Кризис 129 г. до н. э. и судьба аграрной реформы Тиберия Гракха*

с.47 Ста­тья посвя­ще­на ана­ли­зу состо­яв­шей­ся в 129 г. до н. э. пере­да­чи кон­су­лам судеб­ных пол­но­мо­чий от грак­хан­ской комис­сии (III­vi­ri ag­ris iudi­can­dis ad­sig­nan­dis). Глав­ной зада­чей иссле­до­ва­ния явля­ет­ся опре­де­лить суть поли­ти­че­ско­го ком­про­мис­са, став­ше­го осно­вой это­го акта, и его послед­ст­вия.

Клю­че­вые сло­ва: древ­ний Рим, Позд­няя рес­пуб­ли­ка, бра­тья Грак­хи, аграр­ная рефор­ма, импе­рий, судеб­ные пол­но­мо­чия, сенат.

Пора­же­ние Тибе­рия Грак­ха на выбо­рах пле­бей­ских три­бу­нов и его убий­ство в 133 г. (здесь и далее — до н. э.) изме­ни­ли харак­тер поли­ти­че­ской борь­бы меж­ду сто­рон­ни­ка­ми аграр­ной рефор­мы и сена­том. Рас­пра­ва, учи­нен­ная над вождем оппо­зи­ци­он­но­го дви­же­ния пред­ста­ви­те­ля­ми пра­вя­щей эли­ты, вызва­ла крайне нега­тив­ную реак­цию в среде плеб­са¹. Пре­сле­до­ва­ния сто­рон­ни­ков мятеж­но­го три­бу­на, пред­при­ня­тые в 132 г. кон­су­лом П. Попил­ли­ем Лена­том, не име­ли долж­но­го эффек­та и даже пред­став­ля­ли угро­зу без­опас­но­сти самих пре­сле­до­ва­те­лей, еще более обост­ряя отно­ше­ния меж­ду вла­стью и обще­ст­вен­ны­ми низа­ми². Убий­ство Тибе­рия Грак­ха в конеч­ном ито­ге яви­лось «пирро­вой победой», посколь­ку устра­не­ние лиде­ра дви­же­ния не при­ве­ло к лик­вида­ции резуль­та­тов его дея­тель­но­сти: аграр­ный закон сохра­нял силу, а комис­сия «три­ум­ви­ров по меже­ва­нию и наде­ле­нию зем­лей (III­vi­ri a(gris) i(udi­can­dis) a(dsig­nan­dis)»)³ про­дол­жа­ла свою дея­тель­ность⁴. Так что пря­мая ата­ка ока­за­лась неэф­фек­тив­ной. Все это заста­ви­ло сенат, а так­же про­тив­ни­ков аграр­ной рефор­мы из среды всад­ни­че­ско­го сосло­вия и ита­лий­ской зна­ти обра­тить­ся к иным мето­дам ней­тра­ли­за­ции дея­тель­но­сти аграр­ной комис­сии, преж­де все­го, к поис­ку леги­тим­ных спо­со­бов про­ти­во­дей­ст­вия после­до­ва­те­лям Тибе­рия Грак­ха.

