при­част­ных, кото­рые вна­ча­ле выеха­ли к Кати­лине. Сре­ди них был Фуль­вий, сын сена­то­ра; отец велел задер­жать его в пути и каз­нить189. (6) В это же вре­мя в Риме Лен­тул, как Кати­ли­на ему при­ка­зал, сам или при помо­щи дру­гих людей, вер­бо­вал всех тех, кого он, судя по их нра­вам и иму­ще­ствен­но­му поло­же­нию, счи­тал под­хо­дя­щи­ми для пере­во­ро­та, и при­том не толь­ко граж­дан, но и всех, кого толь­ко мож­но было исполь­зо­вать для вой­ны.

40. (1) И вот он пору­ча­ет неко­е­му Пуб­лию Умбре­ну190 разыс­кать послов алло­бро­гов и, если смо­жет, при­влечь их к воен­но­му сою­зу. Лен­тул думал, что их лег­ко будет скло­нить к тако­му реше­нию, так как они обре­ме­не­ны дол­га­ми, общи­ми и част­ны­ми191, а так­же пото­му, что это галль­ское пле­мя по при­ро­де сво­ей воин­ствен­но. (2) Умбрен, посколь­ку он дав­но вел дела в Гал­лии192, был зна­ком боль­шин­ству вождей и сам знал их. Поэто­му он сра­зу же, как толь­ко встре­тил послов на Фору­ме, крат­ко осве­до­мив­шись о делах в их общине и как бы сочув­ствуя им, стал выяс­нять, как они рас­счи­ты­ва­ют вый­ти из тяже­ло­го поло­же­ния. (3) Услы­шав, что они жалу­ют­ся на алч­ность долж­ност­ных лиц, обви­ня­ют сенат, не ока­зы­ва­ю­щий им помо­щи, и в смер­ти видят спа­се­ние от сво­их бед, он заявил: «А я, если толь­ко вы хоти­те быть муж­чи­на­ми, ука­жу вам, как изба­вить­ся от ваших столь тяж­ких несча­стий». (4) Едва он ска­зал это, алло­бро­ги, пре­ис­пол­нив­шись надежд, ста­ли умо­лять его пожа­леть их: нет ниче­го тако­го, чего бы они, как это ни труд­но, не сде­ла­ли с вели­чай­шей готов­но­стью, толь­ко бы их общине изба­вить­ся от дол­гов. (5) Умбрен при­вел алло­бро­гов в дом Деци­ма Бру­та193, кото­рый нахо­дил­ся невда­ле­ке от Фору­ма и где хоро­шо были осве­дом­ле­ны о заго­во­ре бла­го­да­ря Сем­про­нии; само­го же Бру­та тогда в Риме не было. (6) Затем он при­гла­сил Габи­ния194, дабы при­дать боль­ший вес пере­го­во­рам; в его при­сут­ствии он пове­дал им о заго­во­ре, назвал его участ­ни­ков и, кро­ме того, чтобы под­нять дух послов, — мно­гих людей раз­но­го зва­ния, не при­част­ных ни к чему. И когда послы обе­ща­ли ему свою помощь195, он отпу­стил их домой.

41. (1) Но алло­бро­ги дол­го не зна­ли, на что решить­ся. (2) С одной сто­ро­ны, были дол­ги, их воин­ствен­ность, боль­шая награ­да в слу­чае побе­ды; с дру­гой — пре­вос­ход­ство в силах, отсут­ствие рис­ка, вме­сто невер­ной надеж­ды вер­ное воз­на­граж­де­ние196. (3) При этих раз­ду­мьях все-таки побе­ди­ла Фор­ту­на госу­дар­ства197. (4) И вот они откры­ва­ют все, что им ста­ло извест­но, Квин­ту Фабию Сан­ге, неиз­мен­но­му патро­ну198 их общи­ны. Цице­рон, узнав о замыс­ле Кати­ли­ны от Сан­ги, научил послов, как им при­тво­рять­ся пре­дан­ны­ми заго­во­ру, как свя­зать­ся с дру­ги­ми заго­вор­щи­ка­ми, дать им обе­ща­ния и поста­рать­ся как мож­но боль­ше их раз­об­ла­чить.

42. (1) При­бли­зи­тель­но в это же вре­мя в Ближ­ней и Даль­ней Гал­ли­ях199, как и в Пицен­ской обла­сти, Брут­тии и Апу­лии, про­ис­хо­ди­ли вол­не­ния. Ибо те, кого Кати­ли­на ранее туда послал, неосто­рож­но, слов­но безум­ные, все дела­ли одновре­мен­но; одна­ко ноч­ны­ми сбо­ри­ща­ми, достав­кой обо­ро­ни­тель­но­го и насту­па­тель­но­го ору­жия, спеш­кой, все­об­щим бес­по­ряд­ком они не столь­ко созда­ва­ли опас­ность, сколь­ко сея­ли страх. (3) Мно­гих из них пре­тор Квинт Метелл Целер, про­из­ве­дя след­ствие на осно­ва­нии поста­нов­ле­ния сена­та200, бро­сил в тюрь­му; в Даль­ней Гал­лии так же посту­пил Гай Муре­на201, управ­ляв­ший этой про­вин­ци­ей как легат.

43. (1) Тем вре­ме­нем в Риме Лен­тул вме­сте с дру­ги­ми гла­ва­ря­ми заго­во­ра, под­го­то­вив, как им каза­лось, боль­шие силы, реши­ли: как толь­ко Кати­ли­на с вой­ском при­бу­дет в [Фезуль­скую] область202, пле­бей­ский три­бун Луций Бес­тия203, созвав сход­ку, осу­дит дей­ствия Цице­ро­на и обра­тит про­тив луч­ше­го кон­су­ла204 все недо­воль­ство тяже­лей­шей вой­ной; по его зна­ку в сле­ду­ю­щую ночь205 осталь­ные заго­вор­щи­ки выпол­нят каж­дый свое зада­ние. (2) И они, по слу­хам, были рас­пре­де­ле­ны так: Ста­ти­лий и Габи­ний с боль­шим отря­дом одновре­мен­но подо­жгут Город в две­на­дца­ти удоб­ных местах, дабы вызван­ной этим сума­то­хой облег­чить доступ к кон­су­лу и дру­гим людям, на кото­рых гото­ви­лись поку­ше­ния; Цетег оса­дит две­ри в доме Цице­ро­на и напа­дет на него с ору­жи­ем в руках; каж­дый убьет ука­зан­но­го ему чело­ве­ка; сыно­вья, живу­щие в семье206, глав­ным обра­зом из зна­ти, убьют сво­их отцов; затем, когда рез­ня и пожа­ры при­ве­дут всех в смя­те­ние, они про­рвут­ся к Кати­лине207. (3) Пока шли эти при­го­тов­ле­ния и при­ни­ма­лись реше­ния, Цетег посто­ян­но сето­вал на без­дей­ствие сообщ­ни­ков: из-за коле­ба­ний и каж­до­днев­ных про­во­ло­чек они упус­ка­ют весь­ма бла­го­при­ят­ные воз­мож­но­сти; перед лицом такой опас­но­сти нуж­ны дей­ствия, а не обсуж­де­ния, и сам он, пока дру­гие мед­лят, с неболь­шим чис­лом сто­рон­ни­ков готов напасть на курию208. (4) От при­ро­ды храб­рый, реши­тель­ный, гото­вый к дей­стви­ям, он видел залог успе­ха преж­де все­го в быст­ро­те.

44. (1) Меж­ду тем алло­бро­ги, сле­дуя настав­ле­ни­ям Цице­ро­на, через посред­ство Габи­ния встре­ча­ют­ся с дру­ги­ми заго­вор­щи­ка­ми. Они тре­бу­ют от Лен­ту­ла, Цете­га, Ста­ти­лия, а так­же от Кас­сия запе­ча­тан­ных писем с клят­вен­ны­ми обя­за­тель­ства­ми209, чтобы доста­вить их сопле­мен­ни­кам: ина­че им нелег­ко будет скло­нить их к столь важ­но­му делу. (2) Все согла­ша­ют­ся, ниче­го не подо­зре­вая; один толь­ко Кас­сий обе­ща­ет сам при­быть к алло­бро­гам и поки­да­ет Город неза­дол­го до отъ­ез­да послан­цев. (3) Лен­тул посы­ла­ет вме­сте с ними неко­е­го Тита Воль­тур­ция из Кро­то­ны, дабы алло­бро­ги, преж­де чем отпра­вить­ся домой, обме­няв­шись с Кати­ли­ной клят­ва­ми в вер­но­сти, под­твер­ди­ли заклю­чен­ный ими союз. (4) Сам он дает Воль­тур­цию пись­мо к Кати­лине, спи­сок с кото­ро­го при­во­дит­ся ниже210.

(5) «Кто я, узна­ешь от того, кого к тебе посы­лаю. Поду­май, какая опас­ность навис­ла над тобой, и помни, что ты муж­чи­на. Сооб­ра­зи, чего тре­бу­ют твои инте­ре­сы; ищи помо­щи у всех, даже у людей самых ничтож­ных»211.

(6) К это­му добав­ля­ет на сло­вах: раз сенат объ­явил Кати­ли­ну вра­гом, то какие у него осно­ва­ния отвер­гать помощь рабов? В Горо­де все под­го­тов­ле­но, как он при­ка­зал; пусть не мед­лит с похо­дом на Рим.

45. (1) Когда все было сде­ла­но и назна­че­на ночь отъ­ез­да212, Цице­рон, узнав обо всем от послов, при­ка­зы­ва­ет пре­то­рам Луцию Вале­рию Флак­ку и Гаю Помп­ти­ну213 устро­ить заса­ду на Муль­ви­е­вом мосту214 и захва­тить весь поезд алло­бро­гов. Он объ­яс­ня­ет им их зада­чу, а в осталь­ном раз­ре­ша­ет дей­ство­вать по обсто­я­тель­ствам. (2) Пре­то­ры, люди воен­ные, без шума рас­ста­вив посты, как им было при­ка­за­но, неза­мет­но зани­ма­ют под­хо­ды к мосту. (3) Когда послы вме­сте с Воль­тур­ци­ем подо­шли к это­му месту и по обе­им сто­ро­нам моста одновре­мен­но раз­да­лись кри­ки, то гал­лы, сра­зу же поняв, что про­ис­хо­дит, немед­лен­но сда­лись пре­то­рам. (4) Воль­тур­ций, вна­ча­ле обод­ряв­ший осталь­ных, отби­вал­ся мечом от мно­же­ства напа­дав­ших, затем, поки­ну­тый посла­ми, спер­ва дол­го умо­лял Помп­ти­на о поща­де, так как тот знал его; нако­нец, испу­гав­шись и поте­ряв надеж­ду на спа­се­ние, сдал­ся пре­то­рам, слов­но это были вра­ги.

46. (1) Когда все было кон­че­но, пре­то­ры через гон­цов быст­ро сооб­щи­ли кон­су­лу. (2) А того охва­ти­ли и бес­по­кой­ство, и радость. Радо­вал­ся он, пони­мая, что рас­кры­тие заго­во­ра изба­ви­ло госу­дар­ство от опас­но­сти: тре­во­жи­ло его, одна­ко, то, что он не знал, как посту­пить со столь вид­ны­ми граж­да­на­ми, схва­чен­ны­ми на месте вели­чай­ше­го пре­ступ­ле­ния; нака­за­ние их, пола­гал он, ляжет бре­ме­нем на него, а без­на­ка­зан­ность их погу­бит госу­дар­ство. (3) Нако­нец, собрав­шись с духом, он при­ка­зы­ва­ет позвать к себе Лен­ту­ла, Цете­га, Ста­ти­лия, а так­же Цепа­рия из Тер­ра­ци­ны, кото­рый соби­рал­ся ехать в Апу­лию воз­му­щать рабов. (4) Все они тут же при­хо­дят, кро­ме Цепа­рия, кото­рый, неза­дол­го до это­го вый­дя из дома, бежал из Горо­да, узнав о доно­се. (5) Лен­ту­ла, так как он был пре­то­ром, кон­сул, дер­жа за руку, при­во­дит в сенат215, осталь­ных при­ка­зы­ва­ет отпра­вить под стра­жей в храм Согла­сия216. (6) Туда он созы­ва­ет сенат и в мно­го­люд­ное собра­ние это­го сосло­вия велит вве­сти Воль­тур­ция вме­сте с посла­ми. Пре­то­ру Флак­ку он при­ка­зы­ва­ет сюда же при­не­сти ящи­чек с пись­ма­ми, кото­рые тот полу­чил от послов.

47. (1) Когда Воль­тур­ция ста­ли допра­ши­вать о его поезд­ке, пись­мах, нако­нец, о том, како­вы были его наме­ре­ния и чем они были вызва­ны, тот вна­ча­ле отго­ва­ри­вал­ся и скры­вал, что ему извест­но о заго­во­ре; затем, когда ему веле­ли гово­рить, от име­ни госу­дар­ства заве­рив его в непри­кос­но­вен­но­сти217, он открыл, как все про­изо­шло, и пока­зал, что несколь­ки­ми дня­ми ранее его завер­бо­ва­ли Габи­ний и Цепа­рий, что он зна­ет одних толь­ко послов и ниче­го более и толь­ко слы­хал не раз от Габи­ния, что в этом заго­во­ре участ­ву­ют Пуб­лий Автро­ний, Сер­вий Сул­ла, Луций Вар­гун­тей и мно­гие дру­гие. (2) Гал­лы при­зна­ют­ся в том же, а Лен­ту­ла, несмот­ря на его запи­ра­тель­ство, они, поми­мо его пись­ма, обви­ня­ют в выска­зы­ва­ни­ях, какие он неред­ко себе поз­во­лял, буд­то по кни­гам Сивил­лы218 цар­ская власть в Риме была пред­ска­за­на трем Кор­не­ли­ям; Цин­на и Сул­ла ею уже обла­да­ли219, он — тре­тий, кому суж­де­но власт­во­вать в Горо­де; кро­ме того, год этот два­дца­тый после пожа­ра Капи­то­лия220, и он, как гаруспи­ки221 уже не раз утвер­жда­ли на осно­ва­нии зна­ме­ний, будет кро­ва­вым из-за граж­дан­ской вой­ны. (3) После чте­ния писем, когда все заго­вор­щи­ки при­зна­ли сво­и­ми печа­ти, сенат поста­но­вил, чтобы Лен­тул, после того как он сло­жит свои пол­но­мо­чия222, как и осталь­ные, был отдан на пору­ки223. (4) Поэто­му Лен­ту­ла пере­да­ли Пуб­лию Лен­ту­лу Спин­те­ру224, кото­рый тогда был эди­лом, Цете­га — Квин­ту Кор­ни­фи­цию225, Ста­ти­лия — Гаю Цеза­рю, Габи­ния — Мар­ку Крас­су226, бежав­ше­го же Цепа­рия, толь­ко что задер­жан­но­го и достав­лен­но­го в Рим, — сена­то­ру Гнею Терен­цию.

48. (1) Меж­ду тем после рас­кры­тия заго­во­ра у про­сто­го наро­да, кото­рый вна­ча­ле жаж­дал пере­во­ро­та и не в меру сочув­ство­вал войне, настро­е­ние пере­ме­ни­лось и он стал замыс­лы Кати­ли­ны про­кли­нать, а Цице­ро­на пре­воз­но­сить до небес; народ, слов­но его вырва­ли из цепей раб­ства, радо­вал­ся и лико­вал. (2) Ибо, по его мне­нию, дру­гие бед­ствия вой­ны при­нес­ли бы ему не столь­ко убыт­ки, сколь­ко добы­чу, но пожар был бы жесто­ким, неумо­ли­мым и чрез­вы­чай­но губи­тель­ным для него, так как все его иму­ще­ство — пред­ме­ты повсе­днев­но­го поль­зо­ва­ния и одеж­да.

(3) На сле­ду­ю­щий день227 в сенат при­ве­ли неко­е­го Луция Тарк­ви­ния, кото­рый, как утвер­жда­ли, направ­лял­ся к Кати­лине и был задер­жан в пути. (4) Он заявил, что даст пока­за­ния, если ему от име­ни госу­дар­ства будет обес­пе­че­на без­опас­ность; полу­чив от кон­су­ла при­ка­за­ние сооб­щить все, что зна­ет, он ска­зал сена­ту почти то же самое, что и Воль­тур­ций, — о под­го­тов­лен­ных под­жо­гах, об изби­е­нии луч­ших граж­дан, о пере­дви­же­нии вра­гов; далее — что его послал Марк Красс сооб­щить Кати­лине: пусть арест Лен­ту­ла, Цете­га и дру­гих заго­вор­щи­ков не стра­шит его и пусть он тем более пото­ро­пит­ся с наступ­ле­ни­ем на Город, дабы под­нять дух осталь­ных заго­вор­щи­ков и изба­вить задер­жан­ных от опас­но­сти. (5) Но как толь­ко Тарк­ви­ний назвал имя Крас­са, чело­ве­ка знат­но­го, необы­чай­но бога­то­го и весь­ма могу­ще­ствен­но­го, то одни сена­то­ры сочли это неве­ро­ят­ным, дру­гие же хоть и пове­ри­ли, но все-таки пола­га­ли, что в такое вре­мя столь все­силь­но­го чело­ве­ка сле­ду­ет ско­рее уми­ро­тво­рить, чем вос­ста­нав­ли­вать про­тив себя, к тому же боль­шин­ство из них были обя­за­ны Крас­су как част­ные лица, ста­ли кри­чать, что пока­за­ния эти лож­ны, и потре­бо­ва­ли, чтобы об этом было доло­же­но сена­ту228. (6) И вот по запро­су Цице­ро­на сенат в пол­ном соста­ве объ­яв­ля­ет, что пока­за­ния Тарк­ви­ния, оче­вид­но, лож­ны229 и что его само­го над­ле­жит дер­жать в око­вах и не поз­во­лять ему давать пока­за­ния, если он не сооб­щит, по чье­му нау­ще­нию он так солгал в столь важ­ном деле. (7) Тогда кое-кто пола­гал, что все это при­ду­мал Пуб­лий Автро­ний, чтобы, назвав Крас­са, лег­че было вви­ду опас­но­сти для всех могу­ще­ством его при­крыть осталь­ных заго­вор­щи­ков. (8) По мне­нию дру­гих, Тарк­ви­ния подо­слал Цице­рон, чтобы поме­шать Крас­су, как он обыч­но делал, защи­щая дур­ных граж­дан, вызы­вать сму­ту в госу­дар­стве. (9) Сам Красс, как я потом слы­шал, утвер­ждал, что столь оскор­би­тель­ное обви­не­ние на него воз­вел Цице­рон.

49. (1) Но в то же вре­мя Квинт Катул и Гай Писон230 ни прось­ба­ми, ни авто­ри­те­том, ни пла­той не смог­ли скло­нить Цице­ро­на к тому, чтобы через алло­бро­гов или дру­го­го донос­чи­ка выдви­нуть лож­ное обви­не­ние про­тив Гая Цеза­ря. (2) Ибо они оба чув­ство­ва­ли силь­ную непри­язнь к нему: Писо­на Цезарь в суде по делу о вымо­га­тель­стве под­верг напад­кам за то, что он неза­кон­но каз­нил како­го-то транс­па­дан­ца; Катул вос­пы­лал нена­ви­стью к Цеза­рю еще тогда, когда они доби­ва­лись пон­ти­фи­ка­та, так как он в пре­клон­ном воз­расте, удо­сто­ен­ный поче­стей, потер­пел пора­же­ние от моло­день­ко­го Цеза­ря231. (3) Обсто­я­тель­ства, одна­ко, каза­лись бла­го­при­ят­ны­ми, так как Цезарь и в част­ной жиз­ни из-за сво­ей исклю­чи­тель­ной щед­ро­сти, и как долж­ност­ное лицо в свя­зи с вели­ко­леп­ны­ми игра­ми погряз в боль­ших дол­гах232. (4) Но когда им не уда­лось скло­нить кон­су­ла к столь дур­но­му поступ­ку, они, обхо­дя граж­дан одно­го за дру­гим и измыш­ляя то, что они буд­то бы слы­ша­ли от Воль­тур­ция или от алло­бро­гов, воз­бу­ди­ли силь­ней­шую нена­висть к Цеза­рю вплоть до того, что неко­то­рые из рим­ских всад­ни­ков, кото­рые нес­ли воору­жен­ную охра­ну вокруг хра­ма Согла­сия, то ли вви­ду гроз­ной опас­но­сти, то ли по сво­ей горяч­но­сти — чтобы луч­ше пока­зать свою пре­дан­ность госу­дар­ству, — меча­ми ста­ли угро­жать Цеза­рю, выхо­див­ше­му из сена­та233.

50. (1) Пока это обсуж­да­лось в сена­те и послам алло­бро­гов, и Титу Воль­тур­цию, после того как их пока­за­ния были при­зна­ны пра­виль­ны­ми, назна­ча­лись награ­ды234, воль­но­от­пу­щен­ни­ки и кое-кто из кли­ен­тов Лен­ту­ла, обхо­дя город по раз­ным ули­цам, под­би­ва­ли ремес­лен­ни­ков и рабов в квар­та­лах вырвать его из-под стра­жи235; неко­то­рые разыс­ки­ва­ли гла­ва­рей шаек, при­вык­ших за пла­ту учи­нять сму­ту в госу­дар­стве. (2) Цетег же через гон­цов про­сил свою челядь и воль­но­от­пу­щен­ни­ков, людей отбор­ных и испы­тан­ных, про­явить отва­гу и всем ско­пом про­би­вать­ся к нему с ору­жи­ем в руках. (3) Как толь­ко кон­сул узнал об этих при­го­тов­ле­ни­ях, он, рас­ста­вив стра­жу236, как того тре­бо­ва­ли обсто­я­тель­ства и вре­мя, созвал сенат и спро­сил его, как сле­ду­ет посту­пить с теми, кто был отдан на пору­ки237. Ведь сенат, неза­дол­го до это­го собрав­шись в пол­ном соста­ве, при­знал, что они дей­ство­ва­ли во вред госу­дар­ству238.

