История Рима от основания города

Книга XXVI, гл. 41

Тит Ливий. История Рима от основания города. Том II. М., изд-во «Ладомир», 2002. Сверено с изданием М., «Наука», 1991.
Перевод М. Е. Сергеенко.
Комментарий составлен В. М. Смириным, Г. П. Чистяковым и Ф. А. Михайловским. Редактор комментариев — В. М. Смирин.
Ред. перевода и комментариев (изд. 1991) В. М. Смирин. Редакторы перевода (изд. 2002) М. Л. Гаспаров и Г. С. Кнабе.
Лат. текст: Loeb Classical Library, F. G. Moore, 1950/1995.
СКРЫТЬ ЛАТИНСКИЙ ТЕКСТ

41. (1) В Испа­нии Пуб­лий Сци­пи­он в нача­ле вес­ны спу­стил суда на воду, созвал ука­зом в Тарра­кон вспо­мо­га­тель­ные отряды союз­ни­ков, велел флоту и гру­зо­вым судам идти в устье реки Ибер, а леги­о­нам — высту­пить из зим­них лаге­рей и собрать­ся там же. (2) Сам он с пятью тыся­ча­ми союз­ни­ков отпра­вил­ся из Тарра­ко­на к вой­ску, при­дя туда, он созвал сол­дат и, обра­ща­ясь преж­де все­го к ста­рым вои­нам, выдер­жав­шим столь­ко бед­ст­вий, начал свою речь: (3) «Ни один из пред­ше­ст­во­вав­ших мне коман­дую­щих не имел воз­мож­но­сти бла­го­да­рить — по пра­ву и по заслу­гам — сво­их сол­дат, еще не про­ве­рив, како­вы они в бою; (4) я же по воле судь­бы обя­зан, не озна­ко­мив­шись еще ни с про­вин­ци­ей, ни с лаге­рем, обра­тить­ся к вам со сло­ва­ми с.264 бла­го­дар­но­сти: вы были вер­ны отцу мое­му и дяде, живым и мерт­вым; (5) власть над про­вин­ци­ей, утра­чен­ную после тако­го пора­же­ния, вы сво­ей доб­ле­стью вер­ну­ли во всей пол­но­те рим­ско­му наро­ду и мне, их пре­ем­ни­ку. (6) Сей­час мы, с помо­щью богов, поста­ра­ем­ся не толь­ко самим остать­ся в Испа­нии, но не оста­вить здесь ни одно­го пуний­ца; будем не то что сто­ять на бере­гу Ибе­ра, не поз­во­ляя вра­гу перей­ти через реку, а сами через нее перей­дем и пой­дем вой­ной даль­ше. (7) Боюсь, не пока­жет­ся ли кому-либо из вас этот замы­сел слиш­ком дерз­ким: память о недав­них пора­же­ни­ях жива, а я слиш­ком молод. (8) Одна­ко никто луч­ше мое­го не пом­нит о неуда­чах в Испа­нии: за трид­цать дней погиб­ли у меня отец и дядя; одни за дру­ги­ми сле­до­ва­ли похо­ро­ны в нашей семье. (9) Но если домаш­няя скорбь — сирот­ство, почти оди­но­че­ство тер­за­ет серд­це, то судь­ба роди­ны, сча­стье ее и доб­лесть запре­ща­ют отча­и­вать­ся в исхо­де. Нам выпал осо­бый жре­бий, чтобы во всех труд­ных вой­нах мы, ока­зы­ва­ясь побеж­де­ны, побеж­да­ли.