Реши­тель­ный шаг в этом направ­ле­нии сенат сде­лал лишь в 129 г., о чем сооб­ща­ет Аппи­ан (BC. I. 19), прак­ти­че­ски един­ст­вен­ный наш источ­ник о рас­смат­ри­вае­мых собы­ти­ях. Фор­маль­ным пово­дом ста­ли жало­бы на дей­ст­вия три­ум­ви­ров со сто­ро­ны ита­лий­ских союз­ни­ков Рима. По мне­нию Д. Сток­то­на, имен­но в 129 г. три­ум­ви­ры нача­ли при­вле­кать pos­ses­sio­nes ита­ли­ков для разде­ла сре­ди рим­ских с.48 граж­дан в соот­вет­ст­вии с аграр­ным зако­ном Тиб. Грак­ха, что и ста­ло при­чи­ной ново­го поли­ти­че­ско­го кри­зи­са⁵. Одна­ко в источ­ни­ках нет под­твер­жде­ний дан­ной гипо­те­зы, так что воз­мож­ны и дру­гие при­чи­ны выступ­ле­ния союз­ни­ков имен­но в 129 г. Ведь несмот­ря на то, что ита­ли­ки при­ни­ма­ли актив­ное уча­стие в поль­зо­ва­нии зем­ля­ми из фон­да ager pub­li­cus⁶, при под­готов­ке lex Sempro­nia ag­ra­ria их инте­ре­сы не были учте­ны. Постра­дав от дея­тель­но­сти аграр­ной комис­сии, они обра­ти­лись за помо­щью к Сци­пи­о­ну Эми­ли­а­ну. Тот на заседа­нии сена­та в нача­ле года пред­ло­жил пере­дать пра­во опре­де­лять ста­тус спор­ных земель, т. е. судеб­ные функ­ции три­ум­ви­ров, в рас­по­ря­же­ние лиц, к кото­рым тяжу­щи­е­ся отно­си­лись бы с дове­ри­ем. Сенат одоб­рил ини­ци­а­ти­ву Сци­пи­о­на, и осу­щест­вле­ние судеб­ных пол­но­мо­чий (δι­κάζειν) было пере­да­но кон­су­лу Г. Сем­п­ро­нию Туди­та­ну. Послед­ний, вос­поль­зо­вав­шись пер­вой пре­до­ста­вив­шей­ся воз­мож­но­стью, поки­нул Рим и отпра­вил­ся в Илли­рию, оста­вив без рас­смот­ре­ния пору­чен­ные ему дела. В ито­ге под бла­го­вид­ным пред­ло­гом в 129 г. дея­тель­ность комис­сии была оста­нов­ле­на (App. BC. I. 19).

Дан­ная мера долж­на была стать сокру­ши­тель­ным уда­ром по поли­ти­че­ским пози­ци­ям грак­хан­цев, кото­рые потер­пе­ли самое тяже­лое пора­же­ние со вре­ме­ни убий­ства ини­ци­а­то­ра аграр­ной рефор­мы. Ведь судеб­ные пол­но­мо­чия состав­ля­ли осно­ву вла­сти три­ум­ви­ров. А пото­му сле­до­ва­ло ожи­дать, что в слу­чае обструк­ции со сто­ро­ны кон­су­лов (при­мер подал Туди­тан) даже при сохра­не­нии комис­сии ее земель­ный фонд пере­станет попол­нять­ся. Соот­вет­ст­вен­но пре­кра­тит­ся наде­ле­ние граж­дан участ­ка­ми, как толь­ко исчер­па­ют­ся зем­ли, изъ­ятые до 129 г. Обста­нов­ку еще более нака­ли­ла неожи­дан­ная смерть Сци­пи­о­на Эми­ли­а­на, кото­рую мно­гие рим­ляне счи­та­ли делом рук оппо­зи­ции, ото­мстив­шей ему за актив­ное про­ти­во­дей­ст­вие ее пла­нам⁷.

Таким обра­зом, аграр­ная комис­сия про­дол­жа­ла суще­ст­во­вать, но ее дея­тель­ность огра­ни­чи­ва­лась теперь лишь рас­пре­де­ле­ни­ем земель. Одна­ко ряд источ­ни­ков про­ти­во­ре­чит это­му выво­ду. По свиде­тель­ству Дио­на Кас­сия, имен­но со смер­тью Сци­пи­о­на Эми­ли­а­на «сно­ва умень­ши­лась общая сила вли­я­тель­ных лиц, так что чле­ны аграр­ной комис­сии без опа­се­ния огра­би­ли, так ска­зать, всю Ита­лию» (Dio Cass. XXIV. Fr. 84. 2). В пери­о­хах Ливия име­ет­ся крат­кое сооб­ще­ние в том же духе, что после смер­ти Сци­пи­о­на вол­не­ния, свя­зан­ные с дея­тель­но­стью три­ум­ви­ров, раз­го­ре­лись с новой силой⁸. О про­дол­же­нии опре­де­лен­ной судеб­ной дея­тель­но­сти (но без ука­за­ния, о ком идет речь) в пери­од после смер­ти Сци­пи­о­на сооб­ща­ет и Аппи­ан (BC. I. 21): «Раздел зем­ли вла­дель­цы под раз­но­об­раз­ны­ми пред­ло­га­ми все откла­ды­ва­ли как мож­но доль­ше» (τὴν δὲ διαίρε­σιν τῆς γῆς οἱ κεκ­τη­μένοι καὶ ὣς ἐπὶ προ­φά­σεσι ποικί­λαις διέφε­ρον επὶ πλεῖσ­τον). Полу­ча­ет­ся, что юриди­че­ский акт 129 г. отнюдь не сло­мил реши­мо­сти три­ум­ви­ров, и дея­тель­ность по изъ­я­тию обще­ст­вен­ных земель у част­ных лиц про­дол­жа­лась.

