Еще раз об империи Гнея Помпея¹

с.75 Автор рас­смат­ри­ва­ет гипо­те­зу, выдви­ну­тую А. В. Копте­вым, о том, что на ран­нем эта­пе карье­ры (до пер­во­го кон­суль­ства) Пом­пей не был част­ным лицом и обла­дал воен­ной вла­стью в силу заня­тия пре­ту­ры. В ста­тье пред­при­ня­та попыт­ка про­де­мон­стри­ро­вать, что свиде­тель­ства источ­ни­ков о ста­ту­се Пом­пея как pri­va­tus cum im­pe­rio в дан­ный пери­од вре­ме­ни слиш­ком мно­го­чис­лен­ны и досто­вер­ны, и А. В. Копте­ву не уда­лось их убеди­тель­но опро­верг­нуть. По мне­нию авто­ра, нет осно­ва­ний отка­зы­вать­ся от тра­ди­ци­он­но­го пред­став­ле­ния о пра­во­вом поло­же­нии Пом­пея в 82—71 гг. до н. э.

Клю­че­вые сло­ва. Пом­пей, Цице­рон, Ливий, импе­рий, ауспи­ции, маги­ст­рат, про­ма­ги­ст­рат, пре­тор, легат, pri­va­tus cum im­pe­rio.

В 4-м номе­ре «Вест­ни­ка древ­ней исто­рии» за 2013 г. была опуб­ли­ко­ва­на ста­тья А. В. Копте­ва «Гней Пом­пей Магн — pri­va­tus cum im­pe­rio»². В ней пред­при­ня­та попыт­ка про­ана­ли­зи­ро­вать карье­ру Пом­пея и его меро­при­я­тия во вза­и­мо­свя­зи с раз­ви­ти­ем рим­ских пра­во­вых норм и пред­став­ле­ний, отно­ся­щих­ся к импе­рию и ауспи­ци­ям. Автор при­хо­дит к выво­ду, что сведе­ния о карье­ре Пом­пея до 67 г.³ были серь­ез­но иска­же­ны антич­ны­ми авто­ра­ми для того, чтобы пред­ста­вить его исто­ри­че­ским при­ме­ром и образ­цом для поло­же­ния прин­цеп­са в государ­стве. В дей­ст­ви­тель­но­сти, по мне­нию А. В. Копте­ва, лишь закон Габи­ния впер­вые сде­лал Пом­пея pri­va­tus cum im­pe­rio, а ранее он обла­дал воен­ной вла­стью в силу того, что зани­мал пре­ту­ру. В пер­вой части ста­тьи А. В. Коптев стро­ит модель функ­ци­о­ни­ро­ва­ния импе­рия рим­ских маги­ст­ра­тов и его вза­и­мо­свя­зи с кури­ат­ным зако­ном и ауспи­ци­я­ми. Далее он при­ме­ня­ет эту модель к карье­ре Гнея Пом­пея и изла­га­ет соб­ст­вен­ную вер­сию собы­тий кон­ца 80-х — нача­ла 60-х годов, иссле­ду­ет неко­то­рые кон­флик­ты 50-х годов, свя­зан­ные с пра­вом намест­ни­ков на воен­ное коман­до­ва­ние и три­умф, и рас­смат­ри­ва­ет послед­ст­вия зако­на Пом­пея о намест­ни­ках про­вин­ций. Нако­нец, он ана­ли­зи­ру­ет отра­же­ние дан­ных собы­тий в источ­ни­ках эпо­хи Авгу­ста и после­дую­ще­го вре­ме­ни и пред­ла­га­ет объ­яс­не­ние про­ти­во­ре­чий, воз­ни­каю­щих меж­ду его вер­си­ей собы­тий и сведе­ни­я­ми антич­ных авто­ров. Все эти про­бле­мы пред­став­ля­ют для меня нема­лый инте­рес; одна­ко когда я озна­ко­ми­лась со ста­тьей А. В. Копте­ва, у меня воз­ник­ло мно­же­ство вопро­сов и воз­ра­же­ний, кото­ры­ми хоте­лось бы поде­лить­ся.

Сра­зу долж­на при­знать, что про­бле­ма соот­но­ше­ния кури­ат­но­го зако­на, ауспи­ций и импе­рия пред­став­ля­ет­ся мне чрез­вы­чай­но слож­ной, и судить о том, насколь­ко убеди­тель­ное реше­ние пред­ло­жил А. В. Коптев, долж­ны спе­ци­а­ли­сты по рим­ской рели­гии и государ­ст­вен­но­му пра­ву, к чис­лу кото­рых я себя не отно­шу. с.76 Дан­ный вопрос все­гда вызы­вал у иссле­до­ва­те­лей боль­шие спо­ры; в част­но­сти, в послед­ние два года опуб­ли­ко­ва­но две работы на дан­ную тему, и автор одной из них счи­та­ет, что кури­ат­ный закон не имел отно­ше­ния к ауспи­ци­ям маги­ст­ра­тов⁴, а автор дру­гой — что кури­ат­ный закон опре­де­лял, какие ауспи­ции доз­во­ле­но полу­чить маги­ст­ра­ту: выс­шие или низ­шие⁵. Так или ина­че, но обе эти тео­рии изло­же­ны вполне ясно и выглядят внут­ренне логич­ны­ми. К сожа­ле­нию, ска­зать это о моде­ли, пред­ло­жен­ной А. В. Копте­вым, я не могу: в его рас­суж­де­ни­ях я вижу про­ти­во­ре­чия и неяс­но­сти, кото­рые не уда­ет­ся устра­нить.