(10) Остав­лю ста­ри­ну: Пор­се­ну, гал­лов, сам­ни­тов; нач­ну с Пуни­че­ских войн. Сколь­ко фло­тов, сколь­ко пол­ко­вод­цев, сколь­ко войск поте­ря­ли мы в первую вой­ну! Ну, а что гово­рить о нынеш­ней? (11) При всех наших пора­же­ни­ях я либо при­сут­ст­во­вал сам, либо, если не при­сут­ст­во­вал, боль­ше всех горе­вал сам с собой. Тре­бия, Тра­зи­мен­ское озе­ро, Кан­ны — памят­ни­ки погиб­шим вой­скам и кон­су­лам! (12) К это­му — отпа­де­ние Ита­лии, боль­шей части Сици­лии, Сар­ди­нии. К это­му — тот страш­ный день, когда пуний­ский лагерь был раз­бит меж­ду Ание­ном и сте­на­ми Рима, и почти в воротах Рима увиде­ли мы победи­те­ля — Ган­ни­ба­ла. И сре­ди этих бед­ст­вий сто­я­ла несо­кру­ши­мо одна толь­ко доб­лесть наро­да рим­ско­го; она под­ня­ла и воз­двиг­ла из пра­ха все поверг­ну­тое наземь. (13) Вы, вои­ны, под води­тель­ст­вом и ауспи­ци­я­ми мое­го отца пер­вые пре­гра­ди­ли путь Газ­д­ру­ба­лу, кото­рый после Канн направ­лял­ся к Аль­пам и в Ита­лию; соеди­нись он с бра­том, от рим­ско­го наро­да име­ни бы не оста­лось. Ваш успех пред­от­вра­тил даль­ней­шее бед­ст­вие. (14) Теперь по мило­сти богов в Ита­лии и Сици­лии все хоро­шо и бла­го­по­луч­но и с каж­дым днем луч­ше и радост­нее. (15) В Сици­лии взя­ты Сира­ку­зы и Агри­гент183; со все­го ост­ро­ва враг изгнан, про­вин­ция во вла­сти рим­ско­го наро­да. В Ита­лии Арпы воз­вра­ще­ны, Капуя взя­та; (16) Ган­ни­бал в трус­ли­вом бег­стве выме­рял всю доро­гу от Рима; загнан­ный в самый даль­ний угол Брут­тия, он молит богов толь­ко о том, чтобы целым и невреди­мым убрать­ся из вра­же­ской зем­ли. (17) В те дни, когда одно пора­же­ние сле­до­ва­ло за дру­гим и, кажет­ся, сами боги помо­га­ли Ган­ни­ба­лу, вы, пред­во­ди­мые мои­ми отца­ми (да будут они урав­не­ны в поче­те этим име­нем), под­дер­жа­ли в годи­ну раз­ру­хи пошат­нув­ше­е­ся сча­стье наро­да рим­ско­го. Так вам ли падать духом теперь, когда в Ита­лии все радост­но и бла­го­по­луч­но? (18) То, что слу­чи­лось недав­но — о, если бы все мино­ва­ло, не огор­чив ни вас, ни меня <>184.

с.265 Теперь бес­смерт­ные боги, охра­ни­те­ли рим­ско­го государ­ства, вну­ши­ли всем цен­ту­ри­ям вру­чить коман­до­ва­ние мне. Зна­ме­ния, пти­це­га­да­ния и даже ноч­ные виде­ния пред­ве­ща­ют радость и бла­го­по­лу­чие. (19) И душа моя, вер­ная до сей поры вещу­нья, пред­ска­зы­ва­ет: Испа­ния — наша, все кар­фа­ге­няне ско­ро будут отсюда изгна­ны и с позо­ром побе­гут по морям и суше. (20) Пред­у­га­дан­ное духом под­твер­жде­но трез­вым разу­мом: оскорб­лен­ные союз­ни­ки кар­фа­ге­нян при­сы­ла­ют к нам послов умо­лять о друж­бе; трое кар­фа­ген­ских вождей185 рассо­ри­лись почти до раз­ры­ва, раз­дро­би­ли свое вой­ско и пове­ли его в три раз­ные сто­ро­ны. (21) Их ожи­да­ет судь­ба, недав­но постиг­шая нас: союз­ни­ки их поки­нут, как рань­ше поки­ну­ли нас кельт­ибе­ры186. Они разде­ли­ли вой­ско, сде­лав то, что и погу­би­ло моих отца и дядю; (22) внут­рен­ние раздо­ры не дают им соеди­нить­ся, а про­ти­во­сто­ять нам врозь они не смо­гут. Вы, вои­ны, толь­ко бла­го­во­ли­те к семье Сци­пи­о­нов, к потом­ку ваших вождей, это­му побе­гу от сруб­лен­ных дере­вьев. (23) Ста­рые вои­ны, про­веди­те новое вой­ско и ново­го вождя через Ибер, про­веди­те их в зем­ли, кото­рые вы исхо­ди­ли, где совер­ши­ли мно­го подви­гов. (24) Вы види­те, что я похож на отца и на дядю лицом, его выра­же­ни­ем и телес­ным скла­дом; (25) ско­ро вы увиди­те сход­ство в харак­те­ре, вер­но­сти, доб­ле­сти, и каж­дый из вас ска­жет: ожил или рож­ден вновь коман­дую­щий Сци­пи­он».