Так что же про­изо­шло в 129 г. и какие это име­ло послед­ст­вия? Для отве­та на вопрос необ­хо­ди­мо выяс­нить осно­ва­ния изъ­я­тия у три­ум­ви­ров судеб­ных пол­но­мо­чий, т. е. какая пра­во­вая или вне­пра­во­вая про­цеду­ра име­ла место. К сожа­ле­нию, про­цедур­ные вопро­сы не при­влек­ли вни­ма­ние Аппи­а­на, кото­рый огра­ни­чил­ся с.49 упо­ми­на­ни­ем началь­но­го и конеч­но­го пунк­тов про­цес­са (согла­сие сена­та после выступ­ле­ния Сци­пи­о­на и пере­да­ча судеб­ных пол­но­мо­чий Туди­та­ну). Спе­ци­аль­но­му иссле­до­ва­нию ука­зан­ная про­бле­ма в тес­ной свя­зи с вопро­сом о пра­во­вых осно­вах вла­сти три­ум­ви­ров под­верг­лась в ста­тье Р. А. Бау­ма­на⁹. По его мне­нию, три­ум­ви­ры обла­да­ли импе­ри­ем¹⁰. Одна­ко сле­ду­ет отме­тить, что при­веден­ные им эпи­гра­фи­че­ские дока­за­тель­ства нали­чия импе­рия у аграр­ных комис­сий¹¹ не явля­ют­ся одно­знач­ны­ми, посколь­ку в обо­их зако­нах (lex re­pe­tun­da­rum et lex Ban­ti­na) пере­чис­ля­ют­ся маги­ст­ра­ты и с импе­ри­ем, и без импе­рия. О двух кате­го­ри­ях гово­рят и обоб­щаю­щие фор­му­ли­ров­ки: в пер­вом законе — «пока будут обла­дать маги­ст­ра­ту­рой или импе­ри­ем» (dum ma­gistra­tum aut in­pe­rium ha­be­bunt); во вто­ром — «(кто) при­мет маги­ст­ра­ту­ру или импе­рий» (ma­gistra­tum im­pe­rium­ve inie­rit).

Дру­гим аргу­мен­том явля­ет­ся аграр­ный зако­но­про­ект П. Сер­ви­лия Рул­ла, образ­цом для кото­ро­го, по край­ней мере, в части ауспи­ций, послу­жил как раз закон Тиб. Сем­п­ро­ния Грак­ха: iubet (sc. Rul­lus) aus­pi­cia co­lo­nia­rum de­du­cen­da­rum cau­sa Xvi­ros ha­be­re, pul­la­rios (и далее идет цита­та из зако­но­про­ек­та Рул­ла) ‘eodem iure’, — in­quit (sc. Rul­lus), — quo ha­bue­runt III­vi­ri le­ge Sempro­nia (Cic. Leg. agr. II. 31, cp. 32)¹². Пул­ла­рии («цып­лят­ни­ки») явля­лись помощ­ни­ка­ми при про­веде­нии гада­ния по свя­щен­ным цып­ля­там (aus­pi­cia ex tri­pu­diis)¹³, кото­рое исполь­зо­ва­лось маги­ст­ра­та­ми за пре­де­ла­ми Рима, а в эпо­ху Позд­ней Рес­пуб­ли­ки так ста­ли назы­вать помощ­ни­ков при про­веде­нии ауспи­ций любо­го типа¹⁴. По мне­нию Т. Момм­зе­на, в слу­чае аграр­ных комис­сий речь долж­на идти о так назы­вае­мых aus­pi­cia mi­no­ra¹⁵, т. е. ауспи­ци­ях млад­ших маги­ст­ра­тов, не обла­дав­ших импе­ри­ем. Одна­ко в зако­но­про­ек­те Рул­ла одно­знач­но пред­у­смат­ри­ва­лось нали­чие у комис­сии децем­ви­ров импе­рия (сро­ком на пять лет) и свя­зан­ной с ним судеб­ной вла­сти (sum­mo cum im­pe­rio iudi­cio­que¹⁶). При­чем там подроб­но рас­пи­сы­ва­лась про­цеду­ра полу­че­ния импе­рия, под­верг­ша­я­ся сокру­ши­тель­ной кри­ти­ке Цице­ро­на (ibid. 18—31). Так что вполне логич­но при­знать здесь свя­зан­ные с импе­ри­ем aus­pi­cia ma­xi­ma, в том чис­ле и для грак­хан­ской комис­сии, посколь­ку Рулл в каче­стве пре­цеден­та отно­си­тель­но ауспи­ций ссы­лал­ся имен­но на Сем­п­ро­ни­ев закон (ibid. 31).

