Лукан

Фарсалия,
или поэма о гражданской войне

Книга III

<<<
>>>
Марк Анней Лукан. Фарсалия, или поэма о гражданской войне. Москва, Научно-изд. центр. «Ладомир» — «Наука», 1993.
Репринтное воспроизведение текста издания 1951 г.
Перевод с латинского Л. Е. Остроумова. Редакция, статья и комментарии Ф. А. Петровского.
Латинский текст: http://www.thelatinlibrary.com/lucan/lucan3.shtml
СКРЫТЬ ЛАТИНСКИЙ ТЕКСТ
10 20 30 40 50 60 70 80 90 100 110 120 130 140 150 160 170 180 190 200 210 220 230 240 250 260 270 280 290 300 310 320 330 340 350 360 370 380 390 400 410 420 430 440 450 460 470 480 490 500 510 520 530 540 550 560 570 580 590 600 610 620 630 640 650 660 670 680 690 700 710 720 730 740 750 760

Австр наду­вал пару­са, он флот под­го­нял, нале­гая.
И, торо­пясь, кораб­ли ухо­ди­ли в откры­тое море:
На Ионий­скую зыбь тол­пою смот­ре­ли мат­ро­сы, —
Толь­ко Вели­кий один не мог отве­сти сво­их взо­ров
Pro­pu­lit ut clas­sem uelis ce­den­ti­bus Aus­ter
in­cum­bens me­dium­que ra­tes moue­re pro­fun­dum,
om­nis in Ionios spec­ta­bat naui­ta fluc­tus:
so­lus ab Hes­pe­ria non fle­xit lu­mi­na ter­ra
5 От Гес­пе­рий­ской зем­ли, пока не про­па­ли из вида
Гавань роди­мой зем­ли и брег невоз­врат­ный, и в тучах
Пики дале­ких вер­шин и гор исче­заю­щих при­зрак.
Но усту­пил, нако­нец, кры­лам усып­ля­ю­щей дре­мы
Вождь утом­лен­ный — и вот испол­нен­ный ужа­са образ —
Mag­nus, dum pat­rios por­tus, dum li­to­ra num­quam
ad uisus re­di­tu­ra suos tec­tum­que ca­cu­men
nu­bi­bus et du­bios cer­nit uanes­ce­re mon­tis.
in­de so­po­ri­fe­ro ces­se­runt lan­gui­da som­no
membra du­cis; di­ri tum ple­na hor­ro­ris ima­go
10 Юлии сумрач­ный лик, из раз­вер­стой моги­лы под­няв­шись,
Встал, буд­то фурия, дик над горя­щим кост­ром погре­бе­нья.
«Я, Ели­сей­ских полей и при­ю­та бла­жен­ных лишив­шись,
Изгна­на прочь в сти­гий­скую тьму и к манам пре­ступ­ным
Из-за граж­дан­ской вой­ны. Эвме­нид я вида­ла, дер­жа­щих
uisa ca­put maes­tum per hian­tis Iulia ter­ras
tol­le­re et ac­cen­so fu­ria­lis sta­re se­pulchro.
«se­di­bus Ely­siis cam­po­que ex­pul­sa pio­rum
ad Sty­gias» in­quit «te­neb­ras ma­nes­que no­cen­tis
post bel­lum ciui­le tra­hor. uidi ip­sa te­nen­tis
15 Факел, кото­рым они потря­са­ют над арми­ей вашей.
Мно­го гото­вит чел­нов Ахе­рон­та мрач­но­го корм­чий,
В чая­ньи мно­же­ства кар рас­ши­ря­ют­ся Тар­та­ра сво­ды.
Дело справ­ля­ют с трудом Сестер тороп­ли­вые руки,
Нити свои обры­вать уста­ли дав­но уже Пар­ки.
Eume­ni­das qua­te­rent quas uestris lam­pa­das ar­mis;
prae­pa­rat in­nu­me­ras pup­pes Ache­ron­tis adus­ti
por­ti­tor; in mul­tas la­xan­tur Tar­ta­ra poe­nas;
uix ope­ri cunctae dextra pro­pe­ran­te so­ro­res
suf­fi­ciunt, las­sant rum­pen­tis sta­mi­na Par­cas.
20 Пом­нишь, со мною, Пом­пей, ликуя справ­лял ты три­ум­фы?
Брач­ное ложе сме­нив, сме­нил ты и сча­стье; был тепел
Смерт­ный костер мой, когда Кор­не­лию взял ты, кото­рой
В гибель вести суж­де­но сво­их все­мо­гу­щих супру­гов.
Пусть же раз­луч­ни­ца льнет к знач­кам тво­им в бит­вах и в море,
co­niu­ge me lae­tos du­xis­ti, Mag­ne, tri­um­phos:
for­tu­na est mu­ta­ta to­ris, sem­per­que po­ten­tis
det­ra­he­re in cla­dem fa­to dam­na­ta ma­ri­tos
in­nup­sit te­pi­do pae­lex Cor­ne­lia bus­to.
hae­reat il­la tuis per bel­la per aequo­ra sig­nis,
25 Но неспо­кой­ные сны я буду везде пре­ры­вать вам,
И для объ­я­тий люб­ви ни мгно­ве­ния вам не остав­лю;
Цезарь пусть муча­ет днем, пусть ночью вас Юлия будит.
Муж мой, на даль­них бре­гах забве­ни­ем вею­щей Леты
Я не забы­ла тебя, и мерт­вых цари раз­ре­ши­ли
dum non se­cu­ros li­ceat mi­hi rum­pe­re som­nos
et nul­lum uestro uacu­um sit tem­pus amo­ri
