Античные писатели

ВЕРГИЛИЙ, Пуб­лий Марон; Pub­lius Ver­gi­lius Ma­ro, 70—19 гг. до н. э., рим­ский поэт. Родил­ся в деревне Андес близ Ман­туи в Южной Ита­лии, где его отец имел неболь­шой уча­сток. Учил­ся в Кре­моне, Медио­лане (Милане) и Риме. В 41 г. до н. э. семей­ное иму­ще­ство Вер­ги­лия под­верг­лось кон­фис­ка­ции (в поль­зу новых вете­ра­нов). Быть может, бла­го­да­ря вме­ша­тель­ству вли­я­тель­ных дру­зей (Ази­ния Пол­ли­о­на, Гал­ла) Вер­ги­лий и полу­чил какое-то пожа­ло­ва­ние, но он все­гда тос­ко­вал по краю сво­его дет­ства. По-види­мо­му, Ази­ний Пол­ли­он ввел его в дома Авгу­ста и Меце­на­та. В свою оче­редь, Вер­ги­лий уже вес­ной 38 г. до н. э. пред­ста­вил Меце­на­ту Гора­ция, с кото­рым его до самой смер­ти свя­зы­ва­ла живая друж­ба. Про­из­веде­ния, неза­слу­жен­но при­пи­сы­ва­е­мые моло­до­му Вер­ги­лию, сохра­ни­лись в сбор­ни­ке Ap­pen­dix Ver­gi­lia­na. В 42—39 гг. до н. э. Вер­ги­лий напи­сал 10 Буко­лик, кото­рые так­же назы­ва­ют Экло­га­ми (от греч. сло­ва ek­lo­ge — про­из­веде­ние, поэ­ма), кото­рые сра­зу при­нес­ли ему сла­ву. В Буко­ли­ках Вер­ги­лий взял за обра­зец идил­лии Фео­кри­та, пере­не­ся этот жанр на рим­скую поч­ву. Одна­ко он не пере­во­дил дослов­но, несво­бод­но выби­рал эле­мен­ты про­из­веде­ний Фео­кри­та и объ­еди­нял их в новое целое. Местом дей­ст­вия Буко­лик явля­ют­ся ска­зоч­ная, услов­ная стра­на Арка­дия и ита­лий­ская роди­на Вер­ги­лия. В идил­ли­че­ских сце­нах мы нахо­дим любов­ные жало­бы несчаст­но­го Корридо­на на юно­шу, кото­рый пре­не­бре­га­ет дара­ми и любо­вью кре­стья­ни­на (2), пев­че­ские состя­за­ния двух пас­ту­хов (3, 7); повесть о тра­ги­че­ской смер­ти Даф­ни­са и его апо­фе­оз (5). Эти основ­ные сюжет­ные линии автор пере­ме­жа­ет аллю­зи­я­ми на соб­ст­вен­ные пере­жи­ва­ния и совре­мен­ные собы­тия в Ита­лии. Пас­ту­хи гово­рят на язы­ке про­све­щен­ных клас­сов. Идил­лия Вер­ги­лия не реа­ли­стич­на, но носит при­двор­ный, алле­го­ри­че­ский, а порой и фило­соф­ский харак­тер. Экло­ги 4 и 8 посвя­ще­ны Ази­нию Пол­ли­о­ну, экло­га 6 — Аль­фи­ну Вару, кото­рый в труд­ные дни при­шел на помощь Вер­ги­лию. В экло­ге 4, обра­ща­ясь к про­ро­че­ствам Сивил­лы, Вер­ги­лий пред­ска­зы­ва­ет нача­ло новых вре­мен, воз­вра­ще­ние Золо­то­го Века Сатур­на. Изме­не­ние мира свя­за­но с рож­де­ни­ем ребен­ка, кото­ро­го напрас­но ста­ра­лись каким-то обра­зом опре­де­лить еще в древ­но­сти и в новое вре­мя. Выдви­га­лась гипо­те­за, что это дитя — лишь сим­вол нарож­даю­ще­го­ся ново­го миро­по­ряд­ка. Неко­то­рые хри­сти­ан­ские писа­те­ли отнес­ли содер­жа­ние экло­ги к рож­де­нию Хри­ста, бла­го­да­ря чему Вер­ги­лий в сред­ние века был при­знан про­ро­ком. В нау­ке ново­го вре­ме­ни экло­га 4 име­ла мно­же­ство раз­лич­ных интер­пре­та­ций. Экло­га 10 посвя­ще­на поэту Гал­лу, скорбь