(4) Тогда Децим Юний Силан, кото­ро­му пред­ло­жи­ли выска­зать­ся пер­вым, так как в это вре­мя он был избран­ным кон­су­лом239, потре­бо­вал смерт­ной каз­ни для тех, кто содер­жал­ся под стра­жей, и, кро­ме того, для Луция Кас­сия, Пуб­лия Фурия, Пуб­лия Умбре­на и Квин­та Анния240, если их схва­тят; впо­след­ствии он под вли­я­ни­ем речи Гая Цеза­ря заявил, что при­со­еди­нит­ся к пред­ло­же­нию241 Тибе­рия Неро­на, чтобы об этом деле, уси­лив охра­ну, доло­жи­ли сена­ту. (5) Цезарь же, когда до него дошла оче­редь242 и кон­сул спро­сил о его пред­ло­же­нии, выска­зал­ся при­бли­зи­тель­но так:

51. (1) «Всем людям, отцы сена­то­ры, обсуж­да­ю­щим дело сомни­тель­ное, сле­ду­ет быть сво­бод­ны­ми от чув­ства нена­ви­сти, друж­бы, гне­ва, а так­же жало­сти243. (2) Ум чело­ве­ка нелег­ко видит прав­ду, когда ему пре­пят­ству­ют эти чув­ства, и никто не руко­вод­ство­вал­ся одновре­мен­но и силь­ным жела­ни­ем, и поль­зой. (3) Куда ты напра­вишь свой ум, там он все­си­лен; если жела­ние вла­де­ет тобой, то имен­но оно и гос­под­ству­ет, дух бес­си­лен. (4) Я мог бы напом­нить вам, отцы сена­то­ры, о мно­же­стве дур­ных реше­ний, при­ня­тых царя­ми и наро­да­ми244 под вли­я­ни­ем гне­ва или жало­сти, но луч­ше при­ве­сти слу­чаи, когда пред­ки наши вопре­ки сво­е­му силь­но­му жела­нию посту­па­ли разум­но и пра­виль­но.

(5) Во вре­мя маке­дон­ской вой­ны, кото­рую мы вели про­тив царя Пер­сея245, боль­шое и бога­тое родос­ское госу­дар­ство, став­шее могу­ще­ствен­ным бла­го­да­ря помо­щи рим­ско­го наро­да, было нам не толь­ко невер­но, но даже враж­деб­но. Но когда по окон­ча­нии вой­ны в сена­те было при­ня­то реше­ние о родос­цах, пред­ки наши, дабы никто не мог ска­зать, что они нача­ли вой­ну не столь­ко из-за совер­шен­ной родос­ца­ми неспра­вед­ли­во­сти, сколь­ко ради обо­га­ще­ния, отпу­сти­ли родо­с­цев, не пока­рав их246. (6) Опять-таки на про­тя­же­нии всех Пуни­че­ских войн, хотя кар­фа­ге­няне и во вре­ме­на мира, и во вре­мя пере­ми­рия часто совер­ша­ли нече­сти­вые поступ­ки, пред­ки наши нико­гда не дела­ли того же, несмот­ря на пред­став­ляв­ши­е­ся им слу­чаи: они дума­ли боль­ше о том, что достой­но их, чем о том, как они могут по спра­вед­ли­во­сти пока­рать кар­фа­ге­нян247. (7) Так же и вам, отцы сена­то­ры, сле­ду­ет иметь в виду одно: пре­ступ­ле­ние Пуб­лия Лен­ту­ла и дру­гих не долж­но в ваших гла­зах зна­чить боль­ше, чем забо­та о вашем высо­ком авто­ри­те­те, и вы не долж­ны руко­вод­ство­вать­ся чув­ством гне­ва боль­ше, чем забо­той о сво­ем доб­ром име­ни. (8) Итак, если мож­но най­ти кару, соот­вет­ству­ю­щую их пре­ступ­ле­ни­ям, то я готов одоб­рить это бес­при­мер­ное пред­ло­же­ние248; но если тяжесть пре­ступ­ле­ния пре­вос­хо­дит все, что толь­ко мож­но себе вооб­ра­зить, я пред­ла­гаю под­верг­нуть их нака­за­нию, преду­смот­рен­но­му зако­на­ми.

(9) Боль­шин­ство сена­то­ров, вно­сив­ших пред­ло­же­ния до меня, в сво­их искус­но постро­ен­ных и пре­крас­ных речах сокру­ша­лось о бед­стви­ях наше­го госу­дар­ства. Они пере­чис­ля­ли ужа­сы вой­ны, выпа­да­ю­щие на долю побеж­ден­ных: как похи­ща­ют деву­шек и маль­чи­ков, как выры­ва­ют детей из объ­я­тий роди­те­лей, как замуж­ние жен­щи­ны стра­да­ют от про­из­во­ла побе­ди­те­лей, как гра­бят хра­мы и част­ные дома, устра­и­ва­ют рез­ню, под­жо­ги — сло­вом, всю­ду ору­жие, тру­пы, кровь и сле­зы249. (10) Но — во имя бес­смерт­ных богов! — к чему кло­ни­лись их речи? К тому ли, чтобы настро­ить вас про­тив заго­во­ра? Разу­ме­ет­ся, кого не взвол­но­ва­ло столь тяж­кое и жесто­кое пре­ступ­ле­ние, того вос­пла­ме­нит речь! (11) Это не так, и ни одно­му чело­ве­ку про­ти­во­за­кон­ные дей­ствия по отно­ше­нию к нему не кажут­ся малы­ми; напро­тив, мно­гие даже пре­уве­ли­чи­ва­ют их. (12) Но одним доз­во­ле­но одно, дру­гим — дру­гое, отцы сена­то­ры! Если кто-нибудь из людей низ­ко­го про­ис­хож­де­ния, живу­щих в без­вест­но­сти, по вспыль­чи­во­сти совер­шил про­сту­пок, то о нем зна­ют немно­гие; мол­ва о них так же незна­чи­тель­на, как и их поло­же­ние. Если же люди, наде­лен­ные боль­шой вла­стью, зани­ма­ют выс­шее поло­же­ние, то их дей­ствия извест­ны всем. (13) Так с наи­бо­лее высо­кой судь­бой сопря­же­на наи­мень­шая сво­бо­да: таким людям нель­зя ни выка­зы­вать свое рас­по­ло­же­ние, ни нена­ви­деть, а более все­го — пре­да­вать­ся гне­ву. (14) Что у дру­гих людей назы­ва­ют вспыль­чи­во­стью, то у обле­чен­ных вла­стью име­ну­ют высо­ко­ме­ри­ем и жесто­ко­стью. (15) Сам я думаю так, отцы сена­то­ры: ника­кая казнь не иску­пит пре­ступ­ле­ния. Но боль­шин­ство людей пом­нит толь­ко раз­вяз­ку и по отно­ше­нию к нече­стив­цам, забыв об их зло­де­я­нии, подроб­но рас­суж­да­ет толь­ко о постиг­шей их каре, если она была суро­вей обыч­ной.

(16) Я уве­рен: то, что ска­зал Децим Силан, муж храб­рый и реши­тель­ный, он ска­зал, руко­вод­ству­ясь сво­ей пре­дан­но­стью госу­дар­ству, и в столь важ­ном деле им не дви­жет ни рас­по­ло­же­ние, ни непри­язнь: его пра­ви­ла и уме­рен­ность мне хоро­шо извест­ны. (17) Но его пред­ло­же­ние мне кажет­ся не столь­ко жесто­ким (в самом деле, что мож­но счи­тать жесто­ко­стью по отно­ше­нию к таким людям?), сколь­ко чуж­дым наше­му государ­ствен­но­му строю. (18) Это, конеч­но, либо страх, либо их про­ти­во­за­кон­ные дей­ствия побу­ди­ли тебя, Силан, избран­но­го кон­су­ла, подать голос за неслы­хан­ную кару. (19) О стра­хе гово­рить излишне — тем более что бла­го­да­ря бди­тель­но­сти про­слав­лен­но­го мужа, кон­су­ла, нали­цо мно­го­чис­лен­ная воору­жен­ная стра­жа250. (20) О нака­за­нии я, пра­во, могу ска­зать то, что выте­ка­ет из сути дела: в горе и несча­сти­ях смерть — отдох­но­ве­ние от бед­ствий, а не мука; она избав­ля­ет чело­ве­ка от вся­че­ских зол: по ту сто­ро­ну ни для печа­ли, ни для радо­сти места нет251.

(21) Но — во имя бес­смерт­ных богов! — поче­му не при­ба­вил ты к сво­е­му пред­ло­же­нию, чтобы их спер­ва нака­за­ли роз­га­ми? (22) Не пото­му ли, что это вос­пре­ще­но Пор­ци­е­вым зако­ном?252 Но ведь дру­гие зако­ны поз­во­ля­ют даже осуж­ден­ным граж­да­нам отправ­лять­ся в изгна­ние, вме­сто того чтобы их лиша­ли жиз­ни253. (23) Не пото­му ли, что быть нака­зан­ным роз­га­ми более тяж­ко, чем быть каз­нен­ным? Но что может быть суро­вым, вер­нее, черес­чур тяж­ким по отно­ше­нию к людям, изоб­ли­чен­ным в столь вели­ком зло­де­я­нии? (24) А если пото­му, что кара эта черес­чур мяг­ка, то пра­виль­но ли в менее важ­ном деле боять­ся зако­на, когда в более важ­ном им пре­не­брег­ли?

(25) Но, ска­жут мне, кто станет пори­цать реше­ние о пар­ри­ци­дах госу­дар­ства?254 Обсто­я­тель­ства, вре­мя, Фор­ту­на, чей про­из­вол пра­вит наро­да­ми. Что бы ни выпа­ло на долю заго­вор­щи­ков, будет ими заслу­же­но. (26) Но вы, отцы сена­то­ры, долж­ны поду­мать о послед­стви­ях сво­е­го реше­ния для дру­гих. (27) Все дур­ные дела порож­да­лись бла­ги­ми наме­ре­ни­я­ми. Но когда власть ока­зы­ва­ет­ся в руках у неис­ку­шен­ных или не осо­бен­но чест­ных, то исклю­чи­тель­ная мера, о кото­рой идет речь, пере­но­сит­ся с людей, ее заслу­жив­ших и ей под­ле­жа­щих, на не заслу­жив­ших ее и ей не под­ле­жа­щих. (28) Раз­гро­мив афи­нян, лаке­де­мо­няне назна­чи­ли трид­цать мужей для управ­ле­ния их госу­дар­ством255. (29) Те вна­ча­ле ста­ли без суда каз­нить самых пре­ступ­ных и всем нена­вист­ных людей. Народ радо­вал­ся и гово­рил, что это спра­вед­ли­во. (30) Впо­след­ствии, когда их свое­во­лие посте­пен­но уси­ли­лось, они ста­ли по сво­е­му про­из­во­лу каз­нить и чест­ных, и дур­ных, а осталь­ных запу­ги­вать. (31) Так пора­бо­щен­ный народ тяж­ко попла­тил­ся за свою глу­пую радость. (32) Когда, на нашей памя­ти, побе­ди­тель Сул­ла при­ка­зал уда­вить Дама­сип­па256 и дру­гих ему подоб­ных людей, воз­вы­сив­ших­ся на несча­стьях госу­дар­ства, кто не вос­хва­лял его поступ­ка? Все гово­ри­ли, что пре­ступ­ные и вла­сто­лю­би­вые люди, кото­рые мяте­жа­ми сво­и­ми потряс­ли госу­дар­ство, каз­не­ны заслу­жен­но. (33) Но имен­но это и было нача­лом боль­шо­го бед­ствия: сто­и­ло кому-нибудь поже­лать чей-то дом, или усадь­бу, или про­сто утварь либо одеж­ду, как он уже ста­рал­ся, чтобы вла­де­лец ока­зал­ся в про­скрип­ци­он­ном спис­ке. (34) И вот тех, кого обра­до­ва­ла смерть Дама­сип­па, вско­ре самих нача­ли хва­тать, и каз­ни пре­кра­ти­лись толь­ко после того, как Сул­ла щед­ро награ­дил всех сво­их сто­рон­ни­ков257. (35) Впро­чем, это­го я не опа­са­юсь ни со сто­ро­ны Мар­ка Тул­лия, ни вооб­ще в наше вре­мя; но ведь в обшир­ном госу­дар­стве умов мно­го и они раз­ные. (36) В дру­гое вре­мя, при дру­гом кон­су­ле, опи­ра­ю­щем­ся на вой­ско258, лжи могут пове­рить как истине. Если — вви­ду это­го — кон­сул на осно­ва­нии поста­нов­ле­ния сена­та обна­жит меч, то кто ука­жет ему пре­дел, вер­нее, кто огра­ни­чит его дей­ствия?

(37) Пред­ки наши, отцы сена­то­ры, нико­гда не испы­ты­ва­ли недо­стат­ка ни в рас­су­ди­тель­но­сти, ни в отва­ге, и гор­дость не меша­ла им пере­ни­мать чужие уста­нов­ле­ния259, если они были полез­ны. (38) Боль­шин­ство видов воин­ско­го ору­жия, обо­ро­ни­тель­но­го и насту­па­тель­но­го, они заим­ство­ва­ли у сам­ни­тов260, зна­ки отли­чия для маги­стра­тов — у этрус­ков261; сло­вом, все то, чем обла­да­ли их союз­ни­ки или даже вра­ги и что им каза­лось под­хо­дя­щим, они усерд­ней­шим обра­зом при­ме­ня­ли у себя; хоро­ше­му они пред­по­чи­та­ли под­ра­жать, а не зави­до­вать. (39) И в то же самое вре­мя они, под­ра­жая обы­чаю Гре­ции, под­вер­га­ли граж­дан пор­ке, а к осуж­ден­ным при­ме­ня­ли выс­шую кару262. (40) Когда госу­дар­ство уве­ли­чи­лось и с ростом чис­ла граж­дан окреп­ли про­ти­во­бор­ству­ю­щие груп­пи­ров­ки, нача­ли пре­сле­до­вать неви­нов­ных и совер­шать дру­гие подоб­ные дей­ствия. Тогда и были при­ня­ты Пор­ци­ев и дру­гие зако­ны, допус­кав­шие лишь изгна­ние осуж­ден­ных. (41) Тако­ва, по-мое­му, отцы сена­то­ры, глав­ная при­чи­на, не поз­во­ля­ю­щая нам при­нять бес­при­мер­ное реше­ние. (42) У тех, кто малы­ми сила­ми создал такую вели­кую дер­жа­ву, доб­ле­сти и муд­ро­сти, конеч­но, было боль­ше, чем у нас, с тру­дом сохра­ня­ю­щих эти добы­тые ими бла­га.

(43) Так не отпу­стить ли их на волю, чтобы они при­мкну­ли к вой­ску Кати­ли­ны? Отнюдь нет! Итак, пред­ла­гаю: забрать в каз­ну их иму­ще­ство, их самих дер­жать в око­вах в муни­ци­пи­ях, наи­бо­лее обес­пе­чен­ных охра­ной, и чтобы впо­след­ствии никто не докла­ды­вал о них сена­ту и не высту­пал перед наро­дом; вся­ко­го же, кто посту­пит ина­че, сенат при­зна́ет вра­гом госу­дар­ства и все­об­ще­го бла­го­по­лу­чия»263.

52. (1) Когда Цезарь закон­чил речь, про­чие сена­то­ры вкрат­це выра­зи­ли свое согла­сие — кто с одним пред­ло­же­ни­ем, кто с дру­гим264. Когда же спро­си­ли Мар­ка Пор­ция Като­на265 о его пред­ло­же­нии, он про­из­нес речь при­бли­зи­тель­но тако­го содер­жа­ния:

(2) «Мне при­хо­дят совер­шен­но раз­ные мыс­ли, отцы сена­то­ры, когда я оце­ни­ваю наше опас­ное поло­же­ние и когда раз­мыш­ляю над пред­ло­же­ни­я­ми, вне­сен­ны­ми кое-кем из сена­то­ров266. (3) Они, мне кажет­ся, рас­суж­да­ли о нака­за­нии тех, кто гото­вил вой­ну про­тив роди­ны, роди­те­лей, сво­их алта­рей и оча­гов; поло­же­ние дел, одна­ко, застав­ля­ет нас не столь­ко обсуж­дать поста­нов­ле­ние насчет них, сколь­ко себя от них огра­дить. (4) Ведь за дру­гие дея­ния мож­но пре­сле­до­вать тогда, когда они уже совер­ше­ны; не предот­вра­тив это­го, когда оно слу­чит­ся, напрас­но ста­нем взы­вать к пра­во­су­дию: когда город захва­чен, побеж­ден­ным не оста­ет­ся ниче­го267. (5) Но — во имя бес­смерт­ных богов! — при­зы­ваю вас, кото­рые все­гда дома свои усадь­бы, ста­туи и кар­ти­ны ста­ви­ли выше инте­ре­сов госу­дар­ства268: если вы хоти­те сохра­нить все, чем доро­жи­те, како­во бы оно ни было, если вы хоти­те насла­ждать­ся на досу­ге, то про­бу­ди­тесь нако­нец и при­ни­май­тесь за дела госу­дар­ства. (6) Дело идет уже не о пода­тях и не о неспра­вед­ли­во­стях по отно­ше­нию к союз­ни­кам269; сво­бо­да и само суще­ство­ва­ние наше — под угро­зой.

(7) Мно­го раз, отцы сена­то­ры, я подол­гу гово­рил в этом собра­нии; часто сето­вал я на раз­вра­щен­ность и алч­ность наших граж­дан, и у меня поэто­му мно­го про­тив­ни­ков. (8) Посколь­ку я нико­гда не про­щал себе ни одно­го про­ступ­ка, даже в помыс­лах, мне нелег­ко было про­яв­лять снис­хо­ди­тель­ность к чужим зло­де­я­ни­ям и поро­кам270. (9) Вы, прав­да, не при­да­ва­ли моим сло­вам боль­шо­го зна­че­ния, но поло­же­ние в госу­дар­стве тогда было проч­ным: его могу­ще­ство допус­ка­ло вашу бес­печ­ность. (10). Но теперь речь идет не о том, хоро­ши или пло­хи наши нра­вы, и не о вели­чии или вели­ко­ле­пии дер­жа­вы рим­ско­го наро­да, а о том, будут ли все эти бла­га, каки­ми бы они нам ни каза­лись, наши­ми или же они вме­сте с нами доста­нут­ся вра­гам. (11) И здесь мне еще гово­рят о мяг­ко­сти и жало­сти!271 Мы дей­стви­тель­но уже дав­но не назы­ва­ем вещи сво­и­ми име­на­ми: раз­да­вать чужое иму­ще­ство име­ну­ет­ся щед­ро­стью272, отва­га в дур­ных делах — храб­ро­стью; поэто­му госу­дар­ство и сто­ит на краю гибе­ли. (12) Что ж, раз уж тако­вы нра­вы — пусть будут щед­ры за счет союз­ни­ков, пусть будут мило­сти­вы к каз­но­кра­дам, но кро­ви нашей пусть не рас­то­ча­ют и, щадя куч­ку него­дя­ев, не губят всех чест­ных людей.

(13) Пре­крас­но и искус­но постро­ив свою речь273, Гай Цезарь неза­дол­го до меня рас­суж­дал в этом собра­нии о жиз­ни и смер­ти, надо думать счи­тая вымыс­лом то, что рас­ска­зы­ва­ют о под­зем­ном цар­стве, — буд­то дур­ные люди пре­бы­ва­ют там дале­ко от чест­ных, в местах мрач­ных, диких, ужас­ных и вызы­ва­ю­щих страх274. (14) И он пред­ло­жил забрать в каз­ну иму­ще­ство заго­вор­щи­ков, а их самих содер­жать под стра­жей в муни­ци­пи­ях, оче­вид­но опа­са­ясь, что, если они будут в Риме, их силой осво­бо­дят участ­ни­ки заго­во­ра или под­куп­лен­ная тол­па; (15) как буд­то дур­ные и пре­ступ­ные люди нахо­дят­ся толь­ко в Горо­де, а не во всей Ита­лии, как буд­то наг­лость не силь­нее там, где защи­та сла­бее275. (16) Сле­до­ва­тель­но, его сооб­ра­же­ния бес­по­лез­ны, если он опа­са­ет­ся их; если же при таком все­об­щем стра­хе он один не боит­ся, то тем боль­ше у меня осно­ва­ний боять­ся и за себя, и за вас276. (17) Поэто­му, когда буде­те при­ни­мать реше­ние насчет Пуб­лия Лен­ту­ла и осталь­ных, твер­до помни­те, что вы одновре­мен­но выно­си­те при­го­вор вой­ску Кати­ли­ны и всем заго­вор­щи­кам. (18) Чем непре­клон­нее буде­те вы дей­ство­вать, тем боль­ше будут они падать духом; если они усмот­рят малей­шую вашу сла­бость, то все, кто пре­ис­пол­нен наг­ло­сти, немед­лен­но ока­жут­ся здесь.

(19) Не думай­те, что пред­ки наши с помо­щью ору­жия сде­ла­ли госу­дар­ство из мало­го вели­ким277. (20) Будь это так, оно было бы у нас гораз­до пре­крас­нее, так как союз­ни­ков и граж­дан, а кро­ме того, ору­жия и лоша­дей у нас боль­ше, чем было у них. (21) Но они обла­да­ли дру­ги­ми каче­ства­ми, воз­ве­ли­чив­ши­ми их и отсут­ству­ю­щи­ми у нас: на родине — тру­до­лю­бие, за рубе­жом — спра­вед­ли­вая власть, в сове­тах — сво­бо­да духа, не отя­го­щен­ная ни совер­шен­ны­ми про­ступ­ка­ми, ни при­стра­сти­ем. (22) А у нас вме­сто это­го — раз­вра­щен­ность и алч­ность, в госу­дар­стве — бед­ность, в част­ном быту — рос­кошь278, мы вос­хва­ля­ем богат­ства и склон­ны к празд­но­сти; меж­ду доб­ры­ми и дур­ны­ми людь­ми раз­ли­чия нет; все награ­ды за доб­лесть при­сва­и­ва­ет често­лю­бие. (23) И ниче­го уди­ви­тель­но­го: так как каж­дый из вас в отдель­но­сти дума­ет толь­ко о себе, так как в част­ной жиз­ни вы рабы насла­жде­ний, а здесь279 — денег и вли­я­ния, [могу­ще­ствен­ных людей], то имен­но поэто­му госу­дар­ство, остав­ше­е­ся без защи­ты, и под­вер­га­ет­ся напа­де­нию.