Одна­ко эти, каза­лось бы, столь ясные и одно­знач­ные свиде­тель­ства допус­ка­ют и дру­гое тол­ко­ва­ние. Ведь Рулл в сво­ем нере­а­ли­зо­ван­ном зако­но­про­ек­те пред­ло­жил весь­ма стран­ную, уни­каль­ную про­цеду­ру избра­ния децем­ви­ров, а имен­но, 17 три­ба­ми из 35 по образ­цу избра­ния вер­хов­но­го пон­ти­фи­ка (Cic. Leg. agr. II. 18). Таким с.50 же обра­зом изби­ра­ли в то вре­мя чле­нов четы­рех важ­ней­ших жре­че­ских кол­ле­гий. Но ведь подоб­ное избра­ние (мень­шей частью триб) не дела­ло жре­цов маги­ст­ра­та­ми. Поэто­му Рулл пред­по­ла­гал наде­лить децем­ви­ров вла­стью через кури­ат­ный закон об импе­рии, кото­рый тогда являл­ся чисто фор­маль­ным актом в про­цеду­ре леги­ти­ма­ции вла­сти маги­ст­ра­тов с импе­ри­ем, соб­ст­вен­но, кон­су­лов и пре­то­ров. Так что импе­рий у децем­ви­ров Рул­ла вполне мож­но объ­яс­нить его ори­ги­наль­ным замыс­лом, имев­шим целью, воз­мож­но, под­нять ста­тус аграр­ной комис­сии, ведь три­бут­ные коми­ции не изби­ра­ли маги­ст­ра­тов с импе­ри­ем.

Ука­зы­ва­ет Бау­ман и на пря­мое свиде­тель­ство Ливия о нали­чии импе­рия (на три года) у двух аграр­ных комис­сий для выведе­ния коло­ний, избран­ных в 194 г. (Liv. XXXIV. 53. 1—2). Хотя в дру­гих местах при рас­ска­зе о назна­че­нии соот­вет­ст­ву­ю­щих комис­сий он не упо­ми­на­ет об импе­рии, это вполне в его духе — не повто­рять обще­из­вест­ные дета­ли. Но точ­но так же он дале­ко не все­гда отли­ча­ет­ся тер­ми­но­ло­ги­че­ской точ­но­стью, если ее не тре­бо­вал харак­тер изла­гае­мо­го мате­ри­а­ла. Поэто­му и эти сведе­ния не явля­ют­ся одно­знач­ны­ми и неоспо­ри­мы­ми.

