Илиада.

Песнь третья.

Клятвы. Смотр со стены.
Единоборство Александра и Менелая.

Гомер. Илиада. Л., «Наука», 1990.
Перевод Н. И. Гнедича.
Издание подготовил А. И. Зайцев.
С вариантами правки текста перевода, внесенными Гнедичем в его экземпляр издания 1829 г. (ГПБ, 197, Гнедич, 25, 26), вынесенными нами в данной электронной публикации на правое поле с пометкой Ѣ.
Греческий текст: Homer. Homeri Opera in five volumes. Oxford, Oxford University Press. 1920.
Сканы тойбнеровского издания 1901 г.
СКРЫТЬ ГРЕЧЕСКИЙ ТЕКСТ

СЛОВАРЬ
УСТ. СЛОВ

Так лишь на бит­ву постро­и­лись оба наро­да с вождя­ми,
Трои сыны устрем­ля­ют­ся, с гово­ром, с кри­ком, как пти­цы:
Крик таков журав­лей разда­ет­ся под небом высо­ким,
Если, избег­нув и зим­них бурь и дождей бес­ко­неч­ных,
αὐτὰρ ἐπεὶ κόσμηθεν ἅμ᾽ ἡγεμόνεσσιν ἕκαστοι,
Τρῶες μὲν κλαγγῇ τ᾽ ἐνοπῇ τ᾽ ἴσαν ὄρνιθες ὣς
ἠΰτε περ κλαγγὴ γεράνων πέλει οὐρανόθι πρό:
αἵ τ᾽ ἐπεὶ οὖν χειμῶνα φύγον καὶ ἀθέσφατον ὄμβρον
5 С кри­ком ста­да­ми летят через быст­рый поток Оке­а­на,
Бра­нью гро­зя и убий­ст­вом мужам мало­рос­лым, пиг­ме­ям,
С яро­стью страш­ной на коих с воздуш­ных высот напа­да­ют.
Но под­хо­ди­ли в без­мол­вии, боем дыша, арги­вяне,
Духом еди­ным пылая — сто­ять одно­му за дру­го­го.



Ѣ
κλαγγῇ ταί γε πέτονται ἐπ᾽ ὠκεανοῖο ῥοάων
ἀνδράσι Πυγμαίοισι φόνον καὶ κῆρα φέρουσαι:
ἠέριαι δ᾽ ἄρα ταί γε κακὴν ἔριδα προφέρονται.
οἳ δ᾽ ἄρ᾽ ἴσαν σιγῇ μένεα πνείοντες Ἀχαιοὶ
ἐν θυμῷ μεμαῶτες ἀλεξέμεν ἀλλήλοισιν.
10 Слов­но туман над вер­ши­на­ми гор­ны­ми Нот раз­ли­ва­ет,
Пас­ты­рям стад неже­лан­ный, но вору спо­соб­ней­ший ночи:
Вид­но сквозь оный не даль­ше, как пада­ет бро­шен­ный камень, —
Так из-под стоп их прах, поды­ма­я­ся мрач­ный, кру­тил­ся
Вслед за иду­щи­ми; быст­ро они про­хо­ди­ли доли­ну.
εὖτ᾽ ὄρεος κορυφῇσι Νότος κατέχευεν ὀμίχλην
ποιμέσιν οὔ τι φίλην, κλέπτῃ δέ τε νυκτὸς ἀμείνω,
τόσσόν τίς τ᾽ ἐπιλεύσσει ὅσον τ᾽ ἐπὶ λᾶαν ἵησιν:
ὣς ἄρα τῶν ὑπὸ ποσσὶ κονίσαλος ὄρνυτ᾽ ἀελλὴς
ἐρχομένων: μάλα δ᾽ ὦκα διέπρησσον πεδίοιο.
15 И, когда уже сбли­зи­лись к бит­ве иду­щие рати,
Вышел впе­ред от тро­ян Алек­сандр, небо­жи­те­лю рав­ный,
С кожею пар­да на раме, с луком кри­вым за пле­ча­ми
И с мечом при бед­ре; а в руках два копья мед­но­жа­лых
Гор­до колеб­ля, он всех вызы­вал из дана­ев храб­рей­ших,