Но я об этом гово­рить не буду. (24) Заго­вор устро­и­ли знат­ней­шие граж­дане, чтобы пре­дать оте­че­ство огню; галль­ское пле­мя, ярост­но нена­ви­дя­щее все, что име­ну­ет­ся рим­ским280, скло­ня­ют к войне; вра­же­ский пол­ко­во­дец с вой­ском у нас на пле­чах. (25) А вы? Мед­ли­те даже теперь и не зна­е­те, как посту­пить с вра­га­ми, схва­чен­ны­ми внут­ри город­ских стен? (26) Я пред­ла­гаю: поща­ди­те их — пре­ступ­ле­ние ведь совер­ши­ли юнцы281 из често­лю­бия. Отпу­сти­те их, даже с ору­жи­ем. (27) Но бере­ги­тесь, как бы ваши мяг­кость и состра­да­ние, если люди эти возь­мут­ся за ору­жие, не обер­ну­лись несча­стьем! (28) Поло­же­ние само по себе, разу­ме­ет­ся, труд­ное, но, быть может, вы не бои­тесь его. Да нет же, оно необы­чай­но стра­шит вас, но вы, по лено­сти и вяло­сти сво­ей — каж­дый ожи­дая, что начнет дру­гой, — мед­ли­те, оче­вид­но пола­га­ясь на бес­смерт­ных богов, не раз спа­сав­ших наше госу­дар­ство во вре­ме­на вели­чай­ших опас­но­стей. (29) Не обе­ты и не бабьи молит­вы обес­пе­чи­ва­ют нам помощь богов, бди­тель­ность, дея­тель­ность, разум­ные реше­ния — вот что при­но­сит успех во всем; пре­бы­вая в бес­печ­но­сти и празд­но­сти, умо­лять богов бес­по­лез­но: они раз­гне­ва­ны и враж­деб­ны.

(30) Неко­гда Авл Ман­лий Торк­ват во вре­мя галль­ской вой­ны пове­лел каз­нить сво­е­го сына за то, что тот, нару­шив при­каз, всту­пил в бой с вра­гом282. (31) И этот заме­ча­тель­ный юно­ша за свою неуме­рен­ную отва­гу попла­тил­ся жиз­нью. (32) А вы мед­ли­те с при­го­во­ром жесто­чай­шим пар­ри­ци­дам? (33) Оче­вид­но, вся их преж­няя жизнь не поз­во­ля­ет обви­нить их в этом пре­ступ­ле­нии. Что ж, сни­зой­ди­те к высо­ко­му поло­же­нию Лен­ту­ла, если сам он когда-нибудь обе­ре­гал свою стыд­ли­вость, свое доб­рое имя, щадил кого-либо из богов или людей; про­сти­те Цете­га по моло­до­сти лет, хотя он уже во вто­рой раз пошел вой­ной про­тив оте­че­ства283. (34) Сто­ит ли мне гово­рить о Габи­нии, Ста­ти­лии, Цепа­рии? Если бы для них когда-нибудь хоть что-нибудь име­ло зна­че­ние, они не вына­ши­ва­ли бы таких замыс­лов в отно­ше­нии госу­дар­ства.

(35) Нако­нец, отцы сена­то­ры, будь у нас еще вре­мя, чтобы допу­стить про­мах, я, кля­нусь Гер­ку­ле­сом, охот­но при­ми­рил­ся бы с тем, чтобы вас попра­ви­ли сами обсто­я­тель­ства, раз вы не обра­ща­е­те вни­ма­ния на сло­ва. Но мы окру­же­ны со всех сто­рон; Кати­ли­на с вой­ском хва­та­ет нас за гор­ло; внут­ри наших стен, и при­том в самом серд­це Горо­да, нахо­дят­ся и дру­гие вра­ги, и тай­но мы ниче­го не можем ни под­го­то­вить, ни обсу­дить; тем более нам надо торо­пить­ся.

(36) Поэто­му пред­ла­гаю: “Так как вслед­ствие нече­сти­во­го замыс­ла пре­ступ­ных граж­дан госу­дар­ство ока­за­лось в край­ней опас­но­сти и так как они, изоб­ли­чен­ные пока­за­ни­я­ми Тита Воль­тур­ция и послов алло­бро­гов, созна­лись в том, что под­го­то­ви­ли про­тив сво­их сограж­дан и оте­че­ства рез­ню, под­жо­ги и дру­гие гнус­ные и жесто­кие зло­де­я­ния, то сознав­ших­ся, как схва­чен­ных с полич­ным на месте пре­ступ­ле­ния, над­ле­жит каз­нить по обы­чаю пред­ков284».

53. (1) Когда Катон сел, все кон­су­ля­ры и боль­шин­ство сена­то­ров одоб­ри­ли его пред­ло­же­ние и ста­ли пре­воз­но­сить до небес его муже­ство285. Бра­нясь меж­ду собой, они обзы­ва­ли друг дру­га тру­са­ми286. Като­на же назва­ли досто­слав­ным и вели­ким чело­ве­ком; сенат при­нял поста­нов­ле­ние в соот­вет­ствии с его пред­ло­же­ни­ем.

(2) Я мно­го читал, мно­го слы­шал о слав­ных подви­гах рим­ско­го наро­да, совер­шен­ных им во вре­ме­на мира и на войне, на море и на суше, и мне захо­те­лось выяс­нить, что более все­го спо­соб­ство­ва­ло это­му. (3) Я знал, что мало­чис­лен­ные рим­ские отря­ды неред­ко бились с боль­ши­ми леги­о­на­ми вра­гов287; я уста­но­вил, что рим­ляне малы­ми сила­ми вели вой­ны с могу­ще­ствен­ны­ми царя­ми; что они при этом часто пере­но­си­ли жесто­кие уда­ры Фор­ту­ны; что крас­но­ре­чи­ем рим­ляне усту­па­ли гре­кам288, а воен­ной сла­вой — гал­лам289. (4) И мне после дол­гих раз­мыш­ле­ний ста­ло ясно, что все это было достиг­ну­то выда­ю­щей­ся доб­ле­стью немно­гих граж­дан и имен­но бла­го­да­ря ей бед­ность побеж­да­ла богат­ство, мало­чис­лен­ность — мно­же­ство. (5) Но когда рос­кошь и празд­ность раз­вра­ти­ли граж­дан­скую общи­ну, госу­дар­ство бла­го­да­ря сво­е­му могу­ще­ству все-таки дер­жа­лось, несмот­ря на поро­ки вое­на­чаль­ни­ков и маги­стра­тов, и, слов­но обес­си­лен­ный рода­ми, Рим дол­гие годы не порож­дал чело­ве­ка вели­кой доб­ле­сти290. (6) Но на моей памя­ти выда­ю­щей­ся доб­ле­стью, прав­да, при несход­стве харак­те­ров, отли­ча­лись два мужа — Марк Катон и Гай Цезарь. Так как в сво­ем повест­во­ва­нии я столк­нул­ся с ними, то я решил не умал­чи­вать о них, но, насколь­ко поз­во­лят мои спо­соб­но­сти, опи­сать нату­ру и нра­вы каж­до­го из них.

54. (1) Итак, их про­ис­хож­де­ние, воз­раст, крас­но­ре­чие были почти рав­ны291; вели­чие духа у них, как и сла­ва, были оди­на­ко­вы, но у каж­до­го — по-сво­е­му. (2) Цеза­ря за его бла­го­де­я­ния и щед­рость счи­та­ли вели­ким, за без­упреч­ную жизнь — Като­на. Пер­вый про­сла­вил­ся мяг­ко­сер­де­чи­ем и мило­сер­ди­ем292, вто­ро­му при­да­ва­ла досто­ин­ства его стро­гость. (3) Цезарь достиг сла­вы, ода­ри­вая, помо­гая293, про­щая, Катон — не наде­ляя ничем. Один был при­бе­жи­щем для несчаст­ных, дру­гой — поги­бе­лью для дур­ных. Пер­во­го вос­хва­ля­ли за его снис­хо­ди­тель­ность, вто­ро­го — за его твер­дость. (4) Нако­нец, Цезарь поста­вил себе за пра­ви­ло тру­дить­ся, быть бди­тель­ным; забо­тясь о делах дру­зей, он пре­не­бре­гал соб­ствен­ны­ми, не отка­зы­вал ни в чем, что толь­ко сто­и­ло им пода­рить; для себя само­го желал выс­ше­го коман­до­ва­ния, вой­ска, новой вой­ны294, в кото­рой его доб­лесть мог­ла бы забли­стать. (5) Като­на же отли­ча­ли уме­рен­ность, чув­ство дол­га, но боль­ше все­го суро­вость. (6) Он сопер­ни­чал не в богат­стве с бога­тым и не во вла­сти с вла­сто­люб­цем, но со стой­ким в муже­стве, со скром­ным в совест­ли­во­сти, с бес­ко­рыст­ным в воз­держ­но­сти. Быть чест­ным, а не казать­ся им пред­по­чи­тал он295. Таким обра­зом, чем мень­ше искал он сла­вы, тем боль­ше сле­до­ва­ла она за ним296.

55. (1) Когда сенат, как я уже гово­рил, одоб­рил297 пред­ло­же­ние Като­на, кон­сул, сочтя за луч­шее не дожи­дать­ся ночи, посколь­ку за это вре­мя мог­ло про­изой­ти что-нибудь неожи­дан­ное, при­ка­зы­ва­ет тресви­рам298 при­го­то­вить все необ­хо­ди­мое для каз­ни; (2) сам он, рас­ста­вив стра­жу, отво­дит Лен­ту­ла в тюрь­му; пре­то­ры посту­па­ют так же с дру­ги­ми заго­вор­щи­ка­ми. (3) В тюрь­ме, если немно­го под­нять­ся вле­во, есть под­зе­ме­лье, назы­ва­е­мое Тул­ли­е­вым299 и при­бли­зи­тель­но на две­на­дцать футов ухо­дя­щее в зем­лю. (4) Оно име­ет сплош­ные сте­ны и камен­ный свод­ча­тый пото­лок; его запу­щен­ность, потем­ки, зло­во­ние про­из­во­дят отвра­ти­тель­ное и ужас­ное впе­чат­ле­ние. (5) Как толь­ко Лен­ту­ла спу­сти­ли туда, пала­чи, испол­няя при­ка­за­ние, уда­ви­ли его пет­лей. Так этот пат­ри­ций из про­слав­лен­но­го Кор­не­ли­е­ва рода, когда-то обле­чен­ный в Риме кон­суль­ской вла­стью, нашел конец, достой­ный его нра­вов и поступ­ков. Цетег, Ста­ти­лий, Габи­ний и Цепа­рий были каз­не­ны таким же обра­зом300.

56. (1) Пока это про­ис­хо­ди­ло в Риме, Кати­ли­на соста­вил из тех, кого он сам при­вел в лагерь и кто был у Ман­лия, два леги­о­на301; когор­ты он обра­зо­вал в соот­вет­ствии с чис­лен­но­стью вои­нов. (2) Затем, по мере того как в лагерь при­бы­ва­ли доб­ро­воль­цы или сообщ­ни­ки, он рав­но­мер­но рас­пре­де­лял их и вско­ре попол­нил леги­о­ны нуж­ным чис­лом людей, тогда как вна­ча­ле у него было не более двух тысяч сол­дат. (3) Но из все­го вой­ска насто­я­щим воин­ским ору­жи­ем была снаб­же­на при­бли­зи­тель­но лишь чет­вер­тая часть; осталь­ные — как кого воору­жил слу­чай — носи­ли дро­ти­ки или копья; иные — заост­рен­ные колья. (4) Но когда Анто­ний стал при­бли­жать­ся со сво­им вой­ском, Кати­ли­на дви­нул­ся по горам — то в сто­ро­ну Горо­да, то в сто­ро­ну Гал­лии, не давая вра­гам сра­же­ния; он наде­ял­ся, что у него вско­ре будут круп­ные силы, если в Риме его сообщ­ни­ки осу­ще­ствят свои наме­ре­ния. (5) Меж­ду тем рабов, кото­рые вна­ча­ле тол­па­ми сбе­га­лись к нему, он отсы­лал прочь, пола­га­ясь на силы заго­вор­щи­ков и одновре­мен­но счи­тая невы­год­ным для себя впе­чат­ле­ние, буд­то он свя­зал дело граж­дан с делом бег­лых рабов302.

57. (1) Но когда в лаге­ре узна­ли, что в Риме заго­вор рас­крыт, что Лен­тул, Цетег и дру­гие, назван­ные мною выше, каз­не­ны, боль­шин­ство сол­дат Кати­ли­ны, кото­рых на путь вой­ны увлек­ла надеж­да на гра­бе­жи, а вер­нее, жела­ние пере­во­ро­та, ста­ли раз­бе­гать­ся; осталь­ных он боль­ши­ми пере­хо­да­ми через мало­до­ступ­ные горы отвел в область Писто­рии, наме­ре­ва­ясь неза­мет­но уйти по тро­пам в Транс­аль­пий­скую Гал­лию303. (2) Но Квинт Метелл Целер обо­ро­нял тре­мя леги­о­на­ми Пицен­скую область, пола­гая, что вви­ду труд­но­сти поло­же­ния Кати­ли­на попы­та­ет­ся сде­лать то, о чем гово­ри­лось выше. (3) И вот, узнав от пере­беж­чи­ков о пере­дви­же­нии Кати­ли­ны, он быст­ро высту­пил в поход и укре­пил­ся у само­го под­но­жия гор, куда тот дол­жен был спу­стить­ся для быст­ро­го пере­хо­да в Гал­лию304. (4) Впро­чем, и Анто­ний был неда­ле­ко, идя с боль­шим вой­ском по пятам Кати­ли­ны и лег­ко дви­га­ясь по более ров­ной мест­но­сти. (5) Уви­дев, что он отре­зан гора­ми и вра­же­ски­ми вой­ска­ми, что в Горо­де его постиг­ла неуда­ча и что ни на бег­ство, ни на под­держ­ку ника­кой надеж­ды нет, Кати­ли­на, при­дя к выво­ду, что в таком поло­же­нии луч­ше все­го попы­тать сча­стья в бою, решил воз­мож­но ско­рее сра­зить­ся с Анто­ни­ем305. (6) И вот, созвав вои­нов на сход­ку, он про­из­нес речь при­бли­зи­тель­но тако­го содер­жа­ния:

58. (1) «Мне хоро­шо извест­но, сол­да­ты, что сло­ва не при­бав­ля­ют доб­ле­сти и что от одной речи пол­ко­вод­ца вой­ско не ста­но­вит­ся из сла­бо­го стой­ким, храб­рым из трус­ли­во­го306. (2) Какая отва­га свой­ствен­на каж­до­му из нас от при­ро­ды или в силу вос­пи­та­ния, такой она про­яв­ля­ет­ся и на войне. Кого не вооду­шев­ля­ют ни сла­ва, ни опас­но­сти, того уго­ва­ри­вать бес­по­лез­но: страх закла­ды­ва­ет ему уши. (3) Но я созвал вас, чтобы дать несколь­ко настав­ле­ний и вме­сте с тем объ­яс­нить при­чи­ну сво­е­го реше­ния.

(4) Вы, конеч­но, зна­е­те, сол­да­ты, какое огром­ное бед­ствие при­нес­ли нам и само­му Лен­ту­лу его бес­печ­ность и тру­сость и поче­му я, ожи­дая под­креп­ле­ний из Горо­да, не смог напра­вить­ся в Гал­лию. (5) Но теперь все вы так же хоро­шо, как и я, пони­ма­е­те, в каком мы поло­же­нии. (6) Два вра­же­ских вой­ска307, одно со сто­ро­ны Горо­да, дру­гое со сто­ро­ны Гал­лии, пре­граж­да­ют нам путь. Нахо­дить­ся в этой мест­но­сти, даже если бы мы очень захо­те­ли, нам боль­ше не поз­во­ля­ет недо­ста­ток зер­на и дру­гих при­па­сов. (7) Куда бы мы ни реши­ли напра­вить­ся, нам надо про­ла­гать себе путь мечом. (8) Поэто­му при­зы­ваю вас быть храб­ры­ми и реши­тель­ны­ми и, всту­пив в бой, пом­нить, что богат­ства, поче­сти, сла­ва, а так­же сво­бо­да и оте­че­ство — в ваших руках.

(9) Если мы побе­дим, нам доста­нет­ся все; про­до­воль­ствия будет в изоби­лии, муни­ци­пии и коло­нии откро­ют перед нами воро­та.

(10) Если же мы в стра­хе отсту­пим, это обер­нет­ся про­тив нас, и ни мест­ность, ни друг не защи­тят того308, кого ору­жие не защи­тит. (11) Более того, сол­да­ты, наши про­тив­ни­ки не нахо­дят­ся в таком же угро­жа­е­мом поло­же­нии, в каком мы: мы борем­ся за оте­че­ство, за сво­бо­ду, за жизнь309, для них же нет ника­кой надоб­но­сти сра­жать­ся за власть немно­гих людей. (12) Тем отваж­ней напа­дай­те, пом­ня о сво­ей преж­ней доб­ле­сти. (13) Вы были воль­ны с вели­чай­шим позо­ром для себя вла­чить жизнь в изгна­нии310; кое-кто из вас, лишив­шись сво­е­го досто­я­ния в Риме, мог рас­счи­ты­вать на посто­рон­нюю помощь. (14) Посколь­ку такое поло­же­ние вам каза­лось мерз­ким и нестер­пи­мым для муж­чи­ны, вы реши­ли раз­де­лить со мной эти опас­но­сти. (15) Если хоти­те изба­вить­ся от них, вам нуж­на отва­га: один лишь побе­ди­тель дости­га­ет мира ценой вой­ны. (16) Ведь искать спа­се­ния в бег­стве, отвер­нув от вра­га ору­жие, защи­ща­ю­щее наше тело, — под­лин­ное безу­мие311. (17) В сра­же­нии наи­боль­шая опас­ность все­гда гро­зит тому, кто боль­ше все­го боит­ся. Отва­га заме­ня­ет собой кре­пост­ную сте­ну.

(18) Когда я смот­рю на вас, сол­да­ты, и думаю о ваших подви­гах, меня охва­ты­ва­ет вели­кая надеж­да на побе­ду. (19) Ваше при­сут­ствие духа, моло­дость, доб­лесть вооду­шев­ля­ют меня, как и [созна­ние] неиз­беж­но­сти, кото­рая даже тру­сов дела­ет храб­ры­ми. (20) Ведь враг, несмот­ря на свое чис­лен­ное пре­вос­ход­ство, окру­жить нас не может: ему меша­ет недо­ста­ток места. (21) Но если Фор­ту­на не поща­дит вашей доб­ле­сти, не поз­во­ляй­те вра­гам с лег­ко­стью пере­бить вас и, чтобы вас, взя­тых в плен, не пере­ре­за­ли, как ско­ти­ну, сра­жай­тесь, как подо­ба­ет муж­чи­нам, если же вра­ги одер­жат над вами побе­ду, пусть она будет кро­ва­вой и горест­ной».

59. (1) Ска­зав это, Кати­ли­на, чуть помед­лив, велит про­иг­рать сиг­нал и выво­дит на рав­ни­ну вой­ско, постро­ен­ное ряда­ми; затем, спе­шив всех312, дабы при­дать сол­да­там муже­ства, урав­няв всех перед опас­но­стью, рас­став­ля­ет вой­ско сооб­раз­но с мест­но­стью и его соста­вом: (2) так как рав­ни­на лежа­ла меж­ду гор­ной цепью сле­ва и кру­ты­ми ска­ла­ми спра­ва, то Кати­ли­на выста­вил впе­ред восемь когорт, а осталь­ные раз­ме­стил в резер­ве более тес­ным стро­ем. (3) Из них он пере­вел в пер­вый ряд цен­ту­ри­о­нов, всех отбор­ных и вто­рич­но при­зван­ных сол­дат, а из рядо­вых — всех наи­луч­ших, имев­ших ору­жие. Пра­вым кры­лом он при­ка­зал коман­до­вать Гаю Ман­лию, левым — неко­е­му фезу­лан­цу, сам же вме­сте с воль­но­от­пу­щен­ни­ка­ми и коло­на­ми313 встал рядом с орлом314, по пре­да­нию нахо­див­шим­ся в вой­ске Гая Мария во вре­мя вой­ны с ким­вра­ми.

(4) В рядах про­тив­ни­ка Гай Анто­ний, стра­дав­ший болез­нью ног315, вве­рил вой­ско сво­е­му лега­ту Мар­ку Пет­рею316, так как сам не мог участ­во­вать в сра­же­нии. (5) Тот выста­вил впе­ред когор­ты вете­ра­нов, кото­рых он при­звал вви­ду угро­жа­ю­ще­го поло­же­ния317, поза­ди них — осталь­ное вой­ско в резер­ве. Сам он, вер­хом объ­ез­жая ряды, обра­щал­ся к каж­до­му сол­да­ту по име­ни, обод­рял их, напо­ми­нал, что они с без­оруж­ны­ми раз­бой­ни­ка­ми сра­жа­ют­ся за оте­че­ство, за сво­их детей, за алта­ри и оча­ги. (6) Ста­рый воен­ный, более трид­ца­ти лет про­слу­жив­ший в вой­сках как три­бун, пре­фект, легат, пре­тор318, он знал в лицо боль­шин­ство сол­дат и их подви­ги; упо­ми­ная о них, он зажи­гал в сол­да­тах муже­ство.

60. (1) Про­из­ве­дя смотр всем сво­им силам, Пет­рей пода­ет сиг­нал тру­бой и при­ка­зы­ва­ет когор­там мед­лен­но насту­пать; то же дела­ет и непри­я­тель. (2) Сбли­зив­шись настоль­ко, чтобы лег­ко­во­ору­жен­ные смог­ли завя­зать сра­же­ние319, про­тив­ни­ки с оглу­ши­тель­ны­ми кри­ка­ми сошлись со зна­ме­на­ми напе­ре­вес; сол­да­ты отбра­сы­ва­ют копья, пус­ка­ют в ход мечи. (3) Вете­ра­ны, вспом­нив былую доб­лесть, оже­сто­чен­но тес­нят вра­гов в руко­паш­ной схват­ке; те храб­ро дают им отпор, сра­жа­ют­ся с вели­чай­шим пылом. (4) В это вре­мя Кати­ли­на с лег­ко­во­ору­жен­ны­ми нахо­дил­ся в пер­вых рядах, под­дер­жи­вал коле­бав­ших­ся, заме­нял ране­ных све­жи­ми бой­ца­ми, забо­тил­ся обо всем, неред­ко бил­ся сам, часто пора­жал вра­га; был одновре­мен­но и стой­ким сол­да­том, и доб­лест­ным пол­ко­вод­цем. (5) Пет­рей, уви­дев, что Кати­ли­на вопре­ки ожи­да­ни­ям ярост­но сопро­тив­ля­ет­ся, бро­сил пре­тор­скую когор­ту320 про­тив цен­тра вра­же­ско­го строя и пере­бил сол­дат, бес­по­ря­доч­но и в раз­ных местах давав­ших отпор в оди­ноч­ку; затем он напал на осталь­ных сол­дат на обо­их флан­гах. (6) Ман­лий и фезу­ла­нец пали, сра­жа­ясь в пер­вых рядах. (7) Заме­тив, что его вой­ско рас­се­я­но и он остал­ся с куч­кой сол­дат, Кати­ли­на, пом­ня о сво­ем про­ис­хож­де­нии, бро­са­ет­ся в самую гущу вра­гов, и там в схват­ке его зака­лы­ва­ют.