кото­ро­го после утра­ты воз­люб­лен­ной Дико­ры пыта­ют­ся смяг­чить сами бога: Апол­лон, Пан и вся при­ро­да. Соеди­няя гре­че­ские и латин­ские эле­мен­ты, иде­аль­ную Арка­дию с совре­мен­ной исто­ри­ей, Вер­ги­лий создал нечто совер­шен­но новое. Он уже не был толь­ко под­ра­жа­те­лем алек­сан­дрий­ских поэтов, а стал ори­ги­наль­ным рим­ским поэтом. В экло­гах Вер­ги­лий мастер­ски исполь­зу­ет раз­лич­ные фор­мы изло­же­ния (моно­лог, диа­лог, пев­че­ский агон), а его гекза­метр чрез­вы­чай­но мело­ди­чен. В 29 г. до н. э. Вер­ги­лий закон­чил поэ­му Геор­ги­ки (Geor­gi­ca) в 4 кни­гах, посвя­щен­ную Меце­на­ту, кото­рый, веро­ят­но, скло­нил поэта напи­сать это про­из­веде­ние, подав ему мысль, отве­чав­шую теку­щей поли­ти­ке Авгу­ста, кото­рый стре­мил­ся воз­ро­дить раз­ру­шен­ное вой­ной сель­ское хозяй­ство. Поэ­ма долж­на была про­буж­дать любовь к зем­ле и пока­зать пре­иму­ще­ства труда зем­ледель­ца. Вер­ги­лий сно­ва обра­тил­ся к гре­че­ским лите­ра­тур­ным образ­цам (Геси­од, Эмпе­докл, Арат, Никандр из Коло­фо­на), но за ним сто­я­ли пред­ста­ви­те­ли рим­ской спе­ци­аль­ной лите­ра­ту­ры (Катон Стар­ший, Варрон Реа­тин­ский). Геор­ги­ки опи­сы­ва­ют сель­ские работы, сохра­няя тра­ди­ци­он­ное их разде­ле­ние: зем­ле­па­ше­ство, садо­вод­ство и ого­род­ни­че­ство, раз­веде­ние живот­ных, борт­ни­че­ство. Этим содер­жа­ни­ем после­до­ва­тель­но запол­не­ны 4 кни­ги поэ­мы, рас­ска­зы­ваю­щей о жиз­ни и труде ита­лий­ско­го кре­стья­ни­на, кото­рый, сра­жа­ясь с враж­деб­ны­ми сила­ми при­ро­ды, полу­ча­ет соб­ст­вен­ную силу, обес­пе­чи­вая рим­ско­му наро­ду мощь и бла­го­ден­ст­вие. Чтобы пока­зать тес­ную связь меж­ду при­ро­дой и чело­ве­че­ской жиз­нью с ее стрем­ле­ни­я­ми, Вер­ги­лий обра­тил­ся к фило­соф­ской поэ­ме Лукре­ция. Поэт пыта­ет­ся убедить совре­мен­ни­ков, что каж­дый чело­век (не толь­ко кре­стья­нин) дол­жен работать и раз­ви­вать свои твор­че­ские спо­соб­но­сти, дол­жен пости­гать боже­ст­вен­ные зако­ны, управ­ля­ю­щие миром, и вопло­щать их в себе. Толь­ко сель­ская жизнь носит надвре­мен­ной харак­тер и сохра­ня­ет доб­ро­де­те­ли Золо­то­го Века, от кото­рых мир так дале­ко ото­шел. Поэто­му, чтобы оздо­ро­вить Рим, нуж­но при­влечь вни­ма­ние рим­лян к тру­ду зем­ледель­ца. Эти идеи хоро­шо согла­со­вы­ва­лись с про­грам­мой Авгу­ста, желав­ше­го воз­ро­дить древ­ние доб­ро­де­те­ли и обы­чаи. В Геор­ги­ках заслу­жи­ва­ют вни­ма­ния мно­го­чис­лен­ные, часто дале­ко откло­ня­ю­щи­е­ся от основ­ной темы отступ­ле­ния, кото­рые раз­но­об­ра­зят и умно­жа­ют поэ­ти­че­ские досто­ин­ства поэ­мы: Юпи­тер, кото­рый изо­брел труд, пре­крас­ное опи­са­ние бури, вос­по­ми­на­ния о гроз­ных и необыч­ных небес­ных явле­ни­ях, пред­ве­щав­ших смерть Цеза­ря, похва­ла Ита­лии, чару­ю­щее опи­са­ние вес­ны, вос­хва­ле­ние