41. In His­pa­nia prin­ci­pio ve­ris P. Sci­pio na­vi­bus de­duc­tis evo­ca­tis­que edic­to Tar­ra­co­nem so­cio­rum auxi­liis clas­sem one­ra­rias­que os­tium in­de Hi­be­ri flu­mi­nis pe­te­re iubet. [2] Eodem le­gio­nes ex hi­ber­nis con­ve­ni­re cum ius­sis­set, ip­se cum quin­que mi­li­bus so­cio­rum ab Tar­ra­co­ne pro­fec­tus ad exer­ci­tum est. Quo cum ve­nis­set, ad­lo­quen­dos ma­xi­me ve­te­res mi­li­tes qui tan­tis su­per­fue­runt cla­di­bus ra­tus, con­tio­ne ad­vo­ca­ta ita dis­se­ruit: [3] «Ne­mo an­te me no­vus im­pe­ra­tor mi­li­ti­bus suis, pri­us­quam ope­ra eorum usus es­set, gra­tias age­re iure ac me­ri­to po­tuit: [4] me vo­bis, pri­us­quam pro­vin­ciam aut castra vi­de­rem, ob­li­ga­vit for­tu­na, pri­mum quod ea pie­ta­te er­ga pat­rem pat­ruum­que meum vi­vos mor­tuos­que fuis­tis, [5] dein­de quod amis­sam tan­ta cla­de pro­vin­ciae pos­ses­sio­nem in­teg­ram et po­pu­lo Ro­ma­no et suc­ces­so­ri mi­hi vir­tu­te vestra ob­ti­nuis­tis. [6] Sed cum iam be­nig­ni­ta­te deum id pa­re­mus at­que aga­mus, non ut ip­si ma­nea­mus in His­pa­nia, sed ne Poe­ni ma­neant, nec ut pro ri­pa Hi­be­ri stan­tes ar­cea­mus tran­si­tu hos­tes, sed ut ultro tran­sea­mus transfe­ra­mus­que bel­lum, [7] ve­reor ne cui vestrum mai­us id auda­cius­que con­si­lium quam aut pro me­mo­ria cla­dium nu­per ac­cep­ta­rum aut pro aeta­te mea vi­dea­tur. [8] Ad­ver­sae pug­nae in His­pa­nia nul­lius in ani­mo quam meo mi­nus ob­lit­te­ra­ri pos­sunt, quip­pe cui pa­ter et pat­ruus intra tri­gin­ta die­rum spa­tium, ut aliud su­per aliud cu­mu­la­re­tur fa­mi­liae nostrae fu­nus, in­ter­fec­ti sunt; [9] sed ut fa­mi­lia­ris pae­ne or­bi­tas ac so­li­tu­do fran­git ani­mum, ita pub­li­ca cum for­tu­na tum vir­tus des­pe­ra­re de sum­ma re­rum pro­hi­bet. Ea fa­to quo­dam da­ta no­bis sors est ut mag­nis om­ni­bus bel­lis vic­ti vi­ce­ri­mus.

[10] Ve­te­ra omit­to, Por­sen­nam, Gal­los, Sam­ni­tes: a Pu­ni­cis bel­lis in­ci­piam. Quot clas­ses, quot du­ces, quot exer­ci­tus prio­re bel­lo amis­si sunt! [11] Iam quid hoc bel­lo me­mo­rem? Om­ni­bus aut ip­se ad­fui cla­di­bus aut qui­bus afui, ma­xi­me unus om­nium eas sen­si. Tre­bia, Tra­su­men­nus, Can­nae quid aliud sunt quam mo­nu­men­ta oc­ci­so­rum exer­ci­tuum con­su­lum­que Ro­ma­no­rum? [12] Ad­de de­fec­tio­nem Ita­liae, Si­ci­liae maio­ris par­tis, Sar­di­niae; ad­de ul­ti­mum ter­ro­rem ac pa­vo­rem, castra Pu­ni­ca in­ter Anie­nem ac moe­nia Ro­ma­na po­si­ta et vi­sum pro­pe in por­tis vic­to­rem Han­ni­ba­lem. In hac rui­na re­rum ste­tit una in­teg­ra at­que im­mo­bi­lis vir­tus po­pu­li Ro­ma­ni; haec om­nia stra­ta hu­mi ere­xit ac sus­tu­lit. [13] Vos om­nium pri­mi, mi­li­tes, post Can­nen­sem cla­dem va­den­ti Hasdru­ba­li ad Al­pis Ita­liam­que, qui si se cum frat­re co­niun­xis­set, nul­lum iam no­men es­set po­pu­li Ro­ma­ni, duc­tu aus­pi­cio­que pat­ris mei obsti­tis­tis; et hae se­cun­dae res il­las ad­ver­sas sus­ti­nue­runt. [14] Nunc be­nig­ni­ta­te deum om­nia se­cun­da, pros­pe­ra, in dies lae­tio­ra ac me­lio­ra in Ita­lia Si­ci­lia­que ge­run­tur. [15] In Si­ci­lia Sy­ra­cu­sae, Ag­ri­gen­tum cap­tum, pul­si to­ta in­su­la hos­tes, re­cep­ta­que pro­vin­cia in di­cio­nem po­pu­li Ro­ma­ni est: in Ita­lia Ar­pi re­cep­ti, Ca­pua cap­ta. [16] Iter om­ne ab ur­be Ro­ma tre­pi­da fu­ga emen­sus Han­ni­bal, in extre­mum an­gu­lum ag­ri Brut­tii con­pul­sus ni­hil iam mai­us pre­ca­tur deos quam ut in­co­lu­mi ce­de­re at­que abi­re ex hos­tium ter­ra li­ceat. [17] Quid igi­tur mi­nus con­ve­niat, mi­li­tes, quam, cum aliae su­per alias cla­des cu­mu­la­ren­tur ac di pro­pe ip­si cum Han­ni­ba­le sta­rent, vos hic cum pa­ren­ti­bus meis — aequen­tur enim etiam ho­no­re no­mi­nis — sus­ti­nuis­se la­ban­tem for­tu­nam po­pu­li Ro­ma­ni, nunc eos­dem, cum iam il­lic om­nia se­cun­da lae­ta­que sunt, ani­mis de­fi­ce­re? [18] Nu­per quo­que quae ac­ci­de­runt uti­nam tam si­ne meo luc­tu quam . . .