sed te­neat Cae­sar­que dies et Iulia noc­tes.
me non Lethaeae, co­niunx, ob­liuia ri­pae
in­me­mo­rem fe­ce­re tui, re­ges­que si­len­tum
30 Сле­до­вать мне за тобой: и вот — появ­ля­юсь в сра­же­ньи
Меж леги­о­нов тво­их; нико­гда не доз­во­лят, Вели­кий,
Юлии маны тебе не счи­тать­ся Цеза­рю зятем.
Нашу любов­ную связь ты напрас­но мечом отсе­ка­ешь:
Волей граж­дан­ской вой­ны — моим ты пре­будешь!». Ска­за­ла
per­mi­se­re se­qui. ueniam te bel­la ge­ren­te
in me­dias acies. num­quam ti­bi, Mag­ne, per umbras
per­que meos ma­nes ge­ne­ro non es­se li­ce­bit;
absci­dis frustra fer­ro tua pig­no­ra: bel­lum
te fa­ciet ciui­le meum». sic fa­ta re­fu­git
35 И уле­ту­чи­лась тень из объ­я­тий сму­щен­но­го мужа.
Он же, хоть маны ему и боги гро­зят пора­же­ньем,
Муже­ст­вом новым горит — уве­рен­ный в бедах гряду­щих.
«Что ж, — гово­рит он, — дро­жать перед при­зра­ком этим ничтож­ным?
Или теням не остав­ле­но чувств по веле­нию смер­ти,
umbra per ample­xus tre­pi­di di­lap­sa ma­ri­ti.
il­le, dei qua­muis cla­dem ma­nes­que mi­nen­tur,
maior in ar­ma ruit cer­ta cum men­te ma­lo­rum,
et «quid» ait «uani ter­re­mur ima­gi­ne uisus?
aut ni­hil est sen­sus ani­mis a mor­te re­lic­tum
40 Или и смер­ти уж нет». Титан уже к вол­нам скло­нил­ся
И огне­нос­ный круг погру­зил­ся в пучи­ну и ровен
Стал поло­вине луны в те дни, как она к пол­но­лу­нью
Или к ущер­бу идет; тогда при­ют откры­ва­ет
Госте­при­им­но зем­ля кораб­лям; кана­ты смота­ли
aut mors ip­sa ni­hil». Ti­tan iam pro­nus in un­das
ibat et ig­ni­fe­ri tan­tum de­mer­se­rat or­bis
quan­tum des­se so­let lu­nae, seu ple­na fu­tu­ra est
seu iam ple­na fuit: tunc ob­tu­lit hos­pi­ta tel­lus
pup­pi­bus ac­ces­sus fa­ci­les; le­ge­re ru­den­tes
45 И, опу­стив пару­са, к бере­гам устре­ми­лись на вес­лах.
Цезарь, когда кораб­ли под вет­ром попу­т­ным умча­лись
И зате­ря­лись в морях, один на бре­гах гес­пе­рий­ских
Дол­го угрю­мый сто­ял, себе не счи­тая во сла­ву
Бег­ство Вели­ко­го: он огор­чал­ся, что вновь невреди­мым
et po­si­to re­mis pe­tie­runt li­to­ra ma­lo.
Cae­sar, ut emis­sas uen­ti ra­pue­re ca­ri­nas,
abscon­dit­que fre­tum clas­ses, et li­to­re so­lus
dux ste­tit Hes­pe­rio, non il­lum glo­ria pul­si
lae­ti­fi­cat Mag­ni: que­ri­tur quod tu­ta per aequor
50 Враг через море ушел; уже ника­кою уда­чей
Не насы­ща­ет­ся вождь: не раз­бить его — так же ужас­но,
Как и вой­ну затя­нуть! Но вот, ото­гнав­ши от серд­ца
Бран­ных забот череду, отда­ет­ся он мир­но­му делу,
Ведая, чем подо­греть любовь лег­ко­мыс­лен­ной чер­ни,
ter­ga fe­rant hos­tes. ne­que enim iam suf­fi­cit ul­la
prae­ci­pi­ti for­tu­na uiro, nec uin­ce­re tan­ti,
ut bel­lum dif­fer­ret, erat. tum pec­to­re cu­ras
ex­pu­lit ar­mo­rum pa­ci­que in­ten­tus age­bat
quo­que mo­do uanos po­pu­li con­ci­ret amo­res,
55 Нена­висть как воз­будить иль снис­кать ее выс­шую милость
Хле­ба ничтож­ным кус­ком: пото­му, что лишь голод спо­со­бен
Брать горо­да и ужас рож­дать, если власть нера­ди­во
Кор­мит голод­ный народ: ото­щав­ший не веда­ет стра­ха.
Он Кури­о­ну велел пере­плыть к горо­дам сици­лий­ским
gna­rus et ira­rum cau­sas et sum­ma fauo­ris
an­no­na mo­men­ta tra­hi. nam­que ad­se­rit ur­bes
so­la fa­mes, emi­tur­que me­tus, cum seg­ne po­ten­tes
uol­gus alunt: nes­cit ple­bes ieiu­na ti­me­re.
Cu­rio Si­ca­nias transcen­de­re ius­sus in ur­bes,
60 Там, где вне­зап­но моря или зали­ли вол­на­ми зем­лю,
Иль разо­рва­ли ее, бере­га про­ло­жив сре­ди суши.
Здесь посто­ян­но кипит работа могу­че­го моря,
Чтоб нико­гда не сошлись разде­лен­ные гор­ные цепи,
И до Сар­дин­ских бре­гов вой­на раз­ли­ва­ет­ся ныне.
qua ma­re tel­lu­rem sub­i