Ѣ
οἳ δ᾽ ὅτε δὴ σχεδὸν ἦσαν ἐπ᾽ ἀλλήλοισιν ἰόντες,
Τρωσὶν μὲν προμάχιζεν Ἀλέξανδρος θεοειδὴς
παρδαλέην ὤμοισιν ἔχων καὶ καμπύλα τόξα
καὶ ξίφος: αὐτὰρ δοῦρε δύω κεκορυθμένα χαλκῷ
πάλλων Ἀργείων προκαλίζετο πάντας ἀρίστους
20 Вый­ти про­ти­ву него и сра­зить­ся жесто­кою бит­вой.
Но лишь увидел его Мене­лай, люби­мый Аре­ем,
Быст­ро впе­ред из тол­пы высту­паю­щим посту­пью гор­дой, —
Радо­стью вспых­нул, как лев, на добы­чу неждан­но набред­ший,
Встре­тив еле­ня рога­то­го или пустын­ную сер­ну;
ἀντίβιον μαχέσασθαι ἐν αἰνῇ δηϊοτῆτι.
τὸν δ᾽ ὡς οὖν ἐνόησεν ἀρηΐφιλος Μενέλαος
ἐρχόμενον προπάροιθεν ὁμίλου μακρὰ βιβάντα,
ὥς τε λέων ἐχάρη μεγάλῳ ἐπὶ σώματι κύρσας
εὑρὼν ἢ ἔλαφον κεραὸν ἢ ἄγριον αἶγα
25 Глад­ный, неисто­во он пожи­ра­ет, хотя ото­всюду
Сам окру­жен и лов­ца­ми мла­ды­ми, и быст­ры­ми пса­ми:
Радо­стью вспых­нул такой Мене­лай, Алек­сандра героя
Близ­ко узрев пред собой; и, отмстить похи­ти­те­лю мыс­ля,
Быст­ро Атрид с колес­ни­цы с ору­жи­ем пря­нул на зем­лю.
πεινάων: μάλα γάρ τε κατεσθίει, εἴ περ ἂν αὐτὸν
σεύωνται ταχέες τε κύνες θαλεροί τ᾽ αἰζηοί:
ὣς ἐχάρη Μενέλαος Ἀλέξανδρον θεοειδέα
ὀφθαλμοῖσιν ἰδών: φάτο γὰρ τίσεσθαι ἀλείτην:
αὐτίκα δ᾽ ἐξ ὀχέων σὺν τεύχεσιν ἆλτο χαμᾶζε.
30 Но, лишь увидел его При­а­мид, Алек­сандр бого­вид­ный,
Меж­ду пере­д­них блес­нув­ше­го, серд­це его задро­жа­ло;
Быст­ро он к сон­му дру­зей отсту­пил, избе­гаю­щий смер­ти.
Слов­но как пут­ник, увидев дра­ко­на в уще­ли­ях гор­ных,
Пряда­ет вспять и от ужа­са чле­на­ми все­ми тре­пе­щет,
τὸν δ᾽ ὡς οὖν ἐνόησεν Ἀλέξανδρος θεοειδὴς
ἐν προμάχοισι φανέντα, κατεπλήγη φίλον ἦτορ,
ἂψ δ᾽ ἑτάρων εἰς ἔθνος ἐχάζετο κῆρ᾽ ἀλεείνων.
ὡς δ᾽ ὅτε τίς τε δράκοντα ἰδὼν παλίνορσος ἀπέστη
οὔρεος ἐν βήσσῃς, ὑπό τε τρόμος ἔλλαβε γυῖα,
35 Быст­ро ухо­дит, и блед­ность его покры­ва­ет лани­ты, —
Так убе­жав­ши, в тол­пу погру­зил­ся тро­ян гор­де­ли­вых
Обра­зом крас­ный Парис, устра­ша­ясь Атре­ева сына.
Гек­тор, увидев его, поно­сил уко­ри­тель­ной речью:
«Видом лишь храб­рый, несчаст­ный Парис, жено­лю­бец, пре­льсти­тель!
ἂψ δ᾽ ἀνεχώρησεν, ὦχρός τέ μιν εἷλε παρειάς,
ὣς αὖτις καθ᾽ ὅμιλον ἔδυ Τρώων ἀγερώχων
δείσας Ἀτρέος υἱὸν Ἀλέξανδρος θεοειδής.
τὸν δ᾽ Ἕκτωρ νείκεσσεν ἰδὼν αἰσχροῖς ἐπέεσσιν:
«Δύσπαρι εἶδος ἄριστε γυναιμανὲς ἠπεροπευτὰ
40 Луч­ше бы ты не родил­ся или без­бра­чен погиб­нул!
Луч­ше б сего я желал, и тебе б то отрад­нее было,
Чем поно­ше­ньем слу­жить и позо­ри­щем цело­му све­ту!
Слы­шишь, сме­ют­ся ряды куд­ре­гла­вых дана­ев, счи­тав­ших
Храб­рым тебя пер­во­бор­цем, судя́ по кра­си­во­му виду.