На с. 85—86 А. В. Коптев, рас­смат­ри­вая собы­тия 327 г., пишет: «Маги­ст­рат сла­гал свой воен­ный импе­рий, пере­се­кая рим­ский поме­рий. Если же он не мог отлу­чить­ся с теат­ра воен­ных дей­ст­вий, импе­рий про­дол­жал оста­вать­ся у него даже по окон­ча­нии маги­ст­рат­ско­го сро­ка. Имен­но пото­му, что импе­рий оста­вал­ся в руках Пуб­ли­лия, сенат был вынуж­ден про­длить ему пол­но­мо­чия». А. В. Коптев явно отли­ча­ет импе­рий от «пол­но­мо­чий», но сра­зу воз­ни­ка­ет вопрос: какой латин­ский тер­мин дол­жен соот­вет­ст­во­вать здесь «пол­но­мо­чи­ям» (ma­gistra­tus? po­tes­tas? im­pe­rium do­mi? iuris dic­tio? pro­vin­cia?)? Из чего сле­ду­ет, что про­дле­но было что-то еще, кро­ме импе­рия, — ведь у Ливия (VIII. 26. 7) гово­рит­ся имен­но о pro­ro­ga­tio im­pe­rii? Если импе­рий про­дол­жал дей­ст­во­вать авто­ма­ти­че­ски, то что изме­ни­лось от про­дле­ния «пол­но­мо­чия» Пуб­ли­лия?⁶ Далее в тек­сте автор сно­ва упо­ми­на­ет об импе­рии и «пол­но­мо­чи­ях», как о вещах, отлич­ных друг от дру­га: «маги­ст­ра­ты име­ли доста­точ­но вре­ме­ни, чтобы завер­шить кам­па­нию и вер­нуть­ся в Рим для сло­же­ния и пол­но­мо­чий, и импе­рия» (с. 86), «Ливий пишет о про­дле­нии импе­рия (im­pe­rii pro­ro­ga­tio), а не маги­ст­рат­ских пол­но­мо­чий» (с. 87); после это­го вызы­ва­ет недо­уме­ние утвер­жде­ние в прим. 19 на с. 89 о том, что «в источ­ни­ках импе­рий не выглядит какой-то осо­бой вла­стью, отлич­ной от маги­ст­рат­ской» — оно пря­мо про­ти­во­ре­чит тому, что автор писал ранее.

Далее, на с. 86 А. В. Коптев пишет: «Маги­ст­рат, срок пол­но­мо­чий кото­ро­го, опре­де­лен­ный ему наро­дом, истек, вер­нув­шись в Рим, скла­ды­вал воен­ный импе­рий насо­всем. Если же он не пере­се­кал поме­рий, импе­рий мог оста­вать­ся у него сколь угод­но дол­го. В таком слу­чае он дей­ст­ви­тель­но ока­зы­вал­ся в поло­же­нии pri­va­tus cum im­pe­rio. (…) Чис­ло таких pri­va­ti cum im­pe­rio осо­бен­но уве­ли­чи­лось в годы вто­рой Пуни­че­ской вой­ны. Пал­ли­а­ти­вом это­му поло­же­нию было при­ня­тие сена­том реше­ния о про­ро­га­ции импе­рия для выпол­не­ния ново­го пору­че­ния». Эта мысль так­же непо­нят­на. Если импе­рий сохра­нял­ся у коман­ди­ра сколь угод­но дол­го, пока он не пере­се­чет поме­рий, то для чего тре­бо­ва­лась про­ро­га­ция импе­рия и что она дава­ла обла­да­те­лю импе­рия? В каком смыс­ле здесь мож­но гово­рить о пал­ли­а­ти­ве (т. е. полу­ме­ре) и какую про­бле­му он поз­во­лял решить?

Пони­ма­ние ослож­ня­ет­ся тем, что на с. 88 А. В. Коптев пишет: «пере­дав про­вин­цию пре­ем­ни­ку, быв­ший про­кон­сул, сохра­няя импе­рий, еще не ста­но­вил­ся част­ным лицом». Но ведь совсем недав­но, во фраг­мен­те, кото­рый я цити­рую в преды­ду­щем абза­це, автор писал о маги­ст­ра­тах с про­длен­ным импе­ри­ем как раз как о pri­va­ti cum im­pe­rio. Полу­ча­ет­ся, что, пока про­кон­сул с про­длен­ным импе­ри­ем управ­ля­ет с.77 про­вин­ци­ей, он явля­ет­ся част­ным лицом, но после того, как пере­да­ет про­вин­цию пре­ем­ни­ку — уже не явля­ет­ся?