сча­стья зем­ледель­ца, опи­са­ние бегов и боя быков, похва­ла садо­вод­ству. Геор­ги­ки — поэ­ма, сла­вя­щая труд ита­лий­ско­го кре­стья­ни­на, с точ­ки зре­ния сти­хо­сло­же­ния, язы­ка и ком­по­зи­ции явля­ет­ся самым совер­шен­ным про­из­веде­ни­ем Вер­ги­лия. Послед­ние 10 лет сво­ей жиз­ни (29—19 гг. до н. э.) он посвя­тил рабо­те над Эне­идой (Eneis), кото­рую заду­мал еще мно­го лет назад. Эне­ида пред­став­ля­ет собой геро­и­че­ский эпос в 12 кни­гах, вос­пе­ваю­щий стран­ст­вия бежав­ше­го после раз­ру­ше­ния Трои Энея, кото­рые закон­чи­лись его при­бы­ти­ем в Лаций, а затем борь­бу, кото­рую тот дол­жен был вести с Тур­ном, царем руту­лов, чтобы спо­кой­но осесть в Лаций после свадь­бы с доче­рью царя лати­нян Лави­ни­ей. Одна­ко Вер­ги­лий не огра­ни­чил­ся изло­же­ни­ем исто­рии Энея, ибо целью поэ­мы было про­слав­ле­ние Рима, а так­же рода Юли­ев, к кото­ро­му при­над­ле­жал Август. Вер­ги­лий дал рим­ля­нам бле­стя­щую гене­а­ло­гию, воз­во­дя их про­ис­хож­де­ние к тро­ян­цам (эта леген­да воз­ни­ка­ет впер­вые в гре­че­ской лите­ра­ту­ре в Алек­сан­дре Ликофро­на), а осно­ва­те­лем рода Юли­ев он сде­лал Юла-Аска­ния, сына Энея и вну­ка боги­ни Вене­ры. Свя­зы­вая леген­ду с исто­ри­ей, про­шлое с насто­я­щим, поэт вво­дит в повест­во­ва­ние отступ­ле­ния, в кото­рых про­яв­ля­ет­ся глав­ная мысль поэ­мы: в кн. I Юпи­тер опи­сы­ва­ет Вене­ре, мате­ри Энея, вели­кое буду­щее Рима, а в кн. VI отец Анхиз пока­зы­ва­ет Энею в Гаде­се души вели­ких рим­лян и ука­зы­ва­ет Риму его путь. В кн. VIII Эвандр опи­сы­ва­ет зем­лю, на кото­рой в буду­щем дол­жен сто­ять Рим, а Вул­кан изо­бра­жа­ет на щите Энея важ­ней­шие собы­тия рим­ской исто­рии. Ком­по­зи­ция про­из­веде­ния ори­ен­ти­ро­ва­на на Или­а­ду и Одис­сею Гоме­ра, при­чем кн. I—VI соот­вет­ст­ву­ют ски­та­ни­ям Одис­сея (путе­ше­ст­вие Энея), кн. VII—XII — сра­же­ни­ям Или­а­ды (вой­на в Лации). В кн. IV (любовь Дидо­ны и Энея) про­сле­жи­ва­ет­ся вли­я­ние Апол­ло­ния Родосс­ско­го. Мно­гим Вер­ги­лий обя­зан гре­че­ской тра­гедии. Цар­ство мерт­вых в кн. VI уже было опи­са­но у Пла­то­на. Чисто гоме­ров­ски­ми явля­ют­ся неко­то­рые эле­мен­ты сти­ля (эпи­те­ты, срав­не­ния, обра­зы) и ком­по­зи­ци­он­ные связ­ки (после­до­ва­тель­ность эпи­зо­дов, опи­са­ние минув­ших собы­тий жиз­ни героя через его вос­по­ми­на­ния, общие чер­ты неко­то­рых пер­со­на­жей: Дидо­на — Калип­со). Дей­ст­вие Эне­иды, начав­шись с бег­ства Энея из Трои, в даль­ней­шем раз­ви­ва­ет­ся в соот­вет­ст­вии с замыс­лом, пред­став­ляя некую пра-исто­рию Ита­лии и Рима. Глав­ная нить поэ­мы неуклон­но ведет от Энея к Авгу­сту, а цель, обо­зна­чен­ная в кн. I, дости­га­ет­ся после дол­гой борь­бы через пре­одо­ле­ние неве­ро­ят­ных труд­но­стей. Зна­ние цели, сле­до­ва­ние вели­ко­му пред­на­зна­че­нию и спо­соб­ность при­но­сить