Ѣ
αἴθ᾽ ὄφελες ἄγονός τ᾽ ἔμεναι ἄγαμός τ᾽ ἀπολέσθαι:
καί κε τὸ βουλοίμην, καί κεν πολὺ κέρδιον ἦεν
ἢ οὕτω λώβην τ᾽ ἔμεναι καὶ ὑπόψιον ἄλλων.
ἦ που καγχαλόωσι κάρη κομόωντες Ἀχαιοὶ
φάντες ἀριστῆα πρόμον ἔμμεναι, οὕνεκα καλὸν
45 Вид твой кра­се́н, но ни силы в душе, ни отваж­но­сти в серд­це!
Быв­ши таков ты, одна­ко дерз­нул в кораб­лях море­ход­ных
Бур­ное море испла­вать, с тол­пою кле­вре­тов любез­ных,
В чуж­дое пле­мя вой­ти и похи­тить из стран отда­лен­ных
Сла­ву их жен, и сест­ру и невест­ку мужей бра­но­нос­ных,



Ѣ
εἶδος ἔπ᾽, ἀλλ᾽ οὐκ ἔστι βίη φρεσὶν οὐδέ τις ἀλκή.
ἦ τοιόσδε ἐὼν ἐν ποντοπόροισι νέεσσι
πόντον ἐπιπλώσας, ἑτάρους ἐρίηρας ἀγείρας,
μιχθεὶς ἀλλοδαποῖσι γυναῖκ᾽ εὐειδέ᾽ ἀνῆγες
ἐξ ἀπίης γαίης νυὸν ἀνδρῶν αἰχμητάων
50 В горе отцу тво­е­му, и наро­ду, и цело­му цар­ству,
В радость ахей­цам вра­гам, а себе само­му в поно­ше­нье!
Что же с ору­жьем не встре­тил царя Мене­лая? Узнал бы
Ты, бра­но­нос­ца како­го вла­де­ешь супру­гой цве­ту­щей.
Были б не в помощь тебе ни кифа­ра, ни дар Афро­ди­ты,
πατρί τε σῷ μέγα πῆμα πόληΐ τε παντί τε δήμῳ,
δυσμενέσιν μὲν χάρμα, κατηφείην δὲ σοὶ αὐτῷ;
οὐκ ἂν δὴ μείνειας ἀρηΐφιλον Μενέλαον;
γνοίης χ᾽ οἵου φωτὸς ἔχεις θαλερὴν παράκοιτιν:
οὐκ ἄν τοι χραίσμῃ κίθαρις τά τε δῶρ᾽ Ἀφροδίτης
55 Пыш­ные куд­ри и пре­лесть, когда бы ты с пра­хом сме­сил­ся.
Слиш­ком робок тро­ян­ский народ, иль дав­но б уже был ты
Камен­ной ризой одет, зло­по­лу­чий толи­ких винов­ник!»
Гек­то­ру быст­ро в ответ воз­ра­зил Алек­сандр бого­вид­ный:
«Гек­тор, ты впра­ве хулить, и твоя мне хула спра­вед­ли­ва.
ἥ τε κόμη τό τε εἶδος ὅτ᾽ ἐν κονίῃσι μιγείης.
ἀλλὰ μάλα Τρῶες δειδήμονες: ἦ τέ κεν ἤδη
λάϊνον ἕσσο χιτῶνα κακῶν ἕνεχ᾽ ὅσσα ἔοργας.»
τὸν δ᾽ αὖτε προσέειπεν Ἀλέξανδρος θεοειδής:
«Ἕκτορ ἐπεί με κατ᾽ αἶσαν ἐνείκεσας οὐδ᾽ ὑπὲρ αἶσαν:
60 Серд­це в груди у тебя, как секи­ра, все­гда непре­клон­но:
Дре­во прон­за­ет она под рукой дре­во­де­ла и рья­ность
Мужа сугу­бит, когда обсе­ка­ет он брус кора­бель­ный:
Так в груди у тебя непре­кло­нен дух твой высо­кий.
Не осуж­дай ты любез­ных даров зла­той Афро­ди­ты.