61. (1) Толь­ко тогда, когда бит­ва завер­ши­лась, и мож­но было уви­деть, как вели­ки были отва­га и муже­ство в вой­ске Кати­ли­ны. (2) Ибо чуть ли не каж­дый, испу­стив дух, лежал на том же месте, какое он занял в нача­ле сра­же­ния. (3) Несколь­ко чело­век в цен­тре, кото­рых рас­се­я­ла пре­тор­ская когор­та, лежа­ли чуть в сто­роне, но все, одна­ко, ранен­ные в грудь. (4) Само­го Кати­ли­ну нашли дале­ко от его сол­дат, сре­ди вра­же­ских тел. Он еще дышал, и его лицо сохра­ня­ло печать той же неукро­ти­мо­сти духа, какой он отли­чал­ся при жиз­ни. (5) Сло­вом, из все­го вой­ска Кати­ли­ны ни в сра­же­нии, ни во вре­мя бег­ства ни один пол­но­прав­ный граж­да­нин не был взят в плен, (6) так мало все они щади­ли жизнь — как свою, так и непри­я­те­ля. (7) Одна­ко побе­да, одер­жан­ная вой­ском рим­ско­го наро­да, не была ни радост­ной, ни бес­кров­ной, ибо все самые стой­кие бой­цы либо пали, либо поки­ну­ли поле боя тяже­ло ранен­ны­ми. (8) Но мно­гие сол­да­ты, вышед­шие из лаге­ря осмот­реть поле бит­вы и погра­бить321, нахо­ди­ли, пере­во­ра­чи­вая тела вра­гов, один — дру­га, дру­гой — госте­при­им­ца или роди­ча; неко­то­рые узна­ва­ли и сво­их недру­гов, с кото­ры­ми бились. (9) Так все вой­ско испы­ты­ва­ло раз­ные чув­ства: лико­ва­ние и скорбь, горе и радость.

ПРИМЕЧАНИЯ


1покор­ной чре­ву. — Реми­нис­цен­ция. См.: Пла­тон. Госу­дар­ство, II. 526 А; Цице­рон. О зако­нах, I, 26: «При­ро­да, заста­вив все дру­гие суще­ства накло­нять­ся к зем­ле, чтобы при­ни­мать пищу, одно­го толь­ко чело­ве­ка под­ня­ла и побу­ди­ла смот­реть на небо» (пер. В. О. Горен­штей­на).

2тело — раб… — Ср.: Ю, I, 3; Цице­рон. О пре­де­лах добра и зла, V, 34: «Оче­вид­но, что чело­век состо­ит из тела и души; пер­вая роль при­над­ле­жит душе, вто­рая телу» (пер. В. О. Горен­штей­на).

3как мож­но более дол­гую память. — Ср.: Исо­крат. Пане­ги­рик, 76.

4дей­ство­вать быст­ро. — Ср.: Фуки­дид. I, 70, 2; 7; II, 40, 2; Исо­крат. Речь к Демо­ни­ку, 34.

5власть спер­ва обо­зна­ча­ли так… — В тек­сте — imperium. В древ­ней­шую эпо­ху импе­рий озна­чал сово­куп­ность прав царя, во вре­ме­на Рес­пуб­ли­ки — пол­но­ту вла­сти выс­ших маги­стра­тов (кон­су­ла, пре­то­ра, про­кон­су­ла, про­пре­то­ра), огра­ни­чен­ную кол­ле­ги­аль­но­стью и годич­ным сро­ком, а в пре­де­лах поме­рия (сакраль­ная город­ская чер­та Рима) так­же и пра­вом интер­цес­сии (нало­же­ние запре­та) кол­ле­гии пле­бей­ских три­бу­нов и пра­вом про­во­ка­ции (апел­ля­ция рим­ско­го граж­да­ни­на к цен­ту­ри­ат­ским коми­ци­ям). Импе­рий скла­ды­вал­ся из пра­ва ауспи­ций (пти­це­га­да­ния), набо­ра вой­ска и коман­до­ва­ния им, созы­ва коми­ций, при­нуж­де­ния и нака­за­ния. Раз­ли­чал­ся imperium domi (в пре­де­лах поме­рия) и imperium militiae (вне поме­рия — в Ита­лии, про­вин­ци­ях и за рубе­жом). Маги­стра­ту, уже обле­чен­но­му граж­дан­ской вла­стью (potestas), импе­рий предо­став­лял­ся кури­ат­ским зако­ном (lex curiata de imperio). Лицо, обле­чен­ное импе­ри­ем, не име­ло пра­ва вхо­дить в пре­де­лы поме­рия. В I в. еди­ный импе­рий сохра­ни­ли толь­ко намест­ни­ки в про­вин­ци­ях: он не был огра­ни­чен ни интер­цес­си­ей, ни кол­ле­ги­аль­но­стью, ни пра­вом про­во­ка­ции и мог про­дол­жать­ся долее года. Под imperium maius, infinitum разу­ме­ли вер­хов­ное коман­до­ва­ние с осо­бы­ми пол­но­мо­чи­я­ми. В дан­ном тек­сте импе­рий обыч­но пере­во­дит­ся как «вер­хов­ная власть», «коман­до­ва­ние».

6Кир Стар­ший, осно­ва­тель Пер­сид­ско­го цар­ства.

7поко­рять наро­ды… — Пер­сид­ско­му царю автор про­ти­во­по­став­ля­ет два горо­да в Гре­ции, про­во­див­ших заво­е­ва­тель­ную поли­ти­ку: в VI в. Спар­та с Пело­пон­нес­ским сою­зом, в V в. Афи­ны с Делос­ско-Атти­че­ским сою­зом.

8вла­сти­те­лей… — В тек­сте — импе­ра­то­ров. Во вре­ме­на Рес­пуб­ли­ки это было почет­ное выс­шее воин­ское зва­ние. Как импе­ра­то­ра сол­да­ты при­вет­ство­ва­ли сво­е­го пол­ко­вод­ца на поле боя после реши­тель­ной побе­ды над внеш­ним вра­гом; ср.: Ю, I, 3.

9(9—10)напе­ре­кор при­ро­де… — По уче­нию сто­и­ков, при­ро­да тре­бу­ет от чело­ве­ка, чтобы он сле­до­вал доб­ле­сти.

11жаж­да поче­стей… — Име­ют­ся в виду маги­стра­ту­ры (cursus honorum).

12после мно­гих несча­стий и испы­та­ний… — Воз­мож­но, намек на собы­тия после убий­ства Цеза­ря.

13доб­рый досуг… — Otium, досуг после отка­за от поли­ти­че­ской дея­тель­но­сти, заня­тия лите­ра­ту­рой и нау­кой. Про­ти­во­по­лож­ное поня­тие — negotium, т. е. актив­ная дея­тель­ность. Ср.: Цице­рон. В защи­ту Муре­ны, 30; В защи­ту Сестия, 98; Пись­ма к близ­ким, I, 9, 21 (159); XII, 17, 1 (482); Об ора­то­ре, I, 14.

14обя­зан­но­стя­ми рабов… — Катон Стар­ший в трак­та­те «О зем­ле­де­лии» и Цице­рон выска­зы­ва­ют про­ти­во­по­лож­ную точ­ку зре­ния; ср.: Цице­рон. В защи­ту Сек­ста Рос­ция, 50; О ста­ро­сти, 51 сл.; Об обя­зан­но­стях, I, 151; Об ора­то­ре, I, 249; это взгляд сто­и­ков. См.: Сене­ка. Пись­ма к Луци­лию, 88, 21.

15ни к одной из сто­рон, суще­ство­вав­ших в госу­дар­стве. — Т. е. ни к одной из поли­ти­че­ских «пар­тий». Ср.: Ю, 41, 5; П II, 5, 1.

16и его опас­но­сти для госу­дар­ства. — См.: Цице­рон. В защи­ту Сул­лы, 75; Об обя­зан­но­стях, I, 77.

17знат­но­го про­ис­хож­де­ния… — Луций Сер­гий Кати­ли­на родил­ся в 108 г. Его пра­дед Марк Сер­гий Сил отли­чил­ся во вто­рую Пуни­че­скую вой­ну и был пре­то­ром в 197 г. Пат­ри­ци­ан­ский Сер­ги­ев род счи­тал сво­им пред­ком Сер­ге­ста, спо­движ­ни­ка Энея. См.: Вер­ги­лий. Эне­ида, V, 121.

18про­вел свою моло­дость. — В 89 г. Кати­ли­на слу­жил в вой­ске под нача­лом Гнея Пом­пея Стра­бо­на. Во вре­мя борь­бы меж­ду Мари­ем и Сул­лой был на сто­роне послед­не­го и при­во­дил в испол­не­ние каз­ни. См.: Цице­рон. Филип­пи­ка XIII, 1; Цице­рон Квинт. Крат­кое настав­ле­ние по соис­ка­нию кон­су­ла­та, 9 сл.

19в отно­ше­нии голо­да, холо­да, бодр­ство­ва­ния. — Ср.: Цице­рон. Про­тив Кати­ли­ны, I, 26; II, 9; III, 16; В защи­ту Целия, 12 сл.: «Целий при­со­еди­нил­ся к Кати­лине после того, как уже несколь­ко лет бывал на Фору­ме… Ведь Кати­ли­на, как вы, мне дума­ет­ся, помни­те, обла­дал очень мно­ги­ми если и не выра­жен­ны­ми, то все же наме­чен­ны­ми при­зна­ка­ми вели­чай­ших доб­ле­стей. Общал­ся он с мно­ги­ми бес­чест­ны­ми людь­ми, а в сво­ей пре­дан­но­сти при­тво­рял­ся наи­луч­шим. Его к себе манил раз­врат, но под­час увле­ка­ли настой­чи­вость и труд. Его обу­ре­ва­ли поро­ки сла­до­стра­стия; у него так­же было силь­ное стрем­ле­ние к воин­ским подви­гам. И я думаю, что на зем­ле нико­гда не было тако­го чудо­ви­ща, соче­тав­ше­го в себе столь про­ти­во­по­лож­ные и раз­лич­ные и борю­щи­е­ся друг с дру­гом при­род­ные стрем­ле­ния и стра­сти» (пер. В. О. Горен­штей­на).

20После еди­но­вла­стия Луция Сул­лы… — Дик­та­ту­ра Сул­лы про­дол­жа­лась с 82 по 79 г.

21цар­скую власть… — Ср. ниже, 7, 2; Ю, 31, 5. Поня­тия «царь» и «цар­ская власть» были для древ­них рав­но­силь­ны поня­ти­ям «тиран» и «тира­ния». Цице­рон, в част­но­сти, назы­вал царем Цеза­ря; см.: Цице­рон. В защи­ту Сул­лы, 25; О госу­дар­стве, II, 49; О ста­ро­сти, 56; О друж­бе, 36; 41; пись­ма: К Атти­ку, I, 16, 10 (22); II, 8, 1 (35); 13, 2 (40); К близ­ким, IX, 19, 1 (476); VI, 19, 2 (652); XII, 1, 1 (724); XI, 5, 3 (810); 8, 1 (816). См.: рЛ, при­меч. 2. Ср.: Све­то­ний. Боже­ствен­ный Юлий, 79.

22под­стре­ка­е­мый недо­стат­ком средств… — Кати­ли­на про­ис­хо­дил из обед­нев­шей семьи. См.: Цице­рон. В защи­ту Муре­ны, 50; Цице­рон Кв. Крат­кое настав­ле­ние… 8 сл.

23рос­ко­ши и алч­но­сти. — См. ниже, 52, 7; Ливий, 34, 4, 1.

24никем не управ­ля­е­мые. — Сал­лю­стий вме­сте с Неви­ем, Энни­ем и ран­ни­ми анна­ли­ста­ми сле­ду­ет тра­ди­ции, соглас­но кото­рой город Рим был осно­ван в резуль­та­те сли­я­ния выход­цев из Трои с корен­ным насе­ле­ни­ем (або­ри­ге­на­ми). Ср.: Ю, 18, 2; Катон Стар­ший. Нача­ла, фр. 5.

25в пре­де­лах город­ских стен… — Соглас­но тра­ди­ции, город­ские сте­ны были постро­е­ны царем Сер­ви­ем Тул­ли­ем. См.: Ливий, I, 44, 3.

26цари и наро­ды… — «Цари» — пра­ви­те­ли, сто­яв­шие во гла­ве общин, в част­но­сти луку­мо­ны (ста­рей­ши­ны) этрус­ских общин; «наро­ды» — общи­ны, не знав­шие еди­но­власт­но­го прав­ле­ния: саби­няне, воль­ски, эквы.

27Власть… осно­ва­на на зако­нах… — Ср.: Ливий, I, 8, 1.

28высо­ко­мер­ный про­из­вол… — Намек на про­зви­ще послед­не­го рим­ско­го царя Тарк­ви­ния — Superbus, что зна­чит «Гор­дый», «Высо­ко­мер­ный». Ср.: Цице­рон. О госу­дар­стве, II, 47 сл.

29избра­ли двух пра­ви­те­лей… — Вна­ча­ле их назы­ва­ли пре­то­ра­ми (от praeire — идти впе­ре­ди). Соглас­но тра­ди­ции, в 449 г. было вве­де­но зва­ние кон­су­лов. От преж­них вре­мен сохра­ни­лись тер­ми­ны: praetorium — пре­то­рий (шатер, став­ка пол­ко­вод­ца-кон­су­ла) и пре­тор­ская когор­та (см. при­меч. 320). См.: Ю, при­меч. 195; Цице­рон. О зако­нах, III, 8.

30Юно­ше­ство — сыно­вья сена­то­ров, еще не зани­мав­шие маги­стра­тур и голо­со­вав­шие в соста­ве млад­ших цен­ту­рий, и рим­ские всад­ни­ки, слу­жив­шие на казен­ных конях (eques equo publico). См. при­меч. 80.

31пора­зить вра­га… — Ср. 60, 4; Ю, 85, 33; Цице­рон. В защи­ту Баль­ба, 51; Ливий, 32, 38, 4. Реми­нис­цен­ция из Энния — Анна­лы, фр. 280 Фален2. Сло­ва Ган­ни­ба­ла:


Всяк, кто вра­га пора­зит, для меня кар­фа­ге­ня­нин будет.

32взой­ти на город­скую сте­ну… — Это счи­та­лось подви­гом. Взо­шед­ший пер­вым на сте­ну при штур­ме награж­дал­ся золо­тым вен­ком с изоб­ра­же­ни­ем зуб­цов кре­пост­ной сте­ны.

33вели­кой знат­но­стью. — Ср.: Ю, 85, 17; Юве­нал. Сати­ры, VIII, 20:


Знат­но­сти нету нигде, как толь­ко в доб­ле­сти духа
(пер. Д. Недо­ви­ча, Ф. Пет­ров­ско­го).

34Фор­ту­на. — Соглас­но тра­ди­ции, культ Фор­ту­ны был вве­ден царем Сер­ви­ем Тул­ли­ем. См. при­меч. 197.

35писа­те­ли чрез­вы­чай­но­го даро­ва­ния… — Име­ют­ся в виду исто­ри­ки Герод­от, Фуки­дид и Ксе­но­фонт. Подви­ги афи­нян про­сла­ви­ли так­же Эсхил в тра­ге­дии «Пер­сы» и Симо­нид Кеос­ский в лири­че­ской поэ­зии.

36не было таких людей… — Исто­рио­гра­фия воз­ник­ла в Риме лишь в эпо­ху Пуни­че­ских войн, ею зани­ма­лись государ­ствен­ные дея­те­ли и пол­ко­вод­цы. Пер­вым «чистым» исто­ри­ком был Сал­лю­стий.

37и на зако­нах. — Общее место о наро­дах, «близ­ких к при­ро­де». Ср.: Вер­ги­лий. Эне­ида. VII, 202 сл.

38в част­ной жиз­ни были береж­ли­вы… — Ср.: Демо­сфен, III Олинф­ская речь, 25 сл.; Цице­рон. В защи­ту Муре­ны, 76; В защи­ту Флак­ка, 28; Гора­ций. Оды, II, 15, 13:


Немно­гим каж­дый лич­но вла­дел тогда.
Но про­цве­та­ла общая соб­ствен­ность
(пер. А. П. Семе­но­ва-Тян-Шан­ско­го).

39вопре­ки при­ка­за­нию… кара­ли чаще… — Кон­сул 340 г. Тит Ман­лий Торк­ват во вре­мя вой­ны с лати­ня­на­ми каз­нил сво­е­го сына за то, что тот нару­шил запрет сра­жать­ся вне строя и всту­пил в еди­но­бор­ство с пред­во­ди­те­лем вра­гов. Ср.: Цице­рон. О пре­де­лах добра и зла, I, 23. Дик­та­тор 325 г. Луций Папи­рий Кур­сор хотел пока­рать началь­ни­ка кон­ни­цы Квин­та Фабия Мак­си­ма, кото­рый, не полу­чив раз­ре­ше­ния начать воен­ные дей­ствия, одер­жал побе­ду над сам­ни­та­ми. См.: Ливий, VIII, 7; 30—35.

40осме­лил­ся поки­нуть зна­ме­на… — Сло­во «осме­лил­ся» гово­рит о тяже­сти пре­ступ­ле­ния.

41сколь­ко мило­стя­ми… — Ср.: Цице­рон. Об обя­зан­но­стях, II, 26.

42цари были побеж­де­ны в вой­нах… — Име­ют­ся в виду вой­на с эпир­ским царем Пир­ром (280—275), побе­да над нуми­дий­ским царем Сифак­сом, маке­дон­ски­ми царя­ми Филип­пом V и Пер­се­ем, сирий­ским царем Антиохом III, нуми­дий­ским царем Югур­той, пон­тий­ским царем Мит­ри­да­том VI Евпа­то­ром.

43Кар­фа­ген… раз­ру­шен до осно­ва­ния… — Это про­изо­шло в 146 г. в резуль­та­те тре­тьей Пуни­че­ской вой­ны.

44на язы­ке гото­вым к услу­гам… — Воз­мож­но, име­ет­ся в виду Пом­пей.

45при­твор­но. — Ср. 54, 6 (про­ти­во­по­лож­ное выска­зы­ва­ние о Катоне Млад­шем).

46ни при ску­до­сти. — Ср.: Юве­нал. Сати­ры, XIV, 139:


Жад­ность к моне­те рас­тет соот­вет­ствен­но росту богат­ства
(пер. Д. Недо­ви­ча, Ф. Пет­ров­ско­го).

47(47—48)жесто­кие пре­ступ­ле­ния. — Име­ют­ся в виду сул­лан­ские про­скрип­ции и захват иму­ще­ства их жертв. Ср.: Цице­рон. Про­тив Вер­ре­са. (II), III, 81; II речь о земель­ном законе, 56.

49он сто­ял в Азии… — Во вре­мя пер­вой вой­ны с Мит­ри­да­том Пон­тий­ским (88—85).

50посвя­щен­ное и не посвя­щен­ное богам. — Рим­ляне позна­ко­ми­лись с гре­че­ским искус­ством при заво­е­ва­нии Вели­кой Гре­ции (Сред­няя и Южная Ита­лия) и после захва­та Сира­куз. Ср.: Цице­рон. Про­тив Вер­ре­са, (II), IV, 115 сл.; Ливий, 25, 40, 1; Юве­нал. Сати­ры, XI, 100 сл.:


И неоте­сан­ный воин, не знав­ший еще вос­хи­ще­нья
Перед искус­ства­ми гре­ков, когда при дележ­ке добы­чи
Взя­то­го горо­да в ней нахо­дил совер­шен­ной рабо­ты
Куб­ки…
(пер. Д. Недо­ви­ча, Ф. Пет­ров­ско­го).

51усадь­бы, воз­ве­ден­ные напо­до­бие горо­дов… — Ср.: Гора­ций. Оды, II, 15, 1 сл.; Пли­ний Млад­ший. Пись­ма, II, 17; V, 6.

52моря мости­ли?.. — Ср. 20, 11. Име­ет­ся в виду кон­сул 74 г. Луций Лици­ний Лукулл Пон­тий­ский, отли­чив­ший­ся в тре­тьей войне с Мит­ри­да­том. См.: Гора­ций. Оды, II, 15, 1 сл.; 18, 19 сл.; III, 1, 33 сл.; 24, 3 сл.; Посла­ния, I, 1, 84; Вел­лей Патер­кул. II, 33; Пли­ний Стар­ший. Есте­ствен­ная исто­рия, IX, 54.

53обша­ри­ва­ли зем­лю и море… — В 81 г. Сул­ла про­вел закон, огра­ни­чи­вав­ший рос­кошь сто­ла (lex Cornelia sumptuaria); Цезарь, во вре­мя сво­ей дик­та­ту­ры, тоже издал закон про­тив рос­ко­ши (lex Iulia sumptuaria). Ср.: К, 52, 5; Цице­рон. Пись­ма к Атти­ку, I, 19, 6 (25); II, 9, 1 (36); Мак­ро­бий. Сатур­на­лии, III, 15, 6 сл.

54отря­да­ми тело­хра­ни­те­лей. — См.: Цице­рон. Про­тив Кати­ли­ны, II, 7; 23; В защи­ту Муре­ны, 49.

55все пар­ри­ци­ды… — Пер­во­на­чаль­ное напи­са­ние — paricida, т. е. убий­ца рав­но­го себе (убий­ца кви­ри­та). О пред­на­ме­рен­ном убий­стве гово­ри­лось уже в Зако­нах XII Таб­лиц; им долж­ны были ведать quaestores paricidii. Впо­след­ствии сло­во parricida (из patricida) озна­ча­ло убий­ство отца, роди­ча. За него пола­га­лась «казнь в меш­ке» (poena cullei), т. е. утоп­ле­ние пре­ступ­ни­ка, заши­то­го в кожа­ный мешок вме­сте с соба­кой, обе­зья­ной, пету­хом и зме­ей. Ср.: рК, 3; Цице­рон. В защи­ту Сек­ста Рос­ция, 28; 30.