Воз­мож­но, ответ кро­ет­ся в сле­дую­щем рас­суж­де­нии авто­ра о про­ма­ги­ст­ра­тах с про­длен­ным импе­ри­ем: «Не будучи маги­ст­ра­том рим­ско­го наро­да (т. е. фор­маль­но оста­ва­ясь pri­va­tus), такой носи­тель импе­рия фак­ти­че­ски уже не был част­ным лицом. (…) В роли pro con­su­le или pro prae­to­re носи­тель импе­рия уже не выглядел част­ным лицом, хотя и не был маги­ст­ра­том» (с. 86). Одна­ко, к сожа­ле­нию, понять его мне не уда­лось. В моем пред­став­ле­нии, pri­va­tus и ma­gistra­tus — это пра­во­вые, т. е. имен­но фор­маль­ные ста­ту­сы граж­дан. Что сто­ит за выра­же­ни­я­ми «фак­ти­че­ски не был част­ным лицом», «не выглядел част­ным лицом»? Если речь идет про­сто о том, что некто внешне выглядит похо­же на маги­ст­ра­та, то, веро­ят­но, так выгляде­ли и пол­ко­вод­цы, набрав­шие армию от сво­его име­ни и на свои сред­ства, что, одна­ко, не дела­ло их маги­ст­ра­та­ми ни фор­маль­но, ни фак­ти­че­ски.

На с. 88—89 А. В. Коптев пишет: «Конеч­но, народ имел пра­во ото­брать у маги­ст­ра­та импе­рий, кото­рый он сам ему пре­до­ста­вил (…) Одна­ко при­ня­тие наро­дом реше­ния об ab­ro­ga­tio im­pe­rii не влек­ло за собой авто­ма­ти­че­ски лише­ние этой вла­сти его носи­те­ля. Если pro­ro­ga­tio im­pe­rii озна­ча­ло про­дле­ние воен­ных пол­но­мо­чий их обла­да­те­лю и не влек­ло за собой ника­ких его дей­ст­вий, то ab­ro­ga­tio im­pe­rii тре­бо­ва­ло испол­не­ния обряда пере­се­че­ния рим­ско­го поме­рия». Оста­ет­ся непо­нят­ным, как мог быть реа­ли­зо­ван меха­низм, пред­по­ла­гае­мый авто­ром. По-види­мо­му, А. В. Коптев пола­га­ет, что народ при­ни­мал реше­ние, кото­рое обя­зы­ва­ло носи­те­ля импе­рия пере­сечь поме­рий. Одна­ко как мож­но было обес­пе­чить испол­не­ние это­го реше­ния? Что, если бы пол­ко­во­дец ему не под­чи­нил­ся, — он мог бы сохра­нять за собой импе­рий сколь угод­но дол­го? Что если лишить импе­рия тре­бо­ва­лось кон­су­ла, кото­рый и так нахо­дил­ся в пре­де­лах поме­рия?

На с. 89 А. В. Коптев пишет: «Част­ное лицо не мог­ло поль­зо­вать­ся aus­pi­cia pub­li­ca. Маги­ст­рат выби­рал­ся коми­ци­я­ми и таким обра­зом высту­пал пред­ста­ви­те­лем рим­ско­го наро­да, а обла­да­ние aus­pi­cia pub­li­ca поз­во­ля­ло ему пред­став­лять рим­скую общи­ну перед бога­ми. Воен­ный импе­рий давал­ся ему как пред­ста­ви­те­лю наро­да за пре­де­ла­ми Рима». Здесь сра­зу воз­ни­ка­ет вопрос: если в 67 г. Пом­пей полу­чил свои пол­но­мо­чия в резуль­та­те голо­со­ва­ния коми­ций и, сле­до­ва­тель­но, тоже высту­пал как пред­ста­ви­тель рим­ско­го наро­да, — сле­ду­ет ли счи­тать, что в 67—62 гг. он не был pri­va­tus? Все даль­ней­шее содер­жа­ние ста­тьи как буд­то пред­по­ла­га­ет отри­ца­тель­ный ответ на этот вопрос. Сле­до­ва­тель­но, по мне­нию авто­ра, отли­чие маги­ст­ра­та от pri­va­tus не сво­дит­ся к тому, что пер­вый изби­рал­ся коми­ци­я­ми, а вто­рой — нет; одна­ко в чем же оно состо­ит, автор нигде чет­ко не фор­му­ли­ру­ет.

На с. 90 гово­рит­ся: «Оче­вид­но, коман­до­ва­ние вой­ска­ми и обла­да­ние воен­ным импе­ри­ем были у рим­лян совер­ш