Ѣ
αἰεί τοι κραδίη πέλεκυς ὥς ἐστιν ἀτειρὴς
ὅς τ᾽ εἶσιν διὰ δουρὸς ὑπ᾽ ἀνέρος ὅς ῥά τε τέχνῃ
νήϊον ἐκτάμνῃσιν, ὀφέλλει δ᾽ ἀνδρὸς ἐρωήν:
ὣς σοὶ ἐνὶ στήθεσσιν ἀτάρβητος νόος ἐστί:
μή μοι δῶρ᾽ ἐρατὰ πρόφερε χρυσέης Ἀφροδίτης:
65 Нет, ни один не поро­чен из свет­лых даров нам бес­смерт­ных;
Их они сами дают; про­из­воль­но никто не полу­чит.
Ныне, когда ты жела­ешь, чтоб я вое­вал и сра­жал­ся,
Всем пове­ли успо­ко­ить­ся, Трои сынам и ахей­цам;
И посреди их поставь­те меня с Мене­ла­ем геро­ем;
Ѣ
οὔ τοι ἀπόβλητ᾽ ἐστὶ θεῶν ἐρικυδέα δῶρα
ὅσσά κεν αὐτοὶ δῶσιν, ἑκὼν δ᾽ οὐκ ἄν τις ἕλοιτο:
νῦν αὖτ᾽ εἴ μ᾽ ἐθέλεις πολεμίζειν ἠδὲ μάχεσθαι,
ἄλλους μὲν κάθισον Τρῶας καὶ πάντας Ἀχαιούς,
αὐτὰρ ἔμ᾽ ἐν μέσσῳ καὶ ἀρηΐφιλον Μενέλαον
70 Мы за Еле­ну Аргив­скую с ним перед вами сра­зим­ся.
Кто из дво­их победит и ока­жет­ся явно силь­ней­шим,
В дом и Еле­ну введет, и сокро­ви­ща все он полу­чит.
Вы ж, заклю­чив­шие друж­бу и клят­вы свя­тые, вла­дей­те
Тро­ей хол­ми­стой; ахей­цы же в Аргос, коня­ми бога­тый,
συμβάλετ᾽ ἀμφ᾽ Ἑλένῃ καὶ κτήμασι πᾶσι μάχεσθαι:
ὁππότερος δέ κε νικήσῃ κρείσσων τε γένηται,
κτήμαθ᾽ ἑλὼν εὖ πάντα γυναῖκά τε οἴκαδ᾽ ἀγέσθω:
οἳ δ᾽ ἄλλοι φιλότητα καὶ ὅρκια πιστὰ ταμόντες
ναίοιτε Τροίην ἐριβώλακα, τοὶ δὲ νεέσθων
75 Вспять отплы­вут и в Аха­ию, слав­ную жен кра­сотою».
Так гово­рил, и вос­хи́тил­ся Гек­тор услы­шан­ной речью;
И, на сре­ди­ну исшед и копье ухва­тив посредине,
Спнул фалан­ги тро­ян­ские; все успо­ко­я­ся ста­ли.
Но на Гек­то­ра луки ахе­ян сыны натя­ну­ли.
Ἄργος ἐς ἱππόβοτον καὶ Ἀχαιΐδα καλλιγύναικα.»
ὣς ἔφαθ᾽, Ἕκτωρ δ᾽ αὖτ᾽ ἐχάρη μέγα μῦθον ἀκούσας,
καί ῥ᾽ ἐς μέσσον ἰὼν Τρώων ἀνέεργε φάλαγγας