56Свя­то­тат­цы. — По антич­но­му пра­ву, свя­то­тат­ство было близ­ко к parricidium (см. преды­ду­щее при­меч.). Ср.: Цице­рон. О зако­нах, II, 22.

57сво­и­ми людь­ми для него. — Ср.: Цице­рон. Про­тив Кати­ли­ны, II, 7; 10; 22 сл.

58поку­пал собак и лоша­дей… — Ср.: Терен­ций. Девуш­ка с Анд­ро­са, 55 сл.:


Обыч­ные у юно­шей вле­че­ния
И склон­но­сти к чему-либо: дер­жать коней,
Собак ли для охо­ты…
(пер. А. В. Артюш­ко­ва);

|Гора­ций. Нау­ка поэ­зии, 161 сл.:


Юно­ша, коль от над­зо­ра настав­ни­ка он уж сво­бо­ден,
Любит коней и собак и зеле­ное Мар­со­во поле
(пер. М. Дмит­ри­е­ва).

59на кем-то собран­ных све­де­ни­ях… — Намек на Цице­ро­на, часто гово­рив­ше­го, что он «собрал све­де­ния», «дознал­ся» (comperisse). См.: Цице­рон. Про­тив Кати­ли­ны, I, 10; 27; II, 22; III, 3 сл.; пись­ма: К Атти­ку, I, 14, 5 (20); К близ­ким, V, 5, 2 (18).

60со жри­цей Весты… — Это была Фабия, свод­ная сест­ра жены Цице­ро­на Терен­ции. Суд за инцест (нече­сти­вая связь) (73 г.) окон­чил­ся оправ­да­ни­ем обви­ня­е­мых. Ср.: Цице­рон. Речь в белой тоге.

61Авре­лия Оре­стил­ла была доче­рью Гнея Авре­лия Оре­стил­ла, пре­то­ра 77 г. См. ниже, 35, 6.

62осво­бо­дил дом для пре­ступ­но­го бра­ка. — Ср.: Цице­рон. Про­тив Кати­ли­ны, I, 14.

63была поход­ка. — От рим­ско­го граж­да­ни­на тре­бо­ва­лась поход­ка вели­ча­вая. Ср.: Цице­рон. Об обя­зан­но­стях, I, 131.

64боль­шин­ство сол­дат Сул­лы… — Вете­ра­ны Сул­лы, кото­рых он рас­се­лил в воен­ных коло­ни­ях, глав­ным обра­зом в Лации, Этру­рии и Сам­нии, и наде­лил зем­ля­ми тех, кто под­верг­ся про­скрип­ци­ям. См. ниже, 28, 4; Цице­рон. Про­тив Кати­ли­ны, II, 20.

65вел вой­ну на краю све­та… — Пом­пей, обле­чен­ный вер­хов­ным коман­до­ва­ни­ем на осно­ва­нии Мани­ли­е­ва зако­на 66 г., не толь­ко уни­что­жил Пон­тий­ское цар­ство, но и заво­е­вал Сирию и поко­рил наро­ды Восто­ка вплоть до Кав­ка­за, Кас­пий­ско­го моря и Евфра­та. См.: Цице­рон. Речь о Мани­ли­е­вом законе.

66надеж­да на избра­ние… — На 63 г. Сопер­ни­ка­ми Кати­ли­ны были Цице­рон и Гай Анто­ний, кото­рые и были избра­ны. Кати­ли­на уже выстав­лял свою кан­ди­да­ту­ру летом 65 г., но ее отве­ли, так как ему гро­зил суд за лихо­им­ство (de repetundis). Суд его оправ­дал. Он наме­ре­вал­ся доби­вать­ся кон­су­ла­та и на 62 г. См.: Цице­рон. К Атти­ку, I, 1, 1 (10); 2, 1 (11).

67Луций Юлий Цезарь и Гай Мар­ций Фигул были кон­су­ла­ми в 64 г.

68К нему собра­лись… — Оче­вид­но, в его дом на Пала­тин­ском хол­ме.

69из сена­тор­ско­го сосло­вия… — Сена­тор­ское сосло­вие (Ordo senatorius) — в исто­ри­че­скую эпо­ху выс­шее сосло­вие в госу­дар­стве: круп­ные земле­вла­дель­цы, пред­ста­ви­те­ли пат­ри­ци­а­та и ноби­ли­те­та. Через сенат оно осу­ществ­ля­ло выс­шую власть в стране. Сенат ведал внеш­ни­ми сно­ше­ни­я­ми госу­дар­ства, объ­яв­лял вой­ну и утвер­ждал заклю­че­ние мира, по докла­ду маги­стра­тов обсуж­дал теку­щие дела и при­ни­мал поста­нов­ле­ния (senatus consultum), имев­шие силу зако­на. Моло­дые сыно­вья сена­то­ров с 17-лет­не­го воз­рас­та, достиг­нув совер­шен­но­ле­тия, чис­ли­лись в цен­ту­ри­ях рим­ских всад­ни­ков в тече­ние 10 лет; достиг­нув кве­сту­ры, они, как и дру­гие ново­из­бран­ные кве­сто­ры, из всад­ни­че­ско­го сосло­вия пере­хо­ди­ли в сена­тор­ское. Сена­то­рам запре­ща­лось вести тор­го­вые и финан­со­вые дела. О судеб­ной вла­сти сена­тор­ско­го сосло­вия см. при­меч. 80. Внеш­ние зна­ки отли­чия сена­то­ров: золо­той пер­стень, широ­кая пур­пур­ная поло­са на туни­ке, баш­ма­ки из крас­ной кожи с костя­ной застеж­кой в виде полу­ме­ся­ца.

70Пуб­лий Кор­не­лий Лен­тул Сура — один из гла­ва­рей заго­во­ра, в 71 г. был кон­су­лом; в 70 г. был исклю­чен из сена­та за дур­ные нра­вы; в 63 г. был пре­то­ром; каз­нен 5 декаб­ря 63 г. См. 46, 2.

71Пуб­лий Автро­ний Пет — в 66 г. был избран в кон­су­лы вме­сте с Пуб­ли­ем Кор­не­ли­ем Сул­лой; они были обви­не­ны в под­ку­пе изби­ра­те­лей (de ambitu), и их избра­ние было кас­си­ро­ва­но. В 62 г. за при­част­ность к заго­во­ру Кати­ли­ны Пета изгна­ли из Рима на осно­ва­нии Плав­ци­е­ва зако­на о насиль­ствен­ных дей­стви­ях. См. ниже, при­меч. 151.

72Луций Кас­сий Лон­гин — кол­ле­га Цице­ро­на по пре­ту­ре (66 г.) и сопер­ник в борь­бе за кон­суль­ство в 64 г. См. 44, 2; 50; 54; Цице­рон. Про­тив Кати­ли­ны, III, 16.

73Гай Кор­не­лий Цетег — при­над­ле­жал к пат­ри­ци­ан­ской вет­ви Кор­не­ли­е­ва рода; каз­нен 5 декаб­ря 63 г. См.: Цице­рон. Про­тив Кати­ли­ны, III, 16; В защи­ту Сул­лы, 70.

74Сыно­вья Сер­вия Сул­лы — сыно­вья бра­та дик­та­то­ра; не сме­ши­вать пер­во­го с Пуб­ли­ем Сул­лой, избран­ным в кон­су­лы на 65 г., под­за­щит­ным Цице­ро­на в 62 г. О вто­ром см. 47, 1.

75Луций Вар­гун­тей — был обви­нен в под­ку­пе изби­ра­те­лей в 65 г.; вме­сте с Гаем Кор­не­ли­ем наме­ре­вал­ся убить Цице­ро­на. См. 28, 1; ср.: Цице­рон. В защи­ту Сул­лы, 52.

76Квинт Анний Хилон — сена­тор. См.: Цице­рон. Про­тив Кати­ли­ны, III, 14.

77Марк Пор­ций Лека — пото­мок одно­имен­но­го пле­бей­ско­го три­бу­на, авто­ра зако­на о непри­кос­но­вен­но­сти лич­но­сти рим­ско­го граж­да­ни­на; см. при­меч. 252. Ср. 27, 3 сл.; Цице­рон. Про­тив Кати­ли­ны, I, 8; II, 13; В защи­ту Сул­лы, 18.

78Луций Каль­пур­ний Бес­тия — внук кон­су­ла 111 г., участ­ни­ка Югур­тин­ской вой­ны. В 63 г. был избран пле­бей­ским три­бу­ном. Ср. 43, 1. См. при­меч. 87.

79Квинт Курий — пото­мок Мания Курия Ден­та­та, кон­су­ла 290, 275, 274 гг. См. 23, 1; 26, 3; 28, 2; был исклю­чен из сена­та.

80из всад­ни­че­ско­го сосло­вия… — Всад­ни­че­ское сосло­вие (Ordo equester) в исто­ри­че­скую эпо­ху вто­рое, после сена­тор­ско­го, сосло­вие с цен­зом не менее 400 тыс. сестер­ци­ев. Рим­ские всад­ни­ки часто были круп­ны­ми земле­вла­дель­ца­ми; в отли­чие от сена­то­ров они име­ли пра­во вести тор­гов­лю и финан­со­вые дела, а так­же брать откуп на сбор нало­гов и пошлин в про­вин­ци­ях, в част­но­сти поста­вок зер­на. Цен­зо­ры состав­ля­ли спис­ки цен­ту­рий рим­ских всад­ни­ков в воз­расте от 17 до 35 лет, им предо­став­ля­лось пра­во иметь «государ­ствен­но­го коня» (equus publicus), они полу­ча­ли от каз­ны день­ги на при­об­ре­те­ние коня (aes equestre) и на его про­корм (aes hordearium). Во всад­ни­че­ские цен­ту­рии вхо­ди­ли и сыно­вья сена­то­ров на вре­мя воен­ной служ­бы, т. е. в тече­ние 10 лет, и до сво­е­го пере­хо­да в сена­тор­ское сосло­вие после полу­че­ния ими кве­сту­ры. Став маги­стра­том или достиг­нув 35 лет, рим­ский всад­ник на осно­ва­нии пле­бис­ци­та о воз­вра­те коней (plebiscitum reddendorum equorum, око­ло 123 г.) дол­жен был воз­вра­тить государ­ствен­но­го коня. Ново­из­бран­ные цен­зо­ры про­из­во­ди­ли на фору­ме смотр цен­ту­ри­ям рим­ских всад­ни­ков (recognitio equitum) и исклю­ча­ли из спис­ков тех, кто выбы­вал по воз­рас­ту, по болез­ни или на осно­ва­нии цен­зор­ско­го заме­ча­ния (nota censoria).

В 123 г. пле­бей­ский три­бун Гай Сем­про­ний Гракх сво­им зако­ном о судо­устрой­стве пере­дал судеб­ную власть всад­ни­че­ско­му сосло­вию. В 106 г. Сер­ви­ли­ев судеб­ный закон (по име­ни кон­су­ла Квин­та Сер­ви­лия Цепи­о­на) сде­лал судеб­ную власть общим досто­я­ни­ем сена­то­ров и рим­ских всад­ни­ков, но уже в 101 г. в силу Сер­ви­ли­е­ва зако­на о вымо­га­тель­стве (по име­ни пре­то­ра Гая Сер­ви­лия Глав­ции) сена­то­ры сно­ва были лише­ны ее. В 82 г. в силу Кор­не­ли­е­ва (т. е. Кор­не­лия Сул­лы) судеб­но­го зако­на рим­ские всад­ни­ки сно­ва утра­ти­ли судеб­ную власть. В 70 г. Авре­ли­ев судеб­ный закон уста­но­вил, что совет судей дол­жен состав­лять­ся из трех деку­рий: сена­то­ров, рим­ских всад­ни­ков и эрар­ных три­бу­нов.

Внеш­ние зна­ки отли­чия рим­ско­го всад­ни­ка: золо­той пер­стень, узкая пур­пур­ная поло­са на туни­ке.

81Марк Фуль­вий Ноби­ли­ор — пото­мок одно­имен­но­го кон­су­ла 189 г., кото­ро­го в похо­де в Это­лию сопро­вож­дал поэт Энний. Не сме­ши­вать с Фуль­ви­ем, упо­ми­на­е­мым в 39, 5.

82О Луции Ста­ти­лии све­де­ний нет; каз­нен 5 декаб­ря 63 г.

83О Пуб­лии Габи­нии Капи­тоне см.: Цице­рон. Про­тив Кати­ли­ны, III, 6. Каз­нен 5 декаб­ря 63 г.

84люди из коло­ний и муни­ци­пи­ев… — Коло­ни­я­ми назы­ва­лись посе­ле­ния рим­ских граж­дан и латин­ских союз­ни­ков, выве­ден­ные (часто со стра­те­ги­че­ски­ми целя­ми) на заво­е­ван­ные зем­ли и управ­ляв­ши­е­ся на осно­ва­нии рим­ских зако­нов. Муни­ци­пии — поко­рен­ные общи­ны Ита­лии, управ­ляв­ши­е­ся кват­ту­о­рви­ра­ми (мест­ные долж­ност­ные лица) на осно­ва­нии мест­ных зако­нов. Рим­ские граж­дане из коло­ний и муни­ци­пи­ев под­дер­жи­ва­ли Кати­ли­ну в 63 г., но не в 64 г.

85Марк Лици­ний Красс был кол­ле­гой Пом­пея по кон­су­ла­ту 70 г. Сопер­ни­че­ство меж­ду ними нача­лось во вре­мя вос­ста­ния Спар­та­ка, над кото­рым Красс одер­жал в 71 г. реши­тель­ную побе­ду; Пом­пей же уни­что­жил остат­ки спар­та­ков­ской армии и донес сена­ту, что он вырвал кор­ни вой­ны. Вме­сте с Гаем Юли­ем Цеза­рем Красс, воз­мож­но, был при­ча­стен к «пер­во­му заго­во­ру Кати­ли­ны» (см. гл. 18 сл.) и к заго­во­ру 63 г. (см. 48, 3 сл.). В 60 г. он всту­пил в поли­ти­че­ский союз с Цеза­рем и Пом­пе­ем. В 55 г. был кон­су­лом вме­сте с Пом­пе­ем. Погиб в 53 г. на войне с пар­фя­на­ми.

86Луций Воль­ка­ций Тулл и Маний Эми­лий Лепид были кон­су­ла­ми в 66 г.

87избран­ные кон­су­лы… — Избран­ным (designatus) назы­вал­ся маги­страт, избран­ный коми­ци­я­ми, но еще не при­сту­пив­ший к испол­не­нию сво­их обя­зан­но­стей. Он еще был част­ным лицом (privatus) и мог быть при­вле­чен к суду. Маги­страт дей­ству­ю­щий был непод­су­ден.

88О Пуб­лии Автро­нии см. при­меч. 71. Пуб­лий Кор­не­лий Сул­ла, род­ствен­ник дик­та­то­ра, раз­бо­га­тел во вре­мя сул­лан­ских про­скрип­ций. См.: Цице­рон. В защи­ту Сул­лы, passim.

89зако­нов о домо­га­тель­стве… — Ambitus бук­валь­но зна­чит обход (изби­ра­те­лей) по оче­ре­ди, под­го­тов­ка сво­е­го избра­ния. Допу­сти­мым счи­та­лось обра­тить­ся к граж­да­ни­ну по име­ни, взять его за руку. Под­куп в любой фор­ме счи­тал­ся пре­ступ­ле­ни­ем (crimen de ambitu). Для борь­бы с под­ку­пом был издан ряд зако­нов. Кор­не­ли­ев закон запре­щал зани­мать маги­стра­ту­ры в тече­ние деся­ти лет; Каль­пур­ни­ев—Аци­ли­ев закон 67 г. гро­зил штра­фом и пол­ным запре­том зани­мать маги­стра­ту­ры; Тул­ли­ев закон 63 г. (по име­ни Мар­ка Тул­лия Цице­ро­на) запре­щал денеж­ные воз­на­граж­де­ния, устрой­ство зре­лищ для наро­да и уго­ще­ния для наро­да по три­бам и карал деся­ти­лет­ним изгна­ни­ем. См.: Цице­рон. В защи­ту Сул­лы; В защи­ту План­ция: К Атти­ку, IV, 15, 7 (142).

90заявить… в закон­ный срок. — Так назы­ва­е­мая professio, заяв­ле­ние о соис­ка­нии; дела­лось лич­но не позд­нее, чем за три нун­ди­ны (за три рыноч­ных дня, т. е. за 17 дней) до выбо­ров. Сал­лю­стий при­во­дит офи­ци­аль­ный повод для отво­да.

91вызы­вать бес­по­ряд­ки в госу­дар­стве. — Гней Писон, избран­ный кве­стор на 65 г., при­над­ле­жал к древ­ней­ше­му Каль­пур­ни­е­ву роду.

92Декабрь­ские ноны — 5 декаб­ря 66 г.

93Январ­ские кален­ды — 1 янва­ря 65 г., когда новые кон­су­лы после жерт­во­при­но­ше­ния Юпи­те­ру Капи­то­лий­ско­му при­сту­па­ли к испол­не­нию сво­их обя­зан­но­стей; в этот день соби­рал­ся сенат и объ­яв­ля­лась дата Латин­ских празд­неств в дан­ном году.

94Фас­цы — пуч­ки розог с воткну­ты­ми в них секи­ра­ми, при­над­леж­ность лик­то­ров, т. е. тело­хра­ни­те­лей стар­ших маги­стра­тов — пре­то­ра, кон­су­ла и дик­та­то­ра. См.: Ю, при­меч. 34.

95обе Испа­нии. — Раз­ли­ча­лись Ближ­няя Испа­ния (Hispania Citerior, Tarraconensis), юго-восточ­ная часть полу­ост­ро­ва, и Даль­няя Испа­ния (Hispania Ulterior), его южная и частич­но юго-запад­ная часть. Их раз­де­ля­ла река Эбро.

96подать перед кури­ей знак сво­им сообщ­ни­кам… — По сви­де­тель­ству Све­то­ния (Боже­ствен­ный Юлий, 9), знак дол­жен был подать Цезарь, но не сде­лал это­го. Курия — Гости­ли­е­ва курия, обыч­ное место засе­да­ний сена­та; соглас­но тра­ди­ции, была постро­е­на царем Тул­лом Гости­ли­ем.

97как про­пре­тор. — Для назна­че­ния про­пре­то­ром надо было пред­ва­ри­тель­но быть в Риме пре­то­ром. Оче­вид­но, Писон полу­чил назна­че­ние не по пра­ви­лам (extra ordinem) и был quaestor pro praetore. Это тре­бо­ва­ло поста­нов­ле­ния сена­та. См.: Све­то­ний, Боже­ствен­ный Юлий, 9, 3.

98Вар­ва­ры — для гре­ка — все негре­ки, для рим­ля­ни­на — все негре­ки и нерим­ляне.

99кли­ен­ты Гнея Пом­пея… — Кли­ен­те­ла и патро­нат в древ­ней­шую эпо­ху — отно­ше­ния меж­ду пат­ри­ци­ем и зави­сев­ши­ми от него людь­ми, воз­мож­но пред­ста­ви­те­ля­ми поко­рен­но­го насе­ле­ния: патрон покро­ви­тель­ство­вал кли­ен­там, они под­дер­жи­ва­ли его, когда он доби­вал­ся маги­стра­тур и т. д. Впо­след­ствии отно­ше­ния меж­ду вли­я­тель­ным лицом и его воль­но­от­пу­щен­ни­ка­ми или город­ской общи­ной, меж­ду быв­шим намест­ни­ком и насе­ле­ни­ем про­вин­ции, меж­ду пол­ко­вод­цем и насе­ле­ни­ем заво­е­ван­ной им про­вин­ции. Патро­нат был пре­ем­ствен­ным для той или иной вет­ви рода. См.: Цице­рон. Об обя­зан­но­стях, I, 35.

100кого я назвал выше… — См. 17, 3 сл.

101при­бли­зи­тель­но тако­го содер­жа­ния… — Автор под­чер­ки­ва­ет, что он пере­да­ет лишь содер­жа­ние речи Кати­ли­ны.

102Друж­ба — amicitia — поли­ти­че­ский тер­мин, обо­зна­чав­ший сово­куп­ность обя­за­тельств и дей­ствий, дик­ту­е­мых поли­ти­че­ским еди­но­мыс­ли­ем. Ср.: Ю, 31, 14; Цице­рон. В защи­ту План­ция, 5; О друж­бе, 20; Ливий, 36, 7; Сене­ка. Пись­мо к Луци­лию, 20, 5.

103Тет­рар­хи — греч.: «чет­ве­ро­власт­ни­ки». Рим­ляне ино­гда дели­ли цар­ства, поко­рен­ные ими в Азии, на четы­ре части и назна­ча­ли туда пра­ви­те­лей; впо­след­ствии этот тер­мин стал озна­чать «кня­зек», пра­ви­тель неболь­шо­го цар­ства.

104пла­тят им пода­ти… — С насе­ле­ния про­вин­ций взи­ма­лись: 1) ввоз­ные и вывоз­ные пошли­ны, 2) деся­ти­на со всех видов уро­жая, паст­бищ­ный сбор. Ср.: Цице­рон. О Мани­ли­е­вом законе, 15.

105Доко­ле же буде­те вы тер­петь это… — Реми­нис­цен­ция или созна­тель­ное под­ра­жа­ние пер­вой речи Цице­ро­на про­тив Кати­ли­ны: «Доко­ле же ты, Кати­ли­на, будешь зло­упо­треб­лять нашим тер­пе­ни­ем?» (пер. В. О. Горен­штей­на).

106срав­ни­вая с зем­лей горы. — См. выше, 13, 1.

107не было семей­но­го оча­га? — Лар — бог-покро­ви­тель семей­но­го оча­га; в пере­нос­ном смыс­ле — домаш­ний очаг, жили­ще. Почи­та­лись так­же и лары — покро­ви­те­ли пере­крест­ков (lares compitalicii).

108воен­ная добы­ча… — Spolia opima. В Риме доспе­хи повер­жен­но­го вое­на­чаль­ни­ка вра­гов посвя­ща­лись Юпи­те­ру Фере­трий­ско­му и веша­лись в его хра­ме. Выра­же­ние это часто упо­треб­ля­лось как мета­фо­ра.

109сде­лав­шись кон­су­лом… — Име­ет­ся в виду кон­су­лат 63 г.