жерт­вы харак­те­ри­зу­ют иде­аль­но­го героя. Эней, испы­ты­ва­е­мый судь­бой, пре­одо­лел все. В той войне, что он вел, и в конеч­ной победе долж­но было отра­зить­ся исто­ри­че­ское дея­ние Авгу­ста, уста­нов­ле­ние ново­го прав­ле­ния и дол­го­го мира. Эта мысль и целост­ная кон­цеп­ция сде­ла­ли Эне­иду вели­ким рим­ским нацио­наль­ным эпо­сом. Язык Эне­иды ори­ен­ти­ро­ван на воз­вы­шен­ный язык древ­них эпи­ков, но не обла­да­ет арха­и­че­ской суро­во­стью. Вер­ги­лий, объ­еди­няя тра­ди­ци­он­но эпи­че­ские эле­мен­ты с новы­ми дости­же­ни­я­ми нео­те­ри­ков в обла­сти тех­ни­ки сти­ха, довел гекза­метр до совер­шен­ства. Поэт умер, оста­вив Эне­иду неокон­чен­ной. Она была изда­на посмерт­но, вопре­ки жела­нию поэта, по при­ка­за­нию импе­ра­то­ра Авгу­ста. Позд­ней­шие эпи­ки (Силий Ита­лик, Ста­ций) оста­ва­лись под вли­я­ни­ем Вер­ги­лия, про­из­веде­ния кото­ро­го очень быст­ро ста­ли частью школь­но­го чте­ния. В сред­ние века Вер­ги­лия счи­та­ли вели­чай­шим поэтом, а так­же чаро­де­ем и магом. Дан­те в Боже­ст­вен­ной комедии избрал его про­вод­ни­ком по Аду и Чисти­ли­щу.

См. также:
ВЕРГИЛИЙ (Словарь античности)
Антич­ные писа­те­ли. Сло­варь. — СПб.: Изда­тель­ство «Лань», 1999.
См. по теме: ДОССЕНН • ДРЕПАНИЙ • КИНЕФ • ЭМПЕДОКЛ, ЕМПЕДОКЛ •
ИЛЛЮСТРАЦИИ
(если картинка не соотв. статье, пожалуйста, выделите ее название и нажмите Ctrl+Enter)
1. МОЗАИКА. Северная Африка.
Вергилий, держащий свиток с текстом «Энеиды», сидит в присутствии Клио и Мельпомены — муз истории и трагедии.
Мозаика.
III в.
Тунис, Национальный музей Бардо.
2. МОЗАИКА. Рим.
Вергилий. Мозаика Монна.
IV в. н. э.
Трир (Августа Треверорум), Рейнский земельный музей.
3. СКУЛЬПТУРА. Рим.
Герма Вергилия.
Мрамор.
Рим, Капитолийские музеи, Новый дворец, Галерея.
4. СКУЛЬПТУРА. Рим.
Вергилий?
Мрамор.
Конец I в. до н. э. — нач. II в. н. э.
Рим, Ватиканские музеи, Григорианский светский музей.
5. СКУЛЬПТУРА. Рим.
Вергилий?
Мрамор.
Конец I в. до н. э. — нач. II в. н. э.
Рим, Ватиканские музеи, Григорианский светский музей.
6. СКУЛЬПТУРА. Рим.
Вергилий?
Мрамор.
Конец I в. до н. э. — нач. II в. н. э.
Рим, Ватиканские музеи, Григорианский светский музей.
7. СКУЛЬПТУРА. Рим.
Вергилий?
Мрамор.
Конец I в. до н. э.
Рим, Ватиканские музеи, Григорианский светский музей.
8. ЖИВОПИСЬ, ГРАФИКА.
Вергилий читает «Энеиду» Октавии и Августу.
Анжелика Кауфман (1741—1807).
Холст, масло. 123 × 159 см.
Слева внизу подпись и дата: Angelica Kauffmann pinx. Rome 1788
Санкт-Петербург, Государственный Эрмитаж.
9. СКУЛЬПТУРА. Рим.
Герма поэта (Вергилий?).
Пентелийский мрамор. 10—20 гг. н. э.
Рим, Капитолийские музеи, Электростанция Монтемартини, I. 63.
10. СКУЛЬПТУРА. Рим.
Герма поэта (Вергилий?).
Пентелийский мрамор. 10—20 гг. н. э.
Рим, Капитолийские музеи, Электростанция Монтемартини, I. 63.
ИСТОРИЯ ДРЕВНЕГО РИМА