. . . Nunc dii im­mor­ta­les im­pe­rii Ro­ma­ni prae­si­des, qui cen­tu­riis om­ni­bus ut mi­hi im­pe­rium iube­rent da­ri fue­re auc­to­res, iidem augu­riis aus­pi­ciis­que et per noc­tur­nos etiam vi­sus om­nia lae­ta ac pros­pe­ra por­ten­dunt. [19] Ani­mus quo­que meus, ma­xi­mus mi­hi ad hoc tem­pus va­tes, prae­sa­git nostram His­pa­niam es­se, bre­vi ex­tor­re hinc om­ne Pu­ni­cum no­men ma­ria ter­ras­que foe­da fu­ga imple­tu­rum. [20] Quod mens sua spon­te di­vi­nat, idem su­bi­cit ra­tio haud fal­lax. Ve­xa­ti ab iis so­cii nostram fi­dem per le­ga­tos implo­rant; tres du­ces dis­cor­dan­tes, pro­pe ut de­fe­ce­rint alii ab aliis, tri­fa­riam exer­ci­tum in di­ver­sis­si­mas re­gio­nes distra­xe­re. [21] Eadem in il­los ingruit for­tu­na quae nu­per nos adfli­xit; nam et de­se­run­tur ab so­ciis, ut pri­us ab Cel­ti­be­ris nos, et di­du­xe­re exer­ci­tus, quae pat­ri pat­ruo­que meo cau­sa exi­tii fuit. [22] Nec dis­cor­dia in­tes­ti­na coi­re eos in unum si­net, ne­que sin­gu­li no­bis re­sis­te­re po­te­runt. Vos mo­do, mi­li­tes, fa­ve­te no­mi­ni Sci­pio­num, su­bo­li im­pe­ra­to­rum vestro­rum ve­lut ac­ci­sis rec­res­cen­ti stir­pi­bus. [23] Agi­te, ve­te­res mi­li­tes, no­vum exer­ci­tum no­vum­que du­cem tra­du­ci­te Hi­be­rum, tra­du­ci­te in ter­ras cum mul­tis for­ti­bus fac­tis sae­pe a vo­bis pe­rag­ra­tas. [24] Bre­vi fa­ciam ut, quem ad mo­dum nunc nos­ci­ta­tis in me pat­ris pat­rui­que si­mi­li­tu­di­nem oris vul­tus­que et li­nea­men­ta cor­po­ris, [25] ita in­ge­nii, fi­dei vir­tu­tis­que ef­fi­giem vo­bis red­dam, ut re­vi­xis­se aut re­na­tum si­bi quis­que Sci­pio­nem im­pe­ra­to­rem di­cat».

ПРИМЕЧАНИЯ


  • 183Это про­изо­шло в кон­це воен­ной кам­па­нии это­го (210 г. до н. э.) года (ср. выше, гл. 40, 1), а речь Сци­пи­о­на отне­се­на к нача­лу вес­ны (ср. выше, § 1—6).
  • 184Лаку­на в ори­ги­на­ле.
  • 185Этот момент под­черк­нут в крат­ком изло­же­нии Сци­пи­о­но­вой речи у Поли­бия (X, 6, 5; ср. так­же: 7, 3).
  • 186Ср.: XXV, 33; Поли­бий, X, 6, 2.
  • ИСТОРИЯ ДРЕВНЕГО РИМА

    Сообщение об ошибке:

    Текст с ошибкой:
    Комментарий (необязательно):
    1327009046 1327009049 1327009052 1364002642 1364002643 1364002644