110отме­ну дол­гов… — Tabulae novae, новые дол­го­вые запи­си; так гово­ри­лось, когда задол­жен­ность част­ных лиц умень­ша­ли или отме­ня­ли вовсе рас­по­ря­же­ни­ем или спе­ци­аль­ным зако­ном. Ср. 20, 13; Цице­рон. Про­тив Кати­ли­ны, II, 18.

111Про­скрип­ция. — Пер­во­на­чаль­но так назы­ва­лось пись­мен­ное объ­яв­ле­ние о про­да­же с тор­гов иму­ще­ства несо­сто­я­тель­но­го долж­ни­ка; после уста­нов­ле­ния дик­та­ту­ры Сул­лы — спи­сок лиц, объ­яв­лен­ных вне зако­на с кон­фис­ка­ци­ей их иму­ще­ства.

112жре­че­ские долж­но­сти… — Они были не толь­ко почет­ны­ми, но и доход­ны­ми.

113в Ближ­ней Испа­нии… Писон… — Сал­лю­стий допус­ка­ет ошиб­ку: летом 64 г. Писо­на уже не было в живых. Ср. выше, 19, 1—2; Све­то­ний. Боже­ствен­ный Юлий, 9.

114Пуб­лий Сит­тий из Нуце­рии… — Рим­ский всад­ник Сит­тий в 64 г. выехал в Испа­нию; по-види­мо­му, он был аген­том Кати­ли­ны. Впо­след­ствии жил в Мавре­та­нии и в 46 г. ока­зал услу­ги Цеза­рю во вре­мя вой­ны в Афри­ке. Ср.: Цице­рон. В защи­ту Сул­лы, 56 сл.; К Атти­ку, XV, 7, 1 (750); К близ­ким, V, 17 (923).

115Гай Анто­ний Гибри­да — сын ора­то­ра Мар­ка Анто­ния и дядя три­ум­ви­ра Мар­ка Анто­ния, кол­ле­га Цице­ро­на по пре­ту­ре и кон­су­ла­ту, про­кон­сул Маке­до­нии в 62 г. Ср. 56, 3 сл.

116при… свя­щен­но­дей­стви­ях… — Древ­ний обы­чай при заклю­че­нии сою­за, осо­бен­но у семи­тов. См.: Герод­от, III, 8; Флор, II, 12, 4; Дион Кас­сий, 37, 30, 3. Про­кля­тие направ­ле­но про­тив воз­мож­ных измен­ни­ков.

117нена­висть к Цице­ро­ну… — В послед­ний день кон­су­ла­та Цице­ро­на (29 декаб­ря 63 г.) пле­бей­ский три­бун Квинт Метелл Непот не поз­во­лил ему обра­тить­ся с речью к наро­ду. См.: Цице­рон. К близ­ким, V, 2, 7 сл. (14).

118цен­зо­ры исклю­чи­ли… за рас­пут­ство. — См. 17, 3, при­меч. 79. Одной из обя­зан­но­стей цен­зо­ров был пере­смотр спис­ка сена­то­ров (lectio senatus) и исклю­че­ние из сена­та лиц, чем-либо запят­нав­ших себя. Этим неред­ко поль­зо­ва­лись в поли­ти­че­ских целях.

119с Фуль­ви­ей, знат­ной жен­щи­ной. — Она мог­ла быть род­ствен­ни­цей Мар­ка Фуль­вия Ноби­ли­о­ра (17, 3) или сена­то­ра Фуль­вия (39, 5).

*120*…новый чело­век. — Homo novus. Так назы­ва­ли выход­ца из всад­ни­че­ско­го сосло­вия, кото­рый пер­вый в сво­ем роду доби­вал­ся или дости­гал куруль­ной долж­но­сти, в I в. — кон­су­ла­та. Ср. 63, 7; Ю, 85, 13 сл., 25; Квинт Цице­рон. Крат­кое настав­ле­ние… I, 1 (12); Цице­рон. II речь о земель­ном законе, 3; Юве­нал. Сати­ры, VIII, 237:


Новый, незнат­ный совсем чело­век из Арпи­на, недав­но
Всад­ни­ком быв­ший про­стым, повсю­ду ста­вит заста­вы
(пер. Д. Недо­ви­ча, Ф. Пет­ров­ско­го).

121Мар­ка Тул­лия и Гая Анто­ния… — Избра­ние состо­я­лось 29 квин­ти­лия (июля) 64 г. Кон­су­лов изби­ра­ли цен­ту­ри­ат­ские коми­ции, вна­ча­ле откры­тым голо­со­ва­ни­ем, со 139 г., на осно­ва­нии Габи­ни­е­ва зако­на, — пода­чей таб­ли­чек. О Гае Анто­нии см. 21, 3. См. П II, при­меч. 32.

122неко­е­му Ман­лию… — Гай Ман­лий (или Мал­лий) был цен­ту­ри­о­ном Сул­лы, кото­рый награ­дил его зем­лей в Фезу­лах (Этру­рия).

123доста­точ­но воз­не­се­на судь­бой… — Сем­про­ния была женой кон­су­ла 77 г. Деци­ма Юния Бру­та и мате­рью буду­ще­го убий­цы Цеза­ря, Деци­ма Юния Бру­та Аль­би­на.

124пля­са­ла изящ­нее, чем подо­ба­ет при­лич­ной жен­щине… — Пляс­ка, рас­про­стра­нив­ша­я­ся в Ита­лии во вре­ме­на Грак­хов, не подо­ба­ла рим­ля­нам ста­ро­го зака­ла. Ср.: Цице­рон. Про­тив Кати­ли­ны, II, 10; В защи­ту Муре­ны, 13; В сена­те по воз­вра­ще­нии из изгна­ния, 13; Об обя­зан­но­стях, I, 150.

125кон­су­ла­та на сле­ду­ю­щий год… — Т. е. на 62 г.

126даже в это вре­мя… — Во вре­мя соис­ка­ния кон­су­ла­та.

127стро­ил… коз­ни про­тив Цице­ро­на. — См.: Цице­рон. Про­тив Кати­ли­ны, I, 15.

128согла­ше­ни­ем о про­вин­ци­ях… — На осно­ва­нии Сем­про­ни­е­ва зако­на о кон­суль­ских про­вин­ци­ях (пле­бис­цит Гая Грак­ха, 123 г.) еще до выбо­ров кон­су­лов сенат назна­чал про­вин­ции, кото­ры­ми они долж­ны были управ­лять по окон­ча­нии сво­е­го кон­су­ла­та; по это­му поста­нов­ле­нию интер­цес­сия пле­бей­ско­го три­бу­на не допус­ка­лась. Избран­ные кон­су­лы бро­са­ли жре­бий или рас­пре­де­ля­ли меж­ду собой про­вин­ции по согла­ше­нию. Цице­ро­ну по жре­бию доста­лась Маке­до­ния, Гаю Анто­нию — Цис­аль­пий­ская Гал­лия. Цице­рон поме­нял­ся про­вин­ци­я­ми с Анто­ни­ем, отдав ему бога­тую Маке­до­нию. Впо­след­ствии он отка­зал­ся и от намест­ни­че­ства в Цис­аль­пий­ской Гал­лии. См.: Цице­рон. К близ­ким, V, 2, 3 (14); К Атти­ку, II, I, 3 (27); Про­тив Писо­на, 5; Филип­пи­ка XI, 23.

129и в соис­ка­нии долж­но­сти… — Кон­су­ла­ми на 62 г. были избра­ны Децим Юний Силан и Луций Лици­ний Муре­на. См.: Цице­рон. В защи­ту Муре­ны.

130на Мар­со­вом поле… — Цице­рон (Про­тив Кати­ли­ны, I, 11) утвер­жда­ет, что поку­ше­ние гото­ви­лось про­тив него одно­го. Во вре­мя выбо­ров он появил­ся на Мар­со­вом поле в пан­ци­ре под тогой и в сопро­вож­де­нии охра­ны. См.: Плу­тарх. Цице­рон, 14, 3.

131Гая Ман­лия в Фезу­лы… Гая Юлия — в Апу­лию… — О Ман­лии см. 24, 2; осталь­ные нам неиз­вест­ны.

132и там… — В доме у Леки на ули­це Сер­пов­щи­ков. Сал­лю­стий допус­ка­ет неточ­ность: собра­ние у Леки было в ночь с 6 на 7 нояб­ря 63 г. Ср.: Цице­рон. Про­тив Кати­ли­ны, I, 8; В защи­ту Сул­лы, 52.

133для утрен­не­го при­вет­ствия… — В тек­сте: salutatio — утрен­нее посе­ще­ние дома вли­я­тель­но­го чело­ве­ка его дру­зья­ми и кли­ен­та­ми. В источ­ни­ках име­на участ­ни­ков поку­ше­ния при­во­дят­ся раз­ные. См.: Цице­рон. К Атти­ку, I, 18, 1 (24); К близ­ким, IX, 20, 3 (473); Плу­тарх. Цице­рон, 16, 1.

134столь тяж­кое зло­де­я­ние… — Ср.: Цице­рон. В защи­ту Сул­лы, 52; Про­тив Кати­ли­ны, I, 10.

135земель и все­го сво­е­го досто­я­ния… — При­дя к дик­та­ту­ре, Сул­ла наде­лил сво­их вете­ра­нов зем­ля­ми в Этру­рии, Сам­нии и Лука­нии, отняв их у мест­но­го насе­ле­ния, под­дер­жи­вав­ше­го Мария Млад­ше­го.

136в силу… лич­ных пол­но­мо­чий… — То есть пол­но­мо­чий кон­су­ла.

137чтобы госу­дар­ство не понес­ло ущер­ба. — Фор­му­ла так назы­ва­е­мо­го senatus-consultum ultimum, senatus-consultum extremum или senatus-consultum de republica defendenda, предо­став­ляв­ше­го кон­су­лам и дру­гим маги­стра­там дик­та­тор­ские пол­но­мо­чия; впер­вые был при­ме­нен в 121 г. про­тив Гая Грак­ха, затем в 100 г. про­тив Сатур­ни­на, в 77 г. про­тив Лепи­да (см.: рФ, 22), 21 октяб­ря 63 г. про­тив Кати­ли­ны, затем в 62, 52, 49, 48 и 40 гг. Этот сена­тус-кон­сульт поз­во­лял маги­стра­ту каз­нить рим­ско­го граж­да­ни­на без фор­маль­но­го суда и исклю­чал воз­мож­ность обра­ще­ния к наро­ду. См.: Цезарь. Запис­ки о граж­дан­ской войне, I, 5, 3; Цице­рон. Филип­пи­ка VIII, 14.

138без пове­ле­ния наро­да… — Sine populi iussu. Тех­ни­че­ский тер­мин: при отсут­ствии зако­на, при­ня­то­го коми­ци­я­ми.

139за пять дней до ноябрь­ских календ. — О Сении дру­гих све­де­ний нет. Дата — 27 октяб­ря 63 г., что под­твер­жда­ет Цице­рон (Про­тив Кати­ли­ны, I, 7).

140о зна­ме­ни­ях и чуде­сах… — Ср.: Цице­рон. Про­тив Кати­ли­ны, III, 18; Плу­тарх. Цице­рон, 19.

141о вос­ста­ни­ях рабов. — В Капуе нахо­ди­лась широ­ко извест­ная шко­ла гла­ди­а­то­ров, в кото­рой в 74 г. нача­лось вос­ста­ние, руко­во­ди­мое Спар­та­ком. Кати­ли­на не при­вле­кал рабов в свое вой­ско; ср. 44, 6; 56, 5.

142Квинт Мар­ций Рекс — кон­сул 68 г. Мар­ции вели свой род от царя Анка Мар­ция, отку­да и про­зви­ще. Ср.: Цице­рон. Про­тив Писо­на, 54.

143Квинт Метелл Крит­ский — кон­сул 69 г. Про­зви­ще полу­че­но им после побе­ды над крит­ски­ми пира­та­ми в 62 г.

144спра­вить три­умф… — Три­ум­фом назы­вал­ся рели­ги­оз­ный акт, тор­же­ство в честь Юпи­те­ра Капи­то­лий­ско­го, при­уро­чен­ное к воз­вра­ще­нию пол­ко­вод­ца после круп­ной побе­ды над внеш­ним вра­гом. До полу­че­ния согла­сия сена­та на три­умф пол­ко­во­дец нахо­дил­ся в окрест­но­стях Рима (ad Urbem, extra Urbem, вне поме­рия) и дол­жен был полу­чить на день три­ум­фа импе­рий в Горо­де (imperium in Urbe), для чего изда­вал­ся осо­бый кури­ат­ский закон. Шествие откры­ва­ли сена­то­ры и маги­стра­ты; за ними шли тру­ба­чи, нес­ли пред­ме­ты воен­ной добы­чи, изоб­ра­же­ния взя­тых горо­дов, вели белых быков для жерт­во­при­но­ше­ния и наи­бо­лее важ­ных плен­ни­ков в цепях. За ними на три­ум­фаль­ной колес­ни­це, запря­жен­ной чет­вер­кой белых коней, стоя ехал три­ум­фа­тор с лав­ро­вой вет­вью в руке; он изоб­ра­жал Юпи­те­ра и наде­вал его одеж­ду, взя­тую в хра­ме; его лицо было окра­ше­но в крас­ный цвет (как на древ­них изоб­ра­же­ни­ях Юпи­те­ра); государ­ствен­ный раб дер­жал над его голо­вой золо­той венок. Колес­ни­цу сопро­вож­да­ли на лоша­дях сыно­вья три­ум­фа­то­ра; за ними шли лик­то­ры с фас­ца­ми, обви­ты­ми лав­ром. За пол­ко­вод­цем еха­ли вер­хом его воен­ные три­бу­ны и лега­ты. Шествие замы­ка­ли сол­да­ты, рас­пе­вав­шие пес­ни, ино­гда с насмеш­ка­ми над три­ум­фа­то­ром. Про­цес­сия всту­па­ла в Рим через Три­ум­фаль­ные воро­та, про­хо­ди­ла через Боль­шой цирк, Бычий форум и Форум. На Капи­то­лий­ском хол­ме плен­ни­ков уво­ди­ли и обык­но­вен­но каз­ни­ли. В Капи­то­лии три­ум­фа­тор при­но­сил жерт­ву Юпи­те­ру и сла­гал с себя венок. Его имя вно­си­ли в спис­ки три­ум­фа­то­ров (fasti triumphales). Он полу­чал пра­во появ­лять­ся на обще­ствен­ных играх в рас­ши­той тоге (toga triumphalis).

145про­да­вать все чест­ное и бес­чест­ное. — Види­мо, име­ют­ся в виду сто­рон­ни­ки Пом­пея, счи­тав­шие достой­ным три­ум­фа толь­ко его, обле­чен­но­го чрез­вы­чай­ным импе­ри­ем для вой­ны с пира­та­ми (в силу Габи­ни­е­ва зако­на 67 г.) и с Мит­ри­да­том Пон­тий­ским (в силу Мани­ли­е­ва зако­на 66 г.). Таким обра­зом, Мар­ций и Метелл, как под­чи­нен­ные Пом­пею, буд­то бы не име­ли пра­ва на три­умф.

146Квинт Пом­пей Руф был в 61 г. намест­ни­ком про­вин­ции Афри­ки, в 52 г. — пле­бей­ским три­бу­ном, как и Сал­лю­стий.

147Квинт Цеци­лий Метелл Целе­ру пре­тор 63 г., в 62 г. стал намест­ни­ком Цис­аль­пий­ской Гал­лии; кон­сул 60 г.

148Млад­ших маги­стра­тов — пле­бей­ские эди­лы и ноч­ные тресви­ры (tresviri nocturni, capitales); послед­ние нес­ли поли­цей­скую служ­бу, туши­ли пожа­ры и при­во­ди­ли в испол­не­ние смерт­ные при­го­во­ры. См.: Цице­рон. О зако­нах, III, 6.

149дол­гим спо­кой­стви­ем… — С 82 г., после окон­ча­тель­ной побе­ды Сул­лы в граж­дан­ской войне, т. е. око­ло 20 лет.

150Луций Эми­лий Павел был сыном Мар­ка Эми­лия Лепи­да и стар­шим бра­том три­ум­ви­ра 43 г., кон­сул 50 г.

151на осно­ва­нии Плав­ци­е­ва зако­на. — Закон о поли­ти­че­ских вол­не­ни­ях (lex Plautia de vi publica), про­ве­ден­ный в 78 г. три­бу­ном Мар­ком Плав­ци­ем Силь­ва­ном. Ср.: И I, 2, 3; Цице­рон. В защи­ту Целия, 1; 70; Об отве­те гаруспи­ков, 15; К близ­ким, VIII, 8, 1 (222). Воз­мож­но, име­ют­ся в виду судеб­ные про­цес­сы 62—59 гг. В эти годы Цице­рон не высту­пал как обви­ни­тель.

152и издал. — Пер­вая речь про­тив Кати­ли­ны была про­из­не­се­на в сена­те в хра­ме Юпи­те­ра Ста­то­ра 8 нояб­ря 63 г. и изда­на в 60 г. в сбор­ни­ке «кон­суль­ских речей». См.: Цице­рон. К Атти­ку, II, 1, 3 (27).

153не име­ю­щий соб­ствен­но­го дома в Риме. — Он счи­тал­ся инкви­ли­ном (inquilinus), т. е. съем­щи­ком квар­ти­ры. Арпин, роди­на Цице­ро­на, полу­чил пол­ные пра­ва рим­ско­го граж­дан­ства уже в 188 г. Ср.: И I, 1; 4; 7; Цице­рон. К Атти­ку, I, 16, 10 (22); Юве­нал. Сати­ры, VIII, 237 сл.

154поту­шу под раз­ва­ли­на­ми. — См.: Цице­рон. В защи­ту Муре­ны, 51.

155из курии… — Т. е. из сена­та. См. при­меч. 96.

156выехал в лагерь Ман­лия. — В ночь с 8 на 9 нояб­ря. Ср.: Цице­рон. Про­тив Кати­ли­ны, II, 4; Плу­тарх. Цице­рон, 16.

157жесто­кость ростов­щи­ков и пре­то­ра. — По Зако­нам XII Таб­лиц, заи­мо­да­вец был впра­ве лишить несо­сто­я­тель­но­го долж­ни­ка сво­бо­ды, заклю­чить его в око­вы и заста­вить отра­бо­тать долг и даже каз­нить. Несо­сто­я­тель­ный долж­ник ста­но­вил­ся nexus, т. е. взя­тый в каба­лу. Nexum было упразд­не­но в 326 г. зако­ном Пете­лия-Папи­рия, но фак­ти­че­ски про­дол­жа­ло прак­ти­ко­вать­ся. В суде, рас­смат­ри­вав­шем тяж­бы по дол­го­вым обя­за­тель­ствам, пред­се­да­тель­ство­вал город­ской пре­тор (praetor urbanus). См. Ливий, VIII, 28. 0 про­цент­ной став­ке см. при­меч. 191.

158упла­та дол­гов вме­сто сереб­ра медью. — Име­ет­ся в виду закон, про­ве­ден­ный пре­то­ром 86 г. Луци­ем Вале­ри­ем Флак­ком и умень­шив­ший сум­му дол­га до 25 %.

159ухо­дил от пат­ри­ци­ев. — Име­ют­ся в виду сецес­сии. Соглас­но тра­ди­ции, пер­вая сецес­сия, когда плебс уда­лил­ся на Свя­щен­ную гору, про­изо­шла в 494 г. и при­ве­ла к учре­жде­нию пле­бей­ско­го три­бу­на­та; вто­рая (на Авен­тин­ский холм, в 448 г.) повлек­ла за собой паде­ние децем­ви­ров; тре­тья (445 г.) при­ве­ла к изда­нию Кану­ле­е­ва зако­на, раз­ре­шав­ше­го бра­ки меж­ду пат­ри­ци­я­ми и пле­бе­я­ми и открыв­ше­го детям пле­бей­ских мате­рей доступ в пат­ри­ци­ан­ские роды. См.: Цице­рон. О госу­дар­стве, II, 63.

160защи­ту зако­на… — Закон Пете­лия-Папи­рия. См. при­меч. 157.

161неспра­вед­ли­вость пре­то­ра… — Пре­тор часто выно­сил реше­ние в поль­зу ростов­щи­ков.

162боль­шин­ству кон­су­ля­ров… — Кон­су­ляр (vir consularis) — лицо, ранее быв­шее кон­су­лом.

163Мас­си­лия (соврем. Мар­сель) — коло­ния, осно­ван­ная фоки­дя­на­ми око­ло 600 г. Частое место доб­ро­воль­но­го изгна­ния рим­ских граж­дан. Ср.: Цице­рон. В защи­ту Флак­ка, 63.

164Квинт Лута­ций Катул — кон­сул 78 г., цен­зор 65 г., опти­мат, вос­ста­но­вил храм Юпи­те­ра Капи­то­лий­ско­го и полу­чил про­зви­ще «Капи­то­лий­ский». Ср. 49, 1; Цице­рон. Брут, 133; Об обя­зан­но­стях, I, 133.

165Спи­сок с него сле­ду­ет ниже. — То есть при­во­дит­ся точ­ная копия пись­ма. См. при­меч. 101. Ср.: Цице­рон. К близ­ким, VII, 8, 3 (143); VIII, 6, 1 (241); 15, 3 (352).

166нахо­дясь в боль­шой опас­но­сти… — Катул защи­щал Кати­ли­ну в суде, где того обви­ня­ли в любов­ной свя­зи с вестал­кой. Ср. 15, 1.

167сво­е­го ново­го замыс­ла… — В под­лин­ни­ке novum consilium, т. е. consilium novarum rerum, замы­сел, направ­лен­ный на осу­ществ­ле­ние пере­во­ро­та; эвфе­мизм.

168бог вер­но­сти!.. — Бог клят­вы и вер­но­сти, покро­ви­тель госте­при­им­ства. Этот культ отде­лил­ся от куль­та Юпи­те­ра и был отож­деств­лен с умб­ро-сабин­ским куль­том Семо­на Сан­ка, покро­ви­те­ля вер­но­сти, впо­след­ствии слив­шим­ся с куль­том Гер­ку­ле­са. В раз­го­вор­ной речи эта клят­ва про­из­но­си­лась сокра­щен­но. Ср.: Ови­дий. Фасты, VI, 213 сл.

169заслу­жен­но­го мною высо­ко­го поло­же­ния… — Име­ет­ся в виду кон­су­лат. В под­лин­ни­ке — dignitas, высо­кое поли­ти­че­ское поло­же­ние как резуль­тат заслуг перед госу­дар­ством во вре­мя испол­не­ния маги­стра­тур (cursus honorum).