Если чле­ны грак­хан­ской комис­сии все же обла­да­ли импе­ри­ем, как счи­та­ют Бау­ман и ряд дру­гих иссле­до­ва­те­лей (см. прим. 10), то дан­ное обсто­я­тель­ство, несо­мнен­но, рез­ко услож­ня­ло для сена­та зада­чу изъ­я­тия у них судеб­ных пол­но­мо­чий. Ответ на вопрос об осно­ва­ни­ях это­го акта поз­во­ля­ет в пол­ной мере оце­нить мас­шта­бы собы­тий, имев­ших место в 129 г. По мне­нию Бау­ма­на, речь в дан­ном слу­чае шла о спе­ци­аль­ном поста­нов­ле­нии сена­та, на осно­ва­нии кото­ро­го судеб­ные пол­но­мо­чия грак­хан­ской аграр­ной комис­сии были пере­да­ны кон­су­лу подоб­но тому, как это про­ис­хо­ди­ло при рас­пре­де­ле­нии про­вин­ций. Он счи­та­ет, что в тек­сте lex Sempro­nia ag­ra­ria судеб­ные пол­но­мо­чия для раз­ре­ше­ния спо­ров меж­ду соб­ст­вен­ни­ка­ми были оформ­ле­ны как con­su­lis prae­to­ris III­vi­ri a. i. a. iuris dic­tio¹⁷. Фор­маль­ным же осно­ва­ни­ем для при­ня­тия соот­вет­ст­ву­ю­ще­го реше­ния мог­ли стать пре­тен­зии к три­ум­ви­рам по пово­ду несоот­вет­ст­вия их дей­ст­вий инте­ре­сам государ­ства, что выра­зи­лось в нару­ше­нии прав рим­ских союз­ни­ков¹⁸.

Пред­ло­жен­ное Бау­ма­ном объ­яс­не­ние сни­жа­ет зна­че­ние акта, совер­шен­но­го сена­том в 129 г. Вызы­ва­ет сомне­ния и сама воз­мож­ность лише­ния маги­ст­ра­тов даже части пол­но­мо­чий реше­ни­ем сена­та. В рим­ской поли­ти­че­ской прак­ти­ке сло­же­ние долж­ност­ных пол­но­мо­чий про­ис­хо­ди­ло толь­ко на доб­ро­воль­ной осно­ве¹⁹. Конеч­но, маги­ст­ра­та мог­ли при­нудить к это­му акту (coac­tus ab­di­ca­re se²⁰), но всё же это было его соб­ст­вен­ное дей­ст­вие, совер­шить кото­рое над­ле­жа­ло ему само­му. Без сомне­ния, мето­ды дав­ле­ния на маги­ст­ра­тов были весь­ма эффек­тив­ны²¹. В осно­ве их лежа­ла крат­ко­сроч­ность долж­но­сти. Став част­ным чело­ве­ком, быв­ший маги­ст­рат рис­ко­вал мно­гим за свое преж­нее свое­во­лие, и это обсто­я­тель­ство застав­ля­ло его при испол­не­нии маги­ст­рат­ских пол­но­мо­чий счи­тать­ся с мне­ни­ем и сена­та, и сограж­дан. Но в тогдаш­ней ситу­а­ции про­тив­ни­ки аграр­ной рефор­мы не мог­ли всерь­ез рас­счи­ты­вать на «бла­го­ра­зу­мие» сво­их поли­ти­че­ских оппо­нен­тов. Вся­ко­го рода дав­ле­ние на спо­движ­ни­ков Тибе­рия Грак­ха не при­нес­ло бы необ­хо­ди­мо­го с.51 эффек­та. Даже кро­ва­вые собы­тия 133—132 гг. не поко­ле­ба­ли их реши­мо­сти вопло­тить в жизнь Сем­п­ро­ни­ев закон.

Более веро­ят­ным пред­став­ля­ет­ся дру­гой вари­ант ней­тра­ли­за­ции грак­хан­ской комис­сии — отме­на (абро­га­ция) аграр­но­го зако­на Тибе­рия Грак­ха²². В пери­о­хах Ливия име­ет­ся уни­каль­ное сооб­ще­ние: «обна­ро­до­вал [Тиб. Гракх] и дру­гой аграр­ный закон, кото­рым шире откры­вал себе зем­ли, — чтобы те же три­ум­ви­ры опре­де­ля­ли, где обще­ст­вен­ная зем­ля, а где част­ная»²³. При­чем сна­ча­ла в пери­о­хах упо­мя­нут закон, так­же назван­ный lex ag­ra­ria, вво­див­ший огра­ни­че­ния на вла­де­ние обще­ст­вен­ной зем­лей. Затем сооб­ща­ет­ся об избра­нии три­ум­ви­ров «для разде­ла зем­ли» (ad di­vi­den­dum ag­rum), после чего поме­ще­ны ука­зан­ные сведе­ния о «дру­гом аграр­ном законе». Полу­ча­ет­ся, что име­ли место два аграр­ных зако­на — глав­ный, посвя­щен­ный огра­ни­че­нию вла­де­ния обще­ст­вен­ной зем­лей и избра­нию аграр­ной комис­сии, и допол­ни­тель­ный, кото­рый, соб­ст­вен­но, пре­до­ста­вил три­ум­ви­рам судеб­ные пол­но­мо­чия. Отме­тим так­же, что об «аграр­ных зако­нах» (во мн. чис­ле), пред­ло­жен­ных Тибе­ри­ем Грак­хом, гово­рит Вел­лей Патер­кул (II. 2. 2—3), а о неких «зако­нах» Тибе­рия — Цице­рон (Acad. II. 13). При­чем, что нема­ло­важ­но, сведе­ния Вел­лея вос­хо­дят не к Ливию²⁴.