μέσσου δουρὸς ἑλών: τοὶ δ᾽ ἱδρύνθησαν ἅπαντες.
τῷ δ᾽ ἐπετοξάζοντο κάρη κομόωντες Ἀχαιοὶ
80 Мно­гие мети­ли копья­ми, мно­гие бро­си­ли кам­ни.
К ним гро­мо­глас­но воз­звал пове­ли­тель мужей Ага­мем­нон:
«Стой­те, аргив­цы дру­зья! не стре­ляй­те, ахей­ские мужи!
Сло­во наме­рен вещать шле­мо­бле­щу­щий Гек­тор вели­кий».
Рек, — и ахе­яне пре́рва­ли бой и немед­лен­но ста­ли
ἰοῖσίν τε τιτυσκόμενοι λάεσσί τ᾽ ἔβαλλον:
αὐτὰρ ὃ μακρὸν ἄϋσεν ἄναξ ἀνδρῶν Ἀγαμέμνων:
«ἴσχεσθ᾽ Ἀργεῖοι, μὴ βάλλετε κοῦροι Ἀχαιῶν:
στεῦται γάρ τι ἔπος ἐρέειν κορυθαίολος Ἕκτωρ.»
ὣς ἔφαθ᾽, οἳ δ᾽ ἔσχοντο μάχης ἄνεῴ τ᾽ ἐγένοντο
85 Окрест, умолк­нув; и Гек­тор вели­кий вещал сре­ди воинств:
«Сон­мы тро­ян и ахе­ян кра­си­во­по­нож­ных! вни­май­те,
Что пред­ла­га­ет Парис, от кото­ро­го брань вос­пы­ла­ла.
Он пред­ла­га­ет тро­я­нам и всем мед­но­лат­ным ахей­цам
Рат­ные сбруи свои поло­жить на все­плод­ную зем­лю;
ἐσσυμένως: Ἕκτωρ δὲ μετ᾽ ἀμφοτέροισιν ἔειπε:
«κέκλυτέ μευ Τρῶες καὶ ἐϋκνήμιδες Ἀχαιοὶ
μῦθον Ἀλεξάνδροιο, τοῦ εἵνεκα νεῖκος ὄρωρεν.
ἄλλους μὲν κέλεται Τρῶας καὶ πάντας Ἀχαιοὺς
τεύχεα κάλ᾽ ἀποθέσθαι ἐπὶ χθονὶ πουλυβοτείρῃ,
90 Сам посреди опол­че­ний с воин­ст­вен­ным он Мене­ла­ем
Бит­вой, один на один, за Еле­ну жела­ет сра­зить­ся.
Кто из дво­их победит и ока­жет­ся явно силь­ней­шим,
В дом и Еле­ну введет, и сокро­ви­ща все он полу­чит;
Мы ж на вза­им­ную друж­бу свя­щен­ные клят­вы поло­жим».
αὐτὸν δ᾽ ἐν μέσσῳ καὶ ἀρηΐφιλον Μενέλαον
οἴους ἀμφ᾽ Ἑλένῃ καὶ κτήμασι πᾶσι μάχεσθαι.
ὁππότερος δέ κε νικήσῃ κρείσσων τε γένηται
κτήμαθ᾽ ἑλὼν εὖ πάντα γυναῖκά τε οἴκαδ᾽ ἀγέσθω:
οἳ δ᾽ ἄλλοι φιλότητα καὶ ὅρκι^