170люди, недо­стой­ные его… — Намек на кон­су­ла 63 г. Цице­ро­на, Луция Лици­ния Муре­ну и Деци­ма Юния Сила­на, избран­ных в кон­су­лы на 62 г. Пер­вые двое были «новы­ми людь­ми», тре­тий — пле­бе­ем. Ср. 26, 5; 31, 7.

171гото­вит­ся поку­ше­ние. — Пись­мо, оче­вид­но, было напи­са­но до отъ­ез­да Кати­ли­ны из Рима.

172у Гая Фла­ми­ния… — Неиз­вест­ное нам лицо. Арре­тин­цы посла­ли в Рим воору­жен­ные силы в помощь Кати­лине. См.: Цице­рон. В защи­ту Муре­ны, 49.

173с фас­ца­ми и дру­ги­ми зна­ка­ми вла­сти… — Зна­ки вла­сти — это куруль­ное крес­ло (sella curulis, дере­вян­ное склад­ное крес­ло, укра­шен­ное золо­том и костью), воен­ный плащ крас­но­го цве­та (paludamentum), сереб­ря­ное изоб­ра­же­ние орла с мол­нией из золо­та в ког­тях — знак леги­о­на; орел Кати­ли­ны буд­то бы был у Гая Мария. Ср.: Цице­рон. Про­тив Кати­ли­ны, I, 24; II, 13. О фас­цах см. при­меч. 94.

174сенат объ­явил Кати­ли­ну и Ман­лия вра­га­ми… — Hoscis, hostis publicus, тер­мин, заме­нив­ший ста­рин­ный тер­мин perduellis, враг госу­дар­ства; тот, с кем оно нахо­дит­ся в состо­я­нии вой­ны и кого мож­но без­на­ка­зан­но убить. Ср.: Цице­рон. В защи­ту Сестия, 59; Про­тив Вати­ния, 25; Филип­пи­ка IV, 1; Об обя­зан­но­стях, I, 37; III, 108; К близ­ким, XII, 10, 1 (909).

175Без­на­ка­зан­но — sine fraude, не неся судеб­ной ответ­ствен­но­сти — древ­няя юри­ди­че­ская фор­му­ла, име­ю­ща­я­ся уже в Зако­нах XII Таб­лиц.

*176*… Цице­ро­ну защи­щать Город. — Тем самым Гай Анто­ний ста­но­вил­ся consul armatus, Цице­рон оста­вал­ся consul togatus. Впо­след­ствии он ста­вил себе в заслу­гу имен­но то, что пода­вил в Риме дви­же­ние Кати­ли­ны, оста­ва­ясь кон­су­лом, обла­чен­ным в тогу. См.: Цице­рон. Про­тив Кати­ли­ны, III, 23; В защи­ту Сул­лы, 23; В сена­те по воз­вра­ще­нии из изгна­ния, 34; К кви­ри­там по воз­вра­ще­нии из изгна­ния, 20; О сво­ем доме, 99; В защи­ту Сестия, 47; Об отве­те гаруспи­ков, 49. Ср.: И II, 2, 7.

177два поста­нов­ле­ния сена­та… — См. 30, 6; 36, 2.

178в сво­ем стрем­ле­нии к пере­ме­нам… — Эвфе­мизм; име­ет­ся в виду государ­ствен­ный пере­во­рот, захват вла­сти.

179слов­но в сточ­ную яму. — В тек­сте — sentina, трюм­ная вода, трюм, сточ­ная яма, нечи­сто­ты. Ср.: Цице­рон. О земель­ном законе, II, 70; Про­тив Кати­ли­ны, I, 12; II, 7; К Атти­ку, I, 19, 14 (25); К близ­ким, IX, 15, 3 (494).

180сол­да­ты ста­ли сена­то­ра­ми… — В 81 г. Сул­ла уве­ли­чил чис­ло сена­то­ров с 300 до 600, вве­дя в сенат не толь­ко рим­ских всад­ни­ков, но и про­стых сол­дат. См.: Аппи­ан. Граж­дан­ские вой­ны, I, 100.

181подач­ка­ми… от госу­дар­ства… — Деше­вая раз­да­ча зер­на рим­ским граж­да­нам, уста­нов­лен­ная в 123 г. зако­ном Гая Грак­ха, упразд­нен­ная Сул­лой в 81 г. и вос­ста­нов­лен­ная в 78 г. зако­ном Эми­лия, в 73 г. зако­ном Терен­ция и Кас­сия.

182Граж­дан­ские пра­ва. — На осно­ва­нии Кор­не­ли­е­ва зако­на о про­скрип­ции (82 г.) иму­ще­ство под­верг­ну­тых про­скрип­ции было кон­фис­ко­ва­но, а их сыно­вья и вну­ки лише­ны пра­ва зани­мать маги­стра­ту­ры (ius honorum). Это поло­же­ние оста­ва­лось в силе до 49 г. (рефор­ма Цеза­ря). Ср.: рМ, 2. См.: Вел­лей Патер­кул, II, 28, 4.

183вос­ста­нов­ле­на власть три­бу­нов… — В 70 г. Сул­ла в 81 г. (lex Cornelia de tribunicia potestate) огра­ни­чил власть пле­бей­ских три­бу­нов: в три­бу­ны мог­ли изби­рать­ся толь­ко пат­ри­ции; три­бу­ны мог­ли пред­ла­гать зако­ны толь­ко с согла­сия сена­та; по окон­ча­нии три­бу­на­та они не допус­ка­лись к маги­стра­ту­рам; пра­во интер­цес­сии было уре­за­но. Эти огра­ни­че­ния были умень­ше­ны в 75 г. зако­ном Авре­лия и пол­но­стью отме­не­ны в 70 г. зако­ном Пом­пея—Лици­ния. См.: Ливий. Эпи­то­ма, 89; Вел­лей Патер­кул, II, 30, 4.

184Моло­дые люди. — Моло­до­стью (adulescentia) в Риме счи­тал­ся воз­раст до 35 лет. Для пле­бей­ско­го три­бу­на­та не было воз­раст­ных огра­ни­че­ний. См. при­меч. 30.

185достиг­нув выс­шей вла­сти… — Здесь — пле­бей­ско­го три­бу­на­та, давав­ше­го пра­во нала­гать запрет на дей­ствия и реше­ния маги­стра­тов (интер­цес­сия).

186сра­жать­ся на море и с Мит­ри­да­том… — На осно­ва­нии Габи­ни­е­ва зако­на 67 г. и Мани­ли­е­ва зако­на 66 г. (вой­на с Мит­ри­да­том). См.: Цице­рон. О Мани­ли­е­вом законе, passim.

187судеб­ны­ми кара­ми… — Сул­ла сво­им зако­ном (lex Cornelia iudiciaria) сосре­до­то­чил всю судеб­ную власть в руках сена­то­ров, отняв ее у рим­ских всад­ни­ков. См. при­меч. 80.

188более силь­ный… — То есть Пом­пей, побе­ди­тель Мит­ри­да­та. Ноби­ли­тет опа­сал­ся его. Пле­бей­ский три­бун 62 г. Квинт Метелл Непот пред­ло­жил ото­звать Пом­пея с Восто­ка для дей­ствий про­тив Кати­ли­ны. Ноби­ли­тет во гла­ве с Като­ном вос­про­ти­вил­ся это­му.

189отец велел задер­жать его в пути и каз­нить. — На осно­ва­нии сво­ей patria potestas: суще­ство­вав­шая в древ­ней­шие вре­ме­на, а в исто­ри­че­ские сохра­нив­ша­я­ся почти лишь фор­маль­но власть гла­вы вет­ви рода (pater familias) над все­ми домо­чад­ца­ми; в древ­ней­шие вре­ме­на она вклю­ча­ла в себя даже пра­во жиз­ни и смер­ти и пра­во про­да­жи в раб­ство («за Тибр»). Она пре­кра­ща­лась в слу­чае утра­ты граж­дан­ских прав ее субъ­ек­том. См.: Вале­рий Мак­сим, V, 8, 5.

190Пуб­лий Умбрен — воль­но­от­пу­щен­ник. См.: Цице­рон. Про­тив Кати­ли­ны, III, 14.

191обре­ме­не­ны дол­га­ми, общи­ны и част­ны­ми… — Общи­ны Гал­лии (как и Гре­ции) дела­ли зай­мы у дру­гих общин и у рим­ских дель­цов и пла­ти­ли послед­ним ростов­щи­че­ские про­цен­ты (в Риме по зако­ну став­ка не мог­ла пре­вы­шать 12 % годо­вых). См.: Цице­рон. К Атти­ку, V, 21, 10 сл. (249); VI, 1, 5 сл. (251).

192вел дела в Гал­лии… — Ср.: Цице­рон. В защи­ту Фон­тея, 11.

193в дом Деци­ма Бру­та… — См. 25, 1, при­меч. 123.

194он при­гла­сил Габи­ния… — См. 17, 4.

195обе­ща­ли ему свою помощь… — То есть под­нять вос­ста­ние в Гал­лии и послать в Ита­лию вспо­мо­га­тель­ные вой­ска.

196вер­ное воз­на­граж­де­ние. — Назна­чен­ная сена­том награ­да за донос о заго­во­ре. См. 30, 6.

197Фор­ту­на госу­дар­ства. — В Риме было несколь­ко хра­мов и алта­рей Фор­ту­ны: на Бычьем фору­ме нахо­дил­ся храм, соглас­но тра­ди­ции, соору­жен­ный царем Сер­ви­ем Тул­ли­ем; три хра­ма были на хол­ме Кви­ри­нал, один из них — посвя­щен­ный Fortuna pubica populi Romani primigenia, на Пала­тине был храм Fortuna privata, на Эскви­лине — храм Fortuna respiciens. См.: Цице­рон. Про­тив Кати­ли­ны, III, 22.

198неиз­мен­но­му патро­ну… — О патро­на­те см. при­меч. 99. Квинт Фабий Сан­га был потом­ком Квин­та Фабия Мак­си­ма, кон­су­ла 121 г., поко­рив­ше­го алло­бро­гов и полу­чив­ше­го про­зви­ще «Алло­брог­ский»; он стал их патро­ном.

199Ближ­няя Гал­лия (Gallia Citerior, Gallia Cisalpina) раз­де­ля­лась р. Падом (совр. По) на Транс­па­дан­скую и Цис­па­дан­скую. В Даль­ней Гал­лии (Gallia Ulterior, Gallia Transalpina) до заво­е­ва­ний Цеза­ря была лишь одна про­вин­ция — Нар­бон­ская Гал­лия (Gallia Narbonensis), кото­рую назы­ва­ли про­сто Про­вин­ци­ей.

200на осно­ва­нии поста­нов­ле­ния сена­та… — См. 36, 2.

201Гай Муре­на — брат Луция Лици­ния Муре­ны, под­за­щит­но­го Цице­ро­на в кон­це нояб­ря 63 г. См.: Цице­рон. В защи­ту Муре­ны, 89.

202в [Фезуль­скую] область… — Текст сомни­те­лен: он про­ти­во­ре­чит содер­жа­нию 32, 2; 43, 2; 44, 1; 48, 4; см.: Цице­рон. Про­тив Кати­ли­ны, III, 8; IV, 4. Пред­по­ла­га­лось, что вос­ста­ние нач­нет­ся, когда Кати­ли­на под­сту­пит к Риму, меж­ду тем от Фезул до Рима было несколь­ко дней пути, и он не смог бы под­дер­жать вос­став­ших.

203Луций Бес­тия. — См. выше, 17, 3.

204про­тив луч­ше­го кон­су­ла… — Здесь явная издев­ка: луч­шим кон­су­лом (consul optimus) Цице­ро­на назвал Брут в сво­ем хва­леб­ном пам­фле­те о Катоне Млад­шем. См.: Цице­рон. К Атти­ку, XII, 21, 1 (562). См. выше, с. 150.

205в сле­ду­ю­щую ночь… — Ско­рее все­го, в празд­ник Сатур­на­лий (17—23 декаб­ря), сопро­вож­дав­ший­ся весе­льем и раз­гу­лом. См.: Цице­рон. Про­тив Кати­ли­ны, III, 10.

206сыно­вья, живу­щие в семье… — Filius familias, сын, на кото­ро­го еще рас­про­стра­ня­ет­ся власть отца, см. при­меч. 189.

207про­рвут­ся к Кати­лине. — Оче­вид­но, пред­по­ла­га­лось, что Кати­ли­на будет нахо­дить­ся в окрест­но­стях Рима.

208напасть на курию. — На сена­то­ров, собрав­ших­ся в Гости­ли­е­вой курии. См. при­меч. 96.

209писем с клят­вен­ны­ми обя­за­тель­ства­ми… — Пись­ма долж­ны были быть напи­са­ны на воще­ных дощеч­ках, кото­рые пере­вя­зы­ва­лись нитью; ее кон­цы скреп­ля­лись имен­ной печа­тью отпра­ви­те­ля. Ср.: Цице­рон. Про­тив Вер­ре­са, (II) IV, 14, 58; Про­тив Кати­ли­ны, III, 10; В защи­ту Флак­ка, 36 сл.

210спи­сок с кото­ро­го при­во­дит­ся ниже. — См. при­меч. 165.

211«даже у людей самых ничтож­ных». — У рабов. — См. ниже, 6; 24, 4.

212ночь отъ­ез­да. — Ночь со 2 на 3 декаб­ря. Аре­сты заго­вор­щи­ков были про­из­ве­де­ны на заре 3 декаб­ря; к кон­цу это­го дня Цице­рон про­из­нес на фору­ме свою тре­тью речь про­тив Кати­ли­ны.

213пре­то­рам… Флак­ку и… Помп­ти­ну… — Флакк был сыном кон­су­ла 86 г. Луция Вале­рия Флак­ка, кото­ро­го его легат Фим­брия убил в 85 г., во вре­мя 2-й вой­ны с Мит­ри­да­том. См.: Цице­рон. В защи­ту Флак­ка, 102. Гай Помп­тин был лега­том Крас­са в 71 г. в войне про­тив Спар­та­ка; в 51 г. легат Цице­ро­на в Кили­кии.

214Муль­ви­ев (Эми­ли­ев, Миль­ви­ев) мост — на Тиб­ре, на Фла­ми­ни­е­вой доро­ге в 3 км к севе­ру от Рима, частич­но сохра­нил­ся в наше вре­мя.

215при­во­дит в сенат… — Пре­то­ра Лен­ту­ла мог аре­сто­вать толь­ко кон­сул, стар­ший маги­страт, в силу чрез­вы­чай­но­го поста­нов­ле­ния сена­та. См. при­меч. 137.

216Храм Согла­сия нахо­дил­ся на фору­ме у подош­вы Капи­то­лий­ско­го хол­ма; соору­жен в 367 г., вос­ста­нов­лен в 121 г. кон­су­лом Луци­ем Опи­ми­ем после гибе­ли Гая Грак­ха; частое место собра­ния сена­та.

217заве­рив его в непри­кос­но­вен­но­сти… — Ср. 30, 6; Цице­рон. Про­тив Кати­ли­ны, III, 8.

218по кни­гам Сивил­лы… — Сивил­лы — про­ро­чи­цы, в состо­я­нии экс­та­за пред­ска­зы­вав­шие судь­бу. Напи­сан­ные гре­че­ски­ми гек­са­мет­ра­ми про­ро­че­ства Сивил­лы из Кум, соглас­но тра­ди­ции, были при­об­ре­те­ны одним из царей Тарк­ви­ни­ев и хра­ни­лись в хра­ме Юпи­те­ра Капи­то­лий­ско­го. Ори­ги­на­лы сго­ре­ли в 83 г.; были состав­ле­ны новые кни­ги. Во вре­ме­на Сул­лы их хра­ни­ла и истол­ко­вы­ва­ла кол­ле­гия в соста­ве 15 чело­век. Новые кни­ги хра­ни­лись в хра­ме Апол­ло­на на Пала­тине.

219Цин­на и Сул­ла ею уже обла­да­ли… — Луций Кор­не­лий Цин­на, кон­сул 87—84 гг., был убит сво­и­ми сол­да­та­ми. Луций Кор­не­лий Сул­ла был дик­та­то­ром в 82—79 гг. Ср.: Цице­рон. Про­тив Кати­ли­ны, III, 9; IV, 12.

220Пожар Капи­то­лия про­изо­шел 6 июля 83 г., в год кон­су­ла­та Луция Кор­не­лия Сци­пи­о­на Ази­ат­ско­го и Гая Нор­ба­на Буль­ба.

221Гаруспи­ки — кол­ле­гия жре­цов, пред­ска­зы­вав­ших буду­щее на осно­ва­нии внеш­не­го вида внут­рен­но­стей жерт­вен­но­го живот­но­го. Гаруспи­ции были заим­ство­ва­ны рим­ля­на­ми у этрус­ков. См.: Цице­рон. Про­тив Кати­ли­ны, III, 19; Об отве­те гаруспи­ков, passim.

222после того как он сло­жит свои пол­но­мо­чия… — Тем самым Лен­тул пре­вра­щал­ся в про­сто­го граж­да­ни­на и ста­но­вил­ся под­су­ден. См.: Цице­рон, Про­тив Кати­ли­ны, III, 15.

223был отдан на пору­ки… — В доме вид­ных граж­дан; так назы­ва­е­мая custodia libera.

224Пуб­лий Кор­не­лий Лен­тул Спин­тер был пре­то­ром в 60 г. и кон­су­лом в 57 г.; спо­соб­ство­вал воз­вра­ще­нию Цице­ро­на из изгна­ния. См.: Цице­рон. Брут, 268; Речь в сена­те по воз­вра­ще­нии из изгна­ния, 8 сл.

225Квинт Кор­ни­фи­ций был пле­бей­ским три­бу­ном в 69 г. и пре­то­ром в 66 г.; «новый чело­век».

226Мар­ку Крас­су… — Из это­го мож­но заклю­чить, что сена­то­ры не вери­ли в суще­ство­ва­ние тай­ных свя­зей меж­ду Цеза­рем и Крас­сом с одной сто­ро­ны и заго­вор­щи­ка­ми — с дру­гой.

227На сле­ду­ю­щий день… — 4 декаб­ря 63 г.

228было доло­же­но сена­ту. — Обсуж­де­ние вопро­са в сена­те про­ис­хо­ди­ло толь­ко после докла­да кон­су­ла (relatio consulis).

229пока­за­ния… оче­вид­но, лож­ны… — Оче­вид­но (videri) — тех­ни­че­ский тер­мин, упо­треб­ляв­ший­ся в сена­те и в суде. Ср.: Цице­рон. Речь по делу Цеци­ны, 73; Про­тив Писо­на, 97.

230Квинт Катул и Гай Писон. — О Кату­ле см. 34, 3. Гай Каль­пур­ний Писон, пре­тор 70 г., кон­сул 67 г., про­кон­сул Транс­па­дан­ской Гал­лии в 66—65 гг., был в 63 г. обви­нен алло­бро­га­ми в лихо­им­стве, но оправ­дан по суду; его защи­щал Цице­рон.

231от моло­день­ко­го Цеза­ря. — Цезарь был моло­же Кату­ла на 20 лет, и ему тогда было 37 или 39 лет. Вер­хов­но­го пон­ти­фи­ка изби­ра­ли три­бут­ные коми­ции.

232погряз в боль­ших дол­гах. — Цезарь как куруль­ный эдил в 65 г. устро­ил вели­ко­леп­ные игры и укра­сил Рим построй­ка­ми. Он про­явил боль­шую щед­рость и когда доби­вал­ся пон­ти­фи­ка­та. См.: Све­то­ний. Боже­ствен­ный Юлий, 10; 13; Плу­тарх. Цезарь, 5.

233Цеза­рю, выхо­див­ше­му из сена­та. — После собра­ния сена­та в хра­ме Согла­сия 5 декаб­ря (см. 51). Ср.: Све­то­ний. Боже­ствен­ный Юлий, 14, 4; Плу­тарх. Цезарь, 8.

234назна­ча­лись награ­ды… — По сви­де­тель­ству Цице­ро­на, они были назна­че­ны 4 декаб­ря. См. 30, 6; Цице­рон. Про­тив Кати­ли­ны, IV, 5.

235вырвать его из-под стра­жи… — Из дома Лен­ту­ла Спин­те­ра; см. 47, 4. Ср.: Цице­рон. Про­тив Кати­ли­ны, IV, 17.

236рас­ста­вив стра­жу… — В ночь с 4 на 5 декаб­ря Цице­рон поста­вил стра­жу на Капи­то­лий­ском хол­ме и на Фору­ме, а рим­ских всад­ни­ков — вокруг Хра­ма Согла­сия и в самом хра­ме. См.: Цице­рон. Про­тив Кати­ли­ны, IV, 14; В сена­те по воз­вра­ще­нии из изгна­ния, 12; 32; В защи­ту Сестия, 29; К Атти­ку, II, 1, 7 (27).

237кто был отдан на пору­ки. — Это про­изо­шло 5 декаб­ря 63 г. («декабрь­ские ноны»). Докла­да (relatio) в «кон­суль­ских речах» Цице­ро­на нет, но это основ­ное содер­жа­ние его чет­вер­той речи про­тив Кати­ли­ны.

238дей­ство­ва­ли во вред госу­дар­ству. — Contra rem publicam fecisse. Тор­же­ствен­ная фор­му­ла объ­яв­ле­ния того или ино­го лица государ­ствен­ным пре­ступ­ни­ком. Неза­дол­го до это­го — 4 декаб­ря.

239был избран­ным кон­су­лом… — О дру­гом избран­ном кон­су­ле, Луции Лици­нии Мурене, Сал­лю­стий не гово­рит. Ср.: Цице­рон. К Атти­ку, XII, 21, 1 (562). Избран­ный кон­сул выска­зы­вал­ся в сена­те пер­вым. Sententiam rogare, спро­сить о пред­ло­же­нии, sententiam dicere, вне­сти моти­ви­ро­ван­ное пред­ло­же­ние — тех­ни­че­ские тер­ми­ны.

240О Луции Кас­сии и Квин­те Аннии см. 17, 3. О Пуб­лии Фурии и Пуб­лии Умбрене см. 40, 1. Ср.: Плу­тарх. Цице­рон. 20, 4.

241при­со­еди­нит­ся к пред­ло­же­нию… — Pedibus ire in sententiam; так назы­ва­е­мая discessio; сена­тор под­хо­дил к тому сена­то­ру, чье пред­ло­же­ние он под­дер­жи­вал. Так посту­па­ли быв­шие млад­шие маги­стра­ты, недав­но допу­щен­ные в сенат (senatores pedarii).