В совре­мен­ной исто­рио­гра­фии вопрос о «коли­че­стве» аграр­ных зако­нов, при­ня­тых по ини­ци­а­ти­ве Тибе­рия Грак­ха, не име­ет одно­знач­но­го реше­ния²⁵. Если все же име­ли место два зако­на, то и тут воз­мож­ны два вари­ан­та. Не исклю­че­но, что пер­вый лишь вво­дил огра­ни­че­ния на поль­зо­ва­ние обще­ст­вен­ной зем­лей. Соб­ст­вен­но, об этом и ска­за­но в пери­о­хах. В таком слу­чае его офи­ци­аль­ное обо­зна­че­ние было lex Sempro­nia de mo­do ag­ro­rum. Этот закон дол­жен был создать мате­ри­аль­ную базу для после­дую­ще­го разде­ла части ager pub­li­cus сре­ди мало­иму­щих рим­лян. По мне­нию Дж. Тиби­лет­ти, появ­ле­ние зако­нов de mo­do ag­ro­rum было обу­слов­ле­но необ­хо­ди­мо­стью кон­тро­ля за земель­ны­ми ресур­са­ми фон­да ager pub­li­cus. В этом заклю­ча­ет­ся глав­ное их отли­чие от «клас­си­че­ских» le­ges ag­ra­riae, кото­рые были направ­ле­ны на пере­рас­пре­де­ле­ние пра­ва соб­ст­вен­но­сти или вла­де­ния²⁶. Соот­вет­ст­вен­но на осно­ва­нии вто­ро­го зако­на (соб­ст­вен­но, lex Sempro­nia ag­ra­ria) была созда­на аграр­ная комис­сия, кото­рая имен­но по это­му зако­ну долж­на была наде­лять­ся судеб­ны­ми пол­но­мо­чи­я­ми. Но тако­му пред­по­ло­же­нию про­ти­во­ре­чит после­до­ва­тель­ность собы­тий в изло­же­нии авто­ра пери­ох, где ясно ска­за­но об избра­нии три­ум­ви­ров до при­ня­тия вто­ро­го зако­на.

Дру­гой вари­ант пред­по­ла­га­ет, что уже пер­вый аграр­ный закон пред­у­смат­ри­вал, поми­мо земель­но­го мак­си­му­ма²⁷, созда­ние аграр­ной комис­сии. С этим согла­су­ют­ся с.52 сведе­ния осталь­ных источ­ни­ков, кото­рые, впро­чем, не сооб­ща­ют о вто­ром законе, допол­ни­тель­но наде­лив­шем три­ум­ви­ров судеб­ны­ми пол­но­мо­чи­я­ми. Если все же он имел место, то ясно, что наи­боль­шая угро­за для инте­ре­сов сена­та исхо­ди­ла имен­но от него. Поэто­му он и стал основ­ной «мише­нью» для про­тив­ни­ков аграр­ной рефор­мы, как пока­за­ли собы­тия 129 г.

Конеч­но, необ­хо­ди­мость в допол­ни­тель­ном законе вызы­ва­ет неко­то­рые сомне­ния, посколь­ку оста­ет­ся неяс­ным, поче­му зако­но­да­тель сра­зу не пред­у­смот­рел судеб­ные пол­но­мо­чия для чле­нов комис­сии. Недо­уме­ние уси­ли­ва­ет­ся, если при­знать, что уже по пер­во­му зако­ну три­ум­ви­ры обла­да­ли импе­ри­ем, кото­рый вклю­чал в себя эти пол­но­мо­чия. Впро­чем, судеб­ная власть (iudi­cium), несо­мнен­но, тес­но свя­зан­ная с импе­ри­ем, пол­но­стью с ним все же не сов­па­да­ла и явля­ла собой некую аль­тер­на­ти­ву импе­рию, упо­ми­на­ясь с ним парал­лель­но (как, напри­мер, в зако­нах грак­хан­ско­го вре­ме­ни: Lex re­pe­tund. 72; Lex agr. 87). Име­ют­ся и неко­то­рые кос­вен­ные аргу­мен­ты в поль­зу реаль­но­сти допол­ни­тель­но­го зако­на. У Мак­ро­бия упо­ми­на­ет­ся речь Сци­пи­о­на Эми­ли­а­на Contra le­gem iudi­cia­riam Ti­be­ri Grac­chi (Macr. Sat. III. 14. 6). Про­тив како­го зако­на он высту­пил? Во вре­мя три­бу­на­та Тибе­рия Грак­ха Сци­пи­он нахо­дил­ся под Нуман­ци­ей, соот­вет­ст­вен­но, эта речь была про­из­не­се­на после смер­ти Тибе­рия. Само собой, напра­ши­ва­ет­ся парал­лель со 129 г., когда Сци­пи­он оспо­рил имен­но судеб­ные пол­но­мо­чия три­ум­ви­ров. Таким обра­зом, мож­но обо­зна­чить два зако­на как соб­ст­вен­но lex ag­ra­ria (пер­вый) и lex iudi­cia­ria (вто­рой). Насколь­ко послед­нее назва­ние тех­ни­че­ски точ­ное, труд­но ска­зать, но так будет про­ще их раз­ли­чать в даль­ней­шем изло­же­нии.

Вто­рым кос­вен­ным аргу­мен­том явля­ет­ся уже упо­ми­нав­ше­е­ся опре­де­ле­ние Цице­ро­ном вла­сти децем­ви­ров по зако­но­про­ек­ту Рул­ла sum­mo cum im­pe­rio iudi­cio­que, повто­рен­ное им три­жды в сво­ей речи (Cic. Leg. agr. II. 34; 60; 99). Зачем Цице­ро­ну потре­бо­ва­лось выде­лить судеб­ные пол­но­мо­чия, если он уже назвал власть децем­ви­ров «выс­шим импе­ри­ем»? Не исклю­че­но, что Рулл, образ­цом для кото­ро­го, по край­ней мере, частич­но, послу­жил аграр­ный закон Тибе­рия Грак­ха, вклю­чил в свой зако­но­про­ект и пол­но­мо­чия, пред­у­смат­ри­вав­ши­е­ся в lex iudi­cia­ria. Это выглядит вполне логич­но, ибо они лишь допол­ня­ли пол­но­мо­чия, пре­до­став­лен­ные по lex ag­ra­ria.

Отме­тим так­же, что, по мне­нию Аппи­а­на, из-за наро­да, т. е. опа­са­ясь его, Сци­пи­он не стал явно пори­цать закон Грак­ха и огра­ни­чил­ся пред­ло­же­ни­ем пере­дать дру­гим лицам судеб­ные пол­но­мо­чия три­ум­ви­ров. Если эти пол­но­мо­чия име­лись в lex ag­ra­ria, то каким обра­зом мож­но было отме­нить часть зако­на, изъ­яв их? Если же они пре­до­став­ля­лись отдель­ным зако­ном, то речь шла об его абро­га­ции, т. е. про­цеду­ре извест­ной и пра­во­вой. В рас­ска­зе Аппи­а­на после одоб­ре­ния сена­том этой идеи «вра­ги Сци­пи­о­на ста­ли кри­чать, что Сци­пи­он решил совер­шен­но отме­нить закон Грак­ха» (App. BC. I. 19). Дру­ги­ми сло­ва­ми, его пред­ло­же­ние они вос­при­ни­ма­ли лишь как угро­зу зако­ну, а не его отме­ну. Како­му зако­ну? Явно основ­но­му, т. е. lex ag­ra­ria, ибо пере­да­ча судеб­ных пол­но­мо­чий, т. е. отме­на пред­по­ла­гае­мо­го lex iudi­cia­ria, все же состо­я­лась.

В после­грак­хан­ский пери­од п