242когда… дошла оче­редь… — Цезарь тогда был избран­ным пре­то­ром и выска­зы­вал­ся после кон­су­ля­ров и до пре­то­ри­ев (быв­шие пре­то­ры).

243от чув­ства нена­ви­сти… жало­сти. — Нача­ло речи Цеза­ря напо­ми­на­ет 1, 1. Ср.: Демо­сфен. О делах в Хер­со­не­се, 1: «Сле­до­ва­ло бы, граж­дане афин­ские, всем вооб­ще ора­то­рам руко­во­дить­ся в сво­их речах не враж­дой или лестью, но выска­зы­вать толь­ко то, что каж­дый счи­та­ет наи­луч­шим, тем более когда вы обсуж­да­е­те вопро­сы, име­ю­щие важ­ное государ­ствен­ное зна­че­ние» (пер. С. И. Радци­га). Ср. так­же: Фуки­ди­ду III, 42, 1.

244при­ня­тых царя­ми и наро­да­ми… — См. при­меч. 26.

245про­тив царя Пер­сея… — Тре­тья Маке­дон­ская вой­на (171—168), закон­чив­ша­я­ся побе­дой кон­су­ла Луция Эми­лия Пав­ла и пле­не­ни­ем Пер­сея. См.: пМ, при­меч. 7.

246отпу­сти­ли родо­с­цев, не пока­рав их. — Во вре­мя вой­ны Рима с царем Антиохом III (192—190) родо­с­цы ока­за­ли помощь Риму и полу­чи­ли после вой­ны Ликию и часть Карии. Во вре­мя тре­тьей Маке­дон­ской вой­ны они отка­за­ли Риму в помо­щи; бла­го­да­ря вме­ша­тель­ству Като­на они постра­да­ли лишь в том отно­ше­нии, что утра­ти­ли толь­ко упо­мя­ну­тые обла­сти. См.: Вел­лей Патер­кул, I, 9, 2; Авл Гел­лий, VI, 3, 35, 15 сл.; Ливий, 37, 56, 5 сл.; 45, 22, 2; 25, 4.

247пока­рать кар­фа­ге­нян. — Намек неясен. Сал­лю­стий при­во­дит суж­де­ния Поли­бия о Сци­пи­оне. См.: Поли­бий, XV, 4, 10.

248бес­при­мер­ное пред­ло­же­ние… — Пра­вом выно­сить смерт­ный при­го­вор рим­ско­му граж­да­ни­ну обла­да­ли толь­ко цен­ту­ри­ат­ские коми­ции. Это было под­твер­жде­но в 123 г. Сем­про­ни­е­вым зако­ном de capite civis Romani. Сенат не обла­дал судеб­ной вла­стью.

249кровь и сле­зы. — Ср.: Цице­рон. Про­тив Кати­ли­ны, IV, 11; «Мне кажет­ся, я вижу, как наш город, све­точ все­го мира и оплот всех наро­дов, вне­зап­но уни­что­жа­ет­ся огром­ным пожа­ром; я вооб­ра­жаю себе лежа­щие в погре­бен­ной отчизне гру­ды жал­ких тел непо­гре­бен­ных граж­дан» (пер. В. О. Горен­штей­на).

250воору­жен­ная стра­жа. — Ср. выше, 50, 3. Фра­за содер­жит иро­ни­че­ский отте­нок.

251ни для радо­сти места нет. — Ср.: Цице­рон. Про­тив Кати­ли­ны, IV, 7; Лукре­ций. О при­ро­де вещей, III, 830 сл.:


Зна­чит, нам смерть — ничто, и ничуть не име­ет зна­че­нья,
Еже­ли смерт­ной долж­на непре­мен­но быть духа при­ро­да
(пер. Ф. А. Пет­ров­ско­го).

252вос­пре­ще­но Пор­ци­е­вым зако­ном? — Извест­но три Пор­ци­е­вых зако­на (198, 195 и 194 гг.) de tergo civium или de provocatione. Один из них при­пи­сы­ва­ют Пор­цию Леке (Пуб­лий Пор­ций Лека, пре­тор 195 г., или Марк Пор­ций Лека, пле­бей­ский три­бун 198 г., см. при­меч. 77). Про­во­ка­ция — апел­ля­ция к цен­ту­ри­ат­ским коми­ци­ям. Ср.: Цице­рон. Про­тив Вер­ре­са. (II) V, 163; О госу­дар­стве, II, 54; Ливий, I, 10, 4; X, 7, 4.

253лиша­ли жиз­ни. — Воз­мож­но, закон о про­во­ка­ции (кон­су­ла 300 г. Мар­ка Вале­рия Кор­ва). После изда­ния Сем­про­ни­е­ва зако­на (123 г.) юрис­дик­ция по уго­лов­ным делам была пере­да­на в посто­ян­ные суды (qaestiones perpetuae), при­чем выс­шей мерой нака­за­ния было изгна­ние, но не смерт­ная казнь. Цезарь под­чер­ки­ва­ет: «даже осуж­ден­ных граж­дан», меж­ду тем кати­ли­на­рии не были осуж­де­ны по суду.

254о пар­ри­ци­дах госу­дар­ства? — См. при­меч. 55.

255для управ­ле­ния их госу­дар­ством. — Тира­ния 30 оли­гар­хов после Пело­пон­нес­ской вой­ны.

256уда­вить Дама­сип­па… — Луций Юний Дама­сипп, город­ской пре­тор 82 г., мари­а­нец, каз­нил ряд сто­рон­ни­ков Сул­лы и сам был каз­нен Сул­лой после бит­вы у Кол­лин­ских ворот Рима.

257награ­дил… сво­их сто­рон­ни­ков. — Ср.: Цице­рон. В защи­ту Сек­ста Рос­ция, 6 сл.

258опи­ра­ю­щем­ся на вой­ско… — Под­ра­зу­ме­ва­ет­ся: и обле­чен­ном чрез­вы­чай­ны­ми пол­но­мо­чи­я­ми. См. при­меч. 137.

259пере­ни­мать чужие уста­нов­ле­ния… — Ср.: Цице­рон. О госу­дар­стве, II, 30; Туску­лан­ские бесе­ды, I, 1 сл.; Поли­бий, VI, 25, 11.

260у сам­ни­тов… — У сам­ни­тов были заим­ство­ва­ны боль­шой четы­рех­уголь­ный щит (scutum) и дро­тик с желез­ным нако­неч­ни­ком (veru, verutum).

261у этрус­ков… — У этрус­ков были заим­ство­ва­ны куруль­ное крес­ло (см. выше, при­меч. 173), тога-пре­тек­ста, т. е. тога с пур­пур­ной кай­мой, лик­то­ры (см. выше при­меч. 94).

262выс­шую кару. — Пор­ка и смерт­ная казнь — рим­ско­го про­ис­хож­де­ния; но так как в Зако­нах XII Таб­лиц усмат­ри­ва­ли гре­че­ское вли­я­ние, то Цезарь отно­сит эту кару к Гре­ции. Ср.: Ливий, III, 31, 8.

263вра­гом… бла­го­по­лу­чия. — Аппи­ан (II, 6) и Плу­тарх (Цице­рон, 21, 6) дают иную вер­сию: содер­жа­ние заго­вор­щи­ков под стра­жей будет вре­мен­ным и по окон­ча­нии вой­ны с Кати­ли­ной их будут судить цен­ту­ри­ат­ские коми­ции. Пред­ла­гаю (censeo) — тех­ни­че­ский тер­мин; ср. 52, 14; 36; Цице­рон. Филип­пи­ки III, VII, IX, X, XIV.

264кто с дру­гим. — После речи Сила­на и до речи Цеза­ря. После речи Цеза­ря Цице­рон про­из­нес свою IV речь про­тив Кати­ли­ны.

265Марк Пор­ций Катон тогда был избран­ным пле­бей­ским три­бу­ном и про­тив­ни­ком Цеза­ря. После пора­же­ния пом­пе­ян­цев под Тап­сом в Афри­ке Катон покон­чил с собой в Ути­ке (и полу­чил про­зви­ще Ути­че­ско­го). См.: Цице­рон. В защи­ту Муре­ны, 62 сл.; Лукан. Фар­са­лия, I, 313.

266вне­сен­ным кое-кем из сена­то­ров. — Под­ра­жа­ние нача­лу III Олинф­ской речи Демо­сфе­на: «Раз­ные мыс­ли при­хо­дят мне, граж­дане афин­ские, тогда, когда я погля­жу на состо­я­ние наших дел, и тогда, когда послу­шаю речи, кото­рые тут гово­рят­ся» (пер. С. И. Радци­га).

267побеж­ден­ным не оста­ет­ся ниче­го. — Реми­нис­цен­ция из речи Ликур­га про­тив Лео­кра­та (2; 126).

268выше инте­ре­сов госу­дар­ства… — Ср. 13, 3.

269по отно­ше­нию к союз­ни­кам… — См.: Ю, 31, 25. Катон защи­щал союз­ни­ков от алч­но­сти откуп­щи­ков. Ср.: Цице­рон. К Атти­ку, I, 18, 7 (24); II, 1, 8 (27); Об обя­зан­но­стях, III, 88.

270к чужим зло­де­я­ни­ям и поро­кам. — Ср.: Цице­рон. В защи­ту Муре­ны, 61; 63.

271мне еще гово­рят о мяг­ко­сти и жало­сти! — Намек на «мило­сер­дие» (clementia) Цеза­ря. Ср. 54, 2.

272име­ну­ет­ся щед­ро­стью… — Име­ет­ся в виду раз­да­ча наро­ду денег, захва­чен­ных как воен­ная добы­ча или изъ­ятых у жите­лей про­вин­ций. Ср.: Цице­рон. Об обя­зан­но­стях, I, 43.

273Пре­крас­но и искус­но постро­ив свою речь… — Ср. 51, 9. Воз­мож­но, наро­чи­тое под­ра­жа­ние сло­вам Цеза­ря.

274местах… вызы­ва­ю­щих страх. — Ср.: Цице­рон. Про­тив Кати­ли­ны, IV, 7; Туску­лан­ские бесе­ды, I, 37.

275защи­та сла­бее. — В муни­ци­пи­ях охра­нять заклю­чен­ных лег­че, чем в Риме, где у них нема­ло кли­ен­тов и сто­рон­ни­ков.

276боять­ся и за себя, и за вас. — Намек на воз­мож­ную при­част­ность Цеза­ря к заго­во­ру Кати­ли­ны. Ср. 49.

277из мало­го вели­ким. — Эти сло­ва направ­ле­ны про­тив слов Цеза­ря (51, 37 сл.).

278в част­ном быту — рос­кошь… — Ср. 9, 2 и при­меч. 38.

279Здесь — то есть в сена­те.

280все, что име­ну­ет­ся рим­ским… — Воз­мож­но, намек на наше­ствие Брен­на (око­ло 390 г.); све­жи были и вос­по­ми­на­ния о наше­ствии ким­вров и тев­то­нов (конец II в.), кото­рым рим­ляне при­пи­сы­ва­ли галль­ское про­ис­хож­де­ние. Ср.: Цице­рон. Об обя­зан­но­стях, I, 38.

281пре­ступ­ле­ние ведь совер­ши­ли юнцы… — Иро­ния; это не мог­ло отно­сить­ся к Лен­ту­лу Суре, быв­ше­му пре­то­ром уже в 75 г.

282всту­пил в бой с вра­гом. — Сал­лю­стий допус­ка­ет ошиб­ку: в 340 г. во вре­мя вой­ны с лати­ня­на­ми Тит (не Авл) Ман­лий Торк­ват осу­дил на смерть сво­е­го сына за нераз­ре­шен­ный поеди­нок с вра­гом. Сам он полу­чил про­зви­ще «Торк­ват» во вре­мя галль­ской вой­ны 361 г., после того как снял с повер­жен­но­го вое­на­чаль­ни­ка вра­гов витое оже­ре­лье (torques). См.: Цице­рон. Об обя­зан­но­стях, III, 112.

283во вто­рой раз пошел вой­ной про­тив оте­че­ства. — Цетег участ­во­вал уже в так назы­ва­е­мом пер­вом заго­во­ре Кати­ли­ны или же его в этом подо­зре­ва­ли. Ср. 18 сл.

284«каз­нить по обы­чаю пред­ков». — Без про­во­ка­ции к цен­ту­ри­ат­ским коми­ци­ям и без заме­ны смерт­ной каз­ни изгна­ни­ем. В тек­сте — manifesti rerum capitalium, т. е. схва­чен­ные на месте государ­ствен­но­го пре­ступ­ле­ния. Катон при­рав­ни­ва­ет при­зна­ние заго­вор­щи­ка­ми сво­их пре­ступ­ных наме­ре­ний к фак­ту быть схва­чен­ным с полич­ным. Зако­нам, упо­мя­ну­тым Цеза­рем (51, 21 сл.), Катон про­ти­во­по­став­ля­ет обы­чай пред­ков (mos maiorum).

285пре­воз­но­сить… его муже­ство. — После засе­да­ния сена­та мно­гие сена­то­ры про­во­ди­ли Като­на до дому в знак сво­е­го ува­же­ния к нему. См.: Вел­лей Патер­кул, II, 35, 4.

286обзы­ва­ли друг дру­га тру­са­ми. — То есть сто­рон­ни­ки Като­на и сто­рон­ни­ки Цеза­ря.

287с боль­ши­ми леги­о­на­ми вра­гов… — Сал­лю­стий при­ме­ня­ет рим­ский тер­мин «леги­он» к вой­скам вар­ва­ров. Ср.: Ю, 49, 2; 79, 4.

288крас­но­ре­чи­ем рим­ляне усту­па­ли гре­кам… — Тако­го мне­ния при­дер­жи­вал­ся так­же Вер­ги­лий (Эне­ида, VI, 847 сл.). Цице­рон (Туску­лан­ские бесе­ды, I, 5) и Квин­ти­ли­ан (Обу­че­ние ора­то­ра, X, 1, 105) счи­та­ли, что рим­ское крас­но­ре­чие не усту­па­ет гре­че­ско­му.

289воен­ной сла­вой — гал­лам. — Гал­лов неод­но­крат­но побеж­дал Цезарь.

290чело­ве­ка вели­кой доб­ле­сти. — Воз­мож­но, намек на про­зви­ще Гнея Пом­пея «Вели­кий» (Magnus), пере­шед­шее к его сыно­вьям.

291были почти рав­ны… — Катон родил­ся в 95 г., Цезарь — в 102 г. Но Пор­ци­ев род был пле­бей­ским, Юли­ев — пат­ри­ци­ан­ским и счи­тал сво­им родо­на­чаль­ни­ком Юла-Аска­ния, сына Энея.

292мяг­ко­сер­де­чи­ем и мило­сер­ди­ем… — Ср.: Цице­рон. По пово­ду воз­вра­ще­ния Мар­цел­ла, 1; В защи­ту Лига­рия, 37. Све­то­ний. Боже­ствен­ный Юлий, 75, 1; Плу­тарх. Цезарь, 34.

293помо­гая… — Име­ет­ся в виду защи­та в суде, воз­мож­но, помощь, ока­зан­ная Цеза­рем Сал­лю­стию, когда тому гро­зил суд после его намест­ни­че­ства в про­вин­ции Новая Афри­ка.

294новой вой­ны… — Вой­ны, к кото­рой еще не име­ли отно­ше­ния дру­гие пол­ко­вод­цы, так что заслу­ги Цеза­ря были бы неоспо­ри­мы.

295Быть чест­ным… пред­по­чи­тал он. — Ср.: Эсхил. Семе­ро про­тив Фив, 592; Цице­рон. Об обя­зан­но­стях, I, 65.

296тем боль­ше сле­до­ва­ла она за ним. — Ср.: Пли­ний Млад­ший. Пись­ма, I, 8, 14: «Сла­ва долж­на прий­ти сама собой, ее нече­го искать, а если она по какой-то слу­чай­но­сти и не при­дет, то посту­пок, не заслу­жив­ший сла­вы, не ста­но­вит­ся от это­го менее пре­крас­ным» (пер. М. Е. Сер­ге­ен­ко).

297одоб­рил… — О голо­со­ва­нии в сена­те путем дис­цес­сии см. при­меч. 241.

298при­ка­зы­ва­ет тресви­рам… — См. при­меч. 148.

299под­зе­ме­лье, назы­ва­е­мое Тул­ли­е­вым… — Соглас­но тра­ди­ции (Ливий, I, 33, 8), царь Анк Мар­ций постро­ил на восточ­ном склоне Капи­то­лий­ско­го хол­ма тюрь­му, назван­ную Мамер­тин­ской. Под ней нахо­ди­лась под­зем­ная каме­ра, буд­то бы постро­ен­ная царем Сер­ви­ем Тул­ли­ем; см.: Вар­рон. О латин­ском язы­ке, V, 151; назва­ние может про­ис­хо­дить и от ста­ро латин­ско­го tullus или tullius, род­ник; это мог­ло быть водо­хра­ни­ли­ще. Если… под­нять­ся… — Оче­вид­но, внут­ри тюрь­мы, чтобы достиг­нуть отвер­стия в сво­де, через кото­рое в под­зе­ме­лье спус­ка­ли заклю­чен­ных. Здесь от голо­да умер в 105 г. Югур­та; после три­ум­фа Цеза­ря там был каз­нен Вер­цин­ге­то­риг.

300таким же обра­зом. — Ср.: Плу­тарх. Цице­рон, 22, 2; Аппи­ан. Граж­дан­ские вой­ны, II, 6; 7.

301два леги­о­на… — Во вре­мя вой­ны кон­су­лу пола­га­лось коман­до­вать дву­мя леги­о­на­ми по 6 тысяч чело­век, меж­ду тем у Кати­ли­ны было все­го 2 тыся­чи чело­век, и его леги­он состо­ял из тыся­чи вои­нов, кото­рых он раз­де­лил на десять когорт по 100 чело­век (вме­сто 600).

302с делом бег­лых рабов. — Ср. 44, 5.

303в область Писто­рии… в Транс­аль­пий­скую Гал­лию. — Воз­мож­но, для соеди­не­ния с алло­бро­га­ми, об измене кото­рых Кати­ли­на мог и не знать. Писто­рия — мест­ность и город в Этру­рии.

304для быст­ро­го пере­хо­да в Гал­лию. — Квинт Метелл Целер нахо­дил­ся у подош­вы север­но­го скло­на Апен­нин­ских гор.

305сра­зить­ся с Анто­ни­ем. — Вой­ска Гая Анто­ния были бли­же, Кати­ли­на нахо­дил­ся еще на тос­кан­ском склоне Апен­нин­ских гор.

306храб­рым из трус­ли­во­го. — Ср.: Ксе­но­фонт. Вос­пи­та­ние Кира, III, 3, 50; Фуки­дид, V, 69, 2.

307Два вра­же­ских вой­ска… — Вой­ско Гая Анто­ния и вой­ско Целе­ра.

308не защи­тят того… — Так как сенат объ­явил сто­рон­ни­ков Кати­ли­ны вра­га­ми (hostes), т. е. поста­вил вне зако­на.

309за сво­бо­ду, за жизнь… — Реми­нис­цен­ция из Ксе­но­фон­та (III, 3, 43), как и ниже, 16 сл.

310вла­чить жизнь в изгна­нии. — Име­ют­ся в виду потом­ки жертв сул­лан­ских про­скрип­ций.

311под­лин­ное безу­мие. — Ср.: Ю, 107, 1; Ксе­но­фонт, III, 3, 45.

312спе­шив всех… — Уда­лив лоша­дей цен­ту­ри­о­нов и свою. Ср. Цезарь. Запис­ки о граж­дан­ской войне, I, 25, 1.

313и коло­на­ми… — Име­ют­ся в виду вете­ра­ны из сул­лан­ских коло­ний. Дру­гое чте­ние: cum calonibus, с вой­ско­вы­ми рабо­чи­ми, погон­щи­ка­ми.

314встал рядом с орлом… — См. при­меч. 173.

315стра­дав­ший болез­нью ног… — Ско­рее все­го, это был толь­ко пред­лог. Ср. 21, 3; 26, 1; 4; Дион Кас­сий, 37, 39, 4.

316Марк Пет­рей — легат Пом­пея с 54 г. В 49 г. сра­жал­ся про­тив Цеза­ря под Илер­дой в Испа­нии. После пора­же­ния пом­пе­ян­цев под Тап­сом покон­чил с собой.

317вви­ду угро­жа­ю­ще­го поло­же­ния… — Tumultus, поло­же­ние чрез­вы­чай­ной опас­но­сти для госу­дар­ства: граж­дан пого­лов­но при­зы­ва­ли к ору­жию, слу­ша­ние дел в суде при­оста­нав­ли­ва­лось (iustitium); вой­ну начи­на­ли без пред­ва­ри­тель­ных дей­ствий феци­а­лов. См.: Цице­рон. Про­тив Кати­ли­ны, III, 4; Филип­пи­ки, V, 31; VIII, 3.

318легат, пре­тор… — Рим­ская воен­ная иерар­хия: три­бу­ны воен­ные (шесте­ро) коман­до­ва­ли леги­о­ном по оче­ре­ди; легат — заме­сти­тель коман­ду­ю­ще­го вой­ском; пре­тор — ста­рин­ное назва­ние глав­но­ко­ман­ду­ю­ще­го. См. при­меч. 29.

319лег­ко­во­ору­жен­ные смог­ли завя­зать сра­же­ние… — Луч­ни­ки и пращ­ни­ки.

320Пре­тор­ская когор­та — отряд лич­ной охра­ны пол­ко­вод­ца. Она состав­ля­лась из отбор­ных сол­дат; кро­ме того, в нее вхо­ди­ли его «спут­ни­ки» (comites, contubernales, amici) — моло­дые люди, желав­шие сде­лать воен­ную карье­ру, а так­же пис­цы, гаруспи­ки, вра­чи, воль­но­от­пу­щен­ни­ки. См. при­меч. 29.

321погра­бить… — Сол­да­ты побе­див­шей сто­ро­ны соби­ра­ли ору­жие побеж­ден­ных; ору­жие пав­ше­го пол­ко­вод­ца доста­ва­лось пол­ко­вод­цу-побе­ди­те­лю (spolia opima, см. при­меч. 108). Сра­же­ние под Писто­ри­ей про­изо­шло в нача­ле янва­ря 62 г.

ИСТОРИЯ ДРЕВНЕГО РИМА
1364002908 1364002909 1364002917 1365536645 1365810129 1365840001

Вы можете отметить интересные вам фрагменты текста, которые будут доступны по уникальной ссылке в